Часть 1

Огромный трехмачтовый парусник держал путь к Новому Свету. Берега Европы остались далеко позади. В небе громко кричали чайки, волны с плеском бились о борт, воздух был наполнен солью и свежестью. Уже месяц, как Олрокс и Мизрак были на пути в Америку. Мизрак постепенно начал отходить от своей печали, снова стал улыбаться и шутить. По ночам Олрокс часто выходил на палубу и играл на скрипке. Его музыка разносилась на многие мили вокруг. Сегодня на корабле отмечали радостное событие - у одного из пассажиров был день рождения. Так как путешествие было долгим, все, кто находился на борту постепенно познакомились друг с другом, многие подружились и стали приятелями. В этот день именинник, хозяин хлопковых плантаций в Кентукки по имени Фредерик позвал к себе практически всех пассажиров парусника и накрыл шикарный стол. В его каюте весь день играл граммофон, были слышны звуки песен и танцев. - Вот свиньи, - ругался сквозь сон Мизрак, накрывая голову подушкой, - поспать не дадут... - Привыкай...ха-ха... - так же сонно отвечал ему Олрокс. Люди пировали до глубокой ночи. Позвали всю команду корабля, включая капитана и угостили их вином. Ближе к полуночи веселье стало стихать, лишь некоторые, особо перебравшие гости нетвердым шагом слонялись по палубе. Олрокс и Мизрак, наконец, вышли из своей каюты. На палубе были слышны шаги и тихий шепот, какой-то пассажир говорил комплименты понравившейся ему даме. - Вы.. вы просто свет очей моих, Франсуаза... - шептал разгоряченный вином влюбленный, - вы прекрасны, как звезда на небосводе.... - Неужели, Генри? - ворковала дама, кокетливо обмахиваясь веером. - Не то слово, любовь моя! - пылкий юноша схватил Франсуазу за руки, - я у ваших ног, моя муза, моя богиня!... - Вы пугаете меня своей пылкостью, господин, - набивала себе цену Франсуаза, - я даже не знаю, что вам ответить... - Не говорите ничего... - горячий юнец видимо бросился обнимать ее, потому что Олрокс и Мизрак услышали звук пощечины. - Нахал! За кого вы меня принимаете? - притворно возмущалась покрасневшая от радости Франсуаза, - я ухожу спать! Не провожайте меня. Надеюсь, завтра вы будете вести себя приличнее. Олрокс и Мизрак услышали удаляющийся стук каблучков. Пылкий влюбленный остался на палубе один. - Стерва.... - злобно прошептал он, достал из кармана бутылку и сделал большой глоток, - но ничего....у меня еще месяц впереди... Нетвердой походкой он зашагал по палубе. - Хороша же стерва... - повторял он, делая глоток за глотком. Тут он увидел Олрокса. Мизрака он не заметил в темноте. - О, приветствую вас.... - он неуклюже поклонился, - доброй ночи, господин! - он, пошатываясь, прошел мимо Олрокса, едва не задев его рукавом. Горячий запах живого человеческого тела ударил в ноздри Олрокса. Он услышал, как стучит его сердце, как по жилам бежит свежая, молодая, горячая кровь. Олрокс сглотнул. Как бы он хотел сейчас подойти к нему, крепко схватить и погрузить изголодавшиеся клыки в нежную, теплую шею... Почувствовать его слабое, бессмысленное сопротивление, человек бы забился в его руках, источая пот и запах адреналина... Олрокс едва не застонал. Тут еще как назло пьяный Генри уселся на палубу в нескольких шагах от него и затих. И вдруг Олрокс услышал прямо у себя за спиной какое-то странное тихое рычание. Он обернулся. Мизрак стоял, дрожа всем телом, его глаза налились кровью, рот открылся, показывая длинные острые клыки. Не соображая, что делает, он сделал шаг к Генри. - Мизрак! Мизрак! - зашептал Олрокс, хватая его за руку, - что с тобой? - Я голоден.... - пробормотал Мизрак и вдруг взревел, как зверь, - отпусти меня, Олрокс, Я ГОЛОДЕН!!! - Ты с ума сошел, остановись! - не на шутку встревожился Олрокс, - приди в себя! Мы не можем охотиться на корабле! Он вцепился в Мизрака изо всех сил. Мизрак вырывался и рычал: - Я голоден! Отпусти меня, мне надоели крысы! Не могу я больше есть крыс! Олрокс, отпусти меня! - Нас вышвырнут за борт, безумец! - Олрокс сжал его стальной хваткой, - уйди, уйди в каюту, пока не случилось беды! - Не мешай мне! - взревел Мизрак и оттолкнул Олрокса. Как и все молодые вампиры, он был необыкновенно силен и неистов. Олрокс вновь схватил его изо всех сил, затащил в каюту и закрыл снаружи дверь на ключ. Мизрак бился кулаками в дверь и ревел, как животное. - Пусти! Пусти меня! - дверь дрожала и скрипела под его могучими кулаками. - Фу, слава Богу... - наконец, с облегчением вздохнул Олрокс и направился к Генри. Тот мирно дремал, сидя на палубе. - Господин... - тихо произнес Олрокс, - пойдемте, я провожу вас... Где ваша каюта? Он помог Генри встать и проводил его. Потом вернулся к Мизраку. Тот немного успокоился, хотя по-прежнему дрожал всем телом и напоминал голодного волка. - Как ты меня напугал... Мизрак, ты что? Мы не можем кусать людей на корабле! - произнес Олрокс. - Извини... - Мизрак опустил голову, но его по-прежнему трясло, - я сам не знаю, что на меня нашло.... - Тебе нужно научиться контролировать свой голод, Мизрак, - тихо сказал Олрокс, - я честно говоря, и сам был бы не прочь укусить этого парнишку. Но пока мы на корабле, мы не можем себе этого позволить. - Где он сейчас? - с трудом переводя дух, спросил Мизрак. - Я проводил его до его каюты. - Как тебе это удается?... Сдерживаться? - изумленно спросил Мизрак. - Ну, - Олрокс улыбнулся, - мне триста лет... За это время я научился держать себя в руках. Хотя сегодня мне это было нелегко. Ничего, - он похлопал Мизрака по плечу, - ты скоро всему научишься. У тебя впереди много времени. Пойдем погуляем. Хотя...лучше эту ночь побудем в каюте, а то вдруг там еще кто-то ходит. Мне будет непросто тебя остановить. Ты по-прежнему голоден? - Ну естественно, - ответил Мизрак. - Кушать подано! - Олрокс уже привычным движением задрал рукав рубашки и протянул ему свою руку.