Глава 1 «скорбь и клятва»

Александр устало шагал по скалистой тропе, его броня, казавшаяся невыносимо тяжёлой, притягивала каждую мышцу к земле. После долгих и изнурительных сражений с ордами врагов он почти потерял счёт времени. Дни превращались в бесконечные часы боя, деблокаций и вылазок. Но единственная мысль о своём доме наполняла его силой. Как вдруг он заметил вдалеке дым. Это было не просто облако, а черное дело, поднимающееся в небо, словно тревожный сигнал. Забираясь на вершину холма, он увидел нечто совершенно невыносимое — его деревня горела. Огонь разгорался, а вопли людей раздавались повсюду, словно всевышний умывал землю слезами несчастных. Сердце его замерло от ужаса. Его лицо, обычно спокойное и лишенное эмоций, исказилось в муке. Он быстро спустился с холма, сбрасывая тяжёлые доспехи, оставляя их позади, как бременную ношу. Его ноги летели, а сердце билось в унисон с побросанными вокруг криками и паникой. Он мчался к своему дому, пропуская мимо других людей, которые также пытались спастись от огня. Не раздумывая Шура бросал спасительную руку, вытаскивая тех, кто застрял под обломками, и направляя их к более безопасным местам, ощущая, как его внутренний мир наполняется не просто героизмом, а добротой, которую он всегда скрывал глубоко внутри. Но вдруг он услышал нечто, что заставило его сердце вальсировать в унисон с страхом. Это был плач ребёнка, слабый, но отчётливый, доносящийся из-под завалов горящего дома. Никакие мысли о собственной безопасности не могли удержать его. Не задумываясь, рыцарь бросился к месту, откуда раздавался звук. Каждое движение причиняло ему боль, но только не в этот момент. Он ринулся к горящему дому и начал с силой отталкивать обломки, чувствуя, как его руки обжигает жара. «Только немного, держись...» - шептал он себе, его спокойствие стало щитом против бушующей паники вокруг. Наконец, он раздвинул последние обломки и увидел её. Маленькая девочка, запутавшаяся в тканях, фитиль её платья обгорел и едва дымилась. Она смотрела на него с испуганными глазами, полными слёз. Не дождавшись ответа от себя, Шура поднял её на руки и вытащил на свежий воздух. — Ты в безопасности, — произнёс он, его голос был низким и ровным, но в нём была искра того, что он всегда скрывал. Когда он наконец смог выбраться на улицу, жители деревни неожиданно стали ликовать встретив героя. Люди восхищались его силой и храбростью. Но не особо отвлекаясь на гул он продолжал прокладывать путь вглубь горящей деревни. Девчонка продолжала плакать, цепляясь за него всем своим существом. Её страх и бесконечная боль отражались в её маленьком лице. Зная, что необходимо её успокоить , Шура оторвал кусок ткани от подлатника и прикрыл ей нос, дабы защитить от едкого дыма. — Дыши глубже, — произнёс он, стараясь говорить мягко, хотя его собственное сердце разрывалось от горя. Спуская девочку на землю, он ободряюще подмигнул ей и сам бросился в сторону своего дома, будто противостояние огню было единственным, что могло хоть как-то помочь ему. Когда он достиг своего дома, сердце замерло. Он увидел, как яркие языки пламени лизали крышу. А густой дым заполнял его легкие, вызывая кашель. Но тот продолжал двигаться вперед, словно никто не мог сломить его дух. За дверью его ждала его мать, и он не мог оставить её ради собственных страхов. Войдя внутрь, он попал в мир пылающего хаоса. Стекло вокруг него продолжало искриться, отражая пламя и образуя ужасные узоры, которые завораживали и пугали одновременно. Но затем он увидел ее.Среди остатков их домашнего уюта, его мать лежала без сознания, её лицо было искажено в последнем мучительном выражении. Огромный порез на её шее изрывал его сердце, как будто на нем было нанесено темное заклятие. Саша не мог поверить своим глазам. До этого момента он так старательно прятал свои чувства, но теперь весь страх, беспомощность и гнев одновременно охватили его. Его тело дрожало, словно он погружался в ледяную воду. — Мам! — закричал он, его голос прорезал гул пламени. Но никакого ответа не послышалось. Лишь треск досок и плач девочки из-за его спины, напоминали ему о том, что все реально. Сжимая зубы и падая на колени, тот крепко обнимает её останки, моля о прощении. Бесконечные слёзы катились по щекам. Шура надеялся, что она однажды вернётся, захватит его в свои объятия и скажет, что всё будет хорошо. Но огонь словно прося его придти в себя и покинуть это место продолжал кусать его за плечи, создавая ощущение того , что он сам горит. Оглядывая ее в последний раз он срывает ключ с хрупкой шеи, понимая что этот крошечный предмет стал обрывком их былого счастья. Он повесив его себе на грудь, туго перевязал шнурок. И теперь выходя из горящего поместья, Саша ощутил как покидает часть самого себя. И теперь на лету подхватив и крепко обняв девчонку, Саша мчался куда глаза глядели. Пламя бушевало вокруг, и он видел, как жители деревни спешили к безопасному месту. Их испуганные лица напоминали о том, что страх охватил каждого. Но внезапно он заметил своего давнего знакомого Фалько, который приник к земле, полон ужаса и беспомощности. — Фалько! — крикнул Александр, подбегая к нему. — Нам нужно уходить! Друг лишь медленно повернул голову, его лицо отражало шок и недоумение. — Я... не знаю, что делать, — прошептал Фалько, его голос звучал так, словно он был в другом мире. — Всё горит... — Забудь об этом! — ответил Саша, не дожидаясь, пока тот оправится от оцепенения. — Вот, держи её! — Он передал девочку Фалько, который схватил её в охапку, испуганно смотря на товарища. — Что ты будешь делать? — спросил тот, и в его глазах сверкала тревога. — Я помогу остальным! — Ответил Александр, прыгая в сторону, чтобы спасти тех, кто еще оставался в опасности. С трудом он пробирался сквозь хаос, вытаскивая людей из-под обломков и помогая всем, кто мог услышать его. Но его стремление улетучилось, когда он увидел таинственный облик рыцаря, в доспехах, отражающих язык пламени. Парень ощутил волну страха, она окутала его, как тёмный кафтан. — Эй! — позвал он, стараясь установить контакт. — Кто ты? Но таинственный рыцарь остался безмолвным, лишь его щит мерцал отражением огня, вызывая восхищение и одновременно тревогу. Глубокий и тихий гул огня заполнил пространство между ними. Сначала Шура попробовал подойти ближе, надеясь вызвать диалог, но его слова, подобно стрелам, лишь отскакивали от доспехов, не достигая ушей таинственного воина. С каждым мгновением его терпение становилось всё более хрупким. Он вдруг осознал, что ярость пробуждается внутри, превращая крики в слова, которые вырывались из его уст: — Почему ты молчишь?! Александр, не зная, что делать, продолжал глядеть на рыцаря. В этот момент таинственный воин бросился к нему. Тот сразил мечом воздух. Парень вскрикнул, но тут же заметил, как образ рыцаря начал растворяться в огне, словно дым, уносимый ветром. Перед тем как исчезнуть, он обернулся и одарил Александра злобной улыбкой, наполненной насмешкой и невыносимого презрения. — Не бойся, юный герой, — отозвался его шепот, затерявшись среди языков пламени. — Ты лишь на старте своего пути. Парень почувствовал, как холодок пробежал по его спине, а внутри нарастал гнев. — И теперь никто не сможет изменить ход событий. Страх и злоба смешались, и в груди возникло новое пламя, горящее ярче, чем ад, что охватил его дом.