Часть 3

Москва. Поздний вечер. Прошло чуть больше двух недель с их последней ночи. Вера сидела на балконе, закутавшись в плед. Зимний воздух был свежим и прохладным, но она не хотела уходить в тепло. Город в огнях был живым, а жизнь Веры - казалась застывшей. Телефон рядом с ней несколько раз вибрировал — рабочие сообщения, напоминания, уведомления из соцсетей. Но ничего из этого не было тем, что она ждала. Ничего, что было ей важно. Она медленно взяла его в руки и открыла чат с Ангелиной. Будто ожидая что-то. Последнее сообщение было коротким: "Прилечу на съёмки в четверг." Без эмоций. Без слов, оставляющих след. Просто формальность. А ведь в ту первую ночь колдовки и ведущей, всё казалось лёгким и непринуждённым. Они наслаждались моментом, не думая ни о чем. Вера, будучи опытной в интрижках и быстрых романах, никогда не ожидала, что эта встреча с загадочной брюнеткой, станет такой особенной. Ангелина неожиданно уехала в Питер, заявив, что у неё срочные дела. Вера не стала задавать вопросов, но понимала: эти дела забирали всё её время, не оставляя места для Москвы и для самой Веры. Но были ли это действительно дела? Ветер усилился, и холод коснулся её кожи. Вера вздохнула, встала и зашла в квартиру, закрыв за собой балконную дверь. Завтра — новый день. Новый съёмочный день. И, может быть, короткая встреча с Ангелиной. Наступил долгожданный четверг, но она не спешила вставать. Сотникова лежала в постели с открытыми глазами, но её взгляд был рассеянным. За окном шумел город, а внутри неё царила тишина. Раньше утро было временем лёгкости — чашки кофе, новостей и простых планов. А теперь каждое утро приносило одну и ту же мысль: «Напишет или нет?» Ангелина уже скоро должна была быть в Москве, но писать Вере не спешила. Она не считала это чем-то важным. Она очень ждала личной встречи,и безумно скучала. Но проявлять свои чувства не торопилась. Вера начала собираться на съёмки, хотя сегодня ей и не было необходимости ехать на студию, но она не могла пропустить встречу с Гелей. Она понимала, что такая возможность - редкость, и всё-таки хочется, хоть и издалека, понаблюдать за ней. Съёмки начались, и Вера стояла за кулисами, словно забыв обо всём вокруг. Ведущая не спешила к камере, а просто наблюдала. Ангелина была в центре внимания, её присутствие словно заполняло собой всё пространство. (А может просто Вера видела её именно такой) Она смотрела на неё, забывая дышать, и в её голове снова и снова прокручивались моменты с Гелей. Она проговаривала себе в мыслях, словно это было откровение: «Какая же она замечательная». Каждое её движение, каждое слово на съёмочной площадке — всё было наполнено лёгкостью и грацией, которая так завораживала. Вера замечала, как Ангелина умело держится в кадре, как её взгляд, полный эмоций, приковывает внимание. Но для неё это было не просто профессиональное мастерство. Она видела в ней человека, который умел оставаться собой, не теряя своей уникальности и внутреннего света. Она продолжала наблюдать за ней, наслаждаясь моментом, не замечая, как время пролетало. Съёмки закончились. Вера, чувствуя лёгкое волнение, подошла к Ангелине, пока та собирала вещи. Девушка выглядела уставшей, в прочем как и все после гот зала. — Ангелина, я так скучала, у тебя же есть время побыть со мной? Колдовка лишь кивнула, убрала сумку на стол и посмотрела на Веру усталым, но все ещё теплым взглядом. — Я рада — тихо сказала она, потом, после короткой паузы: — Может пойдём в кафе? Мне так не хватало тебя, и я думаю, что нам необходимо поговорить. Ангелина посмотрела на неё чуть внимательнее, будто пытаясь что-то понять, но глубоко копаться не стала. Они вышли из здания, и холодный воздух сразу обжёг кожу. Москва в этот вечер была шумной, но снег приглушал звуки машин и шаги прохожих. Фонари рассыпали золотистый свет по тротуарам, а белые частички медленно кружились в воздухе, садясь на волосы и плечи. Шаги наших героинь звучали в унисон, но разговор не клеился. Вера периодически бросала взгляд на Ангелину, та шла рядом, чуть нахмурившись, и молчала. — Холодно, — тихо сказала Вера, будто просто констатируя факт. — Да, — отозвалась Ангелина. Несколько минут они шли молча. Воздух пах морозом и чем-то сладким — может, жареными орехами с уличных лотков. Иногда рядом проносились такси, их жёлтый свет отражался в снежной каше на дороге. — Ты ведь скучала по Москве? — вдруг спросила Вера, глядя вперёд. Ангелина задержалась с ответом, потом тихо вздохнула. — Иногда. Но Питер мне роднее. Вера ничего не сказала. Они свернули на небольшую улицу, где под старинными вывесками кафе теплился свет. Вера открыла дверь, пропуская Ангелину вперёд, и в ту же секунду их окутал тёплый аромат кофе и ванили. Снег на их плечах начал таять. Они успешно выбрали столик, и заказали себе теплый чай с десертом. Вера крутила ложку в руках, выбирая слова. — Геля, — начала она, — Ты же знаешь о моих чувствах к тебе. Ангелина чуть напряглась, но не отвела взгляда. — Всё это время, пока тебя не было, я правда скучала. И я не могу дальше жить в этой неопределённости. Я хочу, чтобы ты была со мной, в Москве. Если ты не переедешь, то нам придется прекратить все это. Пойми, я не хочу, чтобы расстояние губило меня. Мне каждый раз больно провожать тебя на вокзал, зная, что следующий раз, я увижу тебя не скоро, и в лучшем случае на час. Ангелина смотрела на кружку чая, медленно помешивая сахар. — Верочка.. я тоже люблю тебя, — наконец сказала она. — Но.. моя семья, моя жизнь в Питере… я не могу просто взять и переехать.. Вера молчала. - Но если я должна сделать выбор... То я выбираю Питер, — обдумав добавила Ангелина. Её голос был спокойным, но в нём чувствовалась тяжесть. Они сидели молча, пока чай остывал в чашках. Им больше нечего было сказать друг другу. Когда они вышли на улицу, холодный воздух снова обжёгал кожу, но Вера уже не чувствовала его. Они расстались у входа в кафе. Без слов, без объятий. Только короткий взгляд — как точка в конце истории.