Unspoken

2020 год, декабрь. Давящая комната, два менеджера и участники недавно дебютировавшей группы Enhypen. Парни сидели в переговорной комнате, и их разговоры были полны напряжённости. Волна беспокойства не прошла бесследно даже для опытных работников стаффа. Джейк уже в который раз поправлял свой галстук, а Ни-ки нервно теребил края своей рубашки.  — Она действительно будет здесь? — шёпотом спросил Сонхун. — Конечно, — ответил Джейк, чувствуя, как его сердце бьётся быстрее. — Не переживайте. Всё будет нормально. — Это Хан Джиа, вы понимаете?! — выдохнул Ни-ки, поднимая взгляд и с ужасом следя за дверью. В тот момент дверь открылась, и в комнату вошла Хан Джиа. Она была для всех вокруг чем-то большим,будто каждый её взгляд, каждый жест был наполнен историей. Её образ был безупречным: лицо без малейшего намёка на усталость, несмотря на длинный день. Она была невозмутимой, и её присутствие моментально сделало атмосферу в комнате ещё более напряжённой.  Хан Джиа была не просто айдолом — она была одной из самых высокопрофильных личностей в индустрии, настоящим символом успеха, который многие могли бы считать недосягаемым. Она не была новичком на сцене. Её карьера началась задолго до того, как другие группы и артисты стали популярными, и это было видно в каждом её движении. Джиа дебютировала в возрасте, когда большинство её коллег только начинали мечтать о большом успехе. Впервые вкусив и поняв все тяготы становления артистом в своём четырнадцатилетнем возрасте, сейчас она была частью элитной группы, которая оставила свой след в истории K-pop ещё до того, как этот жанр стал глобальным явлением. С годами её имя стало синонимом качества и стабильности, и, что более важно, она сама стала эталоном того, как нужно быть профессионалом в этом мире. Сильная, уверенная и невероятно опытная, Джиа не нуждалась в том, чтобы кто-то подтверждал её статус. Её известность давно перешла границы Азии и стала международной. Культовые фильмы и дорамы с ней в главной роли, многомиллиардные просмотры на музыкальных видео и звание «самой известной азиатки» говорили все за нее. Джиа манила. Она не играла по стандартам, которые диктовала индустрия. Она и была стандартом. Для многих, кто хотел бы узнать её поближе, невидимая стена казалась непробиваемой, как будто сама идея близости с ней была чем-то недостижимым. Но те, кто начинал общаться с ней, начинали понимать, что она не строила барьеров для других. Она просто не оставляла места для фальши. Её успех был результатом её усилий и таланта. Джиа была одновременно изысканной и спокойной, как человек, которому не нужно доказывать свою ценность. Каждый её ответ был точен, не было ни лишних слов, ни излишней доброжелательности. Это было её естественное состояние — не пытаться угодить, но при этом оставаться уважаемой. Она была тем, кем её восхищались, и тем, кого боялись. Именно этим Джиа и притягивала, как магнит. Её популярность не строилась на трендах или моде — она исходила от самого её существа и способностей, источенных практически до совершенства. Это не было чем-то поверхностным. Это была её жизнь.     Джиа окинула их взглядом, особо не имея представления об общении с хубэ, и села за стол. — Добрый день, — сказала она с лёгким, но сдержанным тоном.— Что-то все такие серьёзные, как на экзамене. Молодые парни молчали, не зная, как правильно реагировать. Джиа смотрела на них с любопытством, но без признаков особого интереса или открытого тепла. Она не была негативно настроенной к этим напуганным мальчишкам , а скорее сама находилась в диссонансе. Комната оставалась в тягостной тишине. Затем, после долгой паузы, которая показалась вечностью, Ни-ки всё-таки не выдержал и, собирая остатки смелости, сказал: — Можно… пожать вашу руку? Все взгляды тут же устремились к нему. Джиа, не скрывая удивления, приподняла брови. Она не ожидала такого излишне нервного жеста от младшего. Впрочем, её лицо оставалось холодным и сдержанным. Однако она решила не продолжать молчать, и, глядя на его неуверенное выражение, сказала с лёгким оттенком: — Если тебе так важно, конечно. Она протянула руку, и Ни-ки, стиснув зубы от волнения, с трудом взял её. Трясущимися руками он пожал её ладонь, и его лицо моментально побледнело. — Я… я больше не буду мыть руку, — пробормотал он, стараясь скрыть свою неловкость. Джиа немного прищурила глаза, наблюдая за ним. Парни несколько мгновений молчали, пытаясь осознать происходящее. Однако напряжение не уходило, и ситуация была столь неловкой, что даже Сонхун заметно потёр руки и попытался развеять обстановку, но без особого успеха. Чонвон, будучи лидером даже собирался сказать что-то, но банально не нашел слов. Все было слишком неловко. Тогда Джиа немного сдвинула кресло, заметив, как напряжены все. — Не переживайте так, — наконец сказала она, немного смягчив свой тон. — Всё нормально. Но когда она заметила, что Ни-ки продолжает выглядеть неуверенно, она инстинктивно, но без особой мягкости добавила: — Если ты так нервничаешь, могу предложить обняться. Она поднялась, а её голос звучал с лёгкой иронией, как если бы она давала не очень важный, но нужный совет. Ни-ки, недоумённо посмотрев на неё, заметно расслабился, и его напряжённое тело, как будто соскользнув с натянутого каната, обмякло. Тогда, не ожидая особой реакции, Джиа протянула руки и обняла его. Это было быстро и не слишком тёпло, но достаточно, чтобы успокоить его. Ни-ки, немного удивлённый, вздохнул с облегчением и улыбнулся, но тут же снова сжал плечи, будто пытаясь скрыть свою неловкость. Джиа, отстранившись, снова села на своё место, как если бы это было просто обычным делом. Джейк наблюдал за ними, не в силах оторвать взгляд. Он заметил, как Джиа действовала с невероятной сдержанностью и точностью, будто её поведение не зависело от других, а исходило из её внутренней уверенности. В её действиях не было ни малейшего намёка на симпатию или открытое сочувствие, но было нечто, что заставляло его думать о ней всё больше. Она была как будто не связана с эмоциями, сдержанная, независимая, и именно эта черта притягивала его. Он чувствовал, что в её взгляде прячется больше, чем она позволяет себе показывать. Она не замечала его внимания, не акцентировала на нём взгляд. И это вызывало в нём растущее любопытство. Её холодность, её уверенность в себе были как магниты, которые не отпускали его мысли. Он хотел бы понять её больше, но не знал, с чего начать. Джейк не мог избавиться от мысли о ней. Он до сих пор ощущал в груди какое-то странное беспокойство, которое не мог объяснить. Всё в ней было холодно и отстраненно, но при этом что-то в её поведении всё равно цепляло. Как она сразу распознала, что Ни-ки слишком нервничает, и предложила ему обняться - это казалось незначительным, но при этом таким непредсказуемым. И её ироничный тон, когда она сказала «не переживайте», оставил его в недоумении.    Шим хотел разобраться в этом, но его мысли путались. Он не мог понять, была ли это просто её манера или она на самом деле скрывала что-то большее. Почему она вела себя так, как будто ничто не может её поколебать? В ее глазах было что-то недоступное, что-то, что он не мог понять. Но именно это и привлекало его больше всего. Он заметил, что остальные парни не обращают на неё большого внимания. Сонхун,кажется, даже не пытался искать какие-то глубокие смыслы в её словах, а Ни-ки все еще сидел в углу, взволнованный, пытаясь понять, как отреагировать на её неожиданное предложение. Но Джеюн не мог оторвать от неё взгляда. Его мысли были все о ней. Почему она такая непостижимая?                                    ***  2021 год, май. Тренировочная комната после поздней репетиции. Тусклый свет, тишина, нарушаемая лишь приглушёнными басами из соседнего зала. Комната казалась слишком большой, слишком пустой. Джиа сидела на полу, прислонившись спиной к стене. Тело изнемогало от усталости, а голова забита лишь предстоящим выступлением. Время поджимало, а Джейк всё никак не мог понять элементы хореографии. Она могла чувствовать, как её терпение сходит на нет. Мышцы болели, от долгих репетиций всё тело казалось затёкшим, а в голове уже не было места для лишних мыслей, только одно - всё должно быть идеально. Это была её работа, ее обязанность: она не могла позволить себе расслабиться, особенно когда всё зависело от её профессионализма. Она взглянула на Джейка, который снова попытался сделать шаг, но снова запутался в движениях. Всё это казалось таким... неуклюжим. Джиа устало вздохнула, пытаясь скрыть свою злость. Её терпение иссякало, и всё больше хотелось просто прекратить эту бессмысленную трату времени. Но она не могла этого позволить. "Мы не можем себе позволить ошибок," — это была её первая мысль.     Однако что-то в его выражении заставляло ее сдерживаться. Он все пытался, хоть и явно был истощён, и хотя Джиа не была известна своей мягкостью в таких ситуациях, ее внутренний голос говорил ей, что стоило бы все-таки сделать шаг навстречу, чтобы не разбить его уверенность окончательно. Она уже привыкла к своему характеру: никогда не показывать слабости, всегда контролировать ситуацию, не сдаваться. Но сейчас внутри неё было нечто другое — усталость, перегрузка и раздражение, которое она не могла игнорировать. "Почему он не может понять это элементарное движение? Почему мы до сих пор на этом зациклились?" Пластиковая бутылка с водой была наполовину пустой, а её пальцы машинально сминали тонкие стенки, издавая сухой хруст. Она смотрела на Джейка, который всё ещё стоял на середине зала, оттачивая движение уже, наверное, в сотый раз за этот вечер. Внутренне она сдерживалась, но её голос, когда она заговорила, звучал жестко и безжалостно: — Ты с ума сошёл? — хрипло бросила она, наконец не выдержав. — Скоро выступление, а ты не можешь доделать эту чертову часть.Я не уверена,что ты не опозоришь нас. Джейк остановился и обернулся. Пот струился по его вискам, волосы прилипли ко лбу, футболка была насквозь мокрой. Он тяжело дышал, но упрямство в глазах не исчезало. — Я почти сделал, — выдохнул он, проведя рукой по лицу. Джейк пытался не показывать, как сильно он нервничает, но внутри мысли были полны растерянности и отчаяния. Он снова попробовал сделать движение, но снова ошибся. И снова её взгляд был сдержанным, её слова - резкими. Он не знал, что сказать, не знал, как угодить. В её холодном поведении не было ни капли жалости. Она была строга, и в этот момент он чувствовал себя самым некомпетентным человеком в комнате. Джиа покачала головой и усмехнулась, криво, как будто не веря в его слова. — Ты выглядишь как ребёнок, который хочет всем понравиться, — усмешка в её голосе была едва заметной, но резала по-своему. Он замер, посмотрел на неё чуть обиженно. «Почему она не может понять, что я пытаюсь?» — мучительно думал он, но не ответил. Вместо этого просто подошёл к стене и тяжело сел на пол, оставляя между ними едва ли метр. Тишина накрыла зал, и Джиа почувствовала, как вместе с ней упала и напряжённость. — Может, потому что я и есть ребёнок для тебя, — вдруг тихо сказал он, глядя куда-то перед собой. — Ты так и думаешь, да? Джиа ощущала странную смесь раздражения и сочувствия. Она понимала, что Джейк переживает, пытаясь найти свою роль в их взаимодействии, но она была старше, опытнее и смотрела на всё с позиции, что такие чувства — часть взросления. В её глазах было что-то холодное, как будто она уже пережила все эти эмоции и поняла, что не стоит обременять себя лишними привязанностями. «Он просто не понимает, что мне не нужно ничего больше», — думала она. «У него будет ещё много таких переживаний, и всё это пройдет». Джиа знала, что его чувства не продлятся долго, ведь в его возрасте всё воспринимается иначе. Она видела в нём младшего, того, кто только начинает познавать мир, и считала, что с возрастом он сам всё поймёт. Три года — не такая уж большая разница, но для неё она ощущалась как пропасть. Она не могла воспринимать его иначе как младшего, кто ещё не научился смотреть на мир так, как она. «И это пройдет», — мелькнула её мысль. — Джеюн, — она не называла его так часто, обычно всё сводилось к короткому и безличному “Джейк”, но сейчас голос был мягче. — Я не хочу ни игр, ни отношений. Это просто лишнее. Он вдруг поднял на неё взгляд, такой прямой и немного дерзкий, будто решившись на что-то.Он давно грешил мыслями о ней,о них… — А если это не игра? — его голос был тихим, но в словах чувствовалась твёрдость. — Мы можем просто взять то, что хотим. Без каких-либо слов и обязательств. Джиа удивлённо вскинула брови.Она совершенно не ожидала такого напора от младшего коллеги. — Без обязательств? — переспросила она, усмехаясь,но в тоже время напрягшись телом.— Ты понимаешь, о чём говоришь? Джейк выдержал её взгляд, хотя на лице проскользнула неуверенность. — Я взрослый, Джиа. Тоже могу принимать решения. Она смотрела на него, как будто взвешивала сказанное. Его мокрые пряди, покрасневшие от усталости щёки, сбившееся дыхание… Он был таким юным, но не казался мальчиком. — Ты пожалеешь об этом, — сказала она вдруг и поднялась на ноги. — Не пожалею, — бросил он, вставая следом. Джиа шагнула к нему, сокращая расстояние до невозможного. Он замер, но не отступил. Она смотрела на него долго, слишком долго, а потом взяла его за подбородок, слегка приподняв его лицо. — Я предупредила, — прошептала она. И их губы встретились. Всё было как-то неожиданно, будто её тело действовало по инерции, а он не мог удержаться, чувствуя, как сердце бешено колотится от напряжения. Пальцы Джиа скользнули по его щеке, а его руки невольно потянулись к её спине, сжимая её, будто пытаясь понять, что это всё значит. Тепло, и вдруг, будто что-то тянет её ближе, вглубь этого поцелуя. Его дыхание смешивалось с её, и всё вокруг стало смазанным, как в фильтре, всё было так близко, как если бы их мира больше не существовало. Когда она отстранилась, Джейк всё ещё стоял, прислонившись к стене, глядя на неё широко раскрытыми глазами. Он не сказал ни слова, только ощущал, как кровь бурлит в его висках. Джиа отступила, словно возвращаясь к реальности. — Доработай,не опозорь— отстраненно бросила она, подбирая свою сумку и направляясь к выходу. Джейк стоял, молча, проведя рукой по губам, которые ещё горели от её прикосновения. Было как-то слишком странно и слишком сильно для чего-то, что она назвала «без обязательств».                                 *** 2021 год, июль. Полумрак спальни Джейка разрезала вибрация телефона. Он повернулся на бок, чувствуя, как гулкая тишина комнаты вдруг обострила звуки. На экране светилось её имя. Сердце ёкнуло прежде, чем он успел осознать причину волнения. Сообщение. Лаконичное, простое: «Ты ещё не спишь? Приходи сейчас.» Он перечитал его несколько раз, будто пытаясь уловить скрытый подтекст. Но не было ни знаков эмоций, ни уточнений. Словно для неё это был лишь обыденный жест, не стоящий долгих размышлений. «Почему она так легко это делает? Как будто ничего не значит. Она даже не спрашивает, удобно ли мне, не думает, что я могу быть занят. Она знает, что я приду.» Джейк сел на кровати, провёл рукой по лицу, прогоняя остатки сонливости. Он понимал, что это неразумно – быть так доступным, подстраиваться под её капризы, но мысль о том, что он может отказаться, казалась абсурдной. Тем временем Джиа сидела в своей гостиной, освещённой только светом из окна. Лунный отблеск освещал стеклянный журнальный столик, на котором стояли недопитая чашка кофе и закрытая книга с заложенной страницей. Она скрестила ноги, откинулась на спинку дивана и уставилась в потолок, дожидаясь его ответа. «Зачем я это сделала? Возможно, мне просто скучно. Но он придёт. Джейк всегда приходит.» Она слышала вибрацию своего телефона – его ответ пришёл через несколько секунд. Короткое «Скоро буду». Всё шло, как и ожидалось. Дверь квартиры распахнулась, и Джейк вошёл, привычно оглядываясь. Как всегда, её пространство показалось ему стерильным. Белые стены, строго очерченная чёрная мебель, ни одной детали, которая бы выдала её личность. Лишь беспорядочно оставленная чашка на журнальном столике нарушала идеальный порядок. Хан выглядела непринуждённо, словно он был ожидаемой частью её дня. Она стояла босиком на кухонной плитке в лёгких серых брюках и белой футболке, заложив руки за спину. Она была настолько естественной, что это заставляло Джейка чувствовать себя неловко. – Хочешь чаю? – её голос звучал ровно, почти безразлично. Он замешкался на секунду, чувствуя себя чужим, как всегда в её пространстве. – Нет, спасибо, – ответил он, опуская взгляд. Она кивнула, не настаивая. Это была одна из тех вещей, которая ставила его в тупик – её отстранённая лёгкость, как будто ему не нужно было быть здесь, но и не нужно было уходить. Они переместились в гостиную. Джиа села на диван, лениво потянувшись за книгой, но в итоге отложила её в сторону. Она вытянула ноги, скинула одну из подушек на пол. Джейк присел рядом, оставляя безопасное расстояние. Они начали говорить о мелочах – о том, как прошёл день, о репетициях. Она держала дистанцию во всём: в словах, жестах, взглядах. Он это видел, чувствовал, и от этого сердце сжималось. «Почему всё так? Она никогда не спрашивает того, что мне хочется рассказать. Никогда не интересуется, как я на самом деле. Для неё я просто присутствую – но чувствую ли я себя нужным? Я не знаю.» Джиа, наблюдая за его напряжением, будто испытывала его. Она видела, как он осторожно выбирает слова, как смущается под её взглядом. «Джейк всегда такой. Робкий, как будто я могу прогнать его в любой момент. И всё же он всегда рядом. Почему-то это приятно…» Тишина комнаты становилась всё гуще. Джейк почувствовал, как её колено случайно задело его руку, и от этого простого прикосновения его дыхание сбилось. Она, будто ничего не произошло, чуть наклонилась ближе. Её пальцы мягко коснулись его лица и это движение было настолько плавным, что он сначала даже не понял, что происходит. Потом её губы нашли его, и весь остальной мир растворился. Она была уверенной, будто знала каждый его шаг заранее. Он же чувствовал себя обнажённым, не только физически, но и эмоционально. Всё в ней казалось слишком реальным: её запах, тепло её кожи, её взгляд, который никогда не задерживался на нём слишком долго. «Она двигается так, словно это не имеет значения. Как будто я – просто очередной эпизод. Но для меня это не так. Её прикосновения – это то, чего я не могу забыть. Почему я хочу, чтобы она остановилась, но одновременно не хочу, чтобы это заканчивалось?» Джиа ловила каждый его взгляд, чувствуя его внутреннюю борьбу. Это всегда её немного забавляло, но в глубине души причиняло беспокойство. Всё же она испытывала жалость к парню, но и не думала проявлять её. Нет, это было слишком.  «Он слишком нежный. В его глазах столько надежды, но я не могу её поддержать. Я вижу, как он старается сдержаться, но его руки дрожат, будто он боится что-то потерять. Почему он такой?» Комната снова погрузилась в тишину, но теперь она была другой. Тяжёлой. Насыщенной. Джиа поднялась с кровати, потянулась за пачкой сигарет. Она зажгла одну, сделала глубокую затяжку и, приподнявшись на локте, посмотрела в окно. Джейк остался лежать, натянув одеяло чуть выше плеч. Он не знал, что ему делать – обнять её? Сказать что-то? Или просто лежать? Всё казалось неправильным, слишком личным. – Ты не куришь? – нарушила тишину она, протягивая ему сигарету. Джейк замер. Он колебался, но всё же взял её. Сделал неуклюжую затяжку и тут же закашлялся. Она усмехнулась, стряхивая пепел в стеклянную пепельницу. – Тогда зачем взял? – её голос прозвучал мягче, чем обычно, но всё же немного колким. – Ты предложила, – ответил он, пожимая плечами, улыбаясь ей виновато. – Ты слишком добрый, Джеюн – её губы тронула лёгкая полуулыбка, но взгляд остался холодным, почти оценивающим. На кухне Джиа поставила чайник, заварила зелёный чай. Они переместились в гостиную, где Джейк сел у окна, глядя на городские огни. Он долго молчал, пока наконец не решился: – Почему ты меня позвала? – голос был тихим, почти несмелым. Она посмотрела на него через край своей чашки. – Захотелось, – её тон был нейтральным, как будто он спросил о чём-то незначительном, но такой вопрос Джейка явно заинтересовал её. Джейк поднял на неё взгляд. – Просто захотелось? Джиа чуть улыбнулась, не отводя глаз: – А что, нужно обьяснить? Он хотел задать ещё один вопрос, но не смог. В этом молчании было слишком много.  На пороге Джейк остановился, не зная, как попрощаться. Он нерешительно наклонился к ней и обнял. Она не отстранилась, но и не ответила, просто позволила этому случиться. Дверь за ним закрылась, а Джиа осталась стоять, глядя на неё несколько секунд. Потом вернулась в гостиную, допила холодный чай и вновь уткнулась в книгу. В квартире стало тихо, но это была тишина, к которой она привыкла, это была её органика.                                      *** 2021 год, август. С утра парни были в немного странном настроении. Группа Enhypen только что завершила репетицию, и все, казалось, были готовы к дню, который не обещал ничего особенного. Но было одно важное событие — они должны были работать с новой звукозаписывающей командой, которая работала над продюсированием их нового альбома. Это была команда, состоящая из опытных профессионалов, среди которых был известный автор песен и продюсер, чьи произведения имели огромную популярность среди молодежи. — Сколько ещё до начала? — спросил Ни-ки, проверяя время на своём телефоне  — Да не знаю, наверное, минут сорок,  - ответил Хисын, подкидывая в воздух   мячик, который уже где-то нашёл.  — Кто-то из вас уже готов к записи? — спросил Чонвон, немного нервно осмотрев группу. Это было новое место для него, и он почувствовал лёгкое беспокойство, не зная, чего ожидать. — Я всегда готов, — ответил Джей с притворным серьёзным видом. — Ну, почти всегда. — О да, так всегда, — поддразнил его Сону.— Особенно когда всё уже запишем. - со смехом добавил он. Ребята с нетерпением ждали, когда их пригласят в студию. Они собрались в коридоре студии, при этом возникла странная ситуация: они доехали намного быстрее, чем ожидали. Студия была занятой, а время до их записи оставалось около сорока минут. Это создавало легкую неудобную атмосферу. Менеджер Юки, как ответственный за организацию всего этого, решил постучать в дверь и оценить, что происходит внутри. Внутри студии царил тот самый особенный уют, который был присущ только местам, где создавались настоящие произведения искусства. Просторная, светлая комната была наполнена различной аппаратурой, от микрофонов до усилителей, и множество инструментов, предназначенных для живого звука, создавали ощущение творческого беспорядка. Здесь даже не было ощущения студийной стерильности — всё выглядело как творческая лаборатория. Когда дверь студии открылась, менеджер сразу заметил, что атмосфера внутри была напряженной, но при этом естественной. Джиа стояла в центре комнаты, её руки были скрещены на груди, а её взгляд был сосредоточен на обсуждении с мужчинами, которые стояли напротив неё. Один из них был явно барабанщиком музыкальной группы, а другие — продюсерами Хан Джиу. Всё происходило с явной решимостью, но без малейшего намека на строгость. Она была серьёзной, но её выражение лица не поддавало эмоциям, как будто она находилась в процессе глубокой размышлений или принятия решения. Несмотря на это, её поза была уверенной, а её мимика выражала уважение к тем, с кем она общалась. Она говорила уверенно, сдерживая эмоции, но её стиль общения оставался непринужденным и естественным. Окружающие явно внимали её словам, слегка наклоняя головы, иногда обмениваясь короткими взглядами между собой. Джиа жестами подчеркивала свои мысли, делая акцент на важности обсуждаемого вопроса, но её манера общения оставалась спокойной, без резкости или давления. Услышав шум у двери, она заметила менеджера Юки и сразу прервала свою репетицию, бросив взгляд на него. Узнав его, она приветливо кивнула, усмехнувшись. — Здравствуйте, — произнесла она, слегка удивленная его появлением. — Что случилось? Юки, немного смутившись от неожиданности, объяснил ситуацию: — Мы немного раньше приехали, и нам нужно подождать. Не могли бы мы просто посидеть здесь, пока не начнется наше время на записи? Извините за это неудобство. Хан Джиа, немного растерявшись, всё-таки согласилась: — Конечно, заходите. Я понимаю. Но, пожалуйста, не создавайте лишнего шума.  Менеджер поблагодарил её, затем выйдя за дверь коротко объяснил ситуацию ребятам из Enhypen, кто занимает студию и что они могут просто посидеть, пока не наступит их время. Парни слегка смутились, но благодарно кивнули. Для Хисына эта встреча стала неожиданной. Он был единственным, кто догадывался об отношениях Джеюна и Джиа, но не знал, какова была их реальная ситуация. Он обменялся взглядом с Джейком, который был в своём мире, немного погружён в размышления, но всё равно не мог не заметить, как эта встреча развивалась. Странное чувство смущения и удивления не покидало его. Парни встали, шагнув в студию, и тут же оказались поражены масштабом помещения. Это была не просто студия, а настоящая многофункциональная зона, где можно было не только записывать музыку, но и репетировать, и снимать клипы. Для них это было новым опытом — в таких местах они ещё не бывали. Джейк наблюдал за Джиа, которая продолжала свой репетиционный процесс. Она была настоящей рок-звездой — с гитарой на плече и в своем стиле гранж, который идеально подходил её личности. Она выглядела невероятно привлекательно в своей повседневности, особенно когда в её руках была электрогитара. Окончательно проверив аппаратуру и услышав звуки палочек от барабанщика, Джиа заиграла “The Walls” от Chase Atlantic. Каждый аккорд говорил о мощности и выразительности выбранной песни, пальцы легко и быстро переходили по струнам, создавая мелодию, полную энергии и эмоций. Она полностью погрузилась в музыку, чувствовала каждую ноту, проживала её. Enhypen с восторгом наблюдали за её игрой. Некоторые даже переглянулись, комментируя, как она хороша. Смешанное чувство удивления и восхищения охватило всех, а глаза Джейка были буквально прикованы к ней. — Она потрясающая, — сказал Ни-ки, разглядывая Джиа, не скрывая своего удивления. Но Джейк уже не слышал никого, его внимание было полностью поглощено Джиа. Он был восхищён, чувствовал, как музыка от неё буквально захватывает его. Закончив с последними аккордами, девушка слегка пригладила волосы, растрепавшиеся от ее покачиваний головой, бросив на своих новых зрителей быстрый взгляд, и с лёгкой улыбкой рассмеялась, замечая их реакцию. Это был тот самый момент, когда Джейк увидел её улыбку — не на сцене, а в обычной жизни. Она была гораздо теплее и добрее, чем казалась на первый взгляд. Он не мог скрыть того, что почувствовал: его сердце будто пропустило один удар. Ни-ки и Джей начали громко аплодировать, и Джиа не могла разок не улыбнуться. Всё это было так естественно и органично. Но для Джейка тот момент, когда она смеялась и оглядывалась на них, стал тем самым моментом, когда он понял: это точка невозврата.