Часть 8. Домашний уют.

Наступившая тишина вырвала Рин из объятий Морфея. Кошка осторожно потянулась и бросила взгляд на улицу. Они уже приехали в Нью-Эриду и стояли на парковке около светлой многоэтажки. Район казался незнакомым. Человек, сидевший на месте водителя, погасил последние огоньки приборной панели и темным пятном повернулся к Рин. — Жуть, у тебя глаза в темноте светятся, — угадала она в голосе улыбку. — Бу! — тирен по-детски изобразила когтистые лапы руками. — Страшно-страшно. Будешь моим грозным драконом? — усмехнулся Харумаса. — А ты, получается, будешь принцессой в башне? — Да! Но, боюсь, ждать принца на белом коне не придётся. — Правильно, я всех съем, — довольно заурчала кошка, даже замахав кончиком хвоста. Темная фигура спрятала смешок в кулак и открыла свою дверь. — Пошли домой. Это прозвучало буднично, но внутри всё замерло. Как будто они идут в их общий дом. Как будто они возвращаются так уже в тысячный раз. Пока они шли ко входу, Рин успела бегло осмотреться и с удивлением понять, что Харумаса живет в довольно неплохом районе. Сам дом огорожен забором и снабжен охраной, а местами поблескивали черным глазом неприметные камеры. С каждым шагом становилось все яснее, что здесь её действительно будет гораздо сложнее достать, не вляпавшись в проблемы. У двери Асаба остановился и начал шарить по карманам. Пара секунд — и по замку щелкает магнитная ключ-карта. — Да тебе никакой дракон не нужен… — Хм? — задумчиво обернулся Харумаса к Рин, открывая дверь. — А, ты про это. Ну, зато здесь моя личная жизнь остается личной. Мне как-то охранник на пропускном пункте у офиса КУЛАКа рассказал, что фанаты Секции запускали дрона, чтобы сфотографировать нас через окна. Представляешь уровень маразма? — Что же им помешает это сделать здесь? — тирен понизила голос, услышав, как тот звонким эхом задробился по светлому холлу перед лифтами. — Во-первых, охрана. Они натасканы всяких репортеров и фанатов гонять, я здесь далеко не самый известный живу. Во-вторых, у меня окна хитрые — снаружи зеркальные, а изнутри всё видно. А в-третьих, — парень зашел в кабину лифта и нажал на кнопку одиннадцатого этажа. Рин зашла следом и невольно бросила взгляд на себя в зеркало. Щеки ожидаемо алели от выпитого алкоголя. — А в-третьих, камеры. С их записями можно спокойно идти в Собез и писать заявление о нарушении неприкосновенности частной жизни. — Звучит надежно. Теперь я понимаю, почему здесь я в большей безопасности, — лицо Харумасы озарилось самодовольной ухмылкой, а затем он совершенно внезапно потрепал её между ушей: — Но, мне кажется, дракон все равно не будет лишним. Рин тряхнула головой от такой грубоватой ласки, и мир вокруг закачался. Не удержав равновесие, тирен оперлась о стенку кабины, слегка склонившись. — Рин? Все в порядке? — чужая рука осторожно легла на спину. — Сколько долбаных раз… Мне еще придется слышать эту фразу… — ответила кошка недовольным бубнежом, насильно возвращая реальность на место. — Всё нормально, просто голова закружилась. Кажется, я не особо лажу с алкоголем, а? Харумаса весело хмыкнул, и Рин с сожалением почувствовала, как теплая ладонь отрывается от спины. — По крайней мере, ты держишь себя в рамках приличия. — Я могу не держать! — оживилась Рин, изгибая хвост крючком. — Избавь меня от этого! — засмеялся Асаба. — Мне и одного сумасшедшего кошака хватает дома. О, черт, кстати, будь с ним осторожнее, он, чуть что, сразу выпускает когти. Лифт остановился на этаже и открыл двери. Двое вышли на площадку, и Харумаса привычно подошел к одной из одинаковых железных дверей. Зазвенели ключи. — Люцифер, я дома! — прикрикнул парень в темноту квартиры и включил свет. Лампочка озарила светлую прихожую, перетекающую в гостиную. Волосы на затылке зашевелились от чужого взгляда, и Рин повернулась в сторону комнаты. Со спинки дивана в гостиной на нее настороженно смотрел черный пушистый кот с ярко-жёлтыми глазами. — Люци, знакомься, это Рин! — Харумаса скинул с ног кроссовки, прошел к животному и попытался погладить, за что получил лапой по руке. — Ай! В голову пришла забавная идея. Пока Асаба расстегивал крепления на перчатке, тирен аккуратно поставила свою обувь в коридоре и осторожно подошла к дивану, приветственно приподняв хвост. Отметив, что враждебности со стороны кота нет, она осторожно села на подлокотник и, медленно прикрыв глаза, мурлыкнула. Люцифер, явно не ожидавший достойного собеседника, удивленно замяукал, поднимаясь на лапы. Голос у него оказался неожиданно нежный для кота с такой репутацией. — Да что ты говоришь, — покачала головой тирен и перевела взгляд на замершего Харумасу. Кот, словно в подтверждение её слов, издал обиженный долгий мяв, заглядывая в глаза. — Какой кошмар, — картинно возмутилась Рин, покивав Люциферу. Кот в последний раз обнюхал воздух вокруг тирена и спустился с изголовья, чтобы припечатать всех последним утвердительным «Мяу!», быстро потереться о колено Рин и сбежать в сторону кухни с гордо задранным хвостом. — В-вы что… — ошалело выдавил из себя Харумаса. — Ты зачем кота одного бросаешь надолго, ему тут скучно одному, — в притворном недовольстве скрестила руки на груди Рин. — Ну, черт… Работа такая… — растерянно начал оправдываться парень, отчего Рин не выдержала и начала давить невольный смех, рвущийся наружу. Однако с треском провалила эту миссию и расхохоталась, глядя на обескураженное выражение лица Харумасы. — Ты бы… Видел себя… — кое-как выдавила тирен сквозь смех. — То есть ты не знаешь, что именно этот пушистый ублюдок тебе наябедничал? — расслабился Асаба, а затем возмутился: — Я почти поверил! — Да как будто не «почти», — наградила его лучезарной улыбкой Рин, соскользнула с подлокотника на сиденье. — В любом случае, сейчас он явно хочет есть. Что-то бормоча себе под нос, Харумаса пошел вслед за котом на кухню. Рин же развалилась на диване, прикрыв глаза. Всё вокруг невесомо пахло хозяином дома, и тирен, утопая в этом запахе, начала невольно тихонько мурлыкать. Вот бы лечь сейчас в обнимку и уткнуться в чужую шею носом… — Думаешь о чем-то хорошем? — ворвался в фантазию мягкий голос. Рин открыла глаза и вопросительно посмотрела на Харумасу, вернувшегося с кухни. Тот пояснил: — Ты мурлыкала. — Можно и так сказать, — неопределенно протянула кошка, задерживая взгляд на чокере. Поймав её взгляд, Асаба хитро усмехнулся и щелкнул пальцем по крестику-подвеске. Хвост непроизвольно дернулся. Рин медленно встала и, слегка крадучись, стала приближаться к возмутителю своего спокойствия. — Кажется, нам пора ложиться спать, — с полуулыбкой стал пятиться назад Харумаса. Тирен же продолжала медленно наступать. — И где обычно спят кошки в твоем доме? — вкрадчиво спросила Рин. — Люцифер спит со мной иногда, — Асаба уткнулся спиной в дверь и разорвал зрительный контакт, чтобы её открыть. Воспользовавшись этим, кошка ускорилась и подошла почти вплотную. — Получается, выбора нет, — из-за разницы в росте она теперь дышала ему в шею. Здесь запах ощущался гораздо лучше, и это пьянило сильнее любого «Нитро-топлива». Ладонь заскользила по рубашке, медленно намотала галстук на кулак и слегка потянула. Из горла напротив вырвался вздох. На плечи легли чужие руки и отстранили. Рин разочарованно подняла глаза вверх, встречаясь с расплавленным золотом. Харумаса покачал головой. Сдавшись, кошка отпустила галстук и сделала пару шагов назад, с сожалением ощущая, как тепло ладоней покидает плечи. Внутри стало неприятно пусто, и она невольно приобняла собственный хвост. Асаба прочистил горло, пробормотал: «Я постелю тебе на диване…» и скрылся в спальне. В попытке отвлечь себя от мысленного самоистязания, Рин направилась на кухню в поисках стакана воды. Уже поевший Люцифер чинно сидел черной тенью на подоконнике и умывался. Заметив тирена, он приветственно встал, выгибая хвост. — Твой хозяин — дурак, — слегка обиженно прошептала коту подошедшая Рин и осторожно подставила руку, о которую мгновенно потерлись. — Ну хотя бы ты мне явно рад. Поглаживая кота, который с готовностью отвечал на ее ласку, тирен отчаянно старалась не слушать, как в соседней комнате шумит Харумаса, готовя ей спальное место. Почему этот несносный человек сначала заигрывает с ней, а потом идет на попятную? Стоит ли ей, в таком случае, пытаться сблизиться с ним? Что, если всё это — лишь его игра? А может, это просто она торопит события? Рин вздохнула. В отражении оконного стекла она увидела, как в проеме появилась лохматая голова Харумасы. — Я всё приготовил. Также положил на кресло рядом футболку, чтобы тебе было в чем спать. Запасная зубная щетка есть в нижнем ящике под раковиной. Если что-то понадобится — буди меня, не стесняйся, я все равно плохо сплю обычно. Вот… Выдав это, парень, отчаянно отводя глаза, исчез в ванной. Зашумела вода. — Мяв? — словно спросил Люцифер, сияя почти такими же желтыми, как и у его хозяина, глазами. Рин слабо улыбнулась и погладила кота по спинке. — Всё нормально, мой хороший. Как-нибудь разберемся. Оставив кота, Рин вернулась в гостиную и осмотрела разложенный и застеленный диван. Ей повезло — нынешнее спальное место было больше того, что находилось в видеопрокате. Тирен нашла обещанную черную футболку и стянула толстовку через голову. Повела ухом — вода все еще шумела — и поддела пальцами водолазку, через секунду отправляя вслед за кофтой. Развернула свою будущую «пижаму» и засмотрелась на графичное изображение двух карпов кои. Сзади щелкнул замок ванной, и Рин спешно нырнула в футболку. — Тебе идет черное. — Черное всем идет, — дернула плечом кошка, не поворачиваясь. Невольная обида все еще грызла внутренности. До ушей донесся тихий вздох. — Спокойной ночи. Дверь спальни тихо закрылась, и Рин сгорбилась, расслабляясь. Растёрла лицо. «Колючка,» — буркнул голос в голове. Почувствовав, что, еще немного, и она снова упадет в замкнутый цикл размышлений, тирен направилась в ванную, чтобы поскорее завершить этот бесконечный день. Искать зубную щетку по ящикам не пришлось — Харумаса заботливо достал и положил около раковины маленькое полотенце и щетку голубого цвета. Позабавившись выбору, Рин взглянула в зеркало. Присмотрелась. На гладкой поверхности слабо проступали разводы в виде зачеркнутых пальцами букв, которые сейчас было невозможно разобрать. Он что-то писал себе на стекле? Зачем? Рука невольно прикоснулась к зеркалу и начала медленно водить вдоль смешанных линий. «Посмотри ближе…» Что за… «Это ТЫ». Взгляд невольно уперся в отражение. Глаза, уши, нос — все казалось обыденным, привычным. «Я тоже частенько вижу такое по ночам.» «Будто я превратился в Танатоса.» Он боится заметить следы заражения? Увидеть в отражении монстра? Но ведь вне каверны трансформация невозможна — нет необходимой концентрации эфира. Только вот доводы разума бессильны в пелене кошмара. Рин прекрасно помнила, как просыпалась и с ужасом смотрела на свои руки — не запачканные красным, не изломанные черной материей. Не верила еще какое время в то, что все хорошо. А хорошо ли? К черту. Надо помыть голову. Изнутри. Оторвавшись от зеркала, Рин пустила воду и переключила все свое возможное внимание на намазывание зубной пасты на щетку. Закончив водные процедуры, кошка щелкнула выключателем и погрузила квартиру в темноту. Пару секунд привыкала к мраку, а затем двинулась к дивану. Люцифер уже ждал её на подлокотнике возле подушки в позе буханки. — Неужели ты решил спать со мной? — невольно заулыбалась Рин. Кот повернулся на шепот и картинно зевнул: «Давай уже заваливайся, тебя одну жду». Тирен оперативно стянула с себя джинсы и нырнула под одеяло, обнимая собственный хвост. Через пару минут рядом зашагали мягкие лапы, степенно прошли к ногам. Натоптав себе местечко, черная тушка весомо бухнулась и свернулась в клубок. Тая от такого доверия, Рин не могла перестать улыбаться, и, кажется, так и уснула. Когда она в следующий раз открыла глаза было еще темно. Тирен автоматически потянулась за телефоном, лежащим на подушке, чтобы посмотреть время. Четыре утра. Что за дурная привычка у нее просыпаться в чертовы чет… Из-за стены раздался надсадный кашель. За ним последовал шум яростно выдвигаемых ящиков. Грохот упавшей таблетницы. Невнятная ругань. Снова кашель, да такой, словно Харумаса пытался выплюнуть легкие. Рин приняла вертикальное положение и переглянулась с Люцифером. Тот удивленным не выглядел, однако внимательно слушал происходящее. Когда до кошачьих донесся третий приступ кашля, Рин не выдержала и зашлепала босыми ногами к двери в спальню. — Харумаса?.. — обеспокоенно спросила тирен, приоткрывая дверь только чтобы заглянуть. Асаба, сгорбившись, сидел около кровати и давился кашлем. По ладони и носовому платку в ней было щедро размазано тёмное. В нос ударили железные нотки. Наплевав на правила приличия, кошка распахнула дверь нараспашку, подлетела к хозяину дома и села рядом, чуть не наступив на использованный шприц-ручку рядом. — Харумаса, что мне сделать? Мутный взгляд скользнул по её фигуре, но Асаба ничего не ответил и лишь сплюнул в платок новую порцию крови. Шестеренки в голове зашевелились с утроенной скоростью. «Мы с Вайзом можем чувствовать потоки эфира в вещах и людях даже вне каверны. Нас этому научила Исюань-шифу! Иногда помогает починить что-нибудь или ослабить заражение у человека,» — зазвенел в голове голос Белль. Черт, как бы это пригодилось сейчас! А что, если… Рука сама легла на чужое дрожащее плечо. Замереть. Прислушаться. Попытаться почувствовать кончиками пальцев радужные потоки. В каверне это было просто — струйки эфира сами тянулись к рукам, податливые и мягкие. Здесь же всё было гораздо сложнее. Надо найти не просто ниточки — паутинки. Харумаса зашелся в очередном спазме и полуобморочно привалился к тумбочке сбоку. Думай, Рин, думай! Раз он кашляет кровью, значит поражены легкие. Мысленно извинившись, тирен потянула Харумасу на себя, приобняла и запустила руку за ворот ночной рубашки, прижимая ладонь к грудине. Под пальцами клокотало чужое рваное дыхание. Не здесь, не там, не тут… Нашла. Это не было похоже на привычные шелковые ленты — эфирное искажение бугрилось угловатостью, резало краями клетки организма, ворочалось как беспокойный шипастый зверь и не собиралось успокаиваться. Супрессор, который, как предполагала Рин, вколол себе Харумаса, уже не мог подавить эту активность полностью, лишь грубо прижигал, заставляя искажение волноваться еще сильнее. Тирен глубоко вздохнула и сосредоточилась, приглаживая углы и успокаивая потоки. По пальцам словно потекла теплая жидкость, вливаясь в изломы и исправляя их. Замедлить ток. Вплести выбившиеся паутинки обратно в общее полотно. Осторожно потянуть в стороны и расправить. Дыхание под рукой постепенно выровнялось. Убедившись, что смогла подавить приступ, тирен попыталась осторожно убрать руку с груди Асабы, но чужая ладонь неожиданно ловко припечатала её обратно. — Что бы ты ни делала — не останавливайся, — прошелестел усталый голос. — Как ты? — участливо прижалась щекой к темной макушке Рин. — Кажется, ты что-то починила, — усмехнулся Харумаса. — Уже не больно. Спасибо. — Возможно, тебе просто помогло то, что ты вколол, — слабо отмахнулась тирен. Ответом послужило лишь скептическое фырканье. — Лечь обратно сможешь? — Давай попробуем. Асаба отпустил её руку и осторожно приподнялся. Собрался с духом и перебрался на кровать, тяжело завалившись на бок. Прокашлялся в последний раз в насквозь промокший платок. Увидев это, Рин мягко забрала грязный кусок ткани. — Завтра точно попрошу больничный, — пробормотал он, прикрывая глаза. Рин осторожно погладила его по голове и невесомо вышла из комнаты. Люцифер встретил её у порога, безмолвно сверля взволнованными фонарями глаз. — Все в порядке, Люци, — выдохнула тирен, переводя взгляд на окровавленный платок в руке. — Кажется, у меня что-то получилось.

***

Смартфон назойливо звякнул уведомлением. Кое-как продрав глаза, Рин тяжело уронила руку на несчастный аппарат и повернула экраном к себе. «12:43,» — значилось на заставке блокировки. А еще: «Тук-Тук: 4 непрочитанных сообщения.» Тирен на автомате вбила пароль и зашла в приложение. «Мисс тирен! Надеюсь, что не разбудил тебя утром своими сборами. Белль привезет твои вещи ближе к обеду, надеюсь, что ты проснешься к этому моменту. Ключ-карта от парадной и прочие отмычки лежат на столе на кухне. Отчаянно прошу тебя не выходить с территории жилого комплекса без меня, пока мы не выясним больше про твое похищение. Всё съедобное, что найдешь на кухне, в твоем распоряжении, также на территории есть «141», он с другой стороны дома, в подвальном помещении. Не голодай.» «И да, спасибо за то, что сделала ночью. Хоть я и не понял, что именно.» Рин прочитала простыню текста пару раз, пока до нее окончательно дошел смысл написанного. Что ж, все не так плохо, как она представляла — вчера казалось, что её запрут в квартире. А оказывается, можно даже по территории ходить. Тирен хмыкнула, так и не поняв, был в этой мысли сарказм или нет. Окей, а от кого еще два сообщения? Как оказалось — от Белль. «Я буду у вас в полвторого, пж проснись к этому моменту.» «Ау, Спящая красавица.»

«Да-да, я не сплю.»

«Мне запретили выходить с территории, так что тебе придется встретить меня у ворот.»

«Ну ты даешь спать! Что тебе мешало ночью? ;)» «Расскажешь все при встрече!» Прочитав последнее прилетевшее сообщение Рин со стоном откинула телефон на кровать и спряталась под одеялом. Ну все, теперь от нее не отстанут. Что ей, рассказывать, как Харумасу сломало в приступе? Или как она сладенько спала с его котом в обнимку? Хотя последнее действительно тянет на достижение… Смартфон снова звякнул уведомлением. — Да сколько можно-то? — воскликнула Рин, вылезая из-под одеяла. «Ах, да, мисс тирен, у тебя есть на что-нибудь аллергия?» Вот тебе раз. А это еще зачем?

«Кошкам нельзя шоколад, а лично я не люблю резкие запахи. На остальное не жалуюсь.»

«Отлично.» «Какое, к черту, отлично? Что ты задумал, демон?» — промелькнуло в голове у Рин. Сердце сжалось в волнении. Не нужно ей ничего взамен. Вдруг она только отсрочила неизбежное? Взгляд снова упал на часы. Хватит разлеживаться — через полчаса приедет Белль. Решительно скинув одеяло, тирен поднялась на ноги и приступила к утренней рутине. Позавтракать, впрочем, ей не удалось. В шкафу нашлась початая упаковка овсянки, а в холодильнике — пара упаковок готовой еды из минимаркета, просроченное молоко и, внезапно, банка энергетика. Варить кашу на воде откровенно не хотелось, и Рин просто залила китов в желудке газировкой, вяло понадеявшись, что от одного дня без нормального завтрака прободение язвы ей не грозит. В голове возникла шальная мысль приготовить нормальный ужин — так она и отблагодарит за защиту, и займет себя до прихода конвоя Харумасы. Телефон затрещал входящим вызовом. — Да-да, уже спускаюсь, — Рин сцапала ключи с кухонного стола и отправилась к сестре-прокси навстречу. На улице стояла жаркая солнечная погода. Солнце напекало темную голову, отчаянно напоминая, что на дворе лето. Белль ждала за калиткой с черной спортивной сумкой, в которой, как предполагала Рин, были её скромные пожитки. И чем ближе кошка подходила к выходу, тем явственнее на лице прокси вырисовывалась коварная улыбка. — Ты чего такая довольная? С байкером своим развлекалась? — озадаченно спросила Рин, отпирая решетчатую дверцу. Белль влетела на территорию и тут же ткнула тирена в грудь. — Ты уже носишь его одежду! Ох, черт. Рин настолько задумалась о том, что приготовить и закупить для этого, что забыла переодеться в свою водолазку и осталась в чужой футболке. Кошка уперла руки в бока и не стала отпираться: — И что? Мне спать было не в чем. — Поэтому ты теперь рассекаешь в ней даже днем, — смешливо сощурилась Белль. — И каков же наш хрупкий мальчик в постели? Говорят, в тихом омуте черти водятся. — В этом омуте они разве что топятся. Мы спали в разных комнатах. И вообще, что за нескромный интерес к моей личной жизни?! Белль громко засмеялась и скинула сумку с плеча, передавая Рин. — Да потому что между вами чуть не искрит! Не знай я, что ты Эфирник, то решила бы, что вы оба с атрибутом Электричества. Рин лишь скептически фыркнула и неожиданно подцепила коготком черный ворот водолазки Белль, оттягивая тот вниз и являя миру бордовое пятно со следами укуса. — Лучше бы про свои приключения рассказала, — ловко отцепилась тирен от ткани, возвращая водолазку на место. Белль густо покраснела, хватаясь за шею. — Мне неловко! — А как меня терроризировать — так сразу, — обиженно хмыкнула Рин. — Я бы позвала тебя на допрос с чаем, но, боюсь, у меня нет таких прав. — Тогда сходим в «Кофф-Кафе», когда тебе будет, чем делиться, — высунула язык прокси и подмигнула, а затем расхохоталась, видя закатанные глаза напротив. — Я не отстану! — Я тоже, — притворно угрожающе пообещала Рин, закрывая за Белль калитку и, как только та скрылась за поворотом, выдохнула, невольно парадовавшись, что не имела прав приглашать гостей. Конечно, было забавно вгонять прокси в краску расспросами про Лайтера, но подставляться в ответ как-то не хотелось. Все ее мысли и догадки по поводу их взаимоотношений с Харумасой были будто написаны на воде — попытайся ухватить, и рисунок исказится и исчезнет, являя холодную реальность. Да, в их общении присутствует флирт, но каждый раз, как они подходили к некоей невидимой черте, он останавливался, словно что-то мешало. — Почему это так сложно… — вздохнула Рин себе под нос и направилась обратно в квартиру. Сначала надо отнести вещи. Затем можно будет подумать об ужине и прочей чепухе. Впрочем, долго думать не пришлось — в минимаркете нашелся соус для карри, решивший её мысленную дилемму. Набрав нужных и не очень продуктов, довольная кошка вернулась в квартиру и принялась хозяйничать. Яблоки помыть и разложить в вазочке на столе, скисшее молоко выбросить и заменить новым, поставить рис на плиту вариться… Пришедший Люцифер с удивлением наблюдал, как, напевая себе под нос, его новая подруга танцевала по кухне. От такого перфоманса кот вытаращился на девушку лунами глаз, чем рассмешил Рин. — Что, мой хороший, не привык, что у тебя на кухне всякие хвостатые веселятся? — тирен с улыбкой присела напротив кота, обнимая собственные колени. Люцифер демонстративно понюхал воздух, в котором уже плавали нотки поджаренного мяса, и вопрошающе уставился на Рин. — О нет, Люци, тебе нельзя такое. Зато… — кошка встала и, не отрывая хитрого взгляда от собеседника, приоткрыла шкафчик с кормом и медленно достала оттуда кошачий паштет. — У меня есть кое-что особое специально для лучшего котика. Не веря своему счастью, Люцифер подскочил с места и закружился вокруг ног Рин, периодически подавая голос. «Дай! Скорее! Что ты там копаешься!» — словно требовал Его Кошачье Величество. И, конечно, тут же набросился на еду, стоило той появиться перед носом. Закончив все приготовления, кошачьи разлеглись на диване — Рин лениво листала ленту Интернота, а Люцифер, довольно мурча, пристроился у нее под боком, обнятый тиреньим хвостом. Ближе к шести, когда Рин уже решила, что теплым ужину остаться не суждено, зашевелился замок входной двери. — Я д… — начал было усталый голос, но прервался на половине. Люцифер лениво зевнул и недовольно посмотрел на вставшую с дивана Рин. В дверях показалась озадаченная фигура Харумасы. — Почему у нас пахнет едой? — Наверное потому, что я её приготовила? — со смешком спросила в ответ тирен, подходя. — Еще немного, и все остынет, давай переодевайся в домашнее и пошли есть. Не успела она пройти на кухню, как Асаба поймал ее за руку, потянул и прижал к себе в каком-то отчаянном объятии. В груди затрепетала пойманная птица, щекоча ребра изнутри. Осторожно, боясь отпугнуть, Рин обняла в ответ и стала легко гладить по спине. От пиджака немного пахло улицей и бумагами, но за этим фасадом угадывался его родной запах, заставляющий таять. Какое счастье, что Харумаса не использует одеколон… — Всё в порядке? — решилась нарушить тишину Рин. — Да, просто… Еще никогда меня не встречали дома с ужином, — негромко ответил Харумаса около ушка. — Это что-то слишком… Ну, знаешь, семейное. Сердце замерло. — Никогда не встречали? Расскажешь, почему? — осторожно спросила тирен. Харумаса слабо улыбнулся и взъерошил волосы на голове. — Давай сначала поедим. Мне жуть интересно, как готовит моя новоиспеченная кошка-домохозяйка, — и сказав это, легонько щелкнул Рин по носу, исчезая в своей комнате. — В оригинале был кот! — крикнула она вдогонку, недовольно потирая кончик носа. — С котом как-то не сложилось, — донеслось из-за закрытой двери. Рин смешливо фыркнула и переглянулась с Люцифером. В коридоре обнаружились бумажные пакеты, из которых заманчиво пахло выпечкой и фруктами. Сунув в них нос вместе с котом, Рин обнаружила круассаны с миндальной начинкой, персики и клубнику. Подивившись такому выбору, тирен отнесла все на кухню. — Это всё тебе, кстати. Я помню, что ты любишь сладкое, — раздался голос возвращающегося Харумасы. — Спасибо, конечно, но зачем? — вздохнула Рин и повернулась к нему. Теперь вместо униформы КУЛАКа на нем была свободная футболка с рыбачащим Акулабу и черные спортивные штаны. И носки. В виде кошачьих лапок. Тирен невольно прыснула. Харумаса проследил за ее взглядом и с ухмылкой пошевелил пальцами. — Скажи, что ты так на работу ходишь. — Хожу, — довольно подтвердил Асаба. — А сладости тебе за то, что помогла ночью. Без тебя бы я сегодня вообще не встал утром. — Осторожнее с такими фразами в адрес девушки, — дернула бровью Рин, вызывая приступ смеха. — Мисс тирен, я серьезно! Как ты это сделала? — всё ещё улыбаясь, Харумаса сел за стол и придвинул к себе тарелку карри с рисом. — Пахнет, кстати, просто божественно. Где ты этому научилась? — Сиблингов подкармливала, пока жила с ними, — тирен пожала плечами. — А что насчет ночи… Не знаю, поверишь ли ты мне, но Белль как-то показывала, как её учили в храме Суйбянь исправлять эфирные потоки. Она рассказывала, что так можно уменьшить эфирное заражение. Я попробовала повторить и… кажется, у меня что-то получилось. Глаза напротив загорелись. — То есть ты хочешь сказать, что можешь уменьшать симптомы синдрома? Просто наложением рук? Без каких-либо инъекций, капельниц и таблеток? Черт возьми, скажи, что ты не шутишь! В расплавленном золоте напротив плескалась жажда жизни, такая острая, что Рин стало не по себе. — Я не могу это утверждать. Я даже не знаю, не станет ли тебе потом хуже после моего вмешательства, — медленно проговорила тирен, стараясь донести свою мысль до взбудораженного Харумасы. — Обещай, что хотя бы попробуешь, — тихо взмолился он, беря ее за руку. И Рин сдалась, мягко обхватывая ладонь в ответ. — Обещаю. Остаток ужина прошел в раздумьях. Рин гадала, получится ли «чинить» эфирные потоки вне приступа — ведь даже тогда она еле смогла ухватить растрепанные ниточки. Воспроизводя в памяти тот момент, она улавливала, что что-то помогло нащупать неровные потоки, но что именно — сказать было сложно. Словно это «что-то» вплелось в изначальную канву и соединилось с разорванными паутинками эфира. Не могла же она сама испускать потоки эфира? Или могла? Рин тряхнула головой, смешно дернув ушами. Харумаса стоял около раковины и мыл посуду, точнее — уже минуты полторы просто стоял и смотрел на бегущую воду, потонув в собственных мыслях. — О чем думаешь? — Хм? Да так… Пытаюсь решить одну моральную дилемму, — Асаба выключил воду, повернулся и задумчиво уставился на Рин, словно оценивая, нагружать и ее тоже или нет. — Можешь поделиться — подумаем вместе, — предложила тирен, заинтересовавшись. — Если честно, мне кажется, что в ней нет правильного ответа — любое решение будет с той или иной стороны не очень хорошим… — Ну не тяни уже тирена за хвост! Харумаса невольно улыбнулся. — Ну, хорошо. Эту задачку мне задал сегодня коллега из Секции… Кажется, третьей? Не помню. Да и не важно. У него была поставлена задача вести наблюдение за одним человеком. Для этого он с ним сдружился и в какой-то момент понял, что начинает испытывать к тому совсем не дружескую симпатию. И симпатия обоюдная по всем признакам. И вот теперь вопрос: пробовать ли переводить отношения в новое русло? Ведь отказаться от задания мой коллега не может, это очень важно. Но и врать потенциальному партнеру хотя бы в части вещей — тоже полный бред. И время тикает, а коллега все стоит на пограничье — ни туда, ни сюда. В итоге и сам страдает, и человека держит в неопределенности. Рин задумалась. Задача действительно оказалась не из легких. — Наверное, зависит от того, насколько важен твоему коллеге его потенциальный партнер? — Смею предположить, что довольно важен. Он говорил… — Отчего-то Харумаса смутился и отвел взгляд к окну. — Говорил, что такое с ним раньше не случалось. И может не случиться. — Тогда почему бы не попытаться? Просто обтекаемо объяснить, что есть некоторые вещи, о которых рассказать партнеру пока нет возможности… — Рин, — позвал Харумаса с серьезным выражением лица. — Что? — насторожилась тирен. — Представь. Если бы я врал тебе насчет твоего прошлого — ты бы простила меня? Внутри всё похолодело. Что было бы, если бы Харумаса знал, чем она была? — Что ты имеешь в виду? — кое-как выдавила Рин. — Допустим, я бы знал, кем ты была в прошлом, и из-за этого должен был бы следить за тобой, но утаивал это, сославшись на протоколы секретности ССК. Узнав это — ты бы простила меня? — испытующим взглядом пригвоздил её к стулу Харумаса. По позвоночнику прошлись мурашки. Симуляция была слишком близка к правде. И что-то подсказывало, что отшутиться от этого вопроса не получится. Тирен прочистила горло и неуверенно заговорила: — Наверное, всё дело в намерении. Рассказал бы ты это, не будь запрещающих правил? Если да — то и обижаться вроде бы не на что… — Так вот как ты на это смотришь… — задумчиво протянул Асаба. — А как ты ответил своему коллеге? — с осторожным любопытством поинтересовалась тирен. — Хм? Я сказал ему не смешивать личное и работу, — парень беспечно пожал плечами, а затем усмехнулся. — Только вот вряд ли он меня послушает. — Почему? Харумаса слегка наклонился и проникновенно посмотрел в льдистые глаза напротив. Бедное сердце в очередной раз за сегодня сбилось с положенного ритма. — Потому что соблазн слишком велик, — негромко ответил он. А затем выпрямился и, как ни в чем не бывало, продолжил: — Знаешь, что? У меня есть пара фильмов, можем посмотреть. Я бы предложил тебе прогуляться, но я еле на ногах стою, если честно. — Снова болит? — насторожилась Рин. — Нет, сейчас всё в порядке. Просто после ночи и работы сил не осталось, — Харумаса благодушно отмахнулся. — Пойду пока фильм поставлю, а ты помой фрукты на свой вкус — что я, зря их искал что ли? И, проходя мимо, погладил её по голове, словно домашнюю кошку. Тирен тряхнула головой и фыркнула. Кажется, этот жест становится его вредной привычкой. Немного сомневаясь, Рин выбрала для киновечера клубнику. Она уже почти месяц пускала на нее слюни, но наесться вдоволь так и не смогла. У сиблингов лакомство исчезало в мгновение ока, а купить себе личную упаковку наглости у кошки как-то не нашлось. «Для полного счастья не хватает только взбитых сливок, ” — саркастично подумала тирен, подхватывая тарелку с ягодами и отправляясь в гостиную. В спокойные дни, когда заказов для их прокси-стороны не было, Вайз и Белль любили обучать Рин тому, как лучше советовать фильмы посетителям видеопроката. И в эту науку входило не только знание жанра и примерного сюжета всех выставляемых фильмов, но и подбор кинолент под расплывчатые пожелания клиентов. Например, для свиданий Белль советовала романтические комедии, а для вечеров с друзьями — хорроры разной степени паршивости. Вайз, правда, с последним был не согласен, но Рин давно для себя отметила, что это была их вечная война вкусов. Сам брат-прокси часто съезжал на свои обожаемые документальные фильмы, словно чувствуя в том или ином покупателе родственную душу. Рин нравилось, что подход сиблингов к любимому делу во многом отличался, но неизменно дополнял друг друга. Кошка мечтала, что найдет собственную нишу по интересам и внесет в образ видеопроката новые тона и оттенки. Тирен не знала, руководствовался ли чем-либо Харумаса при выборе фильма или просто взял первый попавшийся, но невольно вспомнила наставления прокси, когда поняла, что именно они собирались смотреть. Асаба поставил для их киновечера романтическую комедию про старшую школу. — Почему ты выбрал именно этот фильм? — решила все-таки полюбопытствовать Рин. — Давно хотел посмотреть, но как-то не складывалось, — беспечно пожал плечами Харумаса, устраиваясь на полу перед телевизором. Отбросив ненужные домыслы, тирен устроилась рядом, почти касаясь бедром чужой ноги, поставила клубнику перед ними и, не дожидаясь начала фильма, подцепила крупную ягоду и отправила в рот. — М-м-м! — не сдержалась она от удовольствия. — Где ты нашел такую вкусную клубнику? Сбоку раздался смешок. Кажется, Асаба остался крайне доволен произведенным эффектом. — Места знать надо, — ухмыльнулся он и присоединился к пиршеству. Несмотря на опасения Рин о том, что она не сможет отвлечься от тепла Харумасы рядом, фильм полностью захватил тирена. Настолько, что на комичной сцене обучения поцелуям на фруктах кошка откинулась назад, растягиваясь на полу, и закрыла глаза руками, испытывая стыд за персонажей. — Да кто вообще придумал такой бред! — воскликнула Рин под смех Харумасы. — Хорошо, мисс тирен, твои варианты? — не прекращая смеяться, спросил Асаба. — Тебе хочется научиться целоваться до того, как это случится с твоим возлюбленным. Что ты будешь делать? Вопрос поставил Рин в тупик. — Ну-у… Я в Интерноте читала, что иногда друзей помочь просят… Харумаса взорвался новым приступом смеха. — Так и представляю, прихожу я к тебе и говорю: «Рин, мне срочно надо научиться целоваться, помоги мне!» Ха-ха, да кто согласится-то? Тирен смутилась. Ну не отвечать же, что она бы точно согласилась украсть первый поцелуй Харумасы, пусть и таким странным способом. — Кстати! А ты умеешь? — внезапно пригвоздил он её вопросом. — Я не знаю? У меня же памяти нет, — посмотрела Рин на Харумасу как на дурака. — Черт, вечно забываю… — Я вот уже забыла разок, — хмыкнула тирен. — Вообще, как показывает боевая практика, движения я вспоминаю довольно легко в процессе. — Получается, — коварно блеснул глазами Асаба, склоняясь над Рин и заслоняя свет. — Единственный способ узнать это — поцеловать тебя? — Получается так, — невольно облизнулась тирен, переводя взгляд на губы напротив. — Не хочешь узнать о себе кое-что новое? — тихо выдохнул Харумаса. — Не откажусь. Сердце колотилось где-то в горле, мешая ровно дышать. Харумаса, словно ожидая в любой момент получить отказ, медленно приблизился к лицу Рин, осторожно прикоснулся ладонью к щеке и, наконец-то, мягко прижался к губам девушки. По телу прошла мелкая волна дрожи, тирен еле сдержалась, чтобы не застонать от удовольствия, и жадно ответила на поцелуй. Руки сами обвили шею напротив, прижимая к себе еще сильнее, и кошка почувствовала, как чужие губы изгибаются в улыбке. Нижнюю губу шаловливо прикусили, и Рин невольно приоткрыла рот. Ожидавший этого, Харумаса с готовностью углубил поцелуй, все-таки выбивая из девушки приглушенный стон. Услышав это, он отстранился, мазнул губами щеке и уткнулся в шею Рин, тяжело дыша. — Госпожа тирен, вы мне льстите такими звуками, — опалило жаром дыхание. — Уже госпожа? — только и сумела ответить кошка. — Как дела с памятью? — проигнорировал вопрос Харумаса. Рин пришлось напрячься, чтобы понять, о чем он говорит, и, к своему стыду, поняла, что действовала по наитию и совершенно не имеет понятия, как себя вести при глубоком поцелуе. — Либо я настолько ничего не помню, либо ты был у меня первым, — смущенно пробормотала тирен. — Не говори так легко подобные вещи, — отчего-то с надломом произнес парень. — Надеюсь, ты не жалеешь. Рин подавила смешок. — Раз я неумеха, то почему бы Вам не стать моим учителем, мистер Асаба? Харумаса отстранился и с затаенной надеждой заглянул в глаза тирена. — Ты хочешь сказать, что… — Я совершенно не против того, чтобы ты украл у меня еще сотню поцелуев. — Мне начинать считать? — прошептал Харумаса и снова прильнул к чужим губам, не давая ответить. Впрочем, движения чужого языка напрочь выбили любые мысли из головы Рин. Фильм продолжал идти, но никому уже не было дела до вымышленных сюжетных поворотов.