Пролог. Рождённые в цветах

***С детства Йерин видела мир иначе. Для неё люди не просто улыбались — их радость переливалась золотистыми оттенками, словно лучи солнца на воде. Грусть казалась приглушённо-синей, как вечернее небо после дождя. Она не просто чувствовала эмоции, она видела их и могла передавать через краски. В её семье это было даром, передающимся из поколения в поколение. Её мать, Чон Мира, и отец, Ким Дэхён, сами были знаменитыми эмоционалистами. В их доме стены были покрыты картинами, что наполняли каждого, кто входил, теплотой и покоем. Когда в Йерин впервые проявилась способность, родители отнеслись к этому не просто с радостью, а как к судьбе. — Ты особенная, — сказала ей однажды мать, проводя рукой по её волосам. — Когда-нибудь твои картины сделают этот мир лучше. Йерин верила в это. Поэтому, когда в возрасте десяти лет она нарисовала картину, от которой родители невольно улыбнулись и обняли друг друга, сомнений не осталось. Она отправится учиться в «Сонхва» — школу, где собирались такие же, как она. Но не все, кто попадал туда, несли в себе свет. Минджун не помнил, когда впервые понял, что его картины вызывают страх. Он рисовал, когда ему было больно, когда хотелось хоть как-то выразить то, что невозможно сказать словами. Его первая работа, пробудившая эмоции, появилась в детском доме. Ему было тогда всего двенадцать. Темное пятно, растекающееся по холсту, словно пропитываясь самой сутью одиночества. Когда воспитательница посмотрела на рисунок, она заплакала. А потом ушла и больше не вернулась в ту комнату. — Он странный, — говорили другие дети. — Его картины пугают. Тогда он понял: его искусство не приносит радость. Оно вытаскивает наружу самые глубокие страхи, разрывает душу. Школа «Сонхва» нашла его сама. Они пришли к нему, когда он уже почти смирился, что останется в этом сером мире один. — Твой дар важен, — сказали ему. — В мире должны существовать все оттенки чувств. Минджун не знал, зачем ему это. Не знал, почему согласился. Возможно, просто хотел увидеть, что будет дальше. Но он не подозревал, что в той школе встретит ту, кто станет его самой большой противоположностью.