Часть 46

Лучи солнца медленно заползали в библиотеку, пробираясь сквозь огромные окна, бросая золотые отсветы на кожаные корешки книг. Гермиона проснулась первой. Тепло.Чужое, обволакивающее тепло. Она замерла, чувствуя, как его рука тяжело лежит на её талии.Он держал её.Не просто случайно обнял во сне.А держал.Как будто боялся, что она исчезнет. Её затылок чувствовал его дыхание — ровное, чуть тёплое, лениво касающееся её кожи. Жар его тела окутывал её, как плед, заставляя не шевелиться, не нарушать этот момент. Гермиона осторожно перевернулась лицом к нему.И увидела его таким, каким не видела прежде. Спокойным.Без маски.Без напряжения.Без боли. Как будто в этом сне он был кем-то другим.Кем-то, кто не несёт на себе кладбище.Кем-то, кто не слышит чужие предсмертные крики внутри своей головы.Кем-то, кого не сжигает ненависть к самому себе. Она изучала его.Глаза двигались медленно. Лицо. Скулы — те самые, куда вчера её губы жадно впивались в безумии страсти.Шея, где остались следы её ногтей — следы, которые она оставила на его коже, как клеймо. Его губы.Приоткрытые. Едва заметно изогнутые в спокойствии, которого не существовало в реальном мире. Она провела пальцами по его коже очерчивая его подбородок. Ее пальцы скользнули по его плечу, прошлись по его руке. И, наконец, остановились. Метка. Змея обвивала череп, уродливо растянувшись на его коже, как знак смерти. Как приговор. Гермиона морщится.Она хочет убрать руку.Но не успевает. Резкая боль пронзает воздух.Метка вспыхивает алым светом.Змея извивается, шевелится, словно оживая у неё под пальцами. Драко резко открывает глаза. На долю секунды он замирает.Его взгляд цепляется за её лицо.Её расширенные глаза.Её губы, чуть приоткрытые в сдержанном вздохе.Но затем он смотрит вниз.На руку.На змею, шевелящуюся на его коже.И тогда он понимает.Его тело напрягается, челюсти сжимаются. — Лорд. Его зовёт Лорд. Драко резко поднялся с дивана. Его тело ещё хранило тепло сна, тепло её кожи, тепло той ночи, что не должна была случиться.Но он отбросил это.Отбросил, как ненужную вещь.Начал одеваться.Быстро, уверенно, механически.Как будто всё, что было до этого, просто стерлось.Как будто это не имело значения.Как будто он снова стал тем, кем должен был быть. Она не смотрела на него.И он не смотрел на неё. Только когда последняя застёжка была застёгнута, последняя складка приглажена, он применил заклинание, убирая бутылки огневиски и стаканы со стола. И только тогда его взгляд встретился с её. — Я хочу, чтобы ты пошла со мной. Его голос был ровным.Без прежнего яда.Но и без мягкости. Это был приказ.Не просьба.Не приглашение. Приговор. Гермиона моргнула, не сразу осознавая смысл его слов. На секунду в груди что-то сжалось.Но она не возражала.Не спросила, зачем.Она просто повторила его движения. Оделась.Без эмоций. Без слов. Через минуту они уже стояли в холле Малфой-Мэнора. Драко взял её за руку. Жест казался естественным, механическим, но от этого не менее реальным. И они аппарировали. Гермиона задержала дыхание, когда увидела замок. Тот, который ещё недавно был уничтожен.Тот, который пал под гневом Драко. Но теперь он стоял. Больше не было руин.Больше не было обломков.Больше не было следов безумия, в котором он сжёг всё вокруг себя. Чистота.Идеальный порядок. Словно ничего не произошло.Словно он никогда не терял контроль. Но Гермиона знала. Она помнила запах гари, что разносился в ту ночь.Она помнила пламя, пожирающее стены.Она помнила лицо Волдеморта, искажённое яростью. Этот замок мог восстать из пепла, но то, что случилось здесь, не исчезнет. Она шла рядом с Драко.Не отставала ни на шаг. Не должна была.Не могла. Драко держался уверенно.Его шаги были чёткими. Сильными.Отточенными до автоматизма.Он снова превратился в генерала.Того, кого все привыкли видеть.Того, кого все боялись. Но Гермиона знала правду. Она видела его другим.Видела его боль.Видела его слёзы.Видела, как его разрывало изнутри. Но никто, кроме неё, никогда этого не узнает.Потому что он был снова в своей броне. Идти на встречу с Волдемортом без неё было бы проще.Но он взял её с собой. И Гермиона не могла понять — это был инстинкт, желание защитить её… или предчувствие того, что теперь они связаны? Двери с грохотом распахнулись. Гермиона напряглась, но не дрогнула. Драко двинулся вперед — уверенно, ровно, так, будто вчерашней ночи не существовало, как и всех его демонов. Их встретила улыбка. Широкая, растянутая, как гримаса на восковой маске. — О, мой верный слуга. Голос был тёплым. Ласковым. Смертельно ядовитым. — Мой генерал. Волдеморт глядел прямо на Драко. Но когда его змееподобные глаза медленно скользнули в сторону, Гермиона почувствовала, как напряглось её тело. — И не один. Она поклонилась. Глубоко, не выдавая ни дрожи, ни страха, ни ненависти, что кипела внутри. Волдеморт протянул ответ с ленивым удовлетворением. — Миссис Малфой. Он практически никогда не называл её по имени. Для него она была только грязнокровкой.Тенью.Игрушкой. Драко не отреагировал.Его лицо было гладким, как мрамор.Совершенно пустым. Но когда Лорд сделал шаг к нему, Гермиона почувствовала, как воздух в зале сгустился. Он подошёл слишком близко. Его костлявые пальцы едва не касались мантии Драко, его взгляд пронзал, словно выискивал слабость. Пауза.Тягучая.Выжидающая. — Как прошли похороны? Гермиона не дышала.Этот вопрос был ловушкой.Испытанием.Она знала это.И он знал. Драко не отвёл взгляда. Он прямо смотрел в глаза Лорду, его челюсть была стальной, руки расслаблены, но не слишком. Гермиону передёрнуло. Она видела его сломленным.Слышала его крики, когда боль наконец разорвала его на части.Видела, как он лежал среди руин самого себя. Но сейчас он стоял.Прямо.Непоколебимо. — Нормально. Только это.Одно слово.Словно ничего не произошло. Словно он не стоял перед мёртвым телом матери, не бился в ярости, не разрывал своё сознание в огне. Просто “нормально”. Волдеморт долго изучал его. Змеиный взгляд медленно, лениво скользил по его лицу, как холодные пальцы. Словно он искал трещину.Словно ждал, что Драко её покажет.Но он не показал.И Лорд разочарованно отступил. Опустился на трон.Глаза сузились, губы тронула усмешка. — Завтра. Он говорил небрежно, будто обсуждал погоду. — Завтра, миссис Малфой, ты выступишь перед прессой. Холод растёкся по её венам. — Ты расскажешь, как Орден убивает невинных. — Как Тёмный Лорд принёс порядок. — Как магический мир должен склониться перед силой, а не страхом. Он чуть приподнял подбородок, наслаждаясь моментом. — А твой муж подтвердит твои слова. Гермиона не посмотрела на Драко. Она не могла. Но она знала, что он смотрит вперёд, не моргая, не реагируя, скрывая внутри себя ураган, который никто не должен был увидеть. Потому что завтра он будет стоять рядом с ней.И лгать.Как и она. Гермиона опустила голову в поклоне. — Как пожелаете, мой Лорд. Волдеморт довольно кивнул, но его взгляд не смягчился. Он не торопился отпускать их.Ему нравилось растягивать моменты.Подталкивать. Провоцировать. Смотреть, когда жертва дрогнет. — Эти мерзкие твари… Орденовцы… Слова тянулись, как петля, затягиваясь медленно, но неумолимо. — Они посмели прервать ваше торжество. Тишина. Волдеморт пристально изучал их. Выжидал.Оценивал. Гермиона почувствовала, как напряжение в воздухе становится почти осязаемым.Но она не выдала ничего.И Драко тоже. Они молчали. Потому что если бы они заговорили, это означало бы, что его слова задели их.А Волдеморт жил ради того, чтобы задевать. Его тон стал мягче.Опаснее. — Сироты…те жалкие сироты которых они забрали с собой… Гермиона почувствовала, как что-то внутри неё сжалось. Дети. Маглорожденные сироты, собранные с улиц, из приютов, с разрушенных войной домов. Орден пришёл за ними. Прямо в разгар этой проклятой свадьбы, они забрали детей.Они спасли их.Они бросили вызов Лорду.Посмели ворваться в его дом.Посмели сорвать его игру. Волдеморт не забывал таких вещей. — Теперь эти трусливые ублюдки охраняют каждую бездомную душу, — продолжил он, медленно прохаживаясь по залу. Он не злился.Нет, он смаковал каждое слово. — Они думают, что смогут нас остановить. — Что смогут защитить их. Он улыбнулся, и эта улыбка была худшим, что Гермиона видела за всю свою жизнь. — Но они забыли, что от меня невозможно защититься. Лорд снова взглянул на Драко. — Перед интервью ты отправишься в Рэйвенстоун. Вместе со своей женой. Городок.Небольшой, затерянный среди холмов.Но важный. Потому что там находиться самое большое число детских приютов в магической Британии. Потому что теперь этот город — символ их сопротивления. Потому что каждое сердце, что бьётся в этих стенах, бьётся против тьмы что окутало все во круг. И Волдеморт хотел, чтобы оно перестало биться. Когда он произнёс следующие слова, Гермионе стало невыносимо холодно. — Сжечь все до тла. Он говорил спокойно. — Давайте покажем им, что случается, когда спасая одну невинную душу, вслед за ней умирает с десяток таких. Простое предложение.Простой приказ.Просто ещё одно пятно крови в бесконечном море смертей. Гермиона задышала медленнее. Она чувствовала, как её желудок скрутило от тошноты.Как её пальцы сжались в кулак, ногти впились в ладонь.Она хотела кричать.Хотела разорвать его на части.Хотела хоть что-то сказать. Но она молчала. Опустила голову.Кивнула.Как и Драко. Потому что у них не было выбора.Потому что малейшее промедление означало бы их собственную смерть. Волдеморт довольно откинулся на трон. — Вы можете идти. Они развернулись синхронно. Шли чётко, ровно, уверенно.Как два идеальных солдата. Но Гермиона больше не чувствовала ног. Только ледяной ужас, разливающийся в груди.