Глава 3 : Новая Жизнь

«Это довольно скучно…» Пятимесячный мальчик сидел в колыбели рядом со своей сестрой-близняшкой. Младенцы должны спать весь день, и хотя он спал много, так как этого требовало его тело, его часы бодрствования были самым скучным временем, которое он когда-либо знал. Дверь скрипнула, и в комнату вошла Ай, вытирая пот со лба полотенцем. Ей потребовалось три месяца, чтобы полностью восстановиться после родов, и возвращение к рутине тренировок оказалось сложнее, чем она ожидала. Сегодняшний день не стал исключением. Год вдали от рутины оставил её навыки заржавевшими, и она каждый день усердно трудилась. Ай принесла из кухни бутылку с водой и рухнула на диван с глубоким, расслабляющим вздохом: «Хаахх~~ Я и забыла, насколько тяжелы эти тренировки». Она выпила немного воды и едва успела отдохнуть минуту, как Руби начала плакать. Малыш наблюдал за сестрой с ноткой раздражения: «Конечно, она снова плачет. Так поступают младенцы». «Ах, Руби! Что случилось?» — Ай подошла к колыбели и взяла её на руки. Она крепко обняла Руби, нежно похлопывая её по спине, пока её плач не сменился счастливой, широкой улыбкой. Мальчик заметил это с ноткой ревности: «Если подумать, она всегда плачет, когда возвращается Ай. Думаю, у младенцев есть инстинкт на это». «Я вижу, ты тоже проснулся, Аквамарин», — сказала Ай, держа Руби одной рукой и приглаживая волосы Аквы другой. «Я изменю своё имя при первой же возможности!» — подумал Аква, явно разочарованный: «Ты могла бы выбрать имя получше!» «Что случилось, Аква?» — Ай подняла его, всё ещё держа Руби: «Ты тоже хочешь обнимашек?» Держа обоих детей, она откинулась на диване. Ай посмотрела на своих двух очаровательных детей, её усталость пропала: «Вы оба такие милые», — проворковала она, уткнувшись носом в сына, который ответил лёгким довольным вздохом. Лицо Руби сморщилось, и она снова заплакала. Глаза Аквы заблестели от веселья: «Кто-то ревнует», — ухмыльнулся он сестре. Ай поцеловал Руби в лоб: «Я не забыла о тебе, Руби!» Плач Руби, казалось, был постоянной просьбой о внимании, естественной частью младенчества, но часто создавалось впечатление, что она соревнуется за ласку матери. Должно быть, это было воображение Аквы. Младенцы, естественно, жаждут любви своих родителей, особенно матери. Крики Руби стихли, её крошечные ручки потянулись для нового объятия. Ай нежно положила Аквамарина рядом с собой на диван и подняла Руби высоко над головой, покачивая её из стороны в сторону: «Аааа~ Руби! Ты летишь!» «Где же она приземлится?!» — Руби подняла руки, словно она была ребёнком-супергероем, хихикая со счастливой улыбкой. Аква с завистью наблюдал за ней. Ай медленно опустила Руби, прижимая её к себе в тёплые объятия: «Точно, к маме на ручки!» — воскликнула она, и ее смех наполнил комнату. Аква подтянулся, дёргая Ай за рубашку своими крошечными пальцами, его глаза расширились от тоски: «Я тоже хочу летать!» — это выглядело так весело. Стук в дверь прервал их момент: «Ай! Перерыв окончен! Возвращайся к практике!» — раздался из коридора голос президента Сайто. Она поцеловала каждого из них в лоб, прежде чем осторожно положить их обратно в колыбель: «Ведите себя хорошо. Мама скоро вернётся». «Ай!!» — Сайто постучал снова. «Иду!» — крикнула Ай, торопясь открыть дверь. Она оглянулась на своих детей: «Они проснулись. Ты можешь присмотреть за ними?» Сайто заглянул в комнату, а Аква и Руби с невинными лицами пристально наблюдали за ними через щели в колыбели: «Я скоро пришлю Мияко. Пойдём». Ай кивнула и вышла в коридор, готовая снова столкнуться с изнурительными тренировками.

- х -

Чувства ребёнка развиваются должным образом в течение нескольких месяцев. Будучи бывшим врачом, Аква знал это, но пережить этот процесс своими глазами — это было нечто совершенно иное. «Кажется, прошло уже полгода с тех пор, как я родился», — размышлял Аква. Он сидел перед зеркалом в полный рост в углу комнаты и что-то бормотал: «Ааа– Иии– Ааа– Гуу– Ваа–», — звуки неловко вырывались из его рта, пока он практиковался в речи. Ай поспешила на свою тренировку в качестве айдола, оставив его одного в детской комнате. Он никогда не доставлял никаких хлопот и казался умным для своего возраста, поэтому никто не беспокоился о том, чтобы оставлять его без присмотра время от времени на некоторое время. «Я думал, что теперь смогу сделать больше», — внутренне вздохнул он: «Я умею говорить и ходить, но этому телу ещё нужно время, чтобы освоиться». «АааГууВаа… АААГУУ… АаГуВа…» — он попытался произнести своё имя, но некоторые слоги вышли искажёнными. «Ты могла бы дать мне имя попроще», — мысленно вздохнул он: «Ну, практика — путь к совершенству». «AaaГуу.. AaaКуу.. AaГууВaa..» — он продолжал это делать некоторое время, решив правильно произнести своё имя: «AaKуу… AaKуВa!» — его лицо прояснилось, когда звуки наконец начали напоминать его имя: «Получилось!» «АаКуВа…РуБи», — прошептал он, взглянув на колыбель своей сестры, где крепко спала Руб: «Её имя намного лучше моего. Почему никто не помешал ей назвать меня Аквамарином!» Он перевернулся на спину, уставившись в потолок: «Я бы не дал ей назвать своего сына Аквамарином», — вздох сорвался с его крошечных губ. . «Кто-нибудь скучает по мне теперь, когда я мёртв?» Он повернулся, чтобы встать на всё ноги, и бесцельно пополз по комнате. Его мысли блуждали вместе с ним. «Вероятно, нет. Может, медсестра? Может, мои пациенты? Им всем, вероятно, назначили нового доктора». «Интересуются ли они, куда я пропал?» Прежде чем он успел об этом подумать, дверь скрипнула, и вошёл Сайто: «Вот ты где», — он сказал, кладя ноутбук на диван и поднимая Акву, которая смотрела на него своими большими голубыми глазами: «Удивительно, что ты можешь так легко ползать в таком раннем возрасте. Растёшь сильным, да? Прямо как твоя мать», — Сайто улыбнулся, затем поставил его обратно и огляделся: «А где твоя сестра?» Он проверил колыбель и обнаружил, что Руби мирно спит: «Ну, теперь на одного ребёнка меньше, за которым нужно присматривать», — пробормотал он, устраиваясь на диване с ноутбуком. «Точно, мы остановились в здании агентства. Я правда думал, что у такого популярного айдола, как Ай, будет своё собственное жильё», — подумал Аква, сидя посреди комнаты, где его оставил Сайто. Сайто что-то стучал по своему ноутбуку, полностью поглощенный работой. Он снова начал ползать, упираясь крошечными ручками и коленками в мягкий ковер: «Я нечасто бываю один, но полагаю, что младенцев нельзя оставлять без присмотра». «Ай очень много работала, я уверен, что сейчас она еще более удивительна, чем когда-либо прежде. Я действительно хочу снова увидеть её выступление», — он взглянул на усердно работающего президента: «Я бы хотел просто спросить его, когда состоится её дебют». Он подполз обратно к зеркалу, ему всё ещё было трудно поверить, что этот ребенок в зеркале — его собственное отражение. «Это... я. Шестимесячный ребёнок. И я сын Ай!...» — он изумился этой мысли, прижимая маленькую руку к прохладной поверхности зеркала. «Это всё ещё похоже на сон. Как это вообще произошло? Какой принцип работы стоит за этим?» — его мысли закружились от вопросов, пока он смотрел себе в глаза. У него были светлые волосы, блестящие голубые глаза, как у его матери, маленький нос, пушистые щеки, мягкие детские губки и маленькое милое личико. «Дети Ай действительно очаровательны», — подумал он, переведя взгляд на спящую Руби. «Забуду ли я в конце концов, кем я был в прошлой жизни?... Если бы это было так, разве это не должно было уже произойти?» Он упал на мягкий ковёр, его конечности раскинулись, когда он лежал там. Сайто оглянулся, убедившись, что с Аквой всё в порядке, затем вернулся к своей работе. «Я сын Ай», — снова задумался он, позволяя этому факту осмыслиться: «Шесть месяцев, а это всё ещё кажется... сюрреалистичным...» У него не было семьи в прошлой жизни. Он жил один. Никаких любовных интересов. У него была хорошая карьера и несколько друзей в больнице. Но это всё: «Неужели я действительно скучаю по той жизни?» Он перевернулся на живот и поднялся в сидячее положение: «Перерождение…» В прошлой жизни он прожил тяжёлое детство. Отца никогда не было рядом. Мать умерла после родов, а бабушка заботилась о нём, пока не умерла 10 лет назад. Это был его шанс начать всё заново, прожить счастливую жизнь, которую он никогда не мог. «Знаете что, неважно, кем я был в прошлой жизни», — его отражение уставилось на него, и на его губах появилась крошечная улыбка: «Теперь это моя жизнь! И я буду наслаждаться нормальным детством». Он выпрямился, и выражение его лица было решительным, когда он посмотрел в зеркало. «Я сын Хошино Ай! И меня зовут Хошино Аквамарин!» Его лицо помрачнело, когда он мысленно закончил это предложение. «Я не прощу тебя, Ай, за то, что ты дала мне это нелепое имя», — подумал он с раздражением: «Я хочу, чтобы она изменила моё имя, даже если теперь уже слишком поздно».

- х -

Дверь скрипнула, и жена Сайто вошла, неся 2 банки газировки. Она протянула одну ему, который сидел на диване, сосредоточенно работая, и села рядом с ним. «Мияко, они закончили тренировку?» — спросил Сайто, вытянув руки над головой, чтобы стряхнуть с себя дневную усталость. «Да», — ответила Мияко, открывая свой напиток и делая глоток: «Ай действительно догнала остальную часть группы быстрее, чем я ожидала. Трудно поверить, что она была вне игры целый год». «После родов её тело несильно изменилось. Ха-ха~~ Повезло девочке», — добавила она, отпивая свой напиток. Сайто тихонько усмехнулся, покачав головой: «Повезло? Ай не могло повезти. Она сидит на строгой диете и занимается спортом. Ты видела, как она себя напрягает», — он открыл банку с газировкой, и шипение наполнило тихую комнату: «Эти врачи из Миядзаки действительно очень ей помогли — слава богу, мы всё ещё общаемся с ними. Не то чтобы мы могли просто пойти к любому другому доктору». «Да, да…» — голос Мияко затих, выражение её лица стало немного серьёзным: «Кстати, они нашли доктора, который исчез?» «Ваааа…» — Аква, игравший на полу, оживился при упоминании о пропавшем докторе. Сайто и Ай были в больнице около 6 недель после её родов, но доктора Горо так и не нашли: «Нет, он так и не вернулся в больницу. Его телефон был недоступен. Его дом был пуст… Он просто исчез». Аква подполз к Мияко и схватил её за ногу своими маленькими ручками, потянув за штаны, пока он пытался встать. Мияко посмотрела вниз и тепло улыбнулась при виде Аквы. Она подняла его на руки, и её серьёзное выражение лица стало игривым: «Вот маленький чертёнок», — она поддразнила, нежно похлопав его по носу. Аква держал её палец обеими своими маленькими ручками, однако его мысли были в другом месте: «Они ещё не нашли моё тело? Я умер на каком-то утёсе, не думаю, что кто-то найдёт его в ближайшее время». Мияко оглянулась на Сайто: «Как ты думаешь, что с ним случилось?» — спросила она, имея в виду пропавшего доктора. «Кто знает?» — Сайто потер виски: «Ай очень расстроилась, когда он так и не появился. Она очень хотела, чтобы он познакомился с её детьми». Мияко прижала Акву поближе, пока играла с ним: «Странно, не правда ли? Чтобы кто-то просто исчез». Аква молчал и смотрел на неё своими большими голубыми глазами.

- х -

Сайто сидел на диване, наклонившись вперёд, уставившись в свой ноутбук, сосредоточенный на своей работе. Его разум был полностью поглощён планированием грандиозного возвращения Ай к её карьере айдола. Мияко сидела рядом с ним, держа Акву, и смотрела телевизор. Дверь слегка скрипнула, и Ай вошла в комнату, её сопровождал слабый запах шампуня. После нескольких часов репетиций и долгого душа, усталость должна была бы её утомить, но её глаза всё ещё сверкали почти неестественной энергией. «Ах, посмотрите на вас двоих, вы так хорошо ладите!» — просияла она, её голос был тихим, но тёплым, когда она наклонилась к Акве: «Ты был хорошим мальчиком, пока мамы не было?» Сайто взглянул на неё, закрывая крышку ноутбука: «Да, он ни разу не плакал по маме», — он встал и вытащил доску в центр комнаты. «Мои малыши такие же сильные, как и их мама!» — проворковала Ай, протягивая руку, чтобы забрать Акву из рук Мияко: «Разве это не так?» — она держала сына, её прикосновения были нежными и полными любви. Затем она подошла к колыбели и осторожно подхватила спящую Руби. Держа обоих детей на руках, Ай устроилась на диване рядом с Мияко, её улыбка смягчилась, когда она наконец позволила себе расслабиться. «Ах, я так устала», — она прижалась к своим детям, хотя Руби, уже проснувшаяся, издала слабый всхлип, который быстро перешёл в полноценный плач. «Я здесь, я здесь...» — Ай нежно покачала её: «Что случилось, Аква? Ты голоден?» Мияко тихонько усмехнулась рядом с ней, развлекаясь. Сайто, теперь стоявший у доски, оглянулся на сцену, только что закончив записывать несколько ключевых моментов, сопровождаемых грубым графиком: «Это Руби», — поправил он с ноткой раздражения в голосе: «Ты уверена, что ты их мать?» Ай смущённо улыбнулась, успокаивая Руби: «Ничего не могу поделать, я просто плохо запоминаю имена и лица. А они ещё и близнецы, они так похожи». Она взглянула на Сайто с игривой улыбкой: «Но я легко могу вспомнить имена талантливых людей, директор Сато». Выражение лица Сайто немного посуровело: «Меня зовут Сайто, айдол ты несчастный». «Кхм-!» — он прочистил горло, повернулся к доске и постучал по ней, чтобы привлечь всеобщее внимание: «Давай обсудим твоё возвращение», — он указал на график: «Последние опросы показывают, что популярность B-Komachi упала на 30%. Подняться обратно будет непросто». Атмосфера стала немного серьёзнее, и он продолжил: «Мы скоро объявим о твоём возвращении, чтобы подогреть ажиотаж. Мы планируем живое выступление в следующем месяце. Думаешь, справишься?» Это будет похоже на её дебют, начинать с живого выступления может быть слишком сложно. Но Ай не колебалась ни секунды: «Конечно, я могу это сделать!» Сайто кивнул, признавая её решимость: «Ты усердно трудилась, теперь пришло время показать всем, что звёздный айдол Ай вернулась!!» — сказал он, поддерживая её уверенность. Взгляд Ай переместился на детей, её голос смягчился, когда она заговорила с ними: «Мама будет выступать в следующем месяце. Вы будете болеть за маму с передних сидений, верно?» Её дети смотрели на неё большими и взволнованными глазами. «Ни в коем случае!» — раздался в комнате голос Сайто: «Их никогда не должны увидеть с тобой. Пока ты на работе, моя жена будет присматривать за твоими детьми». Мияко, которая молча слушала, повернулась к мужу с шоком и ужасом в глазах: «Подожди, почему я?!» «А разве я не могу их взять с собой?» — спросила Ай: «Они могут остаться за кулисами». «Нет, ты не можешь! Вдолби себе это в голову!» — он был в ярости от того, что она вообще спросила об этом: «Ты - айдол, у которой двое детей в 16 лет. Если тебя увидят с ними и об этом станет известно общественности, твоей карьере конец!» Он глубоко вздохнул и опустил голову, но твёрдо сказал: «И это коснётся не только тебя — на кону моя репутация как твоего президента и будущее нашей компании. Так что никаких семейных вылазок, никаких походов по магазинам, абсолютно никаких рисков, которые могут их разоблачить. Для всего мира ты идеальный 16-летний айдол». «Это звучит так болезненно», — надула губы Ай, глядя на своего ребёнка на руках: «Это так раздражает, да, Аква?» — сказала она своим игривым голосом. «Это Руби», — снова поправил её Сайто с лёгким раздражением в голосе. Ай улыбнулась Руби и игриво пощекотала её щеки, заставив её захихикать. «Если возникнет какая-то чрезвычайная ситуация, мы с ней разберёмся», — добавил Сайто, указывая на себя. Мияко только осознала внезапно возложенную на неё ответственность: «Подожди! Почему я должна заботиться о детях? Я думала, я нужна там, с тобой!» — пожаловалась она. «Здесь нам больше не к кому обратиться за помощью», — рассуждал он. Она знала это, но ей всё равно не нравилась идея нянчиться, и в конце концов она вздохнула, признавая поражение: «Полагаю, у меня нет выбора». «Спасибо, Мияко, что заботишься обо мне», — сказала Ай игривым детским голосом, поднося Руби к своему лицу и делая вид, что это говорит Руби. Мияко покачала головой: «Серьёзно, откуда у тебя столько энергии после такого долгого дня?»

- х -

Аква проснулся рано, тусклый утренний свет едва пробивался сквозь занавески. Ай и Руби мирно спали рядом с ним на футоне, их дыхание было тихим и ритмичным. Он взглянул на мирно спящую Ай: «Иногда она поражает меня тем, как много она может работать. Должно быть, она очень устала после вчерашнего». Она приложила все усилия, чтобы оправдать ожидания всех, и вчера было объявлено о её возвращении в мир айдолов. Она заслужила отдых. Руби лежала между ними, её грудь поднималась и опускалась от быстрых, поверхностных вдохов. Взгляд Аквы задержался на его сестре. Что-то в её дыхании казалось не так. Его маленькая рука потянулась, колеблясь, прежде чем наконец прижаться ко лбу Руби. Она была горячей. «Руби…?» — прошептал он, больше себе, чем ей. Она осталась неподвижна, её лицо покраснело от лихорадки. Он запаниковал: «АЙ!» — крикнул он и тут же закрыл рот рукой: «Я не должен разговаривать!! Что мне делать?» Он не мог разбудить Ай и сказать ей, что Руби больна. Он не мог встряхнуть её и указать на Руби. Это всё равно было бы странно. «Полагаю, у меня нет выбора», — он сделал глубокий вдох и закричал так громко, как только мог. Его крик был резким и внезапным, и разбудил их обоих. Руби, встревоженная шумом и собственным дискомфортом, тоже начала плакать. «Мммм~ детки~ что случилось?» — пробормотала Ай, неуверенно садясь и потирая глаза. Аква тут же замолчал, устремив взгляд на Руби, которая продолжала плакать от горя. Затуманенный сном мозг Ай медленно осознал ситуацию. Она потянулась к Руби, чтобы утешить её, и тут же почувствовала её горящую кожу: «Руби, ты больна?» — пробормотала она, её голос был полон беспокойства. Не теряя ни секунды, она подхватила Руби на руки и поспешила из комнаты: «Что мне делать? Что мне делать?» Она бросилась в комнату Сайто и Мияко и стала торопливо стучать в дверь: «Помогите! Руби больна!» Она хотела сама отвезти её к врачу, но знала, что её нельзя видеть одну с ребёнком, не в такое время. Она сильнее забарабанила в дверь, пока она не открылась: «Президент Сайто!» Дверь скрипнула, открывая Сайто с затуманенными глазами: «Ай? Что происходит? Ещё даже не рассвело…» «Руби больна!» — она крепко прижала к себе дочь. Он коснулся лба Руби, чтобы подтвердить это, и выражение его лица стало серьёзным: «Мияко, у нас проблема», — крикнул он через плечо, разбудив жену. Ай нежно покачивала Руби, шепча успокаивающие слова, пока она с тревогой ждала. Менее чем через пятнадцать минут Сайто и Мияко вышли из своей комнаты, готовые уйти. «Ладно, пойдём», — сказал Сайто, и Мияко осторожно взяла Руби из рук Ай. «Я тоже иду», — настаивала Ай, уже собираясь последовать за ними. «Мне неприятно это говорить, Ай, но тебе придётся остаться», — Сайто положил руку ей на плечо, останавливая её. «Она моя дочь… Я должна быть с ней», — рассуждала Ай. Она понимала риски: «Всё должно быть хорошо, да? Если мы пойдём все вместе?» «Мы не можем так рисковать», — он похлопал её по плечу: «Доверься нам. С Руби всё будет в порядке», — его голос был твёрдым, но сострадательным: «Не волнуйся, мы будем держать тебя в курсе», — сказал Сайто, чтобы утешить её: «Почему бы тебе не подготовиться к новому дню?» Она знала, что они правы, но от этого не становилось легче. Она слабо кивнула. «Ладно», — Сайто повернулся и открыл дверь: «Пойдём, Мияко», —Ай проводила их взглядом, и дверь тихо закрылась за ними. . Вернувшись в свою комнату, она обнаружила Акву, сидящую на футоне, он пополз к ней, как только увидел её. Она подняла сына и обняла его. «Ты тоже беспокоишься о своей сестре, Аква?» — прошептала она, зарываясь лицом в его мягкие волосы. Он не мог сказать «да», даже если бы захотел. «Не волнуйся, с твоей сестрой всё будет в порядке. У неё просто небольшая температура, вот и всё... не о чем беспокоиться...» — пробормотала она, больше обращаясь к себе, чем к Акве. Для младенцев нормально время от времени болеть, обычно это не представляет большой проблемы. «Я плохая мать?..» — прошептала она, её голос был едва слышен. Маленькие ручки Аквы обвились вокруг её шеи, прижимая её так крепко, как только мог, словно пытаясь сказать ей то, чего она не могла услышать. «Конечно, нет…» Она не могла быть с Руби, когда она больше всего в ней нуждалась. Он мог себе представить, как это должно быть болезненно. . Аква уставился на своё отражение в зеркале, пытаясь сформулировать слова своим маленьким ртом: «Я думаю, что теперь я научился говорить», — сказал он своим детским голосом. Ай была явно напряжена всё это время, и всё же ей пришлось идти на репетиции, как будто ничего не произошло. Поскольку за ним некому было присматривать, она оставила его в безопасной колыбели, но скука заставила его выползти. Руби и Мияко всё ещё были в больнице, и в комнате было тихо — слишком тихо. Аква попытался встать, его крошечные ножки подкашивались под ним: «А-а-а! Думаю, мои ноги ещё недостаточно сильны», — он рухнул обратно на пол, мягкий ковёр смягчил его падение. Он пополз по комнате, не имея больше никаких других дел. «Это так скучно!!» — простонал он, плюхнувшись на спину посреди комнаты и уставившись в потолок: «Надеюсь, с моей сестрой всё в порядке…» «Дети должны спать весь день, но я вообще не могу спать», — он перевёл взгляд на дверь: «Мияко и Руби должны вернуться в любой момент». Минуты тянулись медленно, и его мысли вернулись к прошлой жизни: «Я скучаю по своей прежней жизни. Быть младенцем так скучно». Пока он вспоминал, в голове у него промелькнул образ человека, который его убил: «Кто был тот парень, который меня убил? Какой-то преследователь Ай? Какой-то сумасшедший фанат? Он жил в Миядзаки? Он видел её в больнице?» Он попытался собрать воедино фрагменты своих неясных воспоминаний: «Он был молодым парнем… может быть, студентом колледжа. Я не думаю, что он хотел меня убить… Вероятно, это был несчастный случай». «Знал ли он о беременности Ай? Если он её видел… он должен был знать», — но в новостях ничего об этом не было. Никаких заголовков, никаких слухов: «Интересно…» Тихий скрип прервал его мысли, и Аква повернул голову к двери. Вошла Мияко, держа на руках спящую Руби. Мияко выглядела уставшей, но с облегчением, когда закрыла за собой дверь. «Ха-а-а, что ты делаешь посреди комнаты?» — спросила она, заметив Акву на полу. Она огляделась, поняв, что в комнате больше никого нет: «Она оставила тебя без присмотра?» — вздохнула она, покачав головой и уложив спящую Руби в колыбель. Аква подполз к ней, его маленькие ручки потянулись к её ноге. «Хмм?» — она посмотрела вниз: «Ты беспокоишься о своей сестре?» и наклонилась, чтобы поднять его. Она прижала его ближе к Руби, позволяя ему увидеть её мирно спящее лицо: «Это просто простуда. Доктор дал ей лекарство, и она быстро поправится», — она восхитилась тем, как Аква внимательно наблюдает за своей спящей сестрой. Она мягко улыбнулась: «Хорошо, Аква. Как насчёт того, чтобы дать ей отдохнуть?» Она отнесла его на диван и села, посадив рядом с собой. Вытащив телефон, она позвонила Сайто: «Эй... Да, мы вернулись... Она выздоравливает, просто простуда. Не о чем беспокоиться... Да... да, дай ей знать, что всё в порядке. Бедняжка, наверное, в стрессе, это должно быть повлияло на её репетиции... а? Серьёзно?... ладно... Конечно... Увидимся, когда вернёшься» Пока Мияко говорила, Аква внимательно за ней наблюдал. Ай всё ещё была занята. Конечно, она была занята. Он никогда не осознавал, сколько труда вкладывается в одно выступление. Будучи фанатом в прошлой жизни, он всегда думал, что она просто от природы талантлива и что она может сделать всё. Комната казалась менее пустой, когда там была Мияко, но Аква не мог избавиться от затянувшегося чувства скуки. Когда Мияко закончила разговор, она потянулась за пультом и включила телевизор. Он поёрзал, чтобы поудобнее устроиться спиной к дивану и посмотреть телевизор: «Ну, это лучше, чем ничего».

- х -

«Почему я застряла с детьми!!» — закричала Мияко, швырнув диванную подушку в Сайто, когда он вошёл в комнату, её разочарование переполнялось. Он был застигнут врасплох, но сумел поймать её. Ему потребовалось мгновение, чтобы осознать, что только что произошло: «Я думал, ты любишь детей», — он игриво бросил подушку ей обратно. Мияко поймала её в воздухе, её взгляд стал резким: «Ты даже оставил меня одну в больнице!» — выпалила она в ответ, её голос был полон гнева и усталости. «Я был нужен в другом месте. Я бы не оставил тебя, если бы это не было необходимо», — попытался он убедить, но Мияко не слушала. Она снова бросила в него подушку, на этот раз с большей силой: «Ну же, Мияко!» — взмолился Сайто, поймав подушку: «Обещаю, в следующий раз я возьму тебя с собой», — сказал он, нежно бросая подушку обратно в неё. Аква прижался к краю колыбели, наблюдая за ссорой пары, его крошечные пальчики сжимали деревянные прутья. «Ты говоришь это уже целый месяц!» — закричала она, держа подушку и раздумывая, ударить ли его снова. Сайто поднял руки в притворном жесте капитуляции: «Ладно. Ладно! Как насчёт того, чтобы сходить куда-нибудь поужинать сегодня вечером?» — предложил он, пытаясь её успокоить. Она молча посмотрела на него, прежде чем она успела ответить, дверь открылась, и вошла Ай, выглядя такой же уставшей, какой она себя чувствовала. Мияко положила подушку обратно на диван. «Эй, Ай, хочешь присоединиться к нам на ужине сегодня вечером?» — спросил Сайто, проследив взглядом за Ай, Мияко бросила на него взгляд, способный резать сталь. Ай покачала головой, устало улыбнувшись, когда она подошла к колыбели: «Нет, я бы хотела остаться со своими детьми», — она провела рукой по голове Аквы, Руби всё ещё спала: «Ты такой хороший мальчик, Аква, присматриваешь за своей сестрой». Прежнее разочарование Мияко растаяло, когда она наблюдала за Ай с детьми: «Руби сейчас намного лучше», — сказала она с лёгкой улыбкой: «Лихорадка прошла. Ей просто нужен отдых». Ай повернулась к Мияко, её выражение лица было искренним: «Спасибо, что заботишься о ней, Мияко». «Ты уверена, что не хочешь присоединиться к нам за ужином?» — предложила Мияко: «Я могу взять Акву с собой, если кто-то спросит, то мы сделаем вид, что он мой сын. Руби может поспать некоторое время». Глаза Аквы загорелись: «НАКОНЕЦ-ТО!! Я смогу оказаться где-то в другом месте, а не в этой скучной комнате!» Но Ай снова покачала головой: «Я бы с удовольствием, но я слишком устала. Всё, чего я хочу сейчас, — это хороший душ», — призналась она, потирая ноющие плечи. Мияко понимающе кивнула: «Хорошо. Если что-то понадобится, просто позвони». «НЕЕЕЕЕЕТ!» — Аква закричала про себя, когда его волнение и надежды были разрушены. Он плюхнулся обратно на колыбель и лёг напротив спящей сестры. Мияко и Сайто вскоре вышли из комнаты, а Ай скрылась в душе, снова оставив Акву одного. Он вздохнул, уставившись в потолок. Шесть месяцев этой новой жизни, и эти стены были всем, что он действительно знал. Он взглянул на Руби, которая начала шевелиться. Она медленно села и потёрла глаза. Аква тоже сел и посмотрел на сестру: «Теперь ты выглядишь лучше, Руби». Руби посмотрела на него и моргнула. «Знаешь, Ай очень беспокоилась о тебе утром», — Аква продолжил: «У тебя была очень высокая температура, даже я на секунду забеспокоился. Я рад, что тебе лучше», — он вздохнул. «Не то чтобы ты вообще могла меня понять… Я сам должен пока говорить только "гуу гуу гаа гаа"», — он опустил взгляд, чувствуя себя немного одиноким. «Младенец только что заговорил!» — воскликнула Руби, указывая на него крошечным пальчиком. Аква замер, его глаза расширились от шока: «ТЫ МОЖЕШЬ ГОВОРИТЬ?!» — закричал он в недоумении, указывая на неё. «Ужас!» — она отпрянула, испугавшись его вспышки. Аква моргнул, пытаясь осознать происходящее: «Ты тоже говорящий ребёнок», — невозмутимо произнёс он, его мысли лихорадочно метались: «Почему ты можешь говорить?!» «Я? Почему ты можешь говорить?!» — парировала Руби, повышая голос. «Я тренировался!» — парировал Аква, всё ещё не оправившись от удивления. Руби скептически на него посмотрела: «Это не имеет никакого смысла», — категорически сказала она. Аква вздохнул, покачав головой в недоумении: «Я думал, что хотя бы ты будешь нормальной в этой семье». «Я НОРМАЛЬНАЯ!» — закричала Руби, надувая щёки в знак неповиновения: «Возьми свои слова обратно!» «Обычные дети не разговаривают», — ответил он. «Так почему же ты можешь?!» — потребовала Руби. «Я... я не знаю! Я перевоплотился в этого ребёнка...» — признался Аква, его голос упал до шёпота, когда осознание их общего опыта начало доходить до него. Это казалось единственным возможным ответом: «Ты разделяешь ту же судьбу, что и я?» Руби долго смотрела на брата, прежде чем кивнуть. В комнате повисла неловкая тишина, пока двое младенцев смотрели друг на друга. «Это неловко», — наконец сказал Аква, пытаясь снять напряжение между ними: «Но я немного рад, что у меня есть кто-то, с кем можно поговорить», — он протянул руку Руби, и на его губах появилась маленькая, нерешительная улыбка: «Я Аква». Руби посмотрела на его руку, затем снова на него. Медленно она придвинулась ближе и пожала его руку своей крошечной: «Я знаю, дорогой брат Аквамарин~», — поддразнила она с ухмылкой на лице и расхохоталась. «АЙ-!» — лицо Аквы стало ярко-красным, смесь смущения и раздражения нахлынула на него. Его смущённое лицо только заставило её смеяться сильнее.