Зачем?

Верас в слезах целенаправленно направилась в больницу, каждая капля дождя, падающего с неба, казалась ей слезами, которые она не могла сдержать. Сердце её разрывалось от боли, и она чувствовала, как тело трясётся, словно под воздействием неведомого страха. В её голове всплывали образы: смех Рбдж, его игривые шутки о Марке, теплые разговоры с Катей и Вероникой во время смены. Эти моменты казались вечностью, но теперь они были лишь призраками в её памяти. Все они ушли, оставив Верас одну с тяжёлым грузом вины, который давил на грудь, заставляя задохнуться. Она убила его. Эти слова крутятся в её сознании, как заколдованный круг, от которого не сбежишь. Да, он был мразью – подлым, грязным, бездушным существом, но почему же теперь, в тёмную бездну ночи, её сердце колотится от тоски по тому, кто стал её виновником? Почему, несмотря на ненависть, она оказалась здесь, на этой пустынной земле, где когда-то звучал смех и жизнь? Почему она снова стоит перед его могилой, слёзы текут по щекам, и она не может остановиться? Верас, потерянная и уставшая, снова и снова встаёт в ступор, глядя на заброшенную больницу. Она тихонько расплакалась, закрыв лицо руками, будто пытаясь скрыть своё горе от мира, который уже не имел значения. Она мечтала о том, чтобы снова услышать Рбдж, как он делал свои колкие замечания, чтобы обнять Марка, почувствовать тепло дружеского общения с Катей и Вероникой. В этом месте, где когда-то царила жизнь, теперь царила только пустота. Каждый предмет, каждая деталь здесь напоминали ей о нем – о его чертах лица, о его смехе, о его взгляде. Она потеряла всё, что когда-то было её центром, и теперь её душа блуждала в бескрайних просторах отчаяния. Сев на пол перед стойкой регистрации, она лишь закрывала глаза и позволяла слезам течь, как будто это могло смыть всю боль. Вдруг неожиданно яркий свет пробил мрак, озарив больницу. Она подняла взгляд, и в свете фар автомобиля увидела фигуру – это был Дядя Пит. Его лицо, полное заботы и сострадания, стало для неё единственным маяком надежды в этом океане страха и боли. Но сможет ли он вернуть ей то, что она потеряла? Верас почувствовала, как сердце забилось быстрее, когда свет автомобиля осветил знакомую фигуру. Дядя Пит всегда был рядом, когда ей было трудно, но сейчас его присутствие казалось одновременно и утешением, и напоминанием о том, что она всё еще одинока в своей боли. Он вышел из машины, его лицо было озабоченным, а глаза полны сострадания. С каждым шагом к ней она ощущала, как её сердце наполняется противоречивыми чувствами: надеждой и страхом. — Верас, — произнёс он тихим голосом, подходя ближе. — Ты опять тут? Она не могла сдержать слёз, и они снова потекли по её щекам. Дядя Пит сел рядом с ней на пол, не пытаясь сразу задать вопросы. Он просто сидел молча, разделяя её горе, как будто понимал, что иногда слова не способны выразить то, что творится внутри. — Я не знаю, как жить без них, — наконец, вымолвила Верас, её голос дрожал от горя. — Они были моей семьёй, а теперь… Теперь мне не с кем разговаривать. Я убила его, и теперь всё потеряно. Дядя Пит, не отводя от неё взгляда, мягко произнёс: — Ты не убила его. Это не твоя вина. Он был больным человеком, и ты делала всё, что могла. Но это не значит, что ты должна нести этот груз одна. Верас почувствовала, как внутри неё что-то сдвинулось. Она всегда считала себя единственной виновницей, но его слова были как свет в тёмном коридоре, который она долгое время искала. Моментально перед её глазами всплыли воспоминания о том, как они смеялись, как делились мечтами, как вместе преодолевали трудности. Она поняла, что, несмотря на всё, что произошло, они были настоящими друзьями, и их связь не могла быть разрушена так легко. — Я так заебалась, — призналась она. Дядя Пит положил руку ей на плечо, и это простое прикосновение дало ей сил. — Я понимаю, Рбдж был не самым нормальным человеком с которым вообще можно было общаться, но главное что ты поняла ошибку и больше так делать не станешь. Верас посмотрела на него, и в его глазах увидела искреннюю поддержку. Она осознала, что даже в самые тёмные времена есть люди, готовые прийти на помощь. Это было сложно, но, возможно, ей стоит попробовать открыть своё сердце снова, позволить другим быть рядом и не закрываться в своём горе. — Спасибо, — прошептала она, чувствуя, как частичка надежды начинает снова пробуждаться в ней. — Я знаю, что делать дальше и я смогу начать заново, даже без него. Дядя Пит кивнул, и они вместе сидели в тишине, впитывая эту ночь, полную воспоминаний и горечи, но также и надежды на новое утро, которое обязательно наступит.