Глава 36. Конец первого курса 1/?

Глава 36. Конец первого курса 1/? Что нужно, чтобы заинтересовать гиперактивных детей с синдромом героя? Как показывает практика, да и частично канон, нужно просто рассказать немного правды. Так, узнав о том, что Волан-де-Морт гонится за чем-то, что находится в люке, охраняемом Пушком, жаждущие проявить себя в роли детективов мальчишки тут же переполнились энтузиазмом. А ощущение таинственного ореола избранности вскружило голову настолько, что Гарри был уверен: именно мы те, кто сможет остановить Тёмного лорда. Однако сначала необходимо узнать, что именно охраняется псом. Что мы уже не стали разглашать, дабы дать им шанс поиграться. Всё же было видно, что даже Гермионе было интересно разгадать эту задачку, она даже отвлеклась от повторения материалов для экзаменов. — Нам нужно к Хагриду, — заявил Гарри. — В тот день, когда он меня привёл в Косой переулок, я помню, что ему нужно было взять что-то важное в банке, вдруг оно связано? — А ты не видел, что он брал? — спросила Гермиона. — Нет, в тот раз Хагрида остановила Макгонагалл, так как мы в то время как раз встретились, так что в сейф Хагрид ехал один. Но мысль хорошая, — ответила Андромеда вместо Гарри. Так в итоге мы и пошли к Хагриду, что сейчас был расстроен тем, что ему пришлось отдать яйцо, которое директор переправил в заповедник. — А вдруг о нём будут плохо заботиться и он не сможет вылупиться?! — чуть ли не рыдая, поделился переживаниями здоровяк. — Я ведь даже имя ему успел придумать, милое такое, Норберт. — Не беспокойся, Хагрид, вот увидишь, когда-нибудь ты сможешь вновь официально вернуть себе палочку, а с магией нет ничего невозможного, а там можно будет и дракона вырастить, — постарались мы его утешить через Андромеду. — Не поможет мне это, — удручённо покачал головой великан. — Я ж исключён. Кто меня научит? — Хагрид, ты не прав. Ты работник Хогвартса, и у тебя есть постоянный доступ в библиотеку. Стоит тебе вернуть возможность официально колдовать, как ты сможешь самостоятельно обучаться магии, а дальше всё будет зависеть от твоего упорства и желания познать магию. — Я… Да вы правы! — воспрял духом здоровяк. — Я обязательно исполню свою мечту. А затем кое-что вспомнил и тут же сдулся. — Никто ж не отменит столь давний приговор, да и имени, сами знаете кого, не помнит уже почти никто. — Как так? — полюбопытствовала Гермиона. — Я слышал, как он пытался устроиться преподавателем защиты от тёмных искусств, но Дамблдор видел его насквозь и отказал. С того времени о Томе Реддле никто не слышал, а когда спустя долгое время появился Волан-де-Морт, уже никто не мог связать его с тем успешным и обаятельным полукровкой. Так почти все о нём позабыли. — Но где же он тогда был? — спросил Гарри. — Разве не очевидно? — приподняв бровь, спросили мы через Регулуса. — Он постигал магию других народов. И я более чем уверен, что с учётом его мастерства в чтении мыслей далеко не всегда он получал информацию честным путём. — Скорее всего, — покивал Хагрид, подтверждая. — Слишком могущественным он оказался по возвращении, и отнюдь не зря никто не был ему ровней за исключением директора Дамблдора. — Кстати, а зачем ему вообще потребовалось показываться сейчас в Хогвартсе? — Это всё из-за камня… Забудьте, что я говорил, — начал было Хагрид, а затем в панике опомнился. — Что за камень? — решил взять быка за рога Гарри. — Этот секрет касается только Альбуса Дамблдора и Николаса Фламеля, а вам не стоит лезть в это дело! — отрезал Хагрид. — Кто такой Николас Фламель? — поспешно спросил Рон. — … Зря я это сказал, — запнулся от вопроса мальчика здоровяк, а его лицо скривилось от понимания того, как он опростоволосился. — Все возвращайтесь в замок, вам ещё нужно уроки делать. Явно волнуясь, что может сболтнуть ещё чего лишнего, Хагрид начал нас активно выпроваживать из своей хижины. «Вот только… он уже сказал всё, что нужно», — мысленно вздохнули мы от того, что всё пошло слишком бодро. — «Пусть пока сами поищут, кто такой Фламель, не стоит с ходу раскрывать всё». — Ладно, подсказку мы уже получили, а пока нужно вернуться к учёбе. — Э-э… — замялся Гарри, который, судя по всему, до нас хотел что-то сказать, но мы успешно напомнили про домашнее задание. — Да ладно, там не так уж и много делать! Мне сейчас больше интересно, кто такой Фламель, — нашёлся, что сказать, Рон, явно соблазнив этим предложением отложить домашку. И, что удивительно, даже Гермиона интересовалась этим даже больше, чем нашим обычным изучением магии. Вот уж действительно дети, жаждущие приключений. — Как хотите, но у нас есть ещё дополнительные занятия с директором, так что мы пойдём тренироваться. Так мы успешно покинули группу поиска Николаса Фламеля, отправившись в Выручай-комнату, что уже встретила нас просторным залом с манекенами, а также небольшой зоной с удобным диваном и парой копий книги, что подарил нам директор. Казалось бы, имея в памяти полное содержание книги, зачем нам вновь её читать? Ну, за исключением того, что нам просто приятно отдохнуть в обнимку с самим собой. Когда информация находится перед глазами, становится проще о ней размышлять. А с тем, сколь сложны были заклинания, тем для размышления у нас хватало. В том числе и не на столь близкую тему, как адское пламя. Мы ещё помним, как директор показал нам модифицированную версию адского пламени, которую изобрёл его бывший друг, Геллерт Гриндевальд. А также то, как во время одного из занятий мы поинтересовались, в чём же суть и почему пламя столь послушно. Всё оказалось одновременно просто и тяжело. Просто, потому что, когда пламя является частью тебя, естественно, им можно управлять как вздумается, даже вытворяя столь абсурдные вещи, как проверка намерений тех, кого касается пламя, и сжигание тех, кто к тебе злонамерен, и наоборот — не трогая тех, кто за тебя. Конечно, к подобной проверке намерений мы всегда относились скептически. Мысли человека слишком непостоянны, и вполне возможны обиды по мелочи, которые на самом деле никогда не переросли бы во что-то большее, однако вполне возможно, что из-за таких мыслей пламя могло бы неправильно отреагировать. Впрочем, это не столь важно. Важно то, как это пламя было сделано своим. — Всё-таки когда произносится заклинание, это пламя призывается напрямую из ада, потому и неподконтрольно магам, его лишь получается ограничивать, чтобы направить область разрушения куда надо. По этой же причине и бороться с ним довольно просто. Но вот чтобы сделать его своим… Это уже не просто магия огня. Тут вступают в действие ещё и артефакторика наряду с магией душ. Необходимо создать артефакт из специфичных материалов, таких как гоблинская сталь, что обладает свойством жадности, что впитает в себя пламя и закалится им, присваивая себе, а затем нужно суметь привязать этот артефакт к самой своей сути, и тогда адское пламя станет послушным зверьком, и источником его будет уже носитель. — И всё же он гениальный волшебник, — вздохнули мы при этом, устраиваясь поудобнее в объятиях друг друга. — Осталось понять, возможно ли повторить это же с ледяным аналогом без того, чтобы заморозить собственную душу.