18. Лили VI

      Министерство Магии производило потрясающее впечатление на любого новоприбывшего в Атриум. Лили в прошлом уже доводилось здесь, но то было в другой жизни. Поэтому, набрав нужный номер в красной телефонной будке и очутившись под землей, в Атриуме, она на мгновение благоговейно замерла. Пол из темного дерева был отполирован до блеска – наверняка её сестра позавидовала бы и спросила, как им удалось добиться такого эффекта. Голубой потолок был усыпан золотыми звездами и другими символами. На всех стенах были камины, благодаря которым волшебники и ведьмы могли приходить и уходить, когда им заблагорассудится. В центре Атриума находился Фонтан Магического Братства, он изображал пару – волшебника и ведьму, на которых восхищенно смотрели кентавр, гоблин и эльф–домовик. Пусть эта статуя наглядно иллюстрировала лицемерие волшебников, отрицать мастерство скульптора или впечатление, которое она производила на посетителей, никто не мог.       Лили пробиралась сквозь толпу, ища стойку регистрации. Наконец, она нашла нужную табличку, и направилась к волшебнику в синей мантии, читавшему «Ежедневный Пророк». Когда Лили подошла, он отложил газету.       – Мне сказали прийти сюда для регистрации палочки, – сообщила она мужчине.       – Все верно, – ворчливо отозвался он.       Похоже, этот человек не любил свою работу. Он воспользовался золотым жезлом, чтобы обследовать Лили. Она знала: жезл выявит при ней любой нежелательный предмет, вне зависимости от того, магический он или нет.       – Палочку, – тем же тоном произнес он.       Лили протянула ему палочку, и он положил её на медную конструкцию. Та завибрировала, и из неё появился лист пергамента. Мужчина прочитал:       – Длина – десять дюймов и одна четверть, сердцевина – волос единорога, используется уже двадцать лет. Все верно?       – Да, – ответила она.       Он вернул ей палочку, она уже собралась уходить, но он её остановил:       – Подождите. Мы раньше не встречались?       – Нет, вряд ли.       – Уверены? Ваше лицо кажется мне знакомым.       – Возможно, у меня обычное лицо.       Она не дала ему времени подумать и ушла. Лили не знала, узнают ли в ней Лили Поттер, когда она войдет в Министерство. Похоже, пока никто не обращал на неё внимания, и она бы предпочла, чтобы так и продолжалось.       Ей не хотелось опаздывать на собеседование. Так и было написано на серебряном бейдже, который она приколола к своей мантии. Лили Эванс, собеседование. Она прошла через золотые ворота в конце коридора и поднялась на лифте. Он был заполнен волшебниками и бумажными самолетиками. Лифт поднимался, останавливаясь то на одном, то на другом этаже, где располагались разные отделы Министерства. Лили терпеливо ждала, пока не добралась до второго уровня. Она вышла, пол здесь был почти таким же, как пол Атриума. Сквозь окна были видны солнце и голубое небо, несмотря на то что они находились под землей. Несомненно, магия способна творить чудеса. Дойдя до поворота, Лили повернула налево и прошла через тяжелые дубовые двери.       По другую сторону этих дверей она увидела открытое пространство, заполненное кабинками, в каждой из которых сидели мужчина или женщина. Это была штаб–квартира авроров. Отовсюду доносились разговоры и смех, когда самолетики сталкивалась в воздухе. Лили вскоре добралась, куда шла. Она миновала кабинеты, не обращая внимания на взгляды, которые некоторые люди на неё бросали, и подошла прямо к кабинету Руфуса Скримджера. Перед дверью сидел маленький человечек с азиатской внешностью и что–то лихорадочно записывал в свитке пергамента, лежащем на столе. Два других пера писали сами на паривших в воздухе листах.       – Прошу прощения, у меня назначена встреча с мистером Скримджером, – сказала она мужчине.       – Как вас зовут? – спросил он, не отрываясь от своего занятия. Ответить Лили не успела – дверь кабинета Скримджера открыл мужчина, но это был не хозяин.       – Миссис Поттер!       Слова Корнелиуса Фаджа, министра магии, эхом разнеслись вокруг. В одно мгновение стихли все разговоры, наступила полная тишина. Лили закатила глаза. Вот так и остаются незамеченной.       – Мы с мистером Скримджером ждали вас. Пожалуйста, проходите.       Лили обошла стол, изо всех сил стараясь не обращать внимания на устремленные на неё взгляды. У мужчины, который только что спросил её имя, округлились глаза. Министр поприветствовал её довольно раздражающей, на её взгляд, улыбкой. Другой человек в закрытом кабинете сидел за столом, его поза была полной противоположностью позе Корнелиуса Фаджа. Руфус Скримджер, глава аврората, взглянул на неё поверх папки, на которой явно значилось её имя.       – Присаживайтесь, миссис Поттер, – сказал он.       – Мистер Скримджер, если не возражаете, я предпочитаю, чтобы ко мне обращались по имени, данном при рождении – Лили Эванс.       – Как пожелаете. Буду называть вас миссис Эванс, – он положил на стол все еще раскрытую папку. – Собеседование начнется сейчас. Министр настоял на своем присутствии при этом воссоединении, хотя я не уверен в необходимости, – сообщил глава аврората, глядя на Корнелиуса.       – Что ж, – начал Фадж, расслабляюще улыбнувшись, – не каждый день человек уровня миссис П… Эванс подает заявку о прохождении аврорского обучения.       За этим Лили и приехала сюда. Почти месяц назад она начала необходимую подготовку, это поздновато для начала обучения в январе, но принять её в программу было еще возможно. МакГонагалл посоветовала ей пойти по этому пути, когда навестила Лили перед Хэллоуином, и Дамблдор поддержал эту инициативу.       – Пока что это всего лишь заявка, – уточнил Скримджер. – По итогам собеседования мы определимся, будет ли принята миссис Эванс на обучение.       Он вновь сосредоточился на папке Лили на столе, и долгое время молчал. Корнелиус Фадж все еще стоял позади, и Лили почувствовала, как он ободряюще улыбнулся ей в спину. Она тревожно ждала, что скажет Скримджер. Именно от него, а не от министра, зависело, примут ли её.       – Лили Джейн Эванс Поттер, – начал он. – Родилась 30 января 1960 года в Коукворте, Мидлендс. Родители: Гарри Джозеф Эванс и Элизабет Джейн Эддлтон Эванс. Оба маглы. Мертвы. Вышла замуж за Джеймса Поттера 30 сентября 1978 года. Муж погиб 31 октября 1981 года. У вас есть сын, Гарри Джеймс Поттер – будто это нужно уточнять – родился 31 июля 1980 года. В настоящее время учится на первом курсе в Школе чародейства и волшебства Хогвартс. У вас также есть старшая сестра, Петуния Джейн Эванс Дурсль, маггла, она замужем за магглом Верноном Дурслем, владельцем… – похоже, Скримджер читал очень внимательно. – … компании по производству дрелей Grunnings. У них есть сын, ваш племянник Дадли Дурсль, родился 23 июня 1980 года. В настоящее время учится в учреждении под названием Академия Смелтингс. О его магических способностях ничего не известно. Вы подтверждаете точность этой информации и то, что иных родственников у вас нет?       – Подтверждаю, – ответила она.       – Вы учились в школе чародейства и волшебства Хогвартс с сентября 1971 года по июнь 1978 года. Десять С.О.В. и десять Ж.А.Б.А. На последнем курсе были старостой. После – три года безработицы, во время которых в Министерство приходило несколько сообщений, согласно которым вы работали на Альбуса Дамблдора в борьбе с Тем–Кого–Нельзя–Называть. У нас есть сведения о четырех столкновениях с самим Темным Лордом, после которых вам удалось выжить. При последнем ваш муж был убит, вы ранены, а вашему сыну каким–то образом удалось пережить Смертельное проклятие. После этого вы (и ваш муж посмертно) были награждены орденом Мерлина первой степени за выдающуюся храбрость и заслуги. Затем последовали десять лет бездействия – вы жили в основном в мире магглов, работая секретарем в компании и редко используя свои магические способности.       – У меня не было выбора, – заметила Лили. – Я жила среди магглов. Пришлось ограничить использование магии, ведь я не хотела, чтобы они узнали, кто я.       – Это полностью согласуется с магическими законами, – добавил Фадж. – Миссис П… Эванс вела себя образцово, когда жила среди магглов.       – Возможно, но вопрос не в этом, – возразил Скримджер. Он закрыл папку и взглянул Лили прямо в глаза. – Миссис Эванс, обычно мы принимаем на работу людей, которые только что закончили Хогвартс. Мы требуем от кандидатов превосходных академических показателей, но также ждем от них профессионализма, целеустремленности и полной отдачи процессу обучения.       – Руфус, миссис Эванс обладает всеми необходимыми качествами, – сказал Фадж. Лили раздражало, что министр её все время защищал. Что он вообще здесь делал?       – Я не могу спорить с баллами, пусть ей их и выставили почти пятнадцать лет назад. А еще она наша единственная кандидатка с ребенком.       – Мой сын проводит десять из двенадцати месяцев в Хогвартсе. Это не проблема, – заверила Лили.       – Возможно, но мы редко принимаем на обучение людей вашего возраста, миссис Эванс. А учитывая, что вы почти десять лет толком не колдовали…       – Мистер Скримджер, я правильно понимаю: вы не хотите, чтобы я начинала обучение на аврора?       – Этого я не говорил. На самом деле как раз наоборот. Я ищу причины для принятия вас в программу, миссис Эванс, а не для отказа. Итак, почему мы должны взять вас?       Лили на мгновение задумалась.       – Мой опыт. Вы сами сказали: большинство ваших стажеров едва окончили Хогвартс. Им по семнадцать–восемнадцать лет. Большинство из них не имеют представления о реальном мире за пределами школы. Все их знания почерпнуты из книг. Мои знания… получены в полевых условиях, когда я сражалась в Пожирателями Смерти, дементорами, инферналами, оборотнями и даже с самим Волдемортом. – Она услышала, как Фадж у неё за спиной сглотнул. Скримджер никак не отреагировал. – Прежде, чем возглавить аврорат, вы были аврором, мистер Скримджер. Уверена, вы согласитесь, что к борьбе с темными силами лучше всего готовиться в полевых условиях.       Скримджер внимательно смотрел на неё. Лили надеялась, что его удовлетворит её ответ. Однако вида он не подал.       – Я согласен, но этот опыт был получен десять лет назад, – наконец, ответил он.       – Ладно тебе, Руфус, – с нервным смешком сказал Фадж. – Это Лили Эванс Поттер. Ты понимаешь…       – Я прекрасно понимаю, кто она, Фадж. Но я не собираюсь давать ей поблажку лишь потому, что она Мать–Которая–Выжила. – Он вновь переключил внимание на Лили. – Вы понимаете, во что ввязываетесь, миссис Эванс? Мне известно, что многие люди верят в то, что вы сможете стать аврором Министерства. Ваши бывшие учителя и друзья – Альбус Дамблдор, Минерва МакГонагалл, Гораций Слагхорн, Аластор Грюм – прислали рекомендательные письма. Речь идет о трехлетнем обучении. Половина стажеров отсеивается до конца первого года. Только один из четырех успешно сдает выпускные экзамены и только один из пяти становится аврором. Мы обсуждаем интенсивную программу обучения, как теоретическую, так и практическую, это большое количество часов. Это полный рабочий день, мало кто выдерживает такую нагрузку. Готовы ли вы посвятить следующие три года вашей жизни, а потом и всю оставшуюся жизнь борьбе со злыми силами?       Он посмотрел ей прямо в глаза. Лили выдержала его взгляд и даже подалась вперед.       – Готова. А если у меня не получится, вам достаточно будет отстранить меня от обучения.       Некоторое время Скримджер пристально смотрел на неё. Наконец, он прикрыл глаза, а когда вновь их открыл, то кивнул.       – Очень хорошо. Лили Джейн Эванс Поттер, вы приняты в программу подготовки авроров, обучение начнется в январе этого года.       Фадж зааплодировал.       – Прекрасные новости. Я знал, что мы договоримся.       – Обучение для вас начнется на следующей неделе, миссис Эванс. Вам нужно будет заполнить кое–какие документы. Мой ассистент в прихожей предоставит вам все необходимое.       – Благодарю вас, мистер Скримджер, – произнесла она.       Они пожали друг другу руки. Во время собеседования Лили изо всех сил старалась сохранять спокойствие, но она нервничала как никогда. Сейчас она была взволнована сильнее, чем когда–либо.       Когда она развернулась, Фадж оказался рядом и тоже пожал ей руку. Избежать его было трудно – он стоял прямо между ней и дверью.       – Я очень рад, что вы будете работать в Министерстве, миссис Эванс.       Ей показалось, он проявил излишний энтузиазм, но прогонять его не хотелось. Она находилась в приподнятом настроении и испытала облегчение от того, что её приняли. Она поспешно извинилась и покинула кабинет. Когда она вышла, то у неё сложилось отчетливое впечатление, что, пока она общалась со Скримджером, авроры перестали работать. Возможно, некоторые из них даже подошли к двери, чтобы послушать, о чем речь, а другие возвращались к себе. Даже ассистент, похоже, поспешно откинулся на спинку кресла. Она обошла его стол и развернулась к нему лицом.       – Мистер Скримджер сказал, мне нужно обратиться к вам за бланками, – обратилась она к азиату.       – Да, вот эти, – он протянул ей стопку листов пергамента, его руки дрожали. – Можете прямо здесь их заполнить, – добавил он, указав на пустую кабинку рядом.       От Лили требовалось лишь поставить свою подпись внизу большинства бланков. Одни касались увольнения, другие – обязательств по оплате обучения, а также два экземпляра этических норм поведения, которым она обязалась следовать. Закончив читать и подписав, она вернула бланки ассистенту. Он их очень нервно проглядел.       – Все в порядке, – сообщил он. Потом протянул ей еще одну небольшую стопку. – Здесь вы найдете планы и расписания ваших тренировок, список необходимого и даже советы о дополнительных ресурсах – они могут оказаться полезными. Добро пожаловать в программу подготовки авроров, миссис Поттер.       – Эванс, – поправила она, проверяя все, что он только что сказал. У неё возникло ощущение, будто она вернулась в школу – это было странно для женщины, которая окончила её больше десяти лет назад. Она уже представила, как они с Гарри посмеются над этим.       – Хм, простите, миссис Эванс… Но ваш сын ведь учится в Хогвартсе?       – Да, – подтвердила она. – На первом курсе.       Он кивнул.       – У меня дочь тоже учится. На втором. Она рассказывала о матче по квиддичу, где он был ловцом. Должно быть, вы очень гордитесь сыном.       – Да, – её переполняли гордость и тревога, когда она вспоминала, как её сын едва держался на метле.       – В этом году они, возможно, встретятся. Моя дочь – запасной игрок в сборной своего факультета.       – Правда? Что ж, полагаю, мы увидимся на матче, – она закончила проверять свои данные. – Благодарю, мистер… – и тут она сообразила, что не знает его имени.       – Чанг. Джен Чанг.       – Благодарю, мистер Чанг.       Лили развернулась и направилась по проходам между кабинками. Она раздраженно закатила глаза, вновь почувствовав на себе пристальные взгляды. Она почти забыла, зачем вообще покинула мир магии.       – Миссис Поттер, – она не успела уйти. Она обернулась к человеку, который её окликнул. Это был высокий темнокожий мужчина, хорошо сложенный, лысый, с несколькими золотыми серьгами в ушах. Он протянул ей руку. – Кингсли Шеклбот.       Лили пожала её.       – Лили Эванс. Мы раньше не встречались? – его лицо или имя показались ей знакомыми.       – Нет, миссис Эванс. Но я знал вашего мужа. Мы виделись несколько раз.       Должно быть, Джеймс давным–давно упоминал его имя.       – Приятно познакомиться, мистер Шеклбот.       – Можете звать меня Кингсли. Я хотел бы кое–что показать вам прежде чем вы уйдете. – Он отошел в сторону, чтобы она могла осмотреть его кабинет. Затем указал на стопку папок слева. – Это дела, над которыми я работаю. Взгляните на верхнее. Оно в приоритете.       Лили присмотрелась внимательнее. И увидела лицо, которое никогда не забудет. Лицо человека, которого будет ненавидеть до конца своих дней. Она прошептала его имя:       – Питер Петтигрю. – Хвост.       На колдографии он был похож на крысу. Прежде она никогда не замечала, как он в человеческом обличье похож на крысу. Этот человек был их Хранителем Тайны, когда они прятались от Волдеморта, и он предал их. После этого он попытался отправить вместо себя Сириуса в Азкабан. Ему это почти удалось. Когда Лили оправилась после нападения и ей сообщили об аресте Сириуса, она сразу же рассказала Дамблдору правду. Они заставили всех поверить в то, что Хранитель Тайны – Сириус, чтобы все внимание было приковано к нему. А настоящим Хранителем был Хвост, он должен был оставаться в тени. Если бы они выбрали Сириуса или Дамблдора…       Сириусу повезло, что Лили выжила. Если бы не она, остаток жизни он бы провел в Азкабане. В те времена Бартемиус Крауч отправлял людей в тюрьму без суда и следствия. Хвост убил двенадцать человек одним заклинанием, а потом исчез, превратившись в крысу. Сириус тогда успел его найти и попытался убить, но побег Питера оставил его виновником массового убийства. Едва Дамблдор услышал от Лили правду, он тут же связался с Министерством и все им рассказал. Однако оставалось еще двенадцать человек, которых он якобы убил, и более пятидесяти очевидцев, утверждавших, что видели, как он убил их и Питера. Потребовалось все влияние Дамблдора, чтобы убедить Департамент Магического Правопорядка хотя бы выслушать его версию событий. После того, как Сириусу разрешили дать показания, Министерство проверило его палочку и выяснило, что не его заклинание убило тех людей, его освободили, и начались поиски Хвоста и других Пожирателей. Но до того Сириус больше месяца провел в Азкабане под контролем дементоров, массово покинувших последователей Волдеморта после исчезновения их хозяина. Десять лет спустя Хвост все еще был на свободе, и они понятия не имели, где он мог скрываться.       – Я лишь хотел сказать вам, что это дело не закрыто, – произнес Кингсли Шеклбот. – Возможно, он давно исчез, но мы его до сих пор ищем. Мы рассчитываем найти этого монстра.       – Спасибо… Кингсли, – тихо сказала она.       Они кивнули друг другу, и она ушла, на сей раз окончательно. Она очень давно не вспоминала о Хвосте. Он исчез, и нигде не появлялся. Однажды, когда Сириус и Ремус пришли домой, она услышала, как они говорили о нем, называя самыми ужасными словами. Он был их школьным товарищем, другом с первого курса в Хогвартсе. Лили не знала его так хорошо, как они, но ненавидела не меньше. Это он виноват в том, что Джеймс погиб десять лет назад.       Вернувшись к лифтам, она подумала о том, что не рассчитывала, став аврором, поработать над делом Хвоста или, по крайней мере, услышать о нем. В конце концов, некоторые бывшие Пожиратели и последователи Волдеморта все еще были на свободе. Хвост был лишь одним из них. Лифт доставил её обратно в Атриум, и Лили покинула Министерство магии. На следующей неделе она вернется уже аврором–стажером.