Часть 41

Наступил яркий солнечный день. Киске почувствовал, что кто-то похлопывает его по лицу. Он открыл глаза и увидел черную кошку с золотыми глазами, смотрящую на него сверху. — *Зевок* Доброе утро, Йоруичи. — Он сел и потянулся всем телом. — Доброе утро. *Зевок* — Поприветствовала его в ответ Йоруичи, но теперь настала ее очередь зевать, и ей захотелось спать. На самом деле им обоим не нужно спать каждый день, но они сохранили привычку держать умственное напряжение под контролем. — Ты действительно не останавливалась всю ночь? — Киске встал и почесал в затылке, глядя на Йоруичи и спрашивая. «Мне их очень жаль.» — Я уже говорила тебе. — Йоруичи потянулась всем телом, готовясь ко сну. — Ну и как все прошло? — Киске подошел к своему шкафу и начал готовить школьную форму, которую он будет использовать сегодня. — Это крепкий орешек, который трудно расколоть… Нет, скорее они — сумасшедшие верующие из культа. Даже если я отрежу им конечности и перегружу их болевые рецепторы, они не заговорят. Я сдалась, когда они были уже почти мертвы. Я запечатала все их когнитивные функции и оставила их там. Если я не буду так много делать, они найдут любую возможность покончить с собой. — Йоруичи говорила о некоторых методах, которые она использовала, чтобы заставить их говорить. — Неужели это так? Тогда мне придется прибегнуть к последнему средству. Можешь ли ты подготовить ритуальное место? — Киске уже закончил готовиться и вернулся к кровати, где лежит Йоруичи. Он уже использовал магию, чтобы очистить себя, но он все еще хочет сделать небольшие погружения в воду рано утром. — Я многому научилась у тебя, так что все будет в порядке. Я свяжусь с тобой, если возникнут проблемы. — Йоруичи внезапно превратилась обратно в свою человеческую форму. Она обнажена, стоит на коленях на кровати, закрывая рукой область промежности и подчеркивая грудь. Она подняла глаза и увидела, что Киске уже стоит на краю кровати, опустив одно колено. — Ты справишься. Спокойной ночи, Йоруичи. — Киске подошел к ней, не обращая внимания на ее состояние, напротив, он подумал, что она сейчас очень симпатичная. Он протянул руку и взял ее за подбородок, приподняв ее голову. Они посмотрели друг на друга, и Йоруичи пробормотала, закрывая глаза: — М-м-м, спокойной ночи. Киске поцеловал ее в губы. У них был короткий, но горячий поцелуй. Они оторвались друг от друга и улыбнулись. Йоруичи приподняла одеяло, накрылась им, легла на кровать и с довольной улыбкой закрыла глаза. Они всегда так делают, когда Йоруичи гуляет всю ночь и должна была ложится спать, когда просыпается Киске. Киске посмотрел на нее с нежной улыбкой и погладил по голове. Затем он вышел из комнаты, чтобы привести себя в порядок, и понес вниз свою смену одежды. Добравшись до ванной, он увидел, что ванна уже наполнена теплой водой. Его мать знала, что Киске любит купаться каждое утро и всегда готовит ее для него, когда находится рядом. Приняв ванну, он переоделся в школьную форму и подошел к обеденному столу. Конеко уже сидит на стуле, пока его мать готовит им ланч-боксы. — Доброе утро. — Киске сел и начал есть свой завтрак, который состоял из приготовленного на пару риса, супа мисо, жареной рыбы и различных гарниров. — Доброе утро. — Ответила Конеко на его приветствие и с большим удовольствием продолжила завтракать. — Киске, я вернусь домой поздно вечером, так что позаботься о своем ужине позже. — Сакура упаковала три коробки с завтраком и поставила их на стол. — Конеко-тян, отдай это своей бабушке. — Она указала на одну из трех коробок с завтраком. — Благодарю вас, тетушка. — Конеко улыбнулась этим заботливым действиям, которые все еще были для нее новыми, так как даже если она была усыновлена кланом Гремори, для нее очень редка такая «семейная» атмосфера. — Всегда пожалуйста. Конеко-тян — Сакура улыбнулась ей в ответ. Она сняла фартук и вернулась в свою комнату, чтобы подготовиться к работе, оставив за обеденным столом только Конеко и Киске. — Ах… Конеко-тян, у нас нет занятий на вторую половину дня. Какие у тебя планы? — Внезапно спросил ее Киске, вспомнив сегодняшнее расписание. — Я бы хотела продолжить обучение у Йоруичи-сан. Я начинаю лучше контролировать свою жизненную силу и тех, кто находится в моем окружении. Я также хотела бы попрактиковаться в тех основах жизненной силы, о которых ты говорил. — Отвечает Конеко, доедая свою еду. — Насчет этого нам придется все отменить. Мы с Йоруичи будем заняты. Кроме того, не ходи на тренировочную площадку, так как это может быть опасно. Понимаешь? Мы просто проведем твое обучение вечером. — Киске серьезно посмотрел на Конеко и предупредил ее. — Опасно? С тобой все будет в порядке? — Конеко обеспокоенно посмотрела на него, так как Киске редко упоминает слово «опасность». — Мы будем в порядке~. Это не так уж и важно. Я просто предупреждаю тебя на случай, если случится что-то неприятное. — Киске вернулся к своему беззаботному лицу и погладил Конеко по голове. — Хорошо, но, пожалуйста, будь осторожен, семпай. — Конеко наслаждалась утренним поглаживанием и встала, унося посуду с собой на кухню. — Я так и сделаю. И просто напоминаю, никогда не практикуй Кидо в одиночку, так как эти заклинания находятся на экспериментальной стадии и могут оказаться опасными без присмотра. — Киске тоже доел свою еду и встал, чтобы последовать за Конеко на кухню с тарелками. Конеко серьезно кивнула ему, вспомнив, как ее семпай экспериментировал с этим Кидо, в итоге тот подорвал как себя, так и окружающее пространство. Хорошо, что тренировочная площадка большая и прочная. Расставив посуду, они пошли в гостиную за своими школьными сумками и направились к входной двери — Мама! Мы уходим! — Крикнул Киске в глубь дома. — Будьте там поосторожнее! — Ответил изнутри голос Сакуры. Они вышли за дверь, заперли ее и направились в сторону школы. Поскольку Конеко по своей природе молчалива, Киске также ничего больше не сказал и просто наслаждался утренним ветерком и некоторыми случайными взглядами зависти и ревности из-за того, что он ходил с симпатичным «талисманом» академии. На полпути их обычного пути Киске почувствовал на себе взгляд, отличный от других. Она также сопровождается странной аурой. Парень закрыл глаза на ходу и активно осматривал окрестности. Справа за ними, в 75 метрах, стоит красивая молодая женщина с пышной фигурой, длинными черными волосами с рассеченной челкой и золотисто-карими глазами с кошачьими зрачками, одетая в черное кимоно, желтый оби, набор золотых бусин и богато украшенную головную повязку. Кимоно имеет красную внутреннюю часть, и оно открыто на ее плечах, открывая вид на ее большие груди, которые соперничают с Риас и Акено по размеру. Кроме того, из ее головы торчит пара черных кошачьих ушей, а сзади торчит пара черных хвостов. Ее взгляд метался между Киске и Конеко, но смотрит на каждого из них совсем по-разному. В то время как она смотрит на Конеко с любовью и легкой тоской, на Киске она смотрит с враждебностью и легкой ревностью. Киске на мгновение растерялся, но вспомнив историю Конеко, на его лице появилась улыбка, граничащая с хихиканьем. Конеко заметила выражение его лица и спросила: — Что случилось, семпай? — Ничего, я просто кое-что вспомнил. — Ответил Киске. Конеко больше не спрашивала, так как привыкла к тому, что ее семпай иногда ведет себя странно. «И вот наконец появилась и неуклюжая сестра.» — Подумал Киске. — Конеко, удача придет к тебе очень скоро. — Внезапно сказал Киске. — Ха-ах… Семпай, ты еще и гаданием занимаешься? Пожалуйста, прекрати это, если это только для того, чтобы привлечь девочек. — Конеко смущенно посмотрела на него. Тем не менее она предупредила его. Киске не мог ничего ответить.