Глава вторая. Предложение, подкупающее новизной

      Сперва, когда Влад покидает театр, он хлопает дверью. Но затем быстро возвращается и ещё раз, но уже тихо, закрывает еë.       «Будешь тут и тихим, и покладистым. Лишь бы опять не к друиду с мальчишкам, где храп и сомнительные растения,» — ворчит про себя Влад.       Он быстрым шагом идëт по городу, без интереса смотря на встречающихся прохожих, на дома, на деревья... Влад не любит лето. Не любит жаркий день. Сухие, пыльные дороги. Почему-то в это время, хочется спрятаться. И не только в прохладную тень. Вообще хочется убежать так далеко, чтобы не нашли.       И чувство одиночества и ненужности со страшной силой овладевают Владом. Он не любит думать. И никогда не любил. Действия, действия. И ещё раз действия. Он часто говорил себе и продолжает, что мечты — яд. Ожидания напрасны. Лучше замиреть. Остановить сердце. Закопать его глубоко-глубоко. И не думать. Просто не думать.       «Ладно уж! — Влад одëргивает себя, пытаясь взбодриться. — Как бы это смешно не звучало, я нужен сегодняшнему представлению. А остальное? Зачем? Неужели я и впрямь превращаюсь в юнца, витающего в облаках? — Он усмехается и утыкается носом в конверт. Сладкий, противный запах отвлекает его. — Интересно, Колючка любит такое?»       В его мыслях появляется силуэт со строго сложенными руками и упрямо вздëрнутым носом.       «Нет, такая не любит пустышки. Ей бы сразу коня да чисто поле. И ищи еë потом!»       И Влад улыбается, представив Варю, несущуюся на коне. Представляет решительное выражение глаз. Упрямо поджатые губы. Когда невыносимая девчонка стала такой... Такой аристократкой?       «Уж не принцесса ли она? Кажется, Алëнка что-то говорила об этом? Но правда это или шутка? Узнаю ли я когда-нибудь?»       Он медленно вздыхает и резко мотает головой. Нужно поторопиться. Влад ускоряется и переходит на бег. Так-то лучше. Ветер свистит в ушах и развивает чëрные кудри. Юноша с упоением глотает тëплый воздух и несëтся, быстрее грозы. И почему-то улыбается.              Он вскоре добирается, привычно называет пароль, и, когда двери мельницы открываются, заходит внутрь. Острожно идëт по старой деревянной лестнице и щурит глаза от солнца, заглядывающего через сверкающие чистотой окна.       Оказавшись у самой комнаты, он останавливается и тихо выстукивает азбукой Морзе: «Князь прошёл.»       В то же мгновенье за дверью слышится весëлый голос Алëнки, замок щëлкает, и Влад оказывается на пороге.       — Владик! — Тотчас накидывается на него Алëнка. — Молодец, что пришëл! Чего хочешь?       — Ой, не души. — Юноша улыбается и отстраняется. — А то как я хриплым голосом отыграю?       — О-ты-гра-ешь? — медленно повторяет Алëнка. — Неужели Моргана взяла тебя в спектакль? Рассказывай скорее!       — Погоди пока, Алëнка. Мне бы Колючку.       — Здесь я. — Варя, изящно взмахнув руками, словно артистка, выходит навстречу нежданному гостю.       Влад засматривается на затейливое переплетение браслетов на еë руках и, протягивая ей конверт, не особо о чëм-то задумываясь, говорит:       — Красивые браслеты.       Алëнка громко фыркает и с восторгом во все глаза смотрит на Влада.       Варя вздрагивает, но с усмешкой, взяв конверт, говорит:       — Спасибо.       Весь мир Влада сужается до фиолетового камешка на одном из браслетов Вари.       — Подожди, а что я у тебе сказал?       — Ты впервые похвалил Варю! — торжественно отвечает Алëнка.       — Точнее, мои браслеты.       Влад хмурит брови и задумчиво проводит пальцами по лбу. Что-то он заработался.       — Эх, Владик, — усаживаясь на диван, говорит. — Да, работа в театре тебя не щадит.       — Точнее, Доспехи.       — Что же тебе от меня нужно? — Порвав конверт, спрашивает Варя.       — Мне решительно ничего. Но вот Моргане отчего-то ты, страсть, как нужна.       — Ой, Владик, признавайся! Опять кого-то обидел и нам придется всех спасать? — С плохо скрываемым воодушевлением от возможного приключения, интересуется Алëнка.       — Только сегодняшнее шоу.       — Чего?       — Чего?       — Того. Самого. Главные актёры покинули нас, и нас с тобой, Колючка, взяли, как взаимозаменяющий товар.       — Прелестно, — растягивает Варя, проводя пальцем по раскрытом письму. — А ты всë под рукой вертелся — вот она и решила тебя взять?       — Можешь мне не верить... — Влад в поисках поддержки мельком бросает взгляд на Алëнку, но находит лишь смеющегося зрителя. Пока без попкорна. — Но я совершенно... Совершенно! — Он выразительно поднимает указательные пальцы. — Случайно окатил водицей вашего любимого мыльного актëра.       — Доброта превыше всего, — кивая, поддерживает Алëнка с важным видом. — В такую жару это было спасением.       — Не думаю, что он по достоинству оценили твою заботу, Морок. — Скептически приподняв брови, замечаеи Варя.       — Да уж. Но как уж есть. А за ним ушла и главная актриса. Она, видите ли, только с "этим" может играть любовь. — Угу. Зато вот у нас с тобой любовь будет первоклассная. — И с этими словами Варя показывает большой палец.       — Варечка, ну попробуй, чего тебе стоит! Владика нужно спасать! Я уж точно га серьëзных щах этот спектакль не вывезу.       — Старшно даже представить, — улыбается Варя.       — Так, значит, согласна? — лениво подводит итог Влад, торжествуя победу.       — Да. Но обещай, что защитить меня от шитья. Терпеть не могу делать выкройку!       — Защищу, не бойся. Мои поцелуи тебя всегда спасут. — И прежде чем Варя успевает ответить, Влад кокетливо подмигивает и скрывается за дверью.