Глава I. Страстный секс

26 декабря 1978 года, Школа чародейства и волшебства Хогвартс, Шотландия, Великобритания. Было около 9 часов вечера, когда в одном из подземелий школы Хогвартс, а именно в том подземелье, в котором находились гостиная и спальни учащихся факультета Слизерин, а если ещё конкретнее, то в одной из мальчишеских спален двое учащихся седьмого и последнего курса Слизерина занялись сексом. Сексом они занялись тайком, не желая, чтобы об этом узнал кто-либо из их однокурсников. Обеспечить нужную конспиративность было, в принципе, нетрудно с учётом того, что однокурсники двоих наших персонажей разъехались все по домам на рождественские каникулы (в Хогвартсе рождественские каникулы длились с 23 декабря по 5 января; 23 декабря 1978-го, поскольку очень большое количество учащихся разъехалось, Хогвартс опустел если не полностью, то процентов на 80 точно, а, может, и на 90). В одной мальчишеской спальне жили в ходе учебного года одновременно четверо человек, но, к счастью для парня, который 26 декабря 1978-го занимался в своей спальне сексом, 3 его соседа уехали на каникулы и не видели, что происходит в их спальне. Из всех однокурсниц этого парня по Слизерину в Хогвартсе на рождественские каникулы осталась только та девушка, с которой он, собственно говоря, занимался сексом. Для обоих это было удобно - им не хотелось, чтобы хоть кто-нибудь из их однокурсников, пусть даже и с факультета Слизерин, узнал, на что они решились… В общем, 26 декабря 1978-го один парень и один девушка со Слизерина тайком занимались сексом в спальне парня. Разумеется, у них были имена - нет же людей без имён. Парня звали Регулус Блэк, девушку - Джульетта Гринграсс. Они скрывали от родителей и других родственников взаимную любовь. Скрыть они намерены были и секс, на который решились. Впрочем, на момент секса Регулус и Джульетта не особо думали о его сокрытии, хотя б потому что перед сексом они неслабо напились, приложившись к крепкому и популярному среди британских волшебников огненному виски старого Огдена. Не напились бы этого огневиски, может, и не решились бы на секс. Впрочем, сперва надо, пожалуй, рассказать вкратце о том, кто, собственно говоря, такие Регулус Блэк и Джульетта Гринграсс, точнее, кем они были по состоянию на конец 1978 года. Регулус Блэк был представителем очень древнего рода британских чистокровных волшебников с французскими корнями. Благороднейшего и древнейшего рода, как многократно говорили Регулусу. Чистокровность рода Блэков никто никогда не смел ставить под сомнение даже в шутку. Блэки этой чистокровностью неизменно гордились, даже кичились. Представители этого рода женились и выходили замуж только за представителей других чистокровных родов волшебников, и не каких-нибудь, а самых лучших, надёжных, таких, с которыми Блэки были в хороших отношениях. Были, конечно, исключения, но о таких Блэки умалчивали. Для сохранения чистокровности Блэки не раз прибегали к близкородственным бракам, не находя в этом нет ничего такого. Чистокровность «благороднейшего и древнейшего» рода Блэков подтверждалась и тем, что этот род был включён в очень почётный и престижный «Справочник чистокровных волшебников», вышедший в 1931 году и включавший помимо Блэков ещё 27 различных чистокровных магических родов Великобритании. Так вот, Регулус родился в 1961 году. Любимец родителей, примерный учащийся Слизерина - факультета амбициозных, хитрых и находчивых, властолюбивый, не лишённый надменности, самолюбия и при этом ответственный, исполнительный и уважаемый учителями и учащимися младших курсов староста факультета (Регулус им был с пятого курса), желанный и небезызвестный член престижного Клуба слизней (в него принимали только самых перспективных, видных и блатных старшекурсников Хогвартса, ну или прям очень талантливых и успешных в учёбе), хороший игрок в квиддич, ловец факультетской сборной Слизерина по квиддичу… В общем, Регулус был на своём факультете очень известен и, ясное дело, авторитетен, причём авторитет свой он сформировал во многом сам, дело было не только в его прославленной фамилии. Джульетта Гринграсс происходила из старинного чистокровного рода волшебников, который, как и род Блэков, был включён в «Справочник чистокровных волшебников». Как и Блэки, Гринграссы были блюстителями чистокровности - тоже женились и выходили замуж только за представителей других чистокровных родов волшебников, и не каких-нибудь, а самых лучших, надёжных. Гринграссы, однако, не прибегали к близкородственным бракам. Придерживаясь идеологии превосходства чистокровных волшебников над нечистокровными, Гринграссы вместе с тем не были так резки, воинственны и фанатичны, как Блэки - те были куда горячее… Гринграссы были сдержанные, неконфликтные и нейтральные во всяких войнах и политических игрищах волшебников, а вот среди Блэков было немало весьма резких, неуравновешенных, агрессивных людей, неравнодушных, к тому же, к тёмной магии. Блэки имели противоречивую, нет, дурную славу тёмных магов и фанатиков, Гринграссы же интереса к тёмной магии не проявляли. Несмотря на то, что Гринграссы были по натуре и по убеждениям мягче многих Блэков, те были с ними в хороших отношениях, рассматривали род Гринграссов как однозначно чистокровный, ничем себя не запятнавший. Веками и представители рода Блэков, и представители рода Гринграссов учились на факультете Слизерин. Вернёмся, впрочем, к Джульетте Гринграсс. Так вот, Джульетта училась с Регулусом на одном курсе, хотя родилась раньше не его, и даже не в 1961 году, а в 1960-м. Она, однако, родилась позднее 31 августа 1960-го (если конкретнее, то 24 ноября 1960-го), вследствие чего не была принята в Хогвартс 1 сентября 1971-го (туда поступали в 11 лет). В любом случае, в Хогвартс Джульетта поступила 1 сентября 1972-го, как и Регулус, в тот же день они познакомились… За счёт того, что Блэки и Гринграссы ладили, родители Регулуса и Джульетты не возражали против их дружбы. Джульетта на всех курсах успешно училась, одновременно тратила немало времени на поддержание респектабельного и, что важнее, красивого внешнего вида, на пятом курсе стала старостой факультета и заодно членом Клуба слизней. В квиддич Джульетта, в отличие от Регулуса, не играла, и в сборной Слизерина по квиддичу не состояла, но очень радовалась всякий раз, когда сборная Слизерина выигрывала матч по квиддичу и завоёвывала разыгрываемый ежегодно Кубок Хогвартса по квиддичу. Почему Регулус и Джульетта, будучи воспитанными по довольно строгим правилам старой магической знати, являясь старостами Слизерина, а значит, примерами, ориентирами для слизеринцев помладше, сперва напились, а потом занялись сексом при том, что такие действия, мягко говоря, спорные? В случае если бы о сексе узнали родители Регулуса, они бы точно вспылили, наорали, может, и до рукоприкладства бы дошло - Регулус ведь помнил, как родители наказывали его непутёвого брата-шалопая Сириуса, который их ох, как бесил… К Регулусу родители относились гораздо лучше, но вот за секс с Джульеттой они бы ему точно что-нибудь устроили. Родители Джульетты, может, и не были такие жёсткие и вспыльчивые, но они бы тоже как минимум возмутились тому, что она дала Регулусу. Дело было бы даже не в том, что она дала Регулусу, а в том, что просто дала, дала, не окончив седьмой курс и Хогвартс. Как уже было упомянуто, на момент секса ни Регулус, ни Джульетта особо не думали о том, что будет, если родители каким-то образом обо всём прознают. Вернёмся, однако, к вопросу - почему Регулус и Джульетта при воспитании и аристократичности напились и в итоге вступили в интимную связь? Ну, было несколько причин. До пятого курса Регулус и Джульетта были хорошими друзьями, тогда как на пятом курсе между ними началась любовь, причём взаимная: Регулус искренне любил Джульетту, Джульетта - Регулуса. Оба при этом понимали, что им не суждено быть вместе и жениться друг на друге: родители Регулуса ещё до его поступления в Хогвартс заключили брачный контракт с Паркинсонами - ещё одним старинным чистокровным родом. В соответствии с контрактом заключалась предварительная помолвка между 11-летними Регулусом и Араминтой Паркинсон, их самих особо не спрашивали - просто сказали, что это необходимо. К таким вот контрактам и Блэки, и Паркинсоны прибегали уже не раз, воспринимали это как обыденность. В соответствии со всё тем же брачным контрактом Регулус и Араминта Паркинсон должны были жениться или по окончании Хогвартса, или даже раньше, между шестым и седьмым курсами, едва им исполнится 17 лет (таков возраст совершеннолетия в мире волшебников, в том числе и в британском магическом сообществе). В итоге, уже когда Регулусу и Араминте исполнилось 17, их свадьбу было решено провести всё-таки по окончании ими Хогвартса, летом или осенью 1979-го. Не желая конфликтовать с родителями, как старший брат, Регулус делал вид, будто всё принял и будто его всё устраивает. На самом же деле он не любил Араминту Паркинсон. Да что там, он даже не считал её интересным собеседником. Джульетта была и интереснее, как собеседник, и общительнее (Паркинсон же была немногословной и как будто замкнутой, погружённой в какие-то свои глубокие внутренние мысли), и живее (это для Регулуса тоже имело большое значение; он считал, что просто не вынесет совместной жизни с Паркинсон, её вечно неживым и как будто всегда безразличным тоном общения, монотонностью, непониманием юмора, и так далее), и эмоциональнее, и веселее (с Джульеттой было не соскучиться, а вот соскучиться в обществе Паркинсон было, так сказать, раз плюнуть) и проще по характеру (Регулусу казалось, что Паркинсон тяжело переживает всякие личные проблемы и комплексы, что плохо сказывается на её характере), и красивее (ну тут всё познавалось в сравнении - блондинка Джульетта с красивыми и аккуратными светлыми волосами до плеч, милым, приятным глазу лицом, милыми зелёными глазами, прямым носом, и брюнетка Паркинсон с причёской каре, бледным и тонким каким-то лицом, вечно мрачным и депрессивным выражением лица, вечно щурящимися серыми глазами, крючковатым носом, щеками, которые как будто всё время были ввалившиеся…)… И вот это осознание того, что он не может быть с Джульеттой, которую любит, того, что он не может на ней жениться, того, что его прикрепили к Паркинсон, которую он не любит, Регулуса очень тяготило. Следствием этой сильной душевной тяготы стало желание заняться сексом с Джульеттой как бы назло всем: и Паркинсон, и родителям, всем, кто инициировал этот вшивый брачный контракт… Кстати, родителями Регулус был недоволен только по этой причине, во всём остальном он был с ними согласен и вообще был послушным, покладистым. Регулус занялся сексом с Джульеттой не только потому что любил её, но и потому что она была точно сексуальнее, горячее, чем Паркинсон. Впервые Регулус подрочил на пятом курсе, возбудила его тогда Джульетта. Уже на пятом курсе у неё была большая (но не слишком) грудь, стройная (именно стройная, а не худая, как у Паркинсон), немаленькая, но и небольшая попа, лицо было такое, что так и хотелось поцеловать, шейка - такая, что Регулус был бы не прочь её облизать. Что касается Паркинсон, то она была не только бледна и неприглядна на вид, она ещё была, грубо говоря, доской: груди у неё как будто не было, как и чего-то, что возбудило бы Регулуса. Его уже частично женили на девушке, в которой не было ничего привлекательного, ни во внешнем, ни в сексуальном плане! К тому же у Паркинсон был заметно бледный, трупный какой-то цвет кожи, а у Джульетты - нормальный и светлый, такой, который не наводил Регулуса на нехорошие мысли. В общем, Джульетта была несомненно сексуальнее Паркинсон. До седьмого курса Регулус доводилось видеть Джульетту в лифчике, теперь, 26 декабря 1978-го, он лицезрел её полностью голой и испытывал небывалое возбуждение… Секс с Джульеттой, само её присутствие рядом, буквально в одной постели позволяло Регулусу ещё и выветрить, хоть и временно, нехорошие, всё более гнетущие и тяготившие его мысли о Пожирателях смерти - организации тёмных магов, использовавшей насильственные методы для того, чтобы захватить власть в британском магическом сообществе и привести к власти чистокровных, тогда как нечистокровных - кого в люди второго, так сказать, сорта, кого в рабы, кого и вовсе уничтожить, ибо не у всех волшебников есть право на жизнь. Управлявшее британским магическим сообществом Министерство магии рассматривало Пожирателей смерти как террористов и боролось с ними, но как-то не особо успешно. Пожирателям смерти и их лидеру - загадочному лорду Волдеморту, которого мало кто называл поимённо (даже среди Пожирателей), симпатизировали многие древние чистокровные роды, в том числе и Блэки. Блэки за редким исключением тайно финансировали Пожирателей, были вполне солидарны с его заявлениями о необходимости, например, уничтожать магглов (то есть, обычных людей без магических способностей и немагического происхождения). При этом мало кто из Блэков стал Пожирателем смерти. Среди тех, кто стал, был, в частности, Регулус. Фанатея от лорда Волдеморта, относясь к нему, как к кумиру, впитав семейные идеи о превосходстве чистокровных волшебников и получив благословение родителей, Регулус вступил в ряды Пожирателей ещё школьником, всего в 15 полных лет. Произошло это в июле 1977-го. Тогда радости Регулуса не было предела, ведь теперь он был Пожирателем, лицезрел Тёмного лорда - своего кумира… Однако уже в 1978 году Регулус стал колебаться насчёт правильности присоединения к Пожирателям. Легко, пожалуй, симпатизировать им, не зная, не видя воочию, чем они занимаются на своих встречах, какие жуткие ритуалы и оргии устраивают. А уж как Тёмный лорд и самые закоренелые Пожиратели наказывали провинившихся в чём-то молодчиков! В общем, Регулусу в какой-то момент стало в душе неприятно видеть со стороны, что творилось на встречах Пожирателей. Потом, к осени 1978-го, он стал мысленно колебаться насчёт того, адекватны ли вообще Пожиратели, соображают ли, что делают, неопасны ли они для него, представителя благороднейшего и древнейшего рода Блэков. В какой-то момент Регулус позволил себе предположить, что Пожиратели и не стремятся захватить власть в британском магическом сообществе, что слова, заявления, лозунги у них как-то расходятся с делом. А то, что делали на встречах вшивая невеста и её братец-близнец Кантанкерус… Регулус и до присоединения к Пожирателям испытывал к ним тайную брезгливость, что ли… Теперь он её и подавно испытывал, впрочем, так, чтобы не выдать самим Араминте и Кантанкерусу - то были ребята горячие, жестокие и скорые на расправу... В общем, Регулус сомневался в том, что поступил правильно, присоединившись к Пожирателям. Сомнения у него появились и касательно Тёмного лорда, впрочем, эпизодические, то сходившие на нет, то вновь дававшие о себе знать, но они все равно были, неслабо давили Регулусу на мозги, психику… Всю осень 1978-го, ну и почти весь декабрь Регулус то и дело размышлял о Пожирателях, о Тёмном лорде, и не раз приходил к выводу, что с ними всё-таки что-то не то. Родителям легко симпатизировать Тёмному лорду и Пожирателям - они ж их толком не знают, а он, Регулус… Он оказался во всё это втянут и теперь колебался. «Но ведь Тёмному лорду нельзя просто подать прошение об отставке - или пожизненная служба, выполнение любого, даже самого жуткого приказа, или смерть, наверняка мучительная смерть, например, под пыточным заклятьем Круциатус…», - размышлял Регулус. - «Тяжело это всё…» Регулусу становилось легче в присутствии Джульетты - она умела и успокоить, и посочувствовать, и воодушевить. Ни она, ни кто-либо из Гринграссов в Пожирателях не состоял. Более того, Гринграссы боялись Пожирателей, хотя и не поддерживали никак противников Пожирателей в лице Ордена феникса. Джульетта знала, что Регулус - Пожиратель, ведь на левой его руке была жуткая, нанесённая самим Тёмным лордом метка в виде черепа со змеёй, вылезающей изо рта… Она, однако, не отвернулась от Регулуса, даже с учётом того, что он состоял в террористической организации. Она же в какой-то степени сформировала у Регулуса колебания насчёт того, что он правильно поступил, став Пожирателем, что Пожиратели и Тёмный лорд действительно сражаются за чистокровных, за их интересы… 26 декабря 1978-го Регулус тоже думал о Пожирателях и Тёмном лорде, соответствующие мысли были для него столь неприятные и гнетущие, что он, дабы их выветрить, сперва предложил Джульетте сходить с ним в его спальню (все равно ж, мол, все наши однокурсники разъехались), потом убедил её выпить старого Огдена… Затем, после продолжительного, откровенного и при этом нетрезвого разговора, Регулус и Джульетта занялись сексом… Вне зависимости от того, смог бы ли он заняться с сексом с Джульеттой или нет, Регулус намерен был остаться в Хогвартсе на рождественские каникулы. Ранее он всегда возвращался на рождественские каникулы домой, в роскошную квартиру, что в Лондоне, на площади Гриммо. На этот раз он остался в Хогвартсе под предлогом того, что хотел бы провести рождественские каникулы в школе, поскольку это его последний учебный год, что к Рождеству 1979-го он уже не будет учащимся Хогвартса… В общем, кое-как, да наплёл, ещё и родители вроде как поверили. Почти что пустой на время рождественских каникул Хогвартс и весьма яркая и приятная праздничная атмосфера (она Регулусу прям пришлась по душе) Регулусу импонировали - никакой Паркинсон с её братом, никого, кто докучает, достаёт, неприятен… Преподаватели все радостные и приветливые, погрузились в атмосферу праздника… Сочельник и Рождество Регулус и Джульетта встретили вместе, Регулус был в эти дни счастливее, чем в какой-либо другой день декабря 1978-го, да и в ноябре он особо не радовался: ну поймал он снитч в ходе матча между сборными Слизерина и Гриффиндора (это был враждебный Слизерину факультет храбрых, честных и благородных), ну выиграла его команда этот матч, и что? После ужина 26 декабря произошло, наверно, счастливое событие в жизни Регулуса. Так, по крайней мере, он думал, напившись старого Огдена, поговорив с Джульеттой о наболевшем и убедив её, что раз уж не бывать им мужем и женой «из-за того, о чём там договорились мои родители у меня за спиной», то остаётся только «максимально страстный и жаркий секс, какой только был в этой спальне за всё её существование». Джульетта, которая была пьяна так же, как Регулус, сняла сперва чёрную школьную мантию, потом серую жилетку, потом галстук с тёмно-зелёным и серебристым цветами Слизерина, потом белую рубашку, наконец лифчик… Встало у Регулуса моментально, а после пошленького взгляда Джульетты он и сам начал раздеваться, причём не медленно, как Джульетта, а наоборот быстро, как-то торопливо, словно боясь, что Джульетта передумает… Регулусу и Джульетте повезло, что пока они занимались сексом, в спальню Регулуса никто не вошёл. Более того, никто, видимо, даже рядом не проходило. Конечно, Регулус на всякий случай маленько забаррикадировал дверь в спальню стулом, а за дверью оставил записку с надписью «На время рождественских каникул в этой спальне живёт только Регулус Арктурус Блэк. Не входить в эту спальню без ясно выраженного разрешения с его стороны», но тем не менее - никто не пытался войти, никто ничего не слышал, тем более не видел, в общем, нормально всё сложилось. Регулус получил от секса с Джульеттой такое удовлетворение, какое ещё, кажется, не испытывал за все 17 лет жизни. Наверняка это было связано с тем, что этот секс был первый в жизни Регулуса. Он то облизывал шею Джульетты (она в ответ облизывала или его шею, или грудь), то дотрагивался руками до её груди, то клал руки Джульетте на плечи… И Регулус, и Джульетта были в пьяном состоянии, считали, что терять им нечего. Пропади пропадом тот факт, что Регулус помолвлен, что ему придётся жениться на этой Паркинсон, даже если его будет рвать от его вида! К тому же Регулус не сможет заняться с этой Паркинсон сексом, хоть убейте, как говорится. Дело было не только в том, что без одежды Паркинсон выглядела бы ещё хуже, чем в школьной форме, но и в том, что Регулус вообще не хотел быть связан с ней браком, и это было не подростковое бунтарство, а взрослая и сознательная, по мнению Регулуса, позиция. Ну не виноват он, что любит Джульетту, что хочет заниматься с сексом только с ней, спать только с ней, встречаться только с ней, жить только с ней, в конце концов, дрочить только на неё! И ведь заставят его жениться на Паркинсон, иначе выжгут из генеалогического древа, вытравят из семьи, как Сириуса, дядю Альфарда… Он женится на Паркинсон, хоть и с величайшей неохотой, а Джульетта… Может, по окончании Хогвартса они и видеться-то не смогут… Дерьмо… Вот почему надо любить, успеть насладиться сексом, пока это ещё возможно… Да, пока это ещё возможно… В один момент Регулус и Джульетта увлеклись, и от облизываний и прикасаний руками приступили к реальному сексу, Джульетта легла животом вниз, Регулус, бросив на пол мешавшее ему одеяло, лёг на неё, вставил ей в попу свой член (к слову, он у него был среднего размера), и, дабы лежать крепко и не отрываться от самой горячей и страстной фазы секса, приложил руки к груди Джульетты… Вскоре начались всё более громкие и глубокие стоны со стороны Джульетты и скромные по сравнению с ними стоны Регулуса. Довольно быстро Регулус ощутил, что его член стал болеть от напряжения, но состояние оргазма не наступило ещё ни у Регулуса, ни у Джульетты, начатое дело надо было довести до конца… Превозмогая и боль, и напряжение, и жару, и возникшую по какой-то причине определённую внутреннюю слабость, и всё остальное, Регулус продолжал заниматься сексом и слегка стонать, тогда как Джульетта стонала куда громче и глубже… Наконец, в один момент у обоих наступило состояние оргазма, оба, будучи уже покрасневшими и потными, кончили, Регулус слез с Джульетты и встал с кровати. Встав, он ощутил не просто внутреннюю слабость, а сонливость - глаза так и норовили закрыться сами. Регулус наклонился, чтобы поднять с пола одеяло, застелил им кровать, после чего Джульетта, лежавшая уже на спине, чуть ли не зарылась в одеяло и быстро отключилась. Регулус быстро понял это и, тоже желая поспать после старого Огдена и отличного, но всё же напряжённого секса, по-быстрому выключил светившие в спальне магические лампы и тоже лёг спать в ту же кровать, что и Джульетта. Лёг он правее неё, а когда лёг, приложил свою левую руку к левому плечу Джульетты. Джульетта, будучи уже в отключке, никак не отреагировала. Подобно ей Регулус отключился почти что моментально.