IV/I

            Острые зубы впиваются в плоть, разрывают её, пускают кровь. Рычание доносится до ушей. Хищник голодный, кровожадный. Он хочет разорвать, чтобы насытиться. Он хочет жить. Но и жертва тоже хватается всеми силами за жизнь, которую так не хочет заканчивать.

***

            — Небесный порядок поможет?! — вся пара сотен глаз уставилась прямо на архангела, вскинув брови и в душе не веря его словам. Мужчина перед ними был серьёзен, как на лицо, так и на словах.       Нео запомнился всем диссидентом и анархистом. Он шёл против собственной власти. Он продвигал свои взгляды против Небесного порядка в собственном культе. Всё ему верили, все хотели идти лишь за ним, но архангелу всё равно было что-то не то. Он не хотел заставлять людей идти за ним. Не хотел выставлять Небесный порядок в плохом свете... Но что-то внутри него говорило о правильности его действий...       Архангел больше не без грешен. Его крылья чёрные, как и душа. Ему ничего не мешает творить эгоистичные поступки, исходя от мысли, что правильные действия приведут его культ к вершине. Осталось лишь избавиться от достаточно сильного противника...       Когда-то Нео считал этим противником верховного судью, но это было совсем не так. Тот лжебог, что обманом заполучил тело полубога, и оказался тем самым противником, что не давал культу Христа Искупителя идти до небес. Совсем скоро это должно измениться...       — Н..Но глава! — возмутился кто-то из толпы, но архангел тут же поднял руку, прося замолчать.       — Небесный порядок обеспечит защиту. — Нео оглядел всех присутствующих. Не было всего лишь двух человек, но сейчас они были слишком нужны. Он вздохнул. — Где глава Святой Марии?       Все начали переглядываться, смотреть по сторонам. Мужчины в чисто белом костюме в золотой обшивке не было от слова нигде. Все напряглись. Особенно Нео. Всё словно шло не по плану, который вынашивался долгие годы. Неужели это конец?       — Хей! И того паренька с живой шляпой нет! — послышалось из толпы.       Заквиель тут же обернулся, пытаясь взглядом найти своего напарника. Глазами он бегал повсюду, ища уже знакомую шляпу с глазом или хотя бы белую, помятую рубашку. Ничего он не нашёл. Парня не оказалось даже около стены, около которой Зак его и оставил, будучи отвлечённым разговором со знакомыми.       Пугод был здесь не местным. Он ничего не знал, не был знаком с людьми и их обычаями, а ещё был из совсем другой веры. Ту подвеску Заквиель увидел с самого начала и осмелился спросить, откуда парень взял такую. Ответил ему, конечно, не сам напарник — за него это сделала шляпа с глазом. Может в них и не задалось общение, но в какой-то мере Зак был ответственным за Пугода. Хотя бы как опытный напарник.             Нео выглядел серьёзным. Его план будто рухнул в самый знаменательный момент. Все надеялись, что это было не так и у архангела есть выход из ситуации.       — Вы оставили главную группу? — спросил вдруг Нео, обращаясь ко всем, кто стоял перед ним.       — Да, глава. Остальные уничтожены и ритуал невозможно будет провести!       Архангел только кивнул в ответ и его взгляд переместился на небо. Он молчал недолго, времени было в обрез. Не выполненной частью плана оставался последний пункт, к которому команды Геенны шли пуская кровь невинных людей. Для Нео культисты Алого Бога правда были невинны, в отличии от того лжебога.       — Заквиель, Диамкей, отправляетесь со мной. — объявил архангел, направляясь вперёд. Перед ним расходились люди, очищая путь, дав главе выйти в середину площади. Следом за ним вышли и вызванные им люди.

***

            Кровь льётся из тела, стекает по холодному камню, затекает в щели, земля впитывает её в себя. Сердце в вспоротой груди до сих пор бьётся, лёгкие расширяются и сжимаются. Из рта доносится хрип, а взгляд уставлен вверх. Человек до сих пор жив. Он находится в сознании. Всё прекрасно чувствует. Его руки прибиты гвоздями к каменной плите, живот вспорот прямо до трахеи. Но человек живёт. На зло себе же продолжает жить. Чувствует адскую боль, пока ему ломают кости, делают новые надрезы, чтобы кровь продолжала течь. И её ведь тоже не упускают: собирают как могут, то в руки, то при помощи ткани и выпивают. Люди вокруг — сумасшедшие. Жертва не может говорить, ведь ему вырвали язык прямо с корнем и на его же глазах начали жевать. Наживую прибили гвоздями и начали резать. Ему словно что-то вкололи, какой-то наркотик или ещё куда хуже дребедень, ведь он не отключался, не умирал, а всё продолжал терпеть. Терпеть и терпеть... Было невыносимо больно, он захлёбывался в собственной крови, но смерть так и не приходила, чтоб спасти от мучений.       — Мой Бог, всё почти готово. — мужчина взглянул на огромное существо, что стояло около огромного чёрного монолита. Пустые глаза глядели прямо в темноту камня, не отрывая собственного взгляда.       Лжебог провёл когтистой лапой по монолиту. Он склонил голову, почти соприкасаясь черепом с камнем. Почти всё было готово, медлить нельзя. Кое-кто прекрасно знает этот день и даже с учётом договора с одним из предшественников Христианства стоит поторопиться.       Существо уже достаточно долго оттягивало этот момент, когда мир вновь погрузиться в хаос, а всё человечество погрязнет в сумасшествии. Так и чувствуется запах крови с каждого угла, пока мир натягивает на себя мясную оболочку из людей. Они живы, он будет слышать их стоны и хрипы — рай для ушей. В прошлый раз не хватало лишь одного человека, на чей разум существо не могло повлиять. Но он бы всё равно умирал в мучениях от головных болей.       " Прекрасно... " — услышали все присутствующие здесь в собственных головах. Даже приколоченный человек изогнулся как смог, когда лишь от одного сказанного слова стало больно вдвойне. Раны раскрылись сильнее. Руки дёрнулись, уткнувшись в головку гвоздей, а затем ударившись от камень. Очередной хрип, а затем стон. Он пытается просить пощады или скорой смерти, но просто не может об этом сказать. Из его рта обильно льётся кровь. Капилляры в глазах лопнули.       Луна встала ровно так, чтобы тень от монолита достигала своей верхушкой середины платформы, на которой и страдала жертва. Существо спустилось вниз тенью, вновь приобретая физическую форму. Оно подошло ближе к измученному телу, провело когтём по рёбрам тыльной стороной. Люди в алых накидках стояли в стороне полукругом, стеклянным и не живым взглядом наблюдая за действиями собственного Бога. Их рты были испачканы в крови жертвы, из тела которой до сих пор льётся красная жидкость. Щели уже давно были заполнены и кровь выливалась за их пределы, скатываясь вниз на платформу.

***

            Трое мужчин опускаются на землю, двое из них складывают крылья за спиной и лишь один подходит к обрыву. Он глядит в даль, щурится, хмуря брови, словно может что-то увидеть. Поднимает взгляд в небо и высматривает что-то уже там. Только потом подаёт знак рукой и отталкивается от земли, расправляя крылья вновь и взмывая вверх. Двое остальных следуют за ним.       Механические крылья рассекают воздух своими медными перьями. В лицо бьёт холодный ветер, заставляя сощурится, но взгляд отводить никто не собирался.       — Вампиры, вроде бы, в летучих мышей обращаться могут. — припомнил Заквиель своему пассажиру, которого приходится нести за руки.       — Что за стереотипы? Нет, конечно! — возмутился Диамкей.       Этот разговор мужчины начали не совсем вовремя, но и они то не полностью знают серьёзность всей ситуации. Лишь Нео видел последствия после ритуала, которому нужно раз и навсегда помешать. План Геенна был рассчитан исключительно на уничтожение всех точек, где должен проводиться ритуал. И люди и сами места были подвержены убийству и разрушению. Глава Христа Искупителя долго будет по собственной воле приносить извинения за каждую жизнь, которую ему пришлось оборвать, для достижения собственной цели. Он берёт на себя все убийства, что совершили люди из Геенна.       Заквиель глядит вперёд и не замечает нигде главу. Диамкей тоже пропустил момент, когда архангел пропал из виду.             Глава Христа Искупителя взмыл вверх, выше самих облаков. Пушистая гладь разошлась по огромной площади, он словно оказался в поле во время низкого тумана. Нео огляделся, в попытках отыскать хотя бы одного судью из Небесного порядка. Да, он встречался сегодня с верховным судьёй, но совсем не доверял его словам. Небесный порядок точно обеспечит защиту или же это пустые обещания?       Нео оставил внизу двух своих напарников, которые сыграют в знаменательном событии не последнюю роль. Конечно вместо Диамкея должен был быть кое-кто другой, но его сейчас ищут по всему зданию Христа Искупителя.       Не заметив никого, архангел спускается вниз, вновь пробиваясь сквозь пушистые облака. Время поджимает, они должны добраться до нужного места как можно скорее.       — Глава! Вот вы где! — воскликнул Заквиель, подлетая к Нео, как только тот появился в зоне видимости. — Что-то случилось?..       Глава Христа Искупителя выглядел напряжённо, его руки сжались в кулаки и если получше приглядеться, то можно заметить, что они мелко подрагивают.       — К чёрту Небесный порядок. Забудьте, что я говорил! Они не обеспечат нам защиту. — резко махнул рукой Нео, подняв взгляд на двух людей перед собой.       Остаётся полагаться лишь на опыт архангела и что он сможет уничтожить лжебога, не навредив всем остальным в ближайших десяти километрах. Проблема была лишь одна: за восемьсот лет изоляции в собственном мире Нео давно не пользовался силами для сражения. В мире людей для него не было никаких опасностей, поэтому единственный раз, когда он использовал собственное оружие, было более тысячи лет назад.       Резко архангел продолжил полёт в нужную сторону, оставив механика и вампира позади. Тем оставалось лишь последовать за ним, пытаясь не отставать. Впереди их ждёт ужасное кровавое зрелище, которое выдержать сможет не каждый. Этот ритуал, как однажды рассказывал Нео, по окончанию сгубит целое человечество. Он точно не может знать, что произойдёт на самом деле, но итог видел собственными глазами и сказать по правде, то архангелу совсем не понравилось такое зрелище.       Люди рвали себя на живую, убивались собственными руками и им это нравилось. Им нравилось причинять себе боль, отрывая от собственного тела куски плоти, ломая кости, выворачивая конечности. Но эта эйфория длилась недолго. Совсем скоро, когда земля была покрыта живым чехлом из людей, он привёл всех в чувства. Сколько стонов боли было слышно со всех сторон — сказать невозможно. Этот мир было невозможно больше спасти, ведь его жители уже давно были обречены на смерть. Ему это нравилось, когда архангел держался, чтобы не закрыть руками уши.       В том мире погибли практически все. Нео не может знать точно, остались ли в живых ещё кто нибудь. Тогда он забрал с собой лишь одного единственного, кто показался ему вменяемым. В тот момент, когда архангел только вернулся туда, внутри всё сжалось лишь от одного вида. Всё красное, кровавое, в уши бьются стоны и хрипы, что издают жертвы вокруг. Их нельзя больше назвать людьми или чем-то похожим на них — это просто живое кровавое месиво. У кого-то ещё были глаза, у кого-то ещё был язык, у кого-то уже ничего не было. Может, когда Нео смог забрать Пугода, было не так ужасно. Как же хорошо, что он подоспел вовремя, но глава Святой Марии всё равно смог узнать состояние своего родного мира.

***

            Человеческое тело хрупкое, а психика слишком уязвима, но Бог помогает преодолеть этот лимит. Помогает больше не чувствовать ничего и продолжать жизнь, даже когда это физически невозможно. Он — сплошное воплощение хаоса. Он — создаёт мир, погружённый во мрак и муки. Его невозможно остановить...       Люди в полукруге стоят в ожидании начала. Они готовились к этому так долго, лишь бы увидеть своего Бога при полных силах. Он рассказывал, что когда-то был великим, имел полную власть над миром, но Небеса забрали у него всё. С каждым годом силы возвращались, но он хотел укрепить их в собственном теле, чтобы больше никто не мог кинуть лжебога обратно в яму с зыбучим дном.       Когтистая лапа проходится по голым рёбрам, что уже давно сломаны. В местах с трещинами кости прогибаются, впиваясь прямо в лёгкие и почти протыкая их насквозь. Человек давится, начинает кашлять и захлёбывается ещё сильнее в крови. Почему он ещё живой? Чем он так согрешил, что заслужил такую мучительную смерть? Тело дрожит и это причиняет ещё больше боли. Скорее всего мозг уже сам не может понять, что доставит эту боль, а что нет. Кровь не сворачивается, продолжает течь. Он словно стал фонтаном с нескончаемой водой, вот только механизм не зациклен. Кровь горячая, жаркая, она наполняет воздух запахом железа. Все культисты уже дрожат лишь от мысли, что они вновь ощутят на языке этот ржавый привкус.       Существо тянет лапу к сердцу. Хочет вырвать, сжать, пустить из него кровь. Пустые глаза словно светятся алым и ярым желанием вновь увидеть тот мир, который он смог поглотить собственным хаосом.             Где-то слева слышится свист. Лжебог смотрит в сторону, прямо на свечение, наблюдая за тем, как рядом с его мордой проносится сияющая стрела. Она попадает прямо в монолит, разрушая его. Огромный камень рассыпается на куски, поднимая пыль вокруг. Следом разрушается и каменный алтарь. Мясные ошмётки разлетаются по округе и обезумевшие люди сорвались с собственных мест, чтобы не дать частям жертвы пропасть просто так. Третья стрела летит прямо в существо...       Пыль поднялась сильнее — видимость нулевая. В эту занавесу опускается мужчина, сложив взъерошенные крылья за спиной. В его руках сияет лук, чья тетива опять слишком напряжена. Синий глаз осматривается повсюду, стараясь уловить громадный силуэт. Знает ведь, что просто так существо не одолеть.       Архангел проходит до середины платформы и ничего, кроме каменных осколков и огромного количества крови не находит. Затылком чувствует как на него смотрят, прожигают взглядом. Он оборачивается, глядя себе же за спину. Но вместо огромного силуэта видит человеческий.       Нео взмахнул крыльями, раздувая в разные стороны пыль, открывая для себя и остальных облик, в котором предстал перед ними лжебог. Мужское тело скрыто под накидкой, мех наполовину скрывает лицо. Из головы уже аккуратными остеофитами торчат закрученные чёрные рога.       Архангел сжал в руках сильнее собственный лук, хмурясь и с ненавистью в глазах смотря на существо перед собой.       — Как ты смеешь использовать его лик?! — Нео не медлит, после собственных слов оттягивает тетиву, образуя сияющую стрелу, и направляет прямо на лжебога.       — Имею полное право. Этот полубог тогда оказался слишком слабым, чтобы одолеть меня. — мужчина начинает медленно идти в сторону архангела, ничего не боясь.       Нео знает, что придётся потратить слишком много сил для победы. Перед ним тысячелетняя тварь, которая уже сама сошла с ума от вседозволенности. Уже достаточно давно его нужно приструнить, но не было подходящего момента. Лик, что сейчас принял лжебог, принадлежал когда-то настоящему полубогу, а так же и первому главе культа Святой Марии. Архангел плохо знает всей истории, но не прекращает попыток узнать.       Где-то в стороне остались Заквиель и Диамкей, пока что только наблюдая за ходом предстоящей битвы. Они были здесь скорее как подстраховщики. Глава Христа Искупителя может и силён, но справиться против толпы культистов и демонического существа вряд-ли сможет. Никто не говорил и не думал, что архангел слаб или не может справиться в одиночку, скорее просто содействие со стороны собственных культистов, которые точно не предадут своего главу.             Можно было и ожидать пустых слов со стороны верховного судьи, поэтому архангел с самого начала не особо то и надеялся, что к нему в поддержку придут судьи из Небесного порядка. Бред.       Стрела сияет прямо перед лицом, освещая шрам и отвратительное напоминание архангелу, что он больше не житель на небесах. Руки крепко держат основание лука и тетиву, готовясь тут же отпустить, когда существо сделает очередной шаг и станет ещё ближе. Всё в округе будто затихло, больше не слышно даже шелеста листвы над головой.       Последний шаг.       Стрела летит прямо в грудину существа, желая пробить насквозь и положить конец этому сумасшествию, чтобы человечество больше не знало страданий и бед. Особенно таких, что принёс в этот мир лжебог.       Архангел промахивается, существо оказывается быстрее. Оно уже стоит сзади, замахиваясь когтистой рукой, чтобы пройтись острыми лезвиями по чужой спине. Синий глаз блестит в лунном свете. В нём видна и ненависть и сожаление — они смешались воедино, не зная, чего больше находится в душе главы Христа Искупителя. Нео делает рывок, спасаясь от когтей. Лжебог задевает лишь незначительную часть крыла. Перья и пух разлетелись в разные стороны, ударившись в лицо противнику.       Люди из полукруга дёрнулись, но идти пока не стали. Так же и Заквиель чуть ли не ринулся защитить главу — Диамкей вовремя его остановил.       Тряхнув крылом архангел взмыл вверх, пробиваясь сквозь колючие ветви деревьев. Как и в прошлый раз: у мира только два исхода. Либо всё превратится в кровавое месиво, либо лжебог будет повержен раз и навсегда. Нео постарается вывести судьбу человечества ко второму варианту, даже если сам по итогу может погибнуть. Бессмертный может убить бессмертного и все присутствующие здесь должны это знать.       Следом за архангелом отправляется и лжебог, оставляя своих людей наедине с двумя культистами из сплочения Христианства. Вампир и механик оставались в своём укрытии, не издавая ни звука. Люди внизу были уверены, что остались одни и глава Христа Искупителя никого с собой не привёл. Безумные взгляды без души были устремлены какое-то время ввысь. Сквозь крону деревьев ещё виднелось ночное небо, где продолжала развиваться битва.       Очередная вспышка озарила небосвод, но архангел снова промазал. Лжебог сейчас был полон энергии, но желание выматывать его совсем не было. Нео должен был придумать что нибудь в считанные секунды, пока противник не начнёт атаковать сам. Лжебог воплощение хаоса, он может воссоздать что ему угодно, но это будет лишь в сознании его жертвы. Архангел существо божественное, но уже давно уязвим к махинациям с сознанием. Цель одна — уничтожить и не быть уничтоженным самим. Но это будет слишком сложно...             Внизу было тихо и спокойно. Культисты как завороженные смотрели в небо, пока за их спинами уже стоял силуэт. Лунный свет отражался в его красных очках, сквозь которые уже сияли кровожадные глаза.

***

             В грудину вонзился острый кинжал, чисто белая дзимарра окрасилась в кровавый цвет. Три пары глаз уставились на парня перед собой — его тело мелко дрожало, забыв, как двигаться. Мужчина упал на колени, отпустив из рук рукоять оружия. Он попал прямо в сердце.       — В этом мире я был лишним всё это время. — говорит глава Святой Марии, пока кровавое пятно на его одежде разрастается с каждой секундой. — Передай главе, что Модди погиб из-за меня.       Пугод не может ничего поделать, когда перед ним погибает он же. Этот человек сделал всё осознанно, даже заранее всё распланировав. Он должен был погибнуть в эту ночь, чуть раньше лжебога, которому когда-то помог. Случайно ли или же специально — он умолчал.       Дверь в комнату пытаются открыть, ломятся. Пугод слышит незнакомые ему голоса сквозь какую-то пелену, совсем не понимая, что сейчас происходит вокруг него. Глава Святой Марии не дал достаточно времени всё осознать после раскрытия всей правды об Небесном порядке и двух мирах с одинаковой судьбой. Мужчина в белой дзимарре не должен находится здесь. Не должен ходить по этой земле и общаться с её обитателями. Но архангел спас его и не спрашивая забрал с собой, за что и был приговорён к изгнанию с небес.       Внутрь прорываются — это группа из Геенны. Перед их глазами предстала картина: на полу сидит глава Святой Марии, склонив голову, а перед ним стоит тот самый парень, что попал в их ряды совсем недавно. Самый смелый из ворвавшихся людей делает неуверенные шаги в сторону главы, обходит со стороны, пытаясь заглянуть тому в лицо. Внимание привлекает красное пятно на белых одеждах прямо на груди.       — Глава! — восклицает он и тут же подходят остальные, окружая мужчину в белом со всех сторон.       Он ничего не говорит, не просит помощи. Он просто ждёт своей смерти, что должна была настать уже давно.       Парня в стороне одёргивают, хватая за плечо. Ему что-то говорят — он не разбирает в первый раз. Уже более осознанно глядит в ответ, но в его глазах блестит страх. Пугод не может прийти в себя, ему не хватает времени на осмысление всего, что он узнал сегодня.       — Ей, парень! — опять его потряхивают, держа за плечо.       — Не видишь, что он не в состоянии тебе ответить?! — говорит уже скорее Шляпник, повысив голос на совсем незнакомого ему человека.       Мужчина дёргается в сторону, смотря уже на головной убор культиста. Шляпа с глазом смотрит на него сурово, щурясь, словно одно неверно сказанное слово и он отправиться в ад.

***

            Железное перо разрывает плоть в считанные секунды, кровь брызгает резко, когда человек падает на землю. Их Бог сейчас не с ними, он не может даровать своим верным слугам то чувство эйфории и лёгкости во всём теле. Они больше не бессмертны. Острые клыки впиваются в шею, больно и неприятно. Пытаются напасть из-за спины, но кровосос проворен и быстр: успевает уйти от удара, оторвав кусок плоти, задев сонную артерию. Его страхуют и уже в двух людей прилетают острые лезвия.       — Вампиры, вроде бы, бессмертны. Зачем мне нужно тебя спасать? — в небольшой перерыв спрашивает Заквиель.       — Да что за стереотипы?! — возмущается Диамкей и на этом их разговор был прерван.       Уже около сорока тел лежало безжизненно на земле. Против двух незваных гостей остаётся один единственный культист. Они просто стоят друг напротив друга, глядят прямо в глаза и готовятся к нападению противника. По глазам мужчины в алой накидке легко понять, что он продолжит отстаивать честь собственного Бога. Просто так он не сдастся. Он готов умереть, отправившись прямо в ад, к остальным. Вампир не медлит, не упускает шанс и забирает эту смерть себе. Вмиг оказывается рядом с упёртым человеком, что давно потерял и свою душу и собственное мнение. Механик в этот момент отвлекается, глядя в небо, наблюдая за вспышками среди облаков.       Взблеск, второй, они прекратились. Заквиель присматривается в небо, делая пару шагов вперёд, чтобы открыть получше обзор. Противники выплывают из облаков, скрестив оружие меж собой.             — Смеешь использовать и его меч? — хмурит брови архангел, поглядывая на оружие в чужих руках. Собственный лук превратился в копьё, для удобства сражения в ближнем бою. Нео использует собственные силы, чтобы оттолкнуть врага от себя.       Тело полубога отличается от человеческого и от божественного, оно что-то среднее, но имеет собственные недостатки. МоддиЧат был самым первым полубогом в этом мире и взял больше божественной сущности, чем человеческой. Это тело было практически идеальным, а такому паразиту так и подавно. Нео до сих пор помнит, как на этом лице когда-то сияла добрая улыбка, а взгляд не вызывал страха или дискомфорта. Сейчас он другой. На голове чёрные рога, правый глаз изуродован шрамом. На лице хитрая ухмылка, в глазах — уже победа.       Лжебог делает рывок, Нео ставит блок из копья и отлетает от удара. Он потерял контроль над собственным телом, крылья не слушаются и архангел врезается в твёрдую землю.       — Глава! — слышится отдалённо, пока в ушах звенит, но Нео знает, что это говорит Заквиель. Голова трещит, пока под собой архангел чувствует что-то скользкое и тёплое, почти горячее, из этого выходит что-то водянисто-вязкое, а в нос ударяет ржавый запах. Открывает глаза почти с трудом. Сперва он встречается взглядом с механиком и только потом замечает, что его люди без дела не сидели. Вокруг окровавленные тела, либо с перерезанным горлом, либо с оторванной частью шеи.       Нео осматривается ещё раз, только теперь взглядом ищет второго мужчину, которого взял с собой. Синий глаз резко смотрит на Заквиеля.       — Где Диамкей? — спрашивает архангел. Мужчина в маске хочет ответить, поднимая руку в правую сторону от Нео.       — Я тут! — хрипит вампир, пока ему скручивают руки и прижимают к земле двое существ, явно пришедших с небес.       Глава Христа Искупителя вскакивает на ноги и мигом подходит к званой, но такой не долгожданной помощи. Двое из Небесного порядка поднимают свои взгляды, встречаясь со злобными глазами павшего архангела, и без вопросов встают, отпуская кровососа. Диамкей облегчённо вздыхает, чувствуя любимую свободу.       Нео недолго смотрит на двух существ, переводи взгляд куда-то в сторону, где стоит уже более важное лицо этой пятерни, что приплелась кое-как, практически под конец.       — Могли бы тогда уж и не приходить! Я и без вашей помощи справляюсь прекрасно, верховный судья. — заявил архангел, уходя в совсем другую сторону. Ему нужно уже заканчивать эту бойню, что решит участь этого мира.       Альцест проводит взглядом по мёртвым телам, хмурит брови — не нравится. Ещё во время их недавнего разговора он высказал своё мнение, которое уже не одобрил Нео. Они совсем разные, но хотят решить одну и ту же проблему с самым лучшим исходом. Никто не хочет повторить судьбу прошлого мира, особенно сам Господь Бог, что как раз таки и совершил ошибку, отдав Небесному порядку право над вершением судьбы человечества. Некоторые ангелы с самого начала были против такого решения, но против Создателя Всего Живого пойти не могли. Да и не хотели.       Кто-то из судей пнул ногой мясной ошмёток, за что его пихнул локтём коллега.       — Тебе не хватит сил, Нео. Уж я это прекрасно знаю. — верховный судья смотрит прямо в затылок архангела, пока тот стоит к нему спиной.       Не будь сейчас посторонних лиц и напряжение между этими двумя возросло бы до ужасно высокой отметки. Но именно здесь и сейчас было слишком много людей, с которыми придётся сотрудничать, чтоб достичь одной цели. Они пришли сюда для спасения человечества, а отношения выяснить можно и в любой другой день.       Архангела вновь сносит в сторону. Он успевает заблокировать нападение собственными руками. Золотая кровь начинает идти из открывшихся ран от острого лезвия меча. Перед глазами вновь такое знакомое, но такое чужое лицо.Напор становится лишь сильнее и Нео не справляется с ним. Всё же помощь ему нужна, хоть какая. Лезвие впивается в плоть сильнее, пуская кровь и пачкая чужие рукава.       — Думаю, ты до сих пор помнишь наш первый разговор. — шипит сквозь зубы лжебог, не прекращая давить.       Нео прекрасно помнит, как в той кровавой обстановке существо пыталось заманить его в собственные планы. Оно уже давно знало, что Господь создаст для своих творений новый мир. Оно хотело завладеть и им, поэтому и попросило помощи у того, кого как раз таки и изгнали с небес. Павший отказался. На том и был закончен их разговор.       — Моё предложение ещё в силе. — тёмные глаза блестят желанием увидеть всё тот же кровавый хаос в сопровождении боли и хрипов до сих пор живых людей.       Архангела вжали спиной в дерево и продолжают вжимать. Ему некуда идти, он не может взять собственное оружие. Одному ему не справиться никогда, даже если все люди, подвергшиеся влиянию лжебога, были уничтожены и ему не от чего подпитывать силы.       Взгляд случайно поднимается куда-то чуть за спину противника, зрачок расширяется, а брови слегка дёргаются вверх. Существо замечает такое поведение и оглядывается, не опуская меча.             Лезвие сияющего оружия проходит почти рядом с телом, но существо вовремя отходит. Задевается лишь левый рог и его часть падает прямиком на землю. Лжебог пересекается взглядом с одним из судей, что осмелился первым и так подло напасть. Махнув длинным хвостом с белой кисточкой на конце небесно рождённое существо отпрянуло назад, когда уже его постарались задеть мечом. Этого времени заминки хватило архангелу, чтобы в его руках образовалось копьё.       Небесный порядок обещал обеспечить защиту этой ночью — это он и выполняет. Архангел, может, и справиться один против создания хаоса, но кто-то должен помочь загнать его в угол. Пока что целый мир играет роль их поля боя. Может никаких масштабных разрушений не произошло, но дальше — больше. Судьи точно облегчат павшему этот бой.       Прямо на глазах достаточно маленькая область, в которой находилось двое противников, была окружена крепким куполом.

***

            Коридор освещается луной, чьи лучи пытаются пробиться сквозь стекло. У них это легко получается. Парень стоит прямо в середине, не двигается. Он тут один, все сейчас в совсем другом месте — пытаются спасти главу Святой Марии. Но его желание умереть слишком сильно. Его больше не заставят против воли идти туда, где находится он не хочет всей душой.       — Ну как ты, Пугод? — прерывает гробовую тишину Шляпник.       Парень вздыхает, опуская голову и смотря в пол. Волосы опадают на плечи, чёлка прячет глаза, как и провинность в них. Может это и не он убил главу, но его провинность состояла в том, что он не попытался его остановить. Только вот от услышанной истории Пугод был совсем неуверен, хочет ли человек перед ним жить. На своей жизни тот Пугод повидал достаточно, чтобы распорядится своей судьбой так, как он хочет сам.       — Правильно ли поступил глава Святой Марии? — начал размышлять вслух парень. Шляпа на его голове закатила свой единственный глаз.       — В любом случае это уже не наши проблемы. Тот Пугод выбрал самый лучший вариант для вас двоих. Всё же я согласен с его словами, что мире может существовать только один человек, а его альтернативная версия не должна даже ступать в чужой мир. — отвечает Шляпник, кивая самому себе.       Они молчат какое-то время, прежде чем в той же тишине Пугод начинает уходить в сторону выхода. Но его останавливает громкий звук и яркая вспышка, что осветила собой будто каждый тёмный уголок этого здания. Парень подбегает к окну, практически врезаясь в стекло, и наблюдая, как где-то вдали в сторону Христа Спасителя летит волна из поднявшейся пыли.

***

            Рука дрожит, натягивая тетиву лука всё сильнее сильнее. Она порваться не может, но и имеет свой предел, который архангел старается преодолеть. Стрела сияет ярко, подобно солнцу, слепит каждого, особенно существо, на которого она и направлена. Он шипит, его тело дымится. Раньше сияние стрел не было схоже с силой солнца, а сейчас всё координально изменилось.       Нео отпускает тетиву и стрела в один миг достигает собственную цель. Вокруг становится ярко, почти как днём, все закрывают глаза, ведь терпеть не могут. Кровосос и вовсе спрятался где-то за спиной механика, накрывшись его же плащом.       Свет начинает быстро пропадать, возвращая ночной мрак. Глаза быстро привыкают к привычному освещению, в котором и проходила битва большую часть времени. Заквиель устремляет взгляд на купол, в котором должен был сейчас находится архангел. Себя он ранить не может, как объяснил верховный судья, заметив волнение в глазах механика. Сам свод осыпался только сейчас, позволяя людям подойти поближе. На земле подгоревшие перья и пух, а сам архангел лежит где-то среди них. Долго отлёживаться он не собирался, открыв собственные глаза буквально спустя пару секунд.       — Глава! Вы живы! — к Нео тут же подбегает Заквиель, помогая встать на ноги. Он придерживает его, позволяя опираться на собственное тело.       Синий взгляд устремляется на остальных, в особенности архангел смотрит на верховного судью. Альцест сейчас был так не похож на самого себя. На памяти Нео тот всегда был серьёзен, почти никогда на его лице нельзя было увидеть даже умиротворения или настоящего счастья. Сейчас же в этих глазах павший видел усталость и волнение.       Следом взгляд переместился на второго культиста. Диамкей сидел где-то в сторонке, пытаясь потушить собственное тело. Вспышка всё же задела его, не стоило брать вампира сюда.       До присутствующих доходит осознание и все они разом оборачиваются назад, смотря на место, где в последний раз находился лжебог. Там остался лишь небольшой кусочек меха и другого остеофита. Они переглядываются между друг дружкой, прежде чем обрадоваться за спасение человечества. Воплощение хаоса наконец-то повержено и этому миру предрешена другая судьба.       Все вздохнули полной грудью. Больше нет страха, что человечеству придёт конец и в конце концов архангел смог выполнить свой долг. Жаль, что только спустя столько времени.       Опираясь о Заквиеля Нео идёт вместе с остальными. Он слегка хромает, но это дело времени. Архангел потратил достаточно сил, чтобы на восстановление собственного состояния ушли как минимум сутки...

***

            Возвращение Небесного порядка впервые было таким долгожданным. Все жители неба собрались на главном облаке, чтобы удостовериться в изменении судьбы этого мира. Тишина убивала. Все так яростно ждали возвращения судей, что, стоило показаться лишь верховному, как тут же все начали ликовать. Как бы архангелы плохо отзывались о пятерне судей, они также были рады их появлению. И именно в этот раз в историю были вписаны все участники сегодняшней битвы. Никого не упустили и не попытались скрыть правды, кроме совсем ненужного в этом мире человека. Из-за него у Нео и возникли сильные разногласия даже со всеми небесами.       Альцест в тот же день, ближе к ночи, посетил самого Бога, чтобы предоставить Всевышнему хорошие новости. Но хорошие новости пришлось отложить. Господь был занят. Верховный судья это почувствовал ещё перед появлением в этом месте. Он подходит ближе, очень-очень тихо, замечая в руках у Всевышнего новый прототип.