***

Мин Су сидел на койке, сжавшись в комок, держа в руках поднос с ужином. Он уже давно уставился в еду, но так и не притронулся ни к чему. Аппетита не было от слова совсем. Казалось, даже если бы он заставил себя проглотить хоть кусочек, желудок не смог бы его принять. Грудь сдавило тяжёлое чувство, похожее на ком, который никак не удавалось проглотить. Ему казалось, что кислорода в помещении становится всё меньше, а воздух сгущается, нависая над ним. Все эти часы, минуты, секунды он не мог перестать думать о своём выборе. О том, что он выбрал крестик. О том, что проголосовал против продолжения. О том, что теперь оказался на краю пропасти. Он пытался убедить себя, что поступил правильно, но сам в это не верил. Иронично, но в его выборе не было смысла, ведь всё равно бы ничего не изменилось. Победили бы те, кто хотел продолжить. Однако теперь он оказался в проигрыше. Теперь он враг. Он не поднимал головы, но чувствовал на себе взгляды. Два прожигающих, колючих, раздражённых взгляда. Танос и Нам Гю. Он не мог заставить себя посмотреть на них, но знал, что они смотрят на него, сверлят его глазами, оценивают, решают, что с ним делать. Мин Су сжал ложку в руке, его пальцы побелели от напряжения. Он пытался дышать ровно, но каждый вдох давался с трудом. Он не мог здесь больше находиться. Этот гнетущий воздух, эти взгляды, это ожидание. Он положил небольшую пластмассовую коробочку с нетронутым ужином на кровать, резко поднялся и быстрыми шагами направился к выходу. Сердце бешено стучало в груди, а в голове звучал один единственный вопрос: они пойдут за ним или нет? Он дошёл до двери и не удержался — обернулся, чтобы посмотреть, что делают те двое. Танос и Нам Гю уже поднялись с мест и двигались к нему. Мин Су охватила волна паники. Он развернулся и выскочил в коридор, бросившись к туалету. Он слышал за спиной шаги, сначала медленные, но с каждым мгновением всё более быстрые. Дверь туалета захлопнулась за ним, отрезав его от остального мира. Он пробежал пару шагов, выискивая кабинку, и буквально влетел в первую попавшуюся. Захлопнул дверь, с силой заперев её на защёлку и прижался к стене, отчаянно пытаясь не шуметь. Его сердце билось так громко, что казалось, его могут услышать даже через стены. Грудь быстро вздымалась, лёгкие не справлялись с паникой. Он зажал рот ладонями, пытаясь заглушить сбивчивое дыхание. Если он будет достаточно тихим, может, они подумают, что он убежал дальше? Может, они отстанут? Но его надежды рухнули в тот момент, когда раздался голос Таноса.       — Эй, Мин Су! — позыв звучал мягко, вкрадчиво, почти дружелюбно, но в голосе слышалось что-то другое. Тонкая нить раздражения, напряжение, словно зверь, затаившийся перед броском, — мы ведь прекрасно слышали тебя. Ну же, выходи. Тебя никто не обидит. Ложь. Мин Су даже не пытался себя обнадёживать. Он знал, как всё будет. Он помнил, как те избили 333 игрока, однако их остановил старший мужчина под номером 001. Он сел на закрытую крышку туалета, прижавшись спиной к бочку, стиснув зубы, стараясь дышать тише. Его пальцы дрожали, слёзы бессилия и страха жгли глаза. Он не мог себе позволить выдать себя. Но затем раздался другой голос.       — Мин Су, мать твою! — внезапный рёв Нам Гю пронзил воздух. Мин Су вздрогнул. Он не хотел, но из его горла вырвался всхлип. Тишина. И шаги. Кто-то подошёл к двери.       — Давай, выходи, — сказал Танос. В его голосе исчезла дружелюбность. Теперь это был приказ. Мин Су не пошевелился, не выдал себя. Может, если он будет достаточно долго молчать, они просто отстанут?       — Ну ты серьёзно? — раздражённо выдохнул Нам Гю. Затем послышался скрип. Мин Су медленно поднял голову, и его бросило в холодный пот. Тонкие тени дрогнули на полу. Затем сверху перегородки показалась рука. Костяшки пальцев побелели от напряжения, когда Нам Гю с силой вцепился в край. Через секунду он подтянулся и в проёме появилось его лицо. Острые, холодные глаза смотрели с высоты, оценивая. Как хищник, прижавший добычу в угол. Мин Су зажмурился. Может, если он не будет смотреть, всё это исчезнет? Может, это просто кошмар?       — Ты что, ребёнок? — голос Нам Гю был полон презрения, — думаешь, если спрячешься, тебя не найдут? Воздух в кабинке казался тяжёлым, плотным, давящим на грудь. Всё пространство сузилось до крохотного квадрата, в котором не было выхода.       — Чё спрятался? — снова заговорил Нам Гю. Мин Су почувствовал, как его тело действует само по себе. Он распахнул дверь и рванул наружу, пытаясь выскользнуть. Но Танос уже ждал. Пак не успел сделать и шага, как его схватили за шиворот и рывком швырнули обратно в кабинку. Он споткнулся и снова сел на туалет, ещё и ударившись спиной. Перед ним стоял Су Бонг, глядя на него сверху вниз с каким-то странным выражением.       — Так ты предатель, да? — его голос был тихим, но в этом спокойствии таилась угроза. Его пальцы сжались на вороте Мин Су, грубо притягивая ближе.       — Блять, я-то думал, мы за одно, — пробормотал он. Мин Су хотел что-то сказать, объясниться, но из его горла не вырвалось ни звука. За спиной Таноса стоял Нам Гю. Он смотрел на него с нескрываемым презрением и ненавистью, его взгляд прожигал насквозь. Мин Су попытался отступить, но было некуда. Издав раздражённый вздох, Танос резко дёрнул его вперёд, затем грубо вышвырнул из кабинки. Мин Су ударился о пол, но даже не успел почувствовать боль. Он постарался встать, однако Су Бонг пнул его в живот. Он вскрикнул от резкой боли и слёзы хлынули с его глаз.       — Н-не надо! — крикнул он, срываясь. Его голос дрожал, как и он сам. Как он не мог этого предвидеть? Это же было так очевидно. Всё. Теперь он умрёт здесь, в этом ужасном месте, так ещё и от рук этих психов.       — О, ну ты чего? — мягко, с явным сарказмом сказал Танос, присев на колено. Он схватил его за волосы, болезненно дёрнув, — ну не плачь ты, я же не так сильно втащил тебе! — с каждым словом его голос становился жёстче и громче. Свободной рукой он ударил его по лицу около двух раз. Хоть и ударил он его ладонью, это не делало ситуацию лучше. Нам Гю подошёл к ним, после чего пнул Мин Су в бок. Его удар был намного сильнее. Он бы продолжил избавить его, если бы не Танос.       — Хватит, — сказал он, всё ещё сжимая его волосы.       — Этого слишком мало, — ответил Нам Гю, но остановился.       — Иди встань возле двери. Смотри, чтобы никого не было, — эти слова не на шутку напугали Мин Су. Что он собирается сделать? Нам Гю посмотрел на него, затем подошёл к двери и облокотился о стену. Су Бонг посмотрел ему в глаза, затем наклонился к его шее. Его дыхание было горячим, обжигая нежную кожу, — ты хочешь умереть? — внезапно спросил он. Мин Су сразу же покачал головой, — н-нет... нет, не хочу... пожалуйста... — всхлипнул он, открыто плача.       — Тогда не сопротивляйся, — прошептал Су Бонг и грубо поцеловал его в шею. Мин Су вздрогнул. И... как на это реагировать? Поцелуи были ужасными, почти болезненными. Его руки скользнули вниз — под пояс его штанов и белья. Он отпустил его волосы, но схватил за плечо, после чего немного приподнял и стянул с него одежду.       — Нет...! — испугано вскрикнул он, начав извиваться. Танос посмотрел ему в глаза. Его взгляд был таким устрашающим. Таким ужасным, что брюнет готов был умереть от остановки сердца. Внезапно он ударил его. Мин Су почувствовал, как тёплая струя крови покатилась с его губы, стекая вниз по подбородку.       — Я же сказал, блять, не сопротивляйся! — крикнул тот, снова ударив его в лицо. Мин Су в конце концов прекратил всё своё движение. Он просто сидел, глядя на Таноса испуганными и заплаканными глазами. Его разум кричал ему бежать, но он попросту не может.       — Что ты делаешь? — спросил Нам Гю, глядя на них с любопытством.       — Собираюсь показать ему, что происходит, когда он предаёт своих, — ответил Танос. Оттого, с какой интонацией были произнесены эти слова, у Мин Су закружилась голова: ещё немного и он просто упадёт в обморок. Новые слёзы вновь наполнили глаза. Вдруг тот перевернул его на живот и прижал его к ледяному полу. Мин Су потихоньку стал понимать, что сейчас случится. Су Бонг плюнул себе на пальцы и резко, без предупреждения, ввёл их. Вскрик сорвался с его горла, он неосознанно начал сопротивляться.       — П-пожалуйста! Не надо...! Я... я с-сделаю всё что угодно... — проревел он, но его будто не слышали. Танос грубо и болезненно растягивал его. Нам Гю смотрел, не отрывая глаз от этой сцены. Изначально он был в ступоре, но потом появилось желание сделать нечто подобное. Мин Су плакал, умолял и кричал, но всё было бессмысленно. Через время Танос вытащил пальцы.       — Потерпи, — сказал он и, спустив свою одежду чуть ниже бёдер, взял свой затвердевший орган и медленно, но грубо ввёл его. Глаза младшего расширились от боли и шока. Лучше бы его убили.       — Нет...! — снова крикнул он. Его голос был охрипшим от множественных криков.       — Oh, shut up, my little Min Soo, — пробубнил он, пыхтя и тяжело дыша. Каждый его толчок заставлял скулить и кричать парня. Он взахлёб рыдал, задыхаясь в собственных слезах. Боль была невыносимой. Он чувствовал что-то жидкое внутри и сразу же понял, что это кровь. Казалось, что прошла вечность, однако прошло всего лишь минут пять. Левой рукой Су Бонг сжимал два его запястье над головой, а правой держал его за бедро, удерживая его на месте. Он действительно вёл себя грубо, не заботясь о состоянии Мин Су. Он уже кашлял и отчаянно хватал ртом воздух, бесконечные слёзы текли с его глаз. Через пару минут, после нескольких сильных толчков, Су Бонг достиг оргазма. Его сперма хлынула во внутрь. Он закатил глаза и издал слабый стон, ложась на Мин Су сверху.       — Видишь, даже не больно, — прошептал он, поцеловав его в висок, после чего он вышел с него и встал, натягивая на себя штаны, и поглядывая на того. Он продолжал плакать и лежать, даже не в состоянии встать, — Эй, Нам Су, — позвал Танос брюнета, посмотрев на него.       — Нам Гю, — поправил он его.       — А, ну, Нам Гю.       — Что?       — Ну, что? Трахнешь его тоже? — спросил он, отстраняясь от парня.       — Ещё спрашиваешь, — хищно улыбнулся тот, подходя к нему. Мин Су расплакался ещё сильнее. Ему не хотелось во всё это верить. Снова терпеть этот ад? Он попытался встать на локтях, однако тяжёлая рука, надовившая ему на спину, заставила его лечь обратно.       — Не надо, пожалуйста! — выпалил он сквозь плачь.       — Проси сколько угодно, — сказал Нам Гю и резко вошёл в него во всю длину, заставив гортанно закричать его. Когда его трахал Танос, ему казалось, что хуже быть не могло, но он ошибался. Нам Гю был намного хуже. Он был безжалостным, глубоко вдалбливаясь в него.       — Смотри не убей его, — сказал Су Бонг, стоя у раковины и наблюдая за ними, будто смотря какое-то дешманское порно. Нам Гю не обращал внимания, полностью сосредоточившись на Мин Су. Через время он кончил, снова наполняя его. Пак лежал, издавая слабые вздохи боли и тихие всхлипы. Он уже давно не кричал. Они ещё пару раз пустили его по кругу, прежде чем выйти оттуда, оставив его одного. Мин Су нашёл в себе сил подняться и одеться. На дрожащих ногах он подошёл к раковине и включил ледяную воду, и стал умываться. Он посмотрел на себя в зеркало. Он выглядел таким жалким. Пак вновь расплакался. При каждом движении ему было нереально больно, и сперма, смешанная с его кровью, вытекала из него. Внезапно его вырвало. Резка боль в желудке заставила его сжаться, слёзы продолжали течь по его щекам. Он снова умылся и ополоснул рот, после чего медленно сел на колени. Слёзы капали на пол. Он сам в этом виноват. Это его вина. Он мог бы избежать этого, нажав на кружок. Лучше бы они его убили.