Часть 2

Спустя три часа, когда они вновь решили сделать остановку на заправке с кафе и уже заезжали на ее территорию, заворачивая к заправочной месту, Карасу, отстегнувшись, подался вперед, оперевшись рукой на сиденье Гончей. -Так, народ, все приготовили наличку? — он оглянулся на своих товарищей. -Да, конечно, — девушка вытащила несколько купюр и показала их парню, тот одобрительно кивнул. -Ага, — Мортэм так же помахал бумажными деньгами. -Очень предусмотрительно. Я и сам так делаю, — похвалил Рязанов. -А вы что ожидали? Все таки мы революционная организация....., — ответил Карасу, — да и потом, карты это слишком опасно. Их водитель промолчал еще с минуту, а затем скомандовал: -Выходим, — юноши и девушка разом выползли из машины. Нетвердыми шагами пройдя вперед, Гончая потянулась, размялась и поправила свои смявшиеся шорты. Карасу с Мортэмом огляделись по сторонам, а затем все трое двинулись на небольшой участок рядом с зданием, на котором располагались несколько столиков под зонтами и небольшая детская площадка с двумя турниками, в то время как Рязанов отправился расплачиваться за бензин внутрь. Повезло, что кроме них троих здесь больше никого не было. -Аргх, наконец-то! — потянулся Мортэм. -Сколько нам еще ехать? — мрачно спросил Карасу, нетерпеливо раскачиваясь взад-вперед. -Карасу, мы проехали лишь малую часть пути. Еще столько же, даже больше ехать сегодня, плюс до вечера завтра, — сообщил Мортэм. -О боже..... -Мне жалко вашего друга Рязанова. Он столько проведет за рулем....., — с сочувствием сказала Гончая, опустив глаза. -Ну, он сам на это согласился, — пожал плечами Карасу. -Ты его втянул! — выпалила Гончая. У него не было выбора.       Среди них повисла тишина, и разгоняли ее только проезжавшие мимо заправки фуры и легковые автомобили. Этот участок был окружен полем, так что отчетливо слышалось стрекотание насекомых, обитающих в густых малопроходимых зарослях, и лучше бы туда было вообще не спускаться. Мортэм задумчиво поглядел в бесконечную зелень, а затем, встряхнувшись, обратил свое внимание на турник, располагавшийся рядом с ними и двинулся к нему. Немного подпрыгнув (балка была довольно высоко), он зацепился за турник и, несильно раскачавшись, сделал первое подтягивание. Потом еще одно. Гончая молча наблюдала за ним, а Карасу, покосившись на друга, сказал: -Эй, я тоже хочу! Но Мортэм пропустил его желание мимо ушей и продолжал подтягиваться. -И.....десять! — выдохнул он и спрыгнул на землю. Снова вздохнув, он расправил тенниску и посмотрел на своих друзей с улыбкой. -Теперь моя очередь, — вызвался Карасу и уже хотел было подойти, однако Мортэм остановил его. -Может, не надо? — с опаской спросил он, — тебе ведь.....не слишком хорошо было..... -Да все уже нормально! — рявкнул Карасу. -Ребят, чем вы тут занимаетесь? — окликнул их Рязанов, выходя из магазина, — а, подтягиваетесь. Ну-ка расступись, молодежь!       Даже для его роста турник оказался несколько высоковат. Девушка смотрела на его действия с восхищением, Карасу с нескрываемым удивлением, а Мортэм, сложив руки на груди, обидчиво наблюдал краем глаза. Досчитав до пятнадцати, Рязанов спрыгнул и встряхнул руками, Мортэм же, услышав цифру, недовольно хмыкнул. -Уже время обедать, так что пошлите со мной, выбирайте, что будете есть. Там в принципе есть что-то сносное. И все все оплачивают...... -Наличными, — хором повторили девушка и парни. Они зашли внутрь заправки и, признаться, отделка там была не хуже чем в среднем кафе: в основном место занимали стеллажи с различными товарами и не только едой, а так же холодильники, возможно, с мороженым, ведь полуфабрикаты здесь навряд ли продавались, хотя..... Компания подошла к витрине и принялась рассматривать ее, а затем и табло с меню. Все представители мужского пола взяли себе по хотдогу, а Гончая заказала ролл с курицей, и каждый из участников их путешествия взял себе по стаканчику кофе, хоть и разного: Карасу — капучино, а остальные — американо. Мортэм и Гончая еще достали себе мороженое пломбир на палочке. С покупками они вышли на улицу и расположились на одном из круглых пластиков столиков под зонтом на территории, слева от заправки. Что ж, несмотря на опасения парней, что на заправках вкусных хотдогов не поешь, они оказались на удивление вкусными с приятной прожаренной и длинной колбаской, с соленым огурчиком и классным хрустящим луком, ну конечно со всеми остальными классическими составляющими в виде кетчупа горчицы и какой-то зелени. И, чему парни особенно обрадовались и поспешили это обсудить, булочка в хотдоге была хрустящей и сухой. -А у тебя вкусно? — поинтересовался Карасу, обратившись к Гончей. -Ага, очень, — с наслаждением ответила девушка, — хочешь попробовать? -Неа, воздержусь. Покончив со своими обедами, многие принялись за кофе. Рязанов, что удивило троицу, ел стоя, но никто ничего говорить не стал. Затем, смяв упаковку, Карасу открыл пластиковую крышку со своего кофе (он уже успел немного остыть, поэтому ему в лицо не ударил горячий пар) и высыпал два пакета сахара, потом отпил, скривился и оглядел стол с чужими напитками. -Эй, кто-нибудь может поделиться сахаром? -Возьми мой. Я все равно без сахара буду, — предложила Гончая, и Карасу забрал два ее пакетика. -Слушай, а тебе не сладко будет? — осторожно спросил Мортэм. -А? Да нет, — непринужденно ответил Карасу и отпил капучино. -Я вот все хотел спросить, а как вас родители вообще отпустили? Да еще и в такую рань......, — спросил Рязанов. Он тоже уже пил кофе. -Например, я сказал, что отправляюсь в летний лагерь английского языка вместе с одноклассниками, — проинформировал Мортэм. -Я сказала, что уехала с подругой к ее бабушке, — ответила Гончая, — а подружка меня если что прикроет...... -Ну а мне точно ни у кого отпрашиваться не надо, — неприязненно сказал Карасу. -Да и потом, что нам трудно рано встать? Ну и родители вроде поверили......, — задумчиво произнесла девушка. -Я, кстати, удивлен, что ты вообще стал есть, — высказался Мортэм, обращаясь к Карасу, который уже допивал свой кофе. Теперь ужасно сладкий кофе. -Я, вообще, тоже.....но у меня уже все нормально! — немного с раздражением сказал парень. -Ладно, ладно, — отстал Мортэм, теперь глядя куда-то вперед себя.       Допив горячий американо, от которого можно было обжечь язык, Гончая и Мортэм принялись за пломбир. Доев его, парней отправили выбрасывать весь мусор, что остался после них, и, ну да, конечно же, даже на пути к мусорке, которая находилась всего в паре метров от них, они умудрились о чем-то заспорить. Гончая и Рязанов проводили их взглядом, а затем девушка виновато сказала: -Мне очень жаль, что мы не можем подменить вас за рулем...... -Девочка моя, как можно обижаться на детей за то, что они чего-то не умеют? -Н-ну, вы, наверное, правы......, — она отвела глаза в сторону. -Прости, мне просто не по себе называть тебя Гончей. У тебя же есть настоящее имя? — скованно спросил Рязанов. -Да, конечно! — оживленно кивнула она, но сразу же поникла, — вот только.....Карасу запрещает мне его кому-то говорить...... -А тебе что, Карасу — родитель? — вздернул бровью тот, — какое право он имеет тебе что-то запрещать? -Это сложно объяснить…, — вздохнула она, — мы ближе, чем просто друзья… Он смерил ее не то что осуждающим взглядом, однако слова ее точно вызвали у него возмущение, а затем оба замолчали. -А как......вы с Карасу познакомились? — с любопытством спросила Гончая, наклонившись вперед и сцепив руки за спиной. -Ну, это долгая история. Расскажу как-нибудь потом, а то он возвращается. Действительно, Карасу с Мортэм уже возвращались. -Черт, он обошел меня аж на пять раз, — обижался Мортэм, иногда бросая в сторону Рязанова озлобленные взгляды. -Да ладно тебе, Мортэм, — успокаивала его Гончая. Карасу же не участвовал в их беседе, задумчиво наблюдая за ландшафтом, что преследовал их за окнами автомобиля. -Мне вот интересно, а чем вы вообще там питаться намерены? — поинтересовался Рязанов, — я сомневаюсь, что вам хватит денег ходить по ресторанам...... -Ну будем готовить по очереди, — предположил Мортэм. -Не надо, — вмешалась Гончая, — я возьму на себя все обязанности, мне не трудно. Правда. -Ты уверена? — усомнился парень, наклонившись к ней. -Да, конечно! — улыбнулась она, — да и потом… иногда мы можем сходить в какое-нибудь кафе..... -Ага, — согласился он. В следующие несколько часов бесился только Мортэм, так как, видимо, ему было скучнее всех, и он постоянно цеплялся к Карасу, на что тот каждый раз агрессивно реагировал. -Карасу, смотри, корова! — кричал он на весь салон, дергая своего друга за футболку. Тот раздраженно оборачивался. -Ты что, никогда коров не видел? Я, конечно, понимаю, что в ряде богатых многоэтажек, где ты живешь, их мало, но все же....... -Я знаю, что ненавидишь эти места, — пожал плечами Мортэм. -Я ненавижу людей, что там живут. -И меня? -Тебя......нет, — тихо проговорил Карасу, отвернувшись. На что Мортэм довольно улыбнулся. Но, судя по всему, к вечеру силы иссякли даже у него, не говоря уже об их водителе. Когда время уже близилось к полуночи, и лица всех выглядели более уставшими, они стали искать место, где переночевать и, немного покружив вокруге и воспользовавшись навигатором, нашли небольшую гостиницу на каком-то отшибе, окруженном лесом, зато территория его была огорожена забором и подсвечена многочисленными фонарями. Они завернули к стоянке отеля и, припарковавшись, Рязанов заглушил машину, вытащив ключи. -Ну все, вроде как приехали. -Это еще не факт, что там будут свободные номера, — пессимистично высказался Карасу. -Да ладно тебе, пошли уже. Я больше не выдержу в машине ни минуты, — устало произнес Мортэм, проведя по лицу одной рукой.       Все вышли из машины и, оглядываясь по сторонам, последовали за Рязановым. Из зарослей раздавались песни сверчков, и уже немного веял приятный прохладный ночной ветер, хотя, даже несмотря на это, на улице было весьма тепло, так, что, наверное, даже гуляя в футболке и шортах ночью, можно было не замерзнуть. Гостиница представляла собой двухэтажное продолговатое здание, довольно новой отделки (наверняка, ее построили совсем недавно, ну или по крайней мере, здесь делали внушительный ремонт). В некоторых ее окнах на втором этаже горел приглушенный свет, но в других — нет, что давало надежду на свободные места. Они зашли внутрь, и, осмотрев холл, внимание всех сразу же приковала девушка у рецепшна. Карасу прошел вперед, дабы исследовать неизвестную местность. Что ж, холл не представлял собой ничего особенного: два небольших кожаных дивана, растения в горшках, какая-то прочая мебель и лестница наверх. Вообще, все здание было сделано в светлых тонах, его стены были покрашены в молочный цвет, а мебель была.....может, и не из настоящего дерева, но была декорирована под таковую, под светлый каштан, даже больше походивший на рыжий. Да, этот домик напоминал некий старый стиль средневековья (хотя все здесь было достаточно современно, даже если взять во внимание то, что гостиница находилась посреди пустующей федеральной трассы, почти что вырубленная в чаще леса), будто когда-то здесь был бар, собиравший различных путников, или же тут жил художник, и этот дом вдохновлял его своими стенами творить восхитительные шедевры. Тщательно осмотревшись, Карасу теперь перевел взгляд на молоденькую девушку, стоявшую за столом рецепшна: она мило улыбалась, что ж, этого требовала от нее профессия, однако он все равно хорошо чувствовал ее смятение и даже сомнение по поводу их пришедших гостей, в ее глазах ярко блестело недоверие к четверым полуночным путешественникам. На девушке была надета белая блузка и, скорее всего, черные брюки (за стойкой этого не было видно нормально), насыщенно золотые коричневые локоны были аккуратно стянуты в тугой высокий хвост, она стояла прямо и уверенно, как и полагает встречать гостей, пусть даже и таких, как они. Гончая с Мортэмом тоже огляделись (если это вообще можно было сказать о Мортэме, ведь его выражение лица было уже таким рассеянным и сонным, что, казалось, он мало что соображал и больше всего сейчас хотел завалиться на мягкую постель и не подниматься до самого утра, а, может, и позже?), девушка, заложив руки сзади, с интересом ходила из стороны в сторону, рассматривая предметы интерьера, в общем, полностью отвлеклась от Рязанова. Когда тот в это время уже завел разговор с администратором. Карасу не особо вслушивался в их разговор, только видел, что девушка иногда задумчиво хмурит брови или кивает, Рязанов же с улыбкой задавал ей различные вопросы, и, видимо, когда их разговор уже подходил к концу, Карасу все же подошел немного ближе. Тогда девушка сразу же переметнула взгляд на него, затем на других членов Черного Ириса и как-то подозрительно покосилась на них. Судя по всему, Рязанов быстро это приметил (он в принципе имел способность моментально чувствовать перемену в человеке, пристально следил за выражением собеседника, и исходя из этого тоже менял манеру общения. Кто знает, может, это привычка, оставшаяся от его работы или же, напротив, выработанная у него за годы практики в Трущобах, и.......было ли это вообще как-то связано с его работой, или же он был просто сообразительным и проницательным человеком?), а потому поспешил объясниться: -Экхм, а это мой сын, — улыбнулся он и приобнял Карасу за плечи, что для того стало полной неожиданностью и что, наверное, отобразилось на лице парня, — вот, попросил взять с собой на отдых друзей, не смог отказать. Саш, поднимайтесь наверх. Милая девушка предоставила нам номер в две комнаты, места хватит всем. Карасу еще пару секунд ошеломленно на него посмотрел, а потом, встрепенувшись, поплелся на второй этаж. Когда он повернулся, его товарищи тоже стояли с отвисшими челюстями и, отойдя от своего изумления, только Мортэм поднялся за Карасу, Гончая же подбежала к Рязанову, который окликнул парней и вручил тем ключи от номера. Провозившись с дверью номера пять, Мортэм наконец смог ее открыть и, распахнув ее, влетел внутрь, за ним вошел Карасу, и тогда он с удивленным выражением обернулся к другу: -Он.....назвал тебя.....сыном? -Д-да я тоже в шоке, что ты так смотришь? — в замешательстве возмутился Карасу. Он принял свою обычную позу, в которой находился, когда нервничал или ждал чего-то слишком долго: засунув руки в карманы, он качался взад-вперед. -Не знал, что вы......так близки, — сказал он, не сводя взгляда с Карасу, — ты столько …для него значишь...... -Аргх, закрыли тему! — раздражился парень и вздернул руками, — да и потом, он сказал так, по делу! -А что за имя......, которым он тебя назвал? — допытывался Мортэм. -Да откуда я знаю?! Отвали! — рявкнул Карасу. -Ладно....., — неоднозначно и задумчиво произнес Мортэм, все же продолжая пронзительно наблюдать за другом. После чего оба замолчали, хотя у Мортэма оставалось еще много вопросов, он чувствовал смущение Карасу и не стал его беспокоить. В следующий раз они заговорили, только когда Мортэм вернулся со своей сумкой на одном плече в номер, а Карасу, оперевшись рукой на стекло балкона, смотрел за оставшейся половиной их компании на улице. -Ты уже успел переодеться? — заметил Мортэм, проходя ко второй кровати от окна. Собственно, номер состоял из двух комнат и ванной комнаты. В первой, более просторной располагались три одноместные кровати, рядом с каждой находилась тумбочка, и над каждой висел не очень яркий светильник. Слева от спальных мест был балкон со стеклянными дверцами, на нем располагался белый пластиковый столик с такими же стульями, а напротив них стоял на высоком комоде телевизор, по бокам которого окружали шкафы и прочая мебель для хранения различных вещей, в том числе и самый обычный рабочий стол вместе со стулом с мягкой спинкой. Вторая комната представляла собой двуспальную кровать, пару шкафов и такой небольшой рабочий стол, находившийся справа от входа. В общем, номер выглядел довольно просто, оформление здесь повторяло стиль остального отеля, обои в таком же молочно-кремовом цвете и такая же каштановая, почти рыжеватая мебель. -А я не стоял полчаса на улице и трындел о всякой фигне, — съязвил в ответ Карасу. -Ты не стоял вместе с нами только потому, что не выносишь запаха сигарет, — спокойно покачал головой Мортэм и бросил свою сумку у подножия кровати. -Посмотри-ка, как они успели сдружиться, — злобно усмехнулся он, наблюдая, как Гончая в свете маленьких, словно факелы, приземистых фонарей, с оживлением и интересом общается с курившим Рязановым. Она то и дело закрывала глаза и, весело улыбаясь, кивала, на его лице тоже играла улыбка. -Может, Гончая тоже привязалась к нему, — предположил Мортэм, расстегивая свою спортивную сумку, — хэй, ты что ревнуешь? -Я? К кому это, интересно? Да мне вообще плевать, — презрительно отозвался Карасу, и спустя где-то минуту он вернулся к своей постели, что была ближе к стеклянной дверце балкона. Он принял позу по-турецки, теперь наблюдая за приготовлениями друга, — ты здесь, кстати, вообще других постояльцев видел? — с подозрением спросил он. -Пока поднимался к нам в номер, столкнулся с женщиной среднего возраста с маленькой девочкой. -Вот черт! — процедил Карасу. -Ну, в принципе не очень маленькой, так что, думаю, хлопот она не доставит, — пожал плечами Мортэм. Он достал второй комплект одежды, видимо, для сна и положил на кровать. Карасу смотрел за действиями юноши, после чего изумленно спросил, как бы рукой останавливая его: -Эй, эй, ты что собираешься при мне переодеваться?! -А я что, тебя смущаю? — довольно ухмыльнулся Мортэм. -Д-да мне все равно! — нахмурился тот и отвернулся в сторону. Но все-таки краем глаза он следил за своим товарищем, и взгляд его зацепился за одну, хотя, даже не одну, деталь, тогда, когда ему представился обнаженный торс Мортэма. -Что у тебя с шеей? — указал на него пальцем Карасу. Действительно, ближе к подбородку шея Мортэма была несколько раз перевязана плотным бинтом, и на вид казалось, она была так туго перемотана, что невольно задавался вопрос: как он умудрился не задушиться? -А, это, — юноша посмотрел вниз, хотя своей шеи видеть не мог, — да повеситься пытался. Поэтому след остался, — беззаботно ответил он. -Ты серьезно? — нервно усмехнулся тот. -Карасу, — его рот растянулся в ухмылке наслаждения, он словно бы прожигал друга своим дерзким взглядом, — не забывай, как меня зовут и, главное,......по какой причине....... Теперь парень прищурился, приметив что-то сверкающее у него на груди на свету его прикроватной лампы. В зависимости от его движений предмет переливался искрами различных цветов. Его лицо исказилось в легком удивлении, после чего он спросил: -Подожди, подожди…что это......ты носишь крест?! — воскликнул Карасу, даже подавшись вперед. -Ну да, а тебя это удивляет? — кивнул он, оставшись все в той же позе. -Ты...... верующий, — то ли спросил, то ли подтвердил для самого себя Карасу. -Да, я православный христианин, — уверенно сказал Мортэм. -Охринеть......, — прошептал он. -Я, конечно, понимаю, как это странно......, — робко произнес Мортэм, опустив глаза. Это было не то, что странно, это было чертовски странно, потому что никак не укладывалось в голове, что такой человек, на руках которого кровь десятков жертв, способный с улыбкой на лице убивать, пытать и доставлять моральные да и не только мучения, оказывается.....молится и носит крест? Да, с большим трудом представлялось, как он стоит на коленях, читая......молитву? Что за чушь? -Хочешь рассмотреть поближе? — с ухмылкой предложил Мортэм, повертев в ладони крест и заметив, каким изучающим взглядом его друг смотрит на предмет. -Ну давай, — согласился Карасу. Тогда Мортэм почти мгновенно подлетел к нему и, усевшись почти вплотную рядом с ним на кровати, теперь как-то нагло смотрел прямо в глаза Карасу. Тот сначала даже немного отстранился, но затем взял двумя пальцами крест, поднеся его поближе к свету, из-за чего цепь на шее Мортэма сильно натянулась. Карасу рассматривал удивительной красоты предмет с разных сторон, и он из-за этого переливался всеми искрами золота, которые только существовали на свете. Казалось, внутри него самого зажгли тысячу свечей или будто там, в его сердцевине, горел бесконечно пылающий яркий и обжигающий огонь. Помимо золотой окантовки в середине его располагался еще один крест серебряного оттенка с изображением человека, прибитого к нему гвоздями, над каждой из сторон креста значились буквы, за исключением нижней стороны: там располагался миниатюрный, едва различимый череп. Вообще, все изделие было схоже с лианами некоего ползучего растения, таким оно было расписными и узорчатым, что каждая деталь представляла повторяющийся на противоположной части завиток, а концы его были украшены разного рода рельефом. Он перевернул крест: сзади был все тот же орнамент, сильно напоминавший ажур из ткани, однако от передней стороны он отличался небольшой написанной изящным шрифтом, сделанным под старый стиль, надписью: «Спаси и сохрани». Крест висел все на такой же золотой цепочке, и не то чтобы он был таких внушительных размеров, но все-таки показался Карасу несколько большим, хотя, как он успел оценить, держа его в ладони, весил он не особо много, даже можно сказать был и вовсе не тяжелым. -Золото? — поинтересовался он. -Ага, и платина, — уточнил Мортэм, смотря за своим увлекшимся другом. Судя по его лицу, ему происходящее даже нравилось. -Цепь тоже золотая, верно? -Да, все верно, — подтвердил тот. Молчание, за которое Карасу еще несколько мгновений рассматривал столь необычную вещицу. -Я знаю, что ты его оцениваешь лишь как предмет, который можно сдать в ломбард, — усмехнулся Мортэм. -Нет, нет! Я просто..... спрашиваю, — хотя, конечно, в словах Мортэма была доля истины. Он оставил в покое крест, и тот ударился о грудь своего владельца. -Так ты.....и молитвы знаешь? — полюбопытствовал Карасу. -Да, знаю некоторые. -И.....часто их читаешь? — как-то скованно спросил он. -Каждый день. Если ты хочешь, я могу помолиться и за твою грешную душу, — с улыбкой предложил Мортэм, подавшись еще ближе к Карасу. Теперь он не отрываясь по очереди смотрел в черные беспросветные глаза своего друга. -Меня ни один бог не простит, — возразил парень, опустив голову. -Попробуй у него попросить. Людям надо во что-то верить, Карасу....... -Я верю в выгоду и прибыль, — покосился тот. -Ох, я говорю о чем-то более возвышенном, mon ami! — воскликнул Мортэм. Они еще пару мгновений молча сидели на его кровати, пока Мортэм снова с оживлением не заговорил (вообще, это было удивительно, учитывая, который был час, видеть его в таком возбуждённом состоянии, ведь всего несколько минут назад он чуть ли не валился с ног, лишь бы поскорее доползти до постели): -К сожалению, из когда-то существующих церквей и храмов остались считанные единицы, поэтому посещать их не получается........ -Я..... наслышан о тех временах, когда люди еще ходили в подобные..... заведения, — отведя глаза в сторону поделился Карасу. Он и вправду был слушателем историй от старожилов Трущоб, на шеях которых иногда можно было встретить такой большой когда серебряной, когда золотой, а может, и вообще медный крест, но он почти каждый раз был таким огромным, что создавалось впечатление, будто его заставляли носить в качестве наказания, как некое клеймо. И да, это были в основном старики, которые, в отличие от остальных, любили рассказывать мелкому наглому поганцу свои захватывающие истории и так же любили давать ему разного рода советы, пусть иногда они и были несколько..... противоречивыми, и кому-то могли показаться неприемлемыми для ребенка. И зачастую они поговаривали о таинственных сооружений, в чьих стенах велись целые службы, а народ мог стоять, слушая молитвы священника целыми часами, и как утверждали эти рассказчики, именно тогда человек искупал свои грехи, на него снисходило божье прощение или.....как это еще можно было назвать, они проходили очищение, и многие после подобного визита в церкви сообщали, что стали намного лучше себя чувствовать. Что ж, этого никто доказать не мог, просто все эти...... мудрецы (хотя, порой, мудрецами их было трудно назвать, некоторые из них вообще часто прикладывались к бутылке) в это верили, ну или так говорили. Впрочем, Карасу не слепо доверял всему, что рассказывают, ведь с самого раннего детства привык, что то, что люди лучше всего умеют делать, это лгать. -Что ж, теперь найти любой такой святой источник большая редкость, — пожал плечами Мортэм. -У тебя и иконы есть? — он даже попытался выдавить из себя улыбку, чтобы хоть как-то разбавить эту мрачную обстановку, вызванную упоминаниями прошлых лет, когда все было по-другому. -Ну, знаешь ли, мой отец не всегда интересуется, на что я спускаю его деньги, — ухмыльнулся в ответ Мортэм, — некоторые старинные и, естественно, подпольные антикварные лавки продают такие изделия за бешеные цены. -Хорошо, наверное, иметь дохрена денег, — съязвил он и слегка откинулся назад. -Насколько я знаю, ты теперь тоже не беден, Карасу. -Да? Посмотреть, где я живу, так не скажешь...... Вообще, я всегда говорил, что деньги портят людей, — махнул тот. -То же самое ты можешь сказать обо мне? — улыбка так и сияла на его лице. -Ты чувствуешь безнаказанность, а это лишает твердой земли под ногами, — сурово сказал Карасу. -Я думал, ты такой же любитель риска...... -Мы в разном положении, — возразил парень, — это...... Тогда дверь распахнулась, и в номер вошла Гончая со своей дорожной сумкой. Она окинула незаинтересованным взглядом пространство комнаты, но потом ее глаза остановились на двух парнях, сидевших на одной кровати. Девушка удивленно вскинула бровями, а затем ее губы сжались в тонкой полоске, однако она никак не прокомментировала представшую перед ней сцену. Гончая спокойно прошла к своей постели, та, что была ближе всех ко входу и принялась вытаскивать свои вещи. Юноши так же безмолвно пронаблюдали за ней, после чего Мортэм все еще с лицом триумфатора встал и, дойдя до своей кровати, взял футболку от пижамы и натянул на свое тело. -Я в душ, — сообщила Гончая, уходя в ванную. -Эй, я вообще-то хотел! — окликнул ее Мортэм. -Ты мог успеть помыться уже тридцать раз, пока меня не было, но вместо этого ты занимался тут......, — она перевела взгляд на Карасу, а затем обратно на него, — не пойми чем. И с этими словами девушка со стуком захлопнула дверь ванной. -Она злится? — указал туда, куда ушла Гончая Мортэм. -Наверное, вот только на что, без понятия, — безразлично сказал Карасу. -Что ж, надеюсь, успокоится...... Когда все уже были на своих спальных местах, Карасу, обессиленно распластавшись на кровати и уставившись в потолок, спросил: -Сколько время? -Да уже час ночи, — сообщил Мортэм, уже накрывшись одеялом. -И завтра рано встаем....., — вздохнула Гончая, — давайте спать. -Согласен, — заявил Мортэм. Карасу даже немного приподнялся и теперь скорее сидел на кровати, нежели лежал. Все, за исключением его, выключили свои светильники, и Мортэм, заметив это, спросил: -Ты собираешься ложиться? -Да, да, конечно, — отмахнулся он, однако Мортэму его голос показался каким-то тревожным. Он еще немного посмотрел на своего друга, Карасу все же потушил свет, но все равно не ложился, а затем Мортэм улегся на подушку. Перед глазами у него все еще стоял силуэт сидящего друга, освещенного лунным светом, проникавшем с балкона. Все его мысли занимал только он и, засыпая, только один человек все еще представлялся ему.

***

      Она глубоко чувствовала, будто для этого ее обучали с самого детства, будто у нее был нюх, как у настоящей ищейки, всю ту гнетущую атмосферу, что нависла над их дружным трио. Рязанову же до этого не было дела, у него была своя ответственная миссия, и сейчас он точно не собирался тратить время на то, чтобы разобраться во взаимоотношениях подростков, он уверенно держался за руль, его взгляд был ясен, было видно, что недавний отдых придал ему достаточно сил, чтобы двигаться дальше весь сегодняшний день. Удивительной выдержки человек, Гончая смотрела на него чуть ли не с восхищением, да и то, сколько он умудрялся обходиться без сигарет......тоже вызывало уважение. И это он делал ради.....Карасу? Она мысленно пыталась понять и осознать их отношения, ведь ей оставалось лишь гадать, что связывало таких столь непохожих людей, да и где они вообще могли встретиться? Да уж, их общение точно было покрыто тайной. Но даже не это сейчас тяготило девушку, она всегда могла определить, какое настроение витает в воздухе среди членов Черного Ириса, напуганы ли они, или находятся в ожидании чего-то или же торжествуют. И сейчас она понимала, что между двумя парнями, а может, и между ней так же, повисла какая-то немая недосказанность, что-то было не так, и самое удручающее состояние сейчас было у Карасу, который, отвернувшись к окну, с тоской разглядывал поля и слушал музыку. Хоть и Мортэм почти не разу не глянул в его сторону, она понимала, что он тоже усиленно рассуждает о своем друге и его..... несколько странном расположении духа. Ей самой даже не хотелось поднимать глаз ни на кого, и самое ужасное было то, что она не знала причины этой грусти, что настигла их компанию. Что же такого вчера они обсуждали, пока ее не было? И что тогда сказал Мортэм? Да и было ли вообще это причиной? Слишком много вопросов, а она так надеялась, что больше эта отвратительная атмосфера между ними не будет витать. И главное, что никто не мог исправить положение. Их окружали лишь бесконечные равнины, золотые лучи солнца и громкий гул двигателя. Иногда тихо пробивалось радио, и так как она уже не хотела слышать все те песни, что были у нее в плейлисте, она сидела без наушников и иногда прислушивалась к играющим композициям. И тогда, казалось, из небольших динамиков заиграла их надежда на светлое будущее, на примирение и хоть какие-то дружеские взаимоотношения. Она встрепенулась и резко обернулась в сторону радио, а затем весело начала крутить ручку громкости в сторону увеличения: -Эй, ты чего? — обернулся Рязанов. -Тут просто....., — и вот по салону автомобиля разлились знакомые троице слова: -He starts to notice empty bottles of gin, And takes a moment to assess the sin She's paid for. A lonely speaker in a conversation. Тогда Мортэм поднял голову и расплылся в улыбке, когда Гончая начала подпевать любимый мотив, а за ней последовал и сам Мортэм. Она сделала громче: Her words are swimming through his ears again. There's nothing wrong with just a taste Of what you've paid for. Say what you mean, Tell me I'm ri-i-i-ght, And let the sun rain down on me-e-e-e. Give me a sign, I wanna beli-i-i-ieve! — они уже почти не пели, а выкрикивали эту песню, но невообразимо счастливые, Гончая от радости аж закрыла глаза. А Рязанов лишь устало вздохнул, осознав, что ему придется все это выслушать, а вид у него был такой, словно уже готов был биться головой о руль. Даже Карасу, вытащив наушник, изумленно посмотрел на панель радио, видимо, так же услышав знакомый мотив. Мортэм толкнул его локтем, как бы зазывая тоже подпевать, однако он лишь нахмурился и сжался, теперь не смотря на них. А они все продолжали орать свою песню: -Woah o-oo-o-oh, Mona Lisa-a-a, You're guaranteed to run this town. Woah o-oo-o-oh, Mona Lisa-a-a, I'd pay to see you fro-o-own. И хоть они уже пели вместе, она ждала его, его чудного голоса, и услышала его, потому как он запел на втором куплете, немного прикрыв глаза и все еще держа руки скрещенными на груди: -But she'd have nothing left to sell hi-i-i-m. Say what you me-e-e-e-an, Tell me I'm r-i-i-i-ight, And let the sun rain down on me-e-e-e. Give me a sign, I wanna beli-i-i-eve! — Гончая уже зажмурила глаза и в такт стучала по своему кожаному сиденью, чем, наверное, уже достала Рязанова, однако Мортэм только поддерживал ее и повторял действия девушки, а Карасу уже стал вовсю проявлять свой прекрасный мелодичный голос. Огромная скорость по одинокой трассе сквозь песочные поля пшеницы, кукурузы и прочих культур, льющееся бронзой закатное солнце, что иногда резало глаза и оглушающая любимая песня, которую сейчас орали три опаснейших члена Черного Ириса, орали, как остервенелые, чуть ли не срывая голоса, энергичный и веселый мотив, дарящий желанием рваться вперед, вершить невозможное, верить в свои силы, потому как их появляется немеренное количество, смотреть в глаза суровой судьбе, они продолжали просто наслаждаться моментом, этими считанными минутами. Да, им было все равно, кто и что о них подумает, ведь они были вместе, а..... Мона Лиза объединяла их и они готовы были идти куда угодно, вместе, едино. А Мортэм иногда с ухмылкой смотрел на Гончую, пропевая слова про Мону Лизу и показывая указательным пальцем в сторону девушки, на что она бросала на него наигранный осуждающий взгляд, но так же...... улыбалась, просто светилась от счастья. Даже Карасу, сначала пытавшийся скрыть улыбку, теперь не пытался этого сделать и с теплотой смотрел на своих товарищей. К облегчению Рязанова, песня заканчивалась. О, этот день хоть и обошелся без происшествий и довольно тихо, эти минуты точно оставили самое приятное впечатление, подарив этому дню особый смысл. Они мчали по пустынной дороге, и никто не мог помешать им на пути их приключений на море. -Woah o-oo-o-oh, Mona Lisa-a-a, You're guaranteed to run this to-o-o-wn. Woah o-oo-o-oh, Mona Lisa-a-a, I'd pay to see you fro-o-o-wn.       Их поездка окончилась поздней ночью, когда остальные, за исключением Мортэма, который помогал Рязанову в поиске нужной дороги в этот поселок, подсказывал, куда ехать, уже полулежали в каком-то разбитом состоянии на сиденьях. Они разъезжали по кромешной тьме, и путь им освещали только фары автомобиля. И…, черт, это была отвратительная проселочная дорога, и от каждой кочки можно было подпрыгнуть и удариться о потолок головой, ну или разбить себе копчик. И за этот мерзкий путь каждый раз они шептали ругательства из-за него.       После долгих скитаний они наконец достигли нужного им участка. Ворота этой территории уже были открыты, видимо, владелец дома уже давно поджидал гостей. Теперь было видно, что здание да и все вокруг него освещали небольшие фонарики, тут и там вставленные в землю на аккуратно ухоженных лужайках с различными декоративными невысокими растеньицами. Рязанов заглушил машину, и тогда все дружно вздохнули и понемногу начали выползать из транспорта, ну, даже скорее вываливаться. Карасу с Гончей лишь рассеяно окинули взглядом все те окрестности, в какие их привел их общий друг, который в это время уже уверенно шагал ко входной двери. Вообще, сейчас они не особо обратили внимание на апартаменты, в которых им предстояло провести ближайшие две недели. Что ж, это был домик коттеджного типа, будто его специально отстроили под аренду, он словно бы заманивал своим привлекательным внешним видом и даже прилегающим к нему участком с прекрасным и коротко покошенным газоном, а позже от него все, наверное, отказывались, как только узнавали цену. Он представлял собой здание в два этажа, на каждом из которых значились длинные стеклянные дверцы и панели, заменявшие таким образом окна, вот только на второй этаже отсюда можно было разглядеть еще и балкон, укрыт он был крышей цвета темного шоколада из черепицы, и, глядя на него, создавалось впечатление, что когда-то его придавили чем-то сверху, потому как он был..... несколько странно приплюснутым. Ну, собственно, сверкающие от света стеклянные двери и саму форму дома, его цветовую гамму, это все, что они могли разглядеть в полночь.       Прошедший первее всех к двери Мортэм позвонил в звонок, нетерпеливо постукивая ногой. Через несколько секунд дверь отворилась, и на пороге показался настолько высокий юноша, что даже слегка пригибался в дверном проеме, хотя, возможно, это действие было уже чисто машинальным. Но это было единственным, что успели рассмотреть в незнакомце Карасу, Гончая и Рязанов. Мортэм же, улыбнувшись парню, жестом позвал всех остальных пройти внутрь. Они зашли, Карасу даже прищурился от яркого света, наполнявшего помещение, он бегло пробежался глазами по гостиной, в которой он почти сразу оказались, но ничего особенного сейчас не примечал, слишком велика была их всеобщая усталость, Гончая вообще уже на ходу закрывала глаза, хлопая ресницами, как сонный птенец. И они своими измученными взглядами наблюдали за пышущего энергией Мортэма и за его радостной встречей с товарищем. -Ох-х, Мортэм, — расплылся в улыбке парень, когда они с Мортэмом пожали друг другу руки, и он приобнял его за плечи, — как же давно мы не виделись...... -Здравствуй, Федор! Тоже рад тебя встретить вновь! — парировал он. Теперь когда они стояли на свету (здесь свисала великолепная люстра, сияющая различными камушками из стекла), Гончая смогла как следует рассмотреть этого таинственного Федора. Его лицо наполовину скрывали длинные локоны светло кофейного цвета, и тогда в освещении электрической лампы казалось, что в его удивительную шевелюру будто вплели позолоченную нить, потому как они так сияли, что представлялось, словно этот юноша был знатным дворянином, выросшем в пугающем замке готического стиля, расположенном среди заснеженных лесов. Черты его лика были резки, глаза ясны и блистали, как у некого сокола с превосходным зрением, который может выследить свою добычу с приличного расстояния, нос вздернут, что тоже придавало ему сходство с той же самой птицей. И конечно же, помимо его шелковистых волос и лица, как у прирожденного аристократа, из его внешности выделялся выдающийся рост, а что же касается телосложения, то он мог показаться настолько тонким, что, казалось бы, от любого удара мог сломать себе что-нибудь. Что ж, быть может, что под его широкой свисавшей с его плеч футболкой пряталась хорошая физическая подготовка, однако.....Гончая не могла этого знать и делала выводы, исходя из первого взгляда на парня. Они поделились с Мортэмом обычными для такой встречи новостями, а затем Федор повел их провести экскурсию по дому, в то время как Рязанов доставал их вещи из багажника. Закончив обход всех двух этажей, Федор вернулся вниз в столовую, отправившись на кухню (Карасу вообще не особо его слушал, он чуть ли не на ощупь передвигался за своим другом, и как он заметил, Гончая находилась примерно в таком же состоянии): -Ну, здесь есть минимальный запас продуктов, на несколько дней вам хватит. Тем более, я думаю, вы будете сами закупаться потом. Та-а-ак, — он, подняв голову осматривал верхние полки, вспоминая, что еще хотел сказать. Все это время он ходил, сцепив пальцы тонких, как ветви деревьев, рук в замок, держа их где-то по середине туловища, — там какие никакие крупы, — указал он на одну из полок, — внизу овощи и фрукты. Чай и кофе вот здесь, — он показал на нижнюю дверцу одной узкой полки. -Ага, спасибо, разберемся, — махнул Мортэм. -Что ж......, — он склонил голову, будто глубоко о чем-то задумался, и, если честно, даже несколько напугал своим состоянием Гончую, — наверное, все. Есть какие-то вопросы? -Нет, все понятно. Они отошли в сторону, еще пару минут обсуждая что-то и, видимо, говорили по поводу платы за дом, а Гончая даже не стала слушать их разговоры, хотя, признаться, столь необычный знакомый Мортэма ее заинтересовал, даже не смотря на то, что таких неординарных личностей в Черном Ирисе она встречала чуть ли не каждый день. Девушка, заведя руки за спину, слегка шагнула вперед и с любопытством обвела взглядом окружающую обстановку. Конечно, ее внимание было уже до предела рассеяно, и все в округе казалось каким-то размытым, но она все же попыталась составить некое впечатление о доме и зарисовать общей план его строения. После не слишком тщательного осмотра она взглянула на Карасу. Он устало потирал лицо рукой, медленно моргая, но причиной его измученного вида, как она почувствовала, была отнюдь не долгая поездка в машине, ей представлялось, что за этим кроется нечто другое. Она, естественно, не стала бы его расспрашивать так подробно, как Мортэм, ни за что на свете, потому как знала, что он этого не любит. Только Мортэм был способен выдержать на себе всю его ярость и агрессию с улыбкой, а при случае, мог и увернуться от его нападений, но, как правило, до этого не доходило. Конечно, она сомневалась, что он кинется с ней в драку, но.....черт, это же Карасу, от него все можно ожидать. Поэтому она немного проследила за ним, что в принципе получалось с трудом, ведь в ее собственные глаза будто насыпали песка, и она уже мечтала просто полежать, неважно даже где и на чем. Но......у Карасу не было той усталости, что царила, наверное у всех них (кроме, разве что Мортэма. Она даже мысленно спрашивала: «Боже, Мортэм, на чем ты сидишь, что способен в полночь после изнурительного путешествия с таким возбуждением говорить со своим другом). Он будто не только был измучен, он словно находился в сильном напряжении, однако почему, она не могла почувствовать. Это было написано на его лице. -Устал, да? — сочувственно наклонилась она к парню, и вместе с тем колыхнулись на бок ее темные локоны, которые только при таком ярком свете начинали сверкать хоть какими-то проблесками коричневого цвета. -А? — он вздрогнул, в растерянности подняв на нее глаза. Она, видимо, отвлекла его от глубокой мысли, потому как он вышел из своего забытья даже с некой нервозностью, — н-нет, с чего ты взяла? -Да просто......ну ладно, — с улыбкой сдалась Гончая, сразу поняв, что вообще не стоит продолжать разговор. «Ох, хоть бы Мортэм выяснил, в чем дело!» — взмолилась она и в то же время корила себя за то, что сама ничего не могла сделать. Тогда же в дом снова зашел Рязанов с последними сумками в руках, и тогда Гончая оживленно подбежала к общающимся парням. Карасу, судя по всему, чисто инстинктивно последовал за ней, дабы не отбиваться от компании. Девушка успела лишь на конец их беседы: -Удачи вам здесь, — Федор сказал это со всей суровостью, на которую только, наверное, был способен, и это, выглядело немного неуместным, учитывая, что они приехали сюда на отдых. А, быть может, он знал что-то......, чего они не знали? Нет, нет! Она мотнула головой, отгоняя свои негативные мысли, что стали уже привычкой. Но она не могла не признать тот факт, что его слова ее слегка, если вообще можно сказать слегка, насторожили. -Спасибо тебе за все, — отвечал с благодарностью Мортэм. -У вас в распоряжении десять дней, как и договаривались. -Ага, конечно, — кивнул он. -Да благословит тебя Господь, юноша, — сказал Федор, и они снова обменялись теми же жестами, какими начиналась их встреча. -Взаимно, Федор, — тихо ответил Мортэм. -Фух, ну, вроде все, — вмешался Рязанов. -Вы точно не хотите остаться переночевать? — обратилась к нему Гончая с сомнением, — целый день же в дороге...... -Да нет, — с улыбкой отмахнулся тот, — мне домой нужно. Что ж без меня будут делать трущобцы...... -Ладно, — согласилась Гончая, — спасибо вам за то, что откликнулись на такую..... странную просьбу. -Не за что. Федор тогда прошел к выходу и, попрощавшись со всеми, поплелся прочь от своего дома. -Вы правда могли бы остаться, — так же пытался уговорить Рязанова Мортэм. -Слушай, я вообще-то спешу. И даже если бы мне хотелось остаться, я, увы, не могу, — отказался он, пожав плечами. -Ну, как хотите. И.....да, спасибо, — он пожал ему руку, и тогда они оглянулись на Карасу. -Все.....в порядке? — с опаской спросил Рязанов, — Карасу...... -Д-да, спасибо вам. До свидания, — быстро проговорил парень. Всеобщее внимание некоторое время так же было обращено к Карасу. -Вас проводить? — предложил Мортэм. -Справлюсь как-нибудь. -Хорошо. До свидания, — попрощался парень. -До свидания! — весело махнула Гончая. -Бывайте, ребят, — сказал он, после чего вышел из дома. Еще полчаса они перетаскивали свои вещи наверх, разбирались с комнатами, ну а затем все обитатели их небольшого пристанища погрузились в сон, который для кого-то показался идеальным спасением от преследовавшего их утомления после долгой поездки, ну а кому-то он принес отвратительные часы, наполненные самыми страшными кошмарами.