Глава 12 Сытая Ночь

Николай стиснул зубы. Дёсны горели, словно по ним пробежался рой крошечных муравьёв. Каждый нерв в его теле кричал о голоде, а клыки, заострившиеся сами собой, давили друг на друга. Вампир чувствовал, как его сознание слабеет, а голод становится всё более явным. Ему нужно было найти источник крови, и как можно быстрее. — Николай, а тебе нужна именно человеческая кровь? — осторожно поинтересовалась Маша с легкой дрожью в голосе. — Сгодится и кровь животных, — ответил вампир, стараясь говорить спокойно, но его тон звучал хрипло и напряжённо. — У неё только вкус хуже, но голод утоляет. — Тут относительно недалеко есть коровник, — предложила Маша, её глаза хищно блестели в темноте. — Он принадлежит председателю, и об этом мало кто знает. Можно оглушить сторожей и попить их крови или же крови коров. Николай иначе посмотрел на девушку. В его картине мира девушка приобрела новое свойство. Она стала полезной. — Лучше загипнотизировать сторожей и получить резервную кормушку, — добавил вампир, сдерживая вымораживающий клыки голод, в его словах чувствовалось напряжение, но, напрягая свою волю, Анцилл мог держать себя в руках. — Достойная идея, Мария. Николай перевёл взгляд на свою кисть. Его вены, жаждущие крови, извивались словно змеи, вызывая неприятное беспокойство. — Нам следует поторопиться, — тихо прошипел вампир. Они поехали в нужном направлении. Мария не знала точного расположения, но этой ночью чувства вампира были особенно остры, пускай приходилось прилагать немалые усилия, чтобы не отвлекаться на источник крови, прижавшийся к его спине своим небольшим бюстом. Когда они приблизились к коровникам, Николай остановился, собственное тело его беспокоило. Он заметил двух сторожей, один курил у входа, в то время как другой находился где-то на территории. — Стой у мотоцикла, — приказал вампир Маше. В случае чего зверь бросится на того, кто перед ним. Девушка кивнула с лёгким беспокойством в глазах. Маша вцепилась в руль мотоцикла, словно стараясь не опираться на больную ногу. Она понимала, что ей, возможно, стоило бы сесть, но не могла морально этого сделать, приклеившись взглядом к спине Николая. — Люди!!! Люди!!! Есть кто живой?! — Николай кричал, нарочито преувеличивал болезненную хрипоту в голосе, пряча за ней хищное рычание зверя. Слегка надломленной походкой Николай подходил к забору продолговатого здания коровника. Голод, тянущий его жилы, идеально ложился на эту грубую актёрскую игру. — Стой!!! Ты что ещё за хрен и какого хера тут забыл?! — крикнул мужчина, подозрительно оглядывая Николая. Впрочем, видя в вампире лишь мальчишку и чувствуя приятную тяжесть ружья в своих руках, сторож слегка расслабился. — Я заблудился, у меня что-то не так с глазами, — осторожно произнёс вампир и встретился со сторожем глазами. — Всё в порядке, позови второго сторожа, скажи: «человеку плохо», после стой и изучай стену коровника. — Димон! Подойди, тут человеку плохо! — на крик первого сторожа пришёл заспанного вида бородатый мужик с двустволкой за спиной. — Ну шо не так-то? — спросил Димон, посмотрев на Николая воспалённым взором. — Ещё внутри кто-то есть, кроме коров? — осторожно выяснил вампир, подавляя ставший сильнее зуд на клыках. — Никого, — ответил Димон, смотря на вампира остекленевшим взором. — Смотри на стену, тщательно изучай её всю ночь, — отдав приказ второму сторожу, Николай махнул рукой Маше: — Подкати мотоцикл ближе, и или за мной! Вампир ощущал десятки дыханий крупных животных, двигаясь внутрь. Зверь внутри рычал и извивался, жажда крови людской всегда остаётся частью его природы. Николай рванул внутрь и впился в первую попавшуюся корову. Голод медленно отступил, когда вампир заполнил свое мёртвое чрево. — Пресно, — Анцилл скривился в отвращении, его мёртвое тело стремительно пожирало кровь так и не проснувшегося животного, и хотя по объёму вампир выпил примерно столько же крови, сколько и было во взрослом человеке, сытости она принесла раз в десять меньше. — Словно сена нажрался, — снова прошипел вампир, после чего направился к следующему животному. Его Зверь, казалось, скулил и едва ли не плевался от такой «еды». Конечно, временами Николай устраивал пост для усмирения своей хищной натуры, но кровь животных от этого не становилась менее отвратительной. На прыжок стремительной тени, метящей ему прямо в горло, вампир отреагировал практически рефлекторно, поймав руками перепуганную дворнягу. Чувствуя особое отношение к собакам, Николай исказил кровоток животного, отправив собачку досматривать сны. Утолив свой голод, Николай всё никак не мог избавиться от вкуса сена на губах. — Николай, ты всё? — удивлённо спросила Маша. — Да, я выпил литров семьдесят коровьей крови, — вампир скривился в отвращении, — гадость невозможная, но теперь я сыт. — Николай… А как это в принципе возможно? Ты же не похож на раздувшегося комара, — в глазах девушки светилось любопытство. — Подробно расскажу тебе позже, но если коротко, я труп, что движется за счёт украденной крови, и все нормальные вампиры могут сгущать выпитую кровь, с помощью явлений сродни алхимии преобразуя её в витэ, — Николай внимательно осмотрел Машу, после чего спокойно прокусил своё запястье, — Пей. — Мне действительно можно? — Смущенно спросила девушка. — Пей, сейчас не время экономить, — вампир протянул своё запястье девушке. Маша облизнулась и с аппетитом сладкоежки, дорвавшейся до сладкого, начала пить кровь. Девушка урчала словно котёнок, что вызвало у Николая лёгкое желание приобрести для неё животную атрибутику. Для кошечки и для собачки. Вампир ощущал лёгкое чувство радости, возможно, после третьего кормления у него будет не просто влюблённая в него рабыня, а послушная собачка. Не дав девушке выпить слишком много, вампир оторвал своё запястье от её губ. — Нога прошла, — мечтательно сказала Маша. — Я лечу травмы каждый раз, когда пью твою кровь? — Не только, ты можешь лечить травмы, раны и болезни, пока в твоих венах достаточно моего витэ. Тебе просто нужно просто вспомнить, как это происходит, и пожелать исцеления, — заметив признаки смятения на лице девушки, Николай остановил возможный ворох вопросов. — Расскажу потом. Едем ко мне «домой». Николай достал из-за пазухи флягу, покрытую герметическими сигилами. Осторожно открыв крышку, кровавый маг наполнил сосуд своим витэ, после чего вернул на место крышку и только после этого позволил зажить ране на запястье. Пока всё ещё оставаясь в коровнике, вампир снова выпил крови животных, чтобы восстановить то, что потратил недавно. Пресный привкус сена раздражал уже не только Зверя, но и самого вампира, но лучше чувствовать отвращение сытым, чем голодать. — Пойдём, — позвав девушку за собой, Николай вернулся ко входу, ему предстояло сменить директивы у его спящих агентов. Кровь — ценнейший ресурс, какой бы вкус у неё ни был.

***

— Ба, какие люди! Что, малец, так это твоя краля? — начал мужчина своё приветствие. — Дядя Миша, — спокойно сказал Николай с безмятежным лицом, вот только в его движениях чувствовалось хищное напряжение. — Эх, какие ножки, — мечтательно произнёс мужчина, — Эх, где мои пятнадцать лет! — Дядя Миша, — всё так же сказал Николай, улыбаясь, в его голосе читалось скрытое предупреждение, пальцы вампира пришли в движение, вырисовывая замысловатые фигуры. — Будь я моложе, точно бы приударил, — продолжал мужчина, явно не замечая напряжения момента. — Михаил, — голос Николая напоминал уже скрежет гравия, — За такое можно кирпичом в морду получить, — Николай стал по-настоящему серьёзным. — Ну право слово, пошутили и хватит, я спать, полуночник ты этакий, не обижайся на шутки, — мужчина поднял руки в примирительном жесте, после чего прошёл в свою спальню. Николай тяжёлым взглядом проводил удаляющегося мужчину, убедившись, что тот ушёл, вампир попытался подавить собственное раздражение. — Если бы я не был сыт, минимум бы покалечил, — тихо прошипел Анцилл. — Он же просто не очень приятный толстый мужичок, и он не знает, кто ты, — Маша вздрогнула, осторожно посмотрев на Николая. — Знаю, — прошипел Николай, — но всё равно раздражает.

***

Николай показал девушке свою «комнату», а после повёл в подвал. Вампир чувствовал дикую смесь эмоций, исходящую от девушки. Любопытство переплеталось со страхом и возбуждением. Впрочем, до подобного было не время и не место. — Тут я обитаю… Мария, думаю, у тебя много вопросов. Есть что хочешь спросить? Сейчас самое время, — Николай слегка улыбнулся, откопав в подвале пару табуретов. — Тебе так же приятно пить кровь, так же, как и мне твою? — Не всегда, далеко не всегда. Кровь людей может быть как помоями, так и восхитительным нектаром, кровь животных отвратительна на вкус, кровь иных сверхъестественных существ необычно сладка. Ты поймешь многое, когда сама станешь сородичем, — нотки ностальгии проскользнули в его голосе. — А как скоро это случится? — Взволнованно спросила девушка. — Не раньше чем через двадцать лет, — слова Николая шокировали Машу, словно удар молнии. — Это почти целая вечность, я столько даже не жила… — Всё хорошо. Я стал гулем примерно в твоем возрасте и провёл в этом состоянии двадцать два года. В чём-то это было прекрасное времяпровождение и очень хорошая возможность до предела развить своё тело и сделать шикарный маникюр и педикюр, — Николай продемонстрировал идеально ухоженные ногти миндалевидной формы без единого изъяна. — Вампиром что-то изменить станет крайне сложно, а так ты можешь развить свои мышцы, выбрать идеальную прическу, что каждую ночь будет к тебе возвращаться, стать вампиром в своём идеальном состоянии весьма неплохо. Так что готовься, стань лучше ещё до своего рождения в ночи, и тогда становление лишь полнее раскроет твои достоинства. — Выходит, вампиром быть здорово? — Вампиром быть просто восхитительно! Нет смертной болезни, что доставит тебе что-то больше, чем неудобства. Ты больше, чем человек, сильный, умный, Бессмертный… Правда, во всём этом есть три значимых изъяна. Солнце нас сжигает до пепла, огонь калечит, а голод сводит с ума и выворачивает изнутри. Но сейчас каждый из них можно значительно сгладить, если твоя воля крепка и у тебя нет недостатка в крови. — Подожди, в тот миг, когда ты спас меня, еще светило солнце, — девушка испуганно осмотрела Николая. — Верно, и оно обжигает даже через одежду, так что ради твоего спасения пришлось пойти на риск. Мне очень бы не хотелось повторять подобный опыт. К тому же ты больше не простой человек, а гуль. И то, что поставит тебя в подобное состояние как гуля, для твоего спасения, возможно, потребует обращения в вампира. А сейчас это просто убьет тебя. Так что береги себя, через двадцать лет я, возможно, обращу тебя. — Это очень долго, — насупилась девушка. Николай обнял её и нежно потрепал по голове. — Мария, ты, кажется, неверно оцениваешь своё положение. У тебя есть часть преимуществ вампира и почти нет недостатков, осваивайся, и в свободное время мы сможем здорово повеселиться, — последние слова вампир произнёс девушке на ушко, томно погладив по щеке. — Ты можешь есть вкусную еду без необходимости потом очищать свой желудок рвотой. Большинству эта радость недоступна, и даже самый сочный стейк для них будет всё равно, что вымоченная в мазуте резина. Я не из их числа… Но в норме моё тело не способно усвоить что-то кроме крови. Так что я даже немного завидую тебе. Ты полноценно живая, радость прикосновения для тебя куда глубже. Но хватит об этом. Сейчас у меня достаточно крови, чтобы преподать тебе небольшой урок. — Чему ты хочешь меня научить? — Нервно спросила девушка. — Раздевайся, — его голос прозвучал мягко, но в этой мягкости таилась стальная непреклонность. — Бельё можешь оставить, это будет полезный урок, — вампир позволил себе улыбнуться, скрывая за своим взглядом тёмное предвкушение. Тусклый свет дрожащей лампочки отбрасывал извивающиеся тени на кирпичные стены подвала. Николай стоял перед Марией, медленно пропуская кожаный ремень между пальцами. Его глаза, холодные хищные глаза, изучали её нежную фигуру. Дрожа от волнения, девушка коснулась своей одежды, пальцы непослушно замерли на пуговицах блузки. В животе горячей волной разлилось странное чувство — смесь страха и чего-то более тёмного, более запретного. Одежда соскользнула на пол с шепотом, похожим на изумленный вздох. Вампир привязал девушку за руки к бревну, служащему опорой подвала. С некоторым интересом осмотрел спину Маши, проведя холодной рукой по нежной тёплой коже. С некоторым тёмным удовлетворением он вдохнул аромат её тела. Николай чувствовал терпкие нотки страха и предвкушения, исходящие от дрожащей Маши. — Я сделаю тебе больно, — вампир почти интимно прошептал это на ухо девушке, — ты в безопасности, не сопротивляйся, а просто прими это чувство и попробуй исцелиться. Ремень свистнул в воздухе, и первая полоса огненной боли расцвела на её коже. Маша вскрикнула, но крик тут же превратился в стон, когда тело само выгнулось навстречу боли. В ударе чувствовалась рука мастера, не палача или специалиста по пыткам, а старого БДСМщика. Второй удар обжигал, но в то же время вызывал у девушки приятную дрожь. Третий. Четвёртый. Пятый… Каждый новый след горел ярче предыдущего, но нарастающая боль от различных ударов смешивалась с нарастающим теплом внизу живота. Николаю нравилось причинять боль подобным образом. В такие моменты он чувствовал себя по-настоящему живым, и даже Зверь, в иные моменты пытающийся вцепиться ему в глотку, сейчас, как и всегда, забился в угол. Сущее безумие, но неужели хищное нутро боялось его в такие моменты? Николай смеялся в душе от таких мыслей, намереваясь как-нибудь устроить себе пару месяцев диеты чисто на крови животных, лишь для того, чтобы заставить своего Зверя СТРАДАТЬ. Николай нежно провёл тяжело дышащей девушке по губам, размазывая по ним капли своей крови. Нежно, словно страстный любовник, целующий возлюбленную, укусил Марию за шею, заставив её застонать в наслаждении. Он ощутил вкус её крови, не сделав и единого глотка. Вампир знал, что его укусы приятны, и знал, что девушка, из которой он воспитывает свою послушную собачку, со временем станет сильно зависима от наслаждения, что они дарят, но он продолжал играть на струнах её души. — Наслаждайся, мой милый питомец, — вампир нежно поцеловал свою игрушку в шею. Он знал это состояние, девушка «поплыла». Сейчас её разум в смятении, взгляд в тумане, а сознание сродни человеку на сеансе гипноза. Николай внимательно следил за возбуждением, наполняющим ауру девушки безумным мельтешением тёмно-красного, синего и фиолетового. Вампир мог бы её взять прямо здесь и сейчас, как взял с десяток крестьянских девушек, вернувшись в поместье отца на каникулы, после того как стал гулем. Он мог бы утопить девушку в океане плотского наслаждения, лишь сильнее разжигая её фанатизм, и плевать на возраст, мораль смертных слишком ограниченный инструмент для сородичей. Вот только Николай уже не был пубертатным подростком, что впервые дорвался до женского тела, и давно пресытился простыми удовольствиями плоти. Вампир всё так же наслаждался физической близостью, но его мёртвое тело не испытывало всей той бури подростковых гормонов, и потому опытный кровопийца стал куда более требовательным. Он возьмёт её, но не сейчас и не в ближайшие ночи. Сперва он направит её безумие в нужное русло, распалит её желание до невозможных пределов и воспитает девочку, влив в её душу свою тёмную, искажённую мораль. Николай прекрасно понимал, что Маша его хочет, и хочет давно не как друга, а как мужчину, но брать её сейчас было бы просто до неприличия рано, а главное — скучно. Свою игрушку хотелось бы воспитать в идеальную любовницу, носящую тапочки в зубах, и в сильного соратника. Николай осмотрел тяжело дышащую, покрасневшую от возбуждения Машу. Она так страдает, так жаждет самой настоящей физической близости, что Николай чувствовал себя просто обязанным продержать её в таком состоянии ещё лет десять. Смешной срок для бессмертного, но тяжёлое испытание для маленькой девочки, достойная проверка её любви и верности. И если его игрушка не пройдет её, она будет ему не нужна. С мрачной решимостью Николай осмотрел уставшую девушку, пообещал творчески наказать её, если она нарушит установленные им правила. — Вот так, моя маленькая рабыня, — Николай наблюдал, как зрачки девушки расширяются, вбирая весь редкий свет подвала. — Чувствуешь? Твоя истинная природа даёт о себе знать. Его пальцы коснулись израненной, кровоточащей спины, от чего Мария чуть не задохнулась. Боль раскрылась с новой стороны, будто обнажённое лезвие. Но сквозь неё проступало иное чувство — извращённое наслаждение смешивалось с тёмным витэ вампира, растворённым в её крови. Кровь отвечала на прикосновения, и ссадины, что должны были заживать долгие дни, затягивались на глазах, словно незримый художник прятал их на роскошном холсте из плоти. — Я… Кажется, сделала это… — со слабым стоном прошептала девушка. Николай улыбнулся, и в этот миг его улыбка казалась была высечена из мрамора. Вампир продержал девушку, понимая, что её разум перегружен от пережитого опыта. После чего нежно прижал к своей мёртвой груди. Утомлённая девочка засыпала в объятиях вампира, ещё не ведая уготованную себе судьбу. Анцилл улыбался, чувствуя себя приятно завершённым, осторожно укладывая полуголую девушку на своё спальное место. Этой ночью они не будут покидать своё логово, и за своим гулем, заодно приводя в порядок дела. Нужно подготовиться ко многим мелочам, в том числе к ожидаемым проблемам с её родителями. Вампир взял лист бумаги и перьевую ручку. Для Маши указания он напишет, Михаилу же выдаст устно, а после следует подготовиться к возможным проблемам. Не просто же так агент тайной организации пошел ему навстречу?