Пролог. Удар с неба.

Казалось, шум ливня временами заглушал даже рёв эфириала. Погода и время в кавернах часто существовали отдельно от реальности, но подобный шторм был редкостью. — Асаба, слева! Человек, названный Асабой, метнулся вправо, оставляя после себя шлейф капель. Огромная когтистая лапа врезалась в бетон и проскрежетала по металлоконструкции. Хати снова взревел, обнажая пульсирующее в глубине пасти эфирное ядро. — После этой миссии я ухожу в отпуск! — отбивая новый удар, попытался перекричать дождь Асаба. — Никто тебя не пустит! — ринулась ему на помощь девушка с раскладной нагинатой. Этот эфириал был последней целью их задания в Нулевой каверне. Целью, оказавшейся аномально устойчивой даже к ударам проклятого клинка командира Хосими. Надо было что-то придумать. И срочно. Кружа вокруг зверя в танце клинков и стрел, Секция 6 оказалась на верхней площадке полуразрушенного здания. Здесь дождь особенно раздражал, заливал глаза и уши, заставлял ноги скользить по старым перекрытиям. — Внимание, концентрация эфира в данной области возрастает, — прохладным электрическим голосом возвестил пухлый робо-кролик. И почти сразу переключился на взволнованный голос человека: — Ребят, надо отступить! Долго тут находиться нельзя! — Прокси, необходимо уничтожить эфириала, — отстранённо заметила лисица-тирен, прижимая уши к голове. По пространству разлетелся грохот грома. — Гроза? В каверне?! — все четверо невольно подняли головы к небу, затянутому низким одеялом почти чёрных облаков. Эфириал взревел, поднявшись на задние лапы и привлекая внимание людей обратно к себе. Затем всё потонуло в белой вспышке и оглушительном грохоте. Пахнуло озоном. Ветвясь, молния ударила в голову монстра, растеклась вдоль тела и ушла в перекрытия ниже. Чёрно-розовая туша грузно упала на потрескавшийся пол, проломила пол этажа и рухнула в образовавшуюся пропасть. — %?”()! №… Реб№; %… : №»*? %…рядке? — из-за удара электричества, проведённого водой, банбу частично повредил модуль связи. Оглушённые и ослеплённые, члены Секции 6 медленно приходили в себя. Удар молнии пусть и не задел их благодаря отсутствию прямого контакта мокрых поверхностей, но подействовал как огромная светошумовая граната. Словно отыгравшись, погода стремительно успокаивалась, и через время кое-где сквозь облака даже стало проглядывать заходящее солнце. — Янаги, клянусь, после такого мне нужен отдых… — простонал Харумаса, держась за грудь и стараясь подавить приступы кашля. Сама замкомандира жмурилась и нетвёрдо вставала на ноги, опираясь на свою нагинату. Легче всех, как будто бы, отделалась Мияби, уже пытавшаяся осторожно заглянуть в образовавшийся после падения эфириала провал. Рука её крепко держала за рукоять катану в ножнах. — Из хороших новостей: нашей цели досталось гораздо сильнее, чем нам, — не оборачиваясь, бросила через плечо лисица. — Ага, а из плохих: мы остались без прокси, — проворчал Асаба, принимая сидячее положение как раз рядом с банбу, на лицевой панели которого вместо глаз красовался значок загрузки. — Асаба, ты как? — окончательно приходя в себя, спросила Цукисиро, протирая очки от капель. Получив кислую мину в ответ, Янаги осторожно пошла по мокрым обломкам в сторону дыры, от которой уже отходила командир отряда. — Надо проверить состояние цели и уходить отсюда. Мой эфирометр не пережил удара молнии, а последней информацией было возрастание фона. Надеюсь, этот удар стал для эфириала летальным. — …бята. Все в п… ке? — ожил банбу. — Белль? Белль, нас слышно? — проглотив очередную порцию кашля, Харумаса подполз к банбу, раздражённо смахивая воду с волос. — Не оч… о хоть чт… о. Навиг… ый мод… в норме, мы см… ем вас выв… ти, — с кучей помех ответил банбу женским голосом. Цукисиро облегченно выдохнула. Проблемой меньше. — Эфир… фон сниж… ся… Где-то… биосигнал… Поищи… рядом. — Биосигнал? — удивленно подняла брови Мияби. — Исследователь заплутал в Нулевой? Прокси, ты можешь провести нас туда? Не полагаясь больше на голосовой модуль, банбу лишь заторможено кивнул, с остановками направившись вниз по остаткам лестницы с крыши. Пролом после эфириала оказался довольно глубоким и шёл почти до цокольного этажа. Периодически заглядывая в помещения рассыпающегося здания, Секция 6 спустилась до первого этажа, и, наконец-то, нашла источник сигнала. В проломе, на куче разбитого в крошку мокрого бетона, лицом вниз лежала девушка-тирен. Из-за воды шерсть на хвосте и ушах вместе с волосами превратились в чёрную смоль, растекающуюся вокруг бледных тощих изгибов тела. Могло показаться, что она мертва, но еле заметное трепетание острых рёбер выдавало жизнь, ещё теплящуюся в теле. — Асаба, отвернись! — резко скомандовала командир Хошими, снимая с плеч хаори. Безропотно повинуясь, Харумаса крутанулся на пятках на сто восемьдесят градусов, запоздало понимая причину приказа. Кошка-тирен была абсолютно нагой.

***

В голове будто взорвали гранату, а через позвоночник протащили раскаленный железный прут. Рядом были негромкие голоса, а тело, покрытое мокрой тканью, кто-то ритмично нёс, прижимая к груди. Ткань не спасала от неприятного шероховатого давления амуниции человека куда-то в выпирающие кости левого бока. Кошка попыталась открыть глаза и рвано выдохнула от резанувшего по зрачкам света. Больно. — О, ты очнулась, — вибрацией отдался за рёбрами голос несущего. — Асаба, потише, ей явно нехорошо, — материализовался женский голос откуда-то сзади. Предприняв вторую попытку открыть глаза, девушка с трудом сфокусировала зрение на лице того, кто её нёс. — Прости, — Харумаса скосил на кошку золотые глаза и неловко улыбнулся. Слова не лезли через саднящее горло. Издав несколько хрипящих нечленораздельных звуков, тирен глухо закашляла, пытаясь заставить голосовые связки работать. — Тяжело говорить? Мы нашли тебя совершенно одну в каверне, — негромко продолжил разговор тот же женский голос. В ответ раздался вздох. Собираясь с силами, девушка заговорила, периодически беря паузы: — Спасибо… за помощь. Простите, но я… ничего не помню. — Хотя бы скажи своё имя, — приветливо заглянула ей в глаза Янаги, поравнявшись с Харумасой. — Ничего… не помню. Агенты переглянулись. Девушка была слишком молода для синдрома когнитивного заражения. — Черепно-мозговая травма? Или, может, ей досталось от молнии? — тихо предположил Асаба. — У неё на спине шрам от электротравмы, — обернулась Мияби. — Второй вариант кажется самым вероятным. Удивительно, что она вообще выжила. Да ещё и оказалась на дне разлома. — На что ты намекаешь, командир? — насторожилась Янаги. — Всего лишь рассуждаю вслух, — отвернулась обратно к дороге лисица. «Удар молнии?» — промелькнула мысль в раскрошенном мозгу тирена. Несмотря на потерю памяти, кошка понимала — при таком редко выживают. Удивительно, что базовые понимания об окружающем мире всё ещё были с ней. Например, смутное понимание, что каверна — это какое-то опасное место. Впереди показался разлом выхода из каверны, и бело-рыжий банбу неловко прыгнул в него, покидая Нулевую. Секция 6 вместе со своей находкой последовали за ним. В эту же секунду девушку ослепило новой вспышкой боли. Ощущение было такое, будто в один момент с тела содрали всю кожу. Девушка выгнулась дугой, почти вырываясь из рук Асабы, а округу залил резкий крик. К опешившим оперативникам бросилась команда медиков, принимая жертву каверны в свои профессиональные объятия. Приступ боли утих так же быстро, как и появился. Кошка-тирен обмякла как тряпичная кукла, благодаря чему её быстро погрузили на носилки. Когда хаори Хошими меняли на белую медицинскую простыню, Харумаса и Янаги смогли ненадолго увидеть то, о чём говорила командир. От головы и до хвоста девушки вдоль позвоночника ветвился розовый шрам, повторяющий ход молнии. Округа наполнилась шумом голосов. Большая часть медперсонала, ожидаемо, толпилась вокруг носилок с найденной безымянной. Кто-то ставил тесты на заражение эфиром, кто-то собирал капельницу с лекарствами. — Добрый день, уважаемая Секция 6. Не могли бы вы сориентировать нашу бригаду по поводу этой девушки? — подошел к агентам один из докторов. — Она не говорила, сколько провела в каверне? — Мы не можем ответить на этот вопрос, — извиняющимся тоном ответила Янаги, отходя от коллег. — Она не смогла даже назвать своего имени из-за потери памяти. У неё сильное заражение? — Быть честным, если бы я своими глазами не видел, что вы вместе вышли из Нулевой каверны, то я бы подумал, что надо мной подшутили. Её показатели заражения практически равны нулю. Зато устойчивость к эфиру просто феноменальна. Почти наверняка это взаимосвязанные вещи. Говорите, она ничего не помнит? — По крайней мере, она сама так сказала. Собезу придётся сравнить её фото со всеми досье пропавших исследователей, чтобы установить личность. — Занятно… Спасибо за вашу работу, госпожа Цукисиро, — пожал руку Янаги доктор и пошёл в сторону кушетки, на которой постепенно приходила в себя тирен. — И как же нам тебя оформить, дорогая… Вскоре машина скорой помощи отправилась в городскую больницу Нью-Эриду, увозя с собой нового жителя города. Обуреваемая не самыми светлыми мыслями, Хошими Мияби задумчиво провожала её взглядом. — Как хорошо, что сегодня с нами не было Сокаку… — Кстати, Янаги!.. — начал было Харумаса. — Никакого отгула! Нам ещё заполнять отчёты по операции! — пресекла попытку саботажа работы Цукисиро, вырывая из груди Асабы протяжный страдальческий стон.