Прошлое санеми и канао

Санеми шагнул на территорию новой школы с безразличным выражением лица. Его светлые волосы растрепались на ветру, а холодный взгляд сразу привлёк внимание одноклассников. В классе мгновенно стало тихо, когда он вошёл. Никто не осмеливался заговорить с парнем, от которого веяло отчуждённостью. — Это новый ученик. Санеми Шиназугава. — Учитель жестом указал ему свободное место у окна. — Садись. Санеми не сказал ни слова. Его шаги глухо отдавались в тишине класса. Он опустился на стул, устремив взгляд в окно. Ему было всё равно — новый класс, новые люди. Всё казалось одинаково пустым. Но тогда он впервые заметил её. Канао сидела всего в двух партах от него. Тихая, с длинными тёмными волосами, она всегда казалась отстранённой от остального класса. Но её взгляд был другим — спокойным, но внимательным. Она посмотрела на него тогда, будто что-то почувствовала. На перемене Канао подошла. — Привет. Я Канао Цуюри. Если что, могу показать школу, — сказала она мягко, но в её голосе читалась осторожность. Санеми лишь хмыкнул, не удостоив её ответа. Канао неловко улыбнулась и вернулась на своё место. Она не обиделась. Просто решила подождать. --- Так прошли недели. Канао пыталась завести разговор. Предлагала помощь с учебниками, садилась рядом во время обедов. Но Санеми молчал. Он избегал её взгляда и коротко отвечал, если вообще отвечал. — Ты всегда такой холодный? — однажды спросила она, когда они случайно остались вдвоём в классе. — А зачем мне другим быть? — усмехнулся он, глядя в окно. Канао не знала, что ответить. Она не отступала. Всё ждала, что однажды он раскроется. --- Скоро их начали замечать вместе. Иногда Санеми всё же шёл рядом с ней домой, хоть и молча. Иногда сидел с ней в библиотеке. Но всё это было скорее молчаливым соседством, чем настоящей дружбой. Канао улыбалась, но каждый раз, когда он отстранялся, её улыбка тускнела. --- Однажды всё изменилось. — Канао! — послышался голос на школьном дворе. Высокий парень, улыбчивый и открытый, подбежал к ней. Это был Акира — капитан школьной команды по лёгкой атлетике. Популярный, с лёгким характером. Канао улыбнулась ему в ответ — более искренне, чем когда-либо улыбалась Санеми. — Пошли вместе на тренировку? — спросил Акира. — Конечно, — кивнула она. Санеми, стоявший у стены в тени, наблюдал за ними. Его лицо оставалось каменным. Но пальцы на руках непроизвольно сжались. Он знал: теряет её. Но почему-то даже тогда ничего не сделал. --- Дни шли. Канао всё реже подходила к нему. Теперь она всё время была с Акирой. Они смеялись, разговаривали, проводили время вместе. Санеми же делал вид, что ему всё равно. — Почему ты перестала подходить? — однажды неожиданно спросил он её в коридоре. Канао удивлённо посмотрела на него. — Я… Я устала ждать, Санеми. Ты всегда молчал, будто я для тебя никто. Слова ударили сильнее, чем он ожидал. — Разве я должен был что-то говорить? — холодно бросил он, отводя взгляд. — Нет, не должен, — грустно улыбнулась Канао. — Но я больше не буду ждать. Так всё и закончилось. Санеми продолжал держаться холодным. Канао уходила всё дальше. Акира занял то место, которое могло бы принадлежать ему. Но внутри Санеми впервые поселилась пустота. Настоящая. Он понял это слишком поздно. Санеми не сразу понял, что что-то изменилось. Всё шло, как обычно: он приходил в школу, отмалчивался на уроках и игнорировал попытки Канао поговорить с ним. Она всё так же подходила с вопросами, улыбалась, но с каждым днём её взгляд становился всё печальнее. Но однажды всё было иначе. Санеми шёл по коридору, когда услышал позади себя весёлый смех. Он обернулся. Канао. Но не одна. Рядом с ней был Акира — новый ученик, всегда окружённый друзьями, харизматичный и лёгкий в общении. Он держал Канао за руку. Сердце Санеми резко сжалось. Он замедлил шаг. — Канао! — позвал Акира. — Пойдём, я покажу тебе класс рисования! Там потрясающий вид. — Конечно, — улыбнулась она, но уже без той робкой улыбки, которую Санеми привык видеть. В её глазах было тепло — то самое тепло, которое она так долго пыталась дарить Санеми. И вот она прошла мимо. Даже не посмотрела в его сторону. Санеми остался стоять в пустом коридоре, уставившись в их спины. "Какого чёрта?" — пронеслось у него в голове. Он всегда думал, что Канао будет рядом. Что она всегда будет ждать, пока он, наконец, обратит на неё внимание. Но теперь всё было по-другому. Он сжал кулаки так сильно, что побелели костяшки. "Неужели я... потерял её?" Позже в тот же день Санеми вышел на крышу школы — там, где они раньше часто сидели в молчании. Канао говорила, что ей просто нравится быть рядом. Он тогда не отвечал, думая, что у него ещё будет время. Но теперь крыша была пуста. Он вспомнил, как однажды Канао робко спросила: — Санеми... Ты когда-нибудь расскажешь мне, что у тебя на душе? Он тогда лишь пожал плечами: — Зачем? Всё и так нормально. А теперь ответа уже не требовалось. Она больше не ждала. Санеми посмотрел на небо. "Нормально? Да мне хуже некуда..." Санеми долго стоял на крыше, вглядываясь в серое небо. Холодный ветер трепал его волосы, но он не обращал на это внимания. В голове крутилась одна мысль: "Она ушла." Он вспомнил все моменты, которые раньше казались ему обыденными. Как Канао всегда приносила ему второй обед, зная, что он забывает о еде. Как однажды, заметив ссадину на его руке, молча достала пластырь и аккуратно заклеила рану. Как сидела рядом, не задавая лишних вопросов, когда он молчал. "Я думал, она просто надоедает… Но теперь всё это словно вырвали из моей жизни." Санеми спустился с крыши и, проходя по коридору, снова услышал её смех. На этот раз — с Акирой. Тот рассказывал какую-то историю, и Канао смеялась, прикрывая рот рукой. Этот звук раньше принадлежал их разговорам, их молчанию. А теперь — кому-то другому. Сердце Санеми сжалось. — Не всё ли равно? — пробормотал он себе под нос. — Её выбор. Но внутренний голос кричал о другом. Вечером Санеми лежал на кровати в своей комнате. Потолок казался бесконечно далёким. Он вспомнил тот день, когда только перевёлся в школу. Несколько месяцев назад Новый класс встретил его настороженными взглядами. Санеми сел на последнюю парту у окна и уткнулся в тетрадь, надеясь, что его оставят в покое. Но во время перерыва кто-то всё же подошёл. — Привет. Я — Канао. Ты новенький, да? Он мельком взглянул на неё. Тихая девочка с мягкими чертами лица и большими глазами. Она улыбалась, но как-то неуверенно. — И что? — буркнул Санеми. — Просто… если захочешь поговорить, я буду рядом, — она улыбнулась чуть шире и ушла. Санеми тогда лишь отмахнулся. Ему было всё равно. Или он так думал. Настоящее время "Ты была рядом. Всегда. А я... даже не поблагодарил." На следующий день Санеми попытался сосредоточиться на уроках, но мысли снова унесли его к Канао. Она сидела у окна с Акирой, что-то записывая в тетрадь. Её волосы мягко спадали на плечи. "Почему теперь, когда я понял, что она нужна мне, рядом с ней другой?" В обед Санеми не выдержал и вышел во двор школы. Он не привык чувствовать себя так. Потерянным. Раздражённым. Слабым. — Санеми! — раздался знакомый голос. Он обернулся. Канао стояла на ступеньках, глядя на него с тем же выражением лица, каким смотрела на него всё это время — с теплом. Но теперь это тепло больше не принадлежало ему. — Ты в порядке? — спросила она. Санеми нахмурился, отвернувшись: — А тебя что, это волнует? Канао на мгновение замолчала, а затем, чуть улыбнувшись, сказала: — Как всегда. Она развернулась и пошла обратно к Акире. Санеми стоял, не двигаясь. В груди было пусто. "И что теперь? Всё кончено?" Его пальцы сжались в кулаки. Санеми долго стоял на крыше, вглядываясь в серое небо. Холодный ветер трепал его волосы, но он не обращал на это внимания. В голове крутилась одна мысль: "Она ушла." Он вспомнил все моменты, которые раньше казались ему обыденными. Как Канао всегда приносила ему второй обед, зная, что он забывает о еде. Как однажды, заметив ссадину на его руке, молча достала пластырь и аккуратно заклеила рану. Как сидела рядом, не задавая лишних вопросов, когда он молчал. "Я думал, она просто надоедает… Но теперь всё это словно вырвали из моей жизни." Санеми спустился с крыши и, проходя по коридору, снова услышал её смех. На этот раз — с Акирой. Тот рассказывал какую-то историю, и Канао смеялась, прикрывая рот рукой. Этот звук раньше принадлежал их разговорам, их молчанию. А теперь — кому-то другому. Сердце Санеми сжалось. — Не всё ли равно? — пробормотал он себе под нос. — Её выбор. Но внутренний голос кричал о другом. Вечером Санеми лежал на кровати в своей комнате. Потолок казался бесконечно далёким. Он вспомнил тот день, когда только перевёлся в школу. Несколько месяцев назад Новый класс встретил его настороженными взглядами. Санеми сел на последнюю парту у окна и уткнулся в тетрадь, надеясь, что его оставят в покое. Но во время перерыва кто-то всё же подошёл. — Привет. Я — Канао. Ты новенький, да? Он мельком взглянул на неё. Тихая девочка с мягкими чертами лица и большими глазами. Она улыбалась, но как-то неуверенно. — И что? — буркнул Санеми. — Просто… если захочешь поговорить, я буду рядом, — она улыбнулась чуть шире и ушла. Санеми тогда лишь отмахнулся. Ему было всё равно. Или он так думал. Настоящее время "Ты была рядом. Всегда. А я... даже не поблагодарил." На следующий день Санеми попытался сосредоточиться на уроках, но мысли снова унесли его к Канао. Она сидела у окна с Акирой, что-то записывая в тетрадь. Её волосы мягко спадали на плечи. "Почему теперь, когда я понял, что она нужна мне, рядом с ней другой?" В обед Санеми не выдержал и вышел во двор школы. Он не привык чувствовать себя так. Потерянным. Раздражённым. Слабым. — Санеми! — раздался знакомый голос. Он обернулся. Канао стояла на ступеньках, глядя на него с тем же выражением лица, каким смотрела на него всё это время — с теплом. Но теперь это тепло больше не принадлежало ему. — Ты в порядке? — спросила она. Санеми нахмурился, отвернувшись: — А тебя что, это волнует? Канао на мгновение замолчала, а затем, чуть улыбнувшись, сказала: — Как всегда. Она развернулась и пошла обратно к Акире. Санеми стоял, не двигаясь. В груди было пусто. "И что теперь? Всё кончено?" Его пальцы сжались в кулаки. Санеми смотрел ей вслед, наблюдая, как Канао возвращается к Акире. Она снова улыбалась — той самой улыбкой, которую когда-то дарила ему. Но теперь она предназначалась другому. Он медленно выдохнул и отвернулся. "Ну и ладно. Пусть так. Мне всё равно." Он попытался убедить себя в этом, но в груди неприятно кольнуло. Глубоко внутри что-то сжималось, но Санеми стиснул зубы и прогнал эти мысли. Весь день он молчал на уроках, уткнувшись в тетрадь. Канао больше не подходила. Она сидела рядом с Акирой, и их смех время от времени эхом отзывался в его голове. "Зачем мне это нужно? Пускай живёт, как хочет." Но когда последний урок закончился и класс опустел, Санеми остался сидеть на своём месте. Сквозь окно заходящее солнце окрашивало комнату в тёплые оттенки. "Почему так хреново?" — с раздражением подумал он, проведя рукой по волосам. Он вспомнил, как Канао когда-то тихо садилась рядом во время перемен, даже если он не говорил ни слова. Как однажды она принесла горячий чай в холодный день, просто поставив стакан на его парту. Без лишних слов. Без ожидания благодарности. — Дура, — пробормотал он, опуская голову на скрещенные руки. — И я дурак. Вечером Санеми вернулся домой. Пустая квартира встретила тишиной. Он бросил рюкзак в угол, рухнул на кровать и закрыл глаза. В голове всё ещё звучал её смех. "Слишком поздно. Значит, так тому и быть." Но сердце продолжало болеть. Санеми смотрел ей вслед, наблюдая, как Канао возвращается к Акире. Она снова улыбалась — той самой улыбкой, которую когда-то дарила ему. Но теперь она предназначалась другому. Он медленно выдохнул и отвернулся. "Ну и ладно. Пусть так. Мне всё равно." Он попытался убедить себя в этом, но в груди неприятно кольнуло. Глубоко внутри что-то сжималось, но Санеми стиснул зубы и прогнал эти мысли. Весь день он молчал на уроках, уткнувшись в тетрадь. Канао больше не подходила. Она сидела рядом с Акирой, и их смех время от времени эхом отзывался в его голове. "Зачем мне это нужно? Пускай живёт, как хочет." Но когда последний урок закончился и класс опустел, Санеми остался сидеть на своём месте. Сквозь окно заходящее солнце окрашивало комнату в тёплые оттенки. "Почему так хреново?" — с раздражением подумал он, проведя рукой по волосам. Он вспомнил, как Канао когда-то тихо садилась рядом во время перемен, даже если он не говорил ни слова. Как однажды она принесла горячий чай в холодный день, просто поставив стакан на его парту. Без лишних слов. Без ожидания благодарности. — Дура, — пробормотал он, опуская голову на скрещенные руки. — И я дурак. Вечером Санеми вернулся домой. Пустая квартира встретила тишиной. Он бросил рюкзак в угол, рухнул на кровать и закрыл глаза. В голове всё ещё звучал её смех. "Слишком поздно. Значит, так тому и быть." Но сердце продолжало болеть. Санеми долго лежал на кровати, пытаясь не думать о Канао, но в голове не прекращался этот вечный внутренний монолог, в котором она всегда была рядом. Он поднялся, вытянулся и пошёл на кухню, решив, что может хотя бы немного отвлечься. Он нашёл бутылку воды и начал пить, затем подошёл к окну, выглянув на вечерний город. Улица была пустой, почти безлюдной, и свет от фонарей казался приглушённым. Он наблюдал за тем, как небо темнеет, как последние лучи уходящего солнца отражаются от окон домов. "Может, просто заняться чем-то другим. Не сидеть тут и не думать о ней. Пошёл бы в спортзал." Он достал телефон, пролистал ленту новостей, но ничего не мог найти, что бы могло действительно отвлечь его. Он резко выдохнул, скинул джинсы и снова лёг на кровать. Это было странно — его никогда не мучила такая безысходность. В другие моменты он просто выходил, гулял по ночному городу или делал что-то, что позволяло не думать. Но сегодня всё было иначе. На мгновение он подумал, что, может быть, всё же встретить кого-то ещё. Но как только это предложение мелькнуло в его голове, его взгляд снова потянулся к телефону, и он увидел одну из старых фотографий с Канао. Её улыбка. "Нет, я не могу. Я не так сдамся." Он закрыл глаза, снова вернувшись к своему внутреннему конфликту. Это было сложнее, чем он думал. Даже отдалённые мысли о том, чтобы отвлечься с кем-то другим, казались неправильными. "Может, просто переждать?" — он попытался утешить себя. Санеми снова посмотрел в окно, но теперь ночь была полной. Он вдруг понял, что ему не нужно искать утешения где-то вне. Всё, что ему оставалось — это время. Прошло несколько дней. Санеми продолжал вести себя так, словно ему всё безразлично. В школе он, как обычно, приходил в класс в последнюю минуту, садился на своё место у окна и молча смотрел на улицу. С одноклассниками почти не общался. Его раздражали их разговоры, смех и пустые темы. Но внутри всё было по-другому. Каждый раз, когда он случайно видел Канао в коридоре — теперь уже в компании другого парня, — в груди что-то сжималось. Она смеялась, разговаривала… не так, как раньше, когда тихо сидела рядом с ним, ожидая хоть малейшего проявления внимания. "Ну и ладно. Тебе же это нужно было, верно?" — убеждал он себя, но сердце колотилось быстрее. Однажды, после занятий, Санеми задержался на школьном дворе. Он смотрел, как Канао и тот парень вместе уходят. Они о чём-то оживлённо говорили, и Канао улыбалась. Та самая улыбка, которую он видел раньше только рядом с собой. Санеми сжал кулаки. — Что за чёрт, — тихо пробормотал он. Он повернулся и направился в сторону спортзала. Решил выместить всё напряжение на тренировке. Груша принимала на себя его удары, но в голове всё равно звучал её голос, вспоминались моменты, когда она пыталась говорить с ним, а он отмахивался. "Я же думал, что у меня всё под контролем. Зачем теперь так париться?" Он остановился, опершись лбом о холодную поверхность стены. "Потому что теперь её рядом нет." Позже, возвращаясь домой по тёмной улице, он снова увидел их вдвоём. Канао смеялась над чем-то, сказанным парнем. Санеми остановился, не решаясь идти дальше. Сердце пропустило удар. "И всё? Вот так просто?" Он сжал зубы, развернулся и ушёл в другую сторону. — Значит, так тому и быть, — холодно прошептал он, но внутри было пусто. Прошло несколько недель. Санеми по-прежнему вёл себя так, будто ему всё безразлично. Но каждый день, видя Канао с другим парнем, он ощущал неприятное жжение внутри. В классе она больше не смотрела в его сторону, хотя раньше всегда украдкой наблюдала за ним. Теперь всё её внимание принадлежало другому. Санеми всё больше времени проводил в спортзале. Кулаки болели от бесконечных ударов по груше, но это хоть немного отвлекало. "Зачем теперь думать об этом? Сама же выбрала." Однако однажды всё изменилось. Он возвращался домой поздно вечером. Улица была пустынной и тихой. Вдруг впереди он увидел знакомую фигуру — Канао. Она стояла у автобусной остановки, но была одна. Санеми уже хотел пройти мимо, как вдруг услышал голоса. — Ну что, красавица, твой дружок тебя оставил? — грубый голос раздался со стороны переулка. Из темноты вышли двое парней, явно не из их школы. Канао отступила назад. — Отстаньте, — твёрдо сказала она, но в голосе дрогнули нотки тревоги. Санеми замер. "Не вмешивайся. Это не твоё дело." — прошептал внутренний голос. Но воспоминания нахлынули: как она сидела рядом, как ждала от него хоть слова, а он игнорировал её. — Эй! — выкрикнул он, не выдержав. Парни обернулись. — А ты кто такой? — усмехнулся один из них. — Последний, кого вы сегодня увидите, если не уйдёте, — хмуро бросил Санеми, сжав кулаки. Они переглянулись, но, видя уверенный взгляд Санеми и его спортивное телосложение, решили не связываться. С ругательствами они скрылись в переулке. Канао стояла, не сводя с него глаз. — Санеми?.. — её голос дрожал. Он отвернулся. — Поздно уже. Не стой здесь одна. — Подожди, — она сделала шаг вперёд. — Почему ты… помог? Он молчал несколько секунд, потом повернулся к ней. — Не думай, что я сделал это ради тебя. Просто… не люблю смотреть, как кто-то унижает слабых. Канао опустила взгляд. — Я не слабая. Санеми хмыкнул. — Тогда докажи это. Он уже собирался уйти, но её тихий голос остановил его: — Почему ты всегда отталкиваешь людей? Меня? Санеми замер. Секунды тянулись мучительно долго. — Потому что я не такой, как все. И мне плевать на то, что обо мне думают. — Но мне было не всё равно, — сказала Канао чуть слышно. Эти слова ударили сильнее любого удара. Но Санеми лишь усмехнулся, не оборачиваясь: — Тогда ты просто зря тратила время. Он ушёл в ночь, оставив её одну под мерцающим светом фонаря. Но теперь в груди разрасталась пустота, которую уже не могли заглушить ни тренировки, ни равнодушие. Давай опишу подробно. После того разговора, когда Санеми увидел Канао с другим парнем, между ними будто выросла стена. Они перестали общаться. Канао всё так же сидела в классе у окна, улыбаясь друзьям, но ни разу не посмотрела в сторону Санеми. Он же, как обычно, сидел в самом конце класса, отвернувшись к стене, притворяясь, что ему всё безразлично. Каждый день Санеми наблюдал за ней украдкой. Канао часто смеялась с новым парнем и их общими друзьями. С каждой такой сценой что-то внутри Санеми сжималось, но он продолжал делать вид, что ему всё равно. Иногда их взгляды случайно встречались, но Канао тут же отводила глаза, словно Санеми был для неё пустым местом. Время шло. Наступила весна. До конца учебного года оставались считанные недели. Они так и не обменялись ни словом. Все их случайные пересечения в коридорах или на переменах заканчивались холодным молчанием. Санеми пытался убедить себя, что так даже лучше. Он стал ещё более замкнутым и часто пропускал занятия. В душе всё ещё жила злость — и на неё, и на себя. Но однажды он услышал, как кто-то из одноклассников обсуждал перевод в другую школу. Его отец, устав от бесконечных вызовов в школу из-за драк Санеми, решил перевести его в другую — построже, подальше от старой компании. — Плевать, — бросил Санеми, когда отец сообщил ему об этом. Но на самом деле мысль о том, что он больше не увидит Канао, болезненно отозвалась внутри. Последний день в школе Санеми пришёл как обычно — с опозданием и равнодушным лицом. Весь день он молчал, не попрощался ни с кем. Перед уходом он задержался у дверей класса. Его взгляд на мгновение остановился на Канао. Она сидела у окна, что-то записывая в тетрадь. Санеми ждал, что она хотя бы взглянет на него напоследок. Но она так и не подняла глаз. — Тьфу, — выдохнул он и отвернулся. Так они и разошлись. Без слов. Без прощания. Новая школа встретила Санеми напряжённой атмосферой. Здесь его никто не знал, и это устраивало его. Он всё так же держался холодно и отстранённо. Но на этот раз всё оказалось иначе. Здесь учился Гию — такой же замкнутый и нелюдимый парень. И Шинобу — дерзкая и умная девушка, которая всегда смотрела с улыбкой, полная сарказма. Первый день Санеми в этой школе прошёл в напряжении. Все с любопытством рассматривали нового ученика. Но больше всего его удивило то, как на него посмотрела Шинобу — с хитрой улыбкой, будто уже знала, что с ним делать. Гию же просто молча взглянул на него и отвернулся. — Ну и что это за школа такая… — пробормотал Санеми, закидывая рюкзак на плечо. Но в глубине души он понимал — это новый этап. И, возможно, здесь всё пойдёт по-другому.