Глава 6. Признание

      Когда год с лишним назад я влюбился в Холеру, мои чувства казались бесперспективными. Я не мог себе представить, чтобы женщина с таким характером и настолько старше могла серьёзно отнестись к идее завести отношения. Я решил признаться ей, получить отказ и прервать общение, пока всё не запуталось слишком сильно. Я тогда и подумать не мог, что Холера чувствует то же, что и я. Мы оба тянулись друг к другу и не понимали, что делать с этой странной тягой.       Во время очередной встречи я обнял Холеру, а она обняла меня в ответ. Я поцеловал её — не в губы, но туда, где не было респиратора. Она приняла все мои ласки, ещё не решаясь полноценно ответить на них. Я предложил ей встречаться — и она согласилась.       Тогда я не знал, удастся ли мне увидеть её без респиратора, получится ли хоть что-то из отношений с женщиной, у которой так много физических ограничений. Я просто хотел попытаться — как хотела попытаться и она, давно потерявшая надежду на полноценную жизнь.       Ради меня Холера готова была перестраивать свой быт, бороться с раcстройствами, которые не могла победить одна. Она делала шаг за шагом, и я готов был ждать.       «Те самые слова» прозвучали позже — когда мы убедились, что действительно можем быть вместе, несмотря ни на что.       — Я люблю тебя, — сказала однажды Холера, заключив меня в мягкие уютные объятия. — Прости, что не говорила этого раньше. Звучит глупо, но я боялась, что ты всё-таки устанешь и уйдёшь от меня. А я останусь одна со своим признанием.       — Я тоже люблю тебя. — Я нежно прижал Холеру к себе и сам удивился — почему не говорил этого раньше? Если Холере было чего бояться, то я-то мог сказать всё вслух ещё давно… Но почему-то тоже не говорил, думал, что поступки сказали всё за меня. — Хочешь, я буду говорить тебе это каждый день?       — Говори так часто, как хочется, — прошептала Холера. — Не нужно расписания, с ним слова потеряют цену.       — Эти слова никогда не потеряют цену, — прошептал я в ответ.       С тех пор мы прошли долгий путь. Ссорились и мирились, искали компромиссы, преодолевали сложности. Но, когда бы я ни говорил Холере, что люблю её, я всегда действительно имел это в виду и знал, что Холера была со мной такой же искренней.