О маленькой хитрюле и ее большом друге

24 декабря 2013 года. Хогвартс-экспресс.       Розалия Кассиопея Поттер — девочка во всех смыслах примечательная. Во-первых, у нее красивое имя, что сама Розалия считала одним из важнейших своих достоинств. Во-вторых, от матери с отцом ей достались их самые примечательные черты внешности, такие как зеленые глаза мистера Поттера и пышные каштановые волосы миссис Поттер. Сочетание, мягко говоря, необычное. В-третьих, она была магически очень сильна. Не то, чтобы ее старшие братья были сильно слабее, но когда ты способен своей волей делать то, что не каждый взрослый сможет, например, создать небольшой смерч, то волей неволей проникнешься своей исключительностью и рано или поздно начнешь всем доказывать, насколько они тупы по сравнению с тобой.       Обычно, объектом ее «умственных упражнений», был средний брат Джон. Благо, тот всегда выделялся импульсивностью и спровоцировать его на безопасный скандальчик, ради удовлетворения собственных амбиций, было не сложно. Тем более, что в случае чего, можно было подключить старшего брата (с помощью эльфа или как-то дав ему знать) и тот остановил бы скандал до того, как она перейдет опасную черту. Рози частенько пользовалась неоспоримым авторитетом брата, чтобы без урона собственному самолюбию останавливать их с Джоном перепалки. Вот только сейчас, когда она оказалась в Хогвартсе и угодила к «змеям», конфликтовать со средним братом стало попросту опасно.       Да-да. Младшая дочь семейства Поттер, дочь Гарри и Гермионы, этих символов справедливости, национальных героев и борцов за дело света, угодила на Слизерин, факультет темных магов. Как это случилось? Сейчас, сидя в поезде и направляясь на свои первые Рождественские каникулы, Рози до сих пор не могла дать ответа на этот вопрос. И единственное условно живое существо, которое могло бы сказать причину, была троллева Распределяющая шляпа.

***

1 сентября 2013 года. Школа Чародейства и волшебства Хогвартс. Большой зал.       — Слизерин! — закричала шляпа и Рози, на ватных ногах, провожаемая удивленными взглядами преподавателей и студентов, направилась к столу «змей». Краем глаза она видела, как Джон с Джеймсом переглянулись с Тедди, как осела на своем кресле директор Макгонагалл, словно из нее выпустили воздух. И каким довольным стало лицо декана Слизерина Горация Слизнорта, человека, о котором ей рассказывали много хорошего. В основном.       — Да, шляпа, видимо, совсем уже с катушек слетела. Отправлять к нам мало того, что полукровку, так еще и Поттера, — заметил высокий пятикурсник, который в этом году стал старостой.       — Успокойся, Яксли, — осадил его сидящий рядом с ним семикурсник с чисто английским выражением лица и значком префекта Школы на мантии, — если из-за тебя к нам с разборками попрутся гриффиндорцы…       — Ладно-ладно. Понял, Шаффик. Как скажешь, — не стал он обострять, а Рози, тем временем, подошла к столу.       — Приветствую вас. Я — Розалия Кассиопея Поттер. Рада поступить на Слизерин, — кивнула она сидящим «змеям», которые удивленно переглянулись. Соблюдение неписанных правил этикета? Вот уж чего они не ожидали от потомственного гриффиндорца.       — Мы тоже рады видеть тебя среди нас, — ответил ей префект, с истинно «змеиной» улыбочкой, — присаживайся, — сказал он и Розалия, вновь кивнув, села на свободное место.       Все оставшееся распределение она ловила на себе заинтересованные взгляды змеек, прокручивая в голове все то, что напридумывала именно на такой случай. Уж слишком она была не похожа на братьев, которые хоть и тоже не брезговали разного рода хитростями, но никогда не могли добиться чего-либо путного. Но Слизерин? Рози всерьез рассчитывала на Когтевран.       — Мда, — раздался в ее голове голос Долохова, — не то чтобы я удивлен, но все же…       — Антонин, вы не могли бы придержать свои комментарии. Мне и без вас есть о чем беспокоиться, — недовольно и максимально по-снобски, подражая матери, пробурчала она, рефлекторно коснувшись артефактных часов, — папа уже знает?       — И папа, и мама. Как я мог не сообщить им столь эпохальную новость, — услышала она в голове отчетливое хмыканье.       — И что? Злые, да? — спросила она, ожидая по меньшей мере визита бешеных от случившегося родителей и большого скандала.       — Нет, мисс Поттер. Вы слишком плохо их знаете, — сказал он, а у Рози отлегло от сердца.       На несколько минут ей стало очень страшно. Почему-то еще в Хогвартс-экспрессе, в котором она ехала вместе с братьями, ее посетила мысль о том, что если она угодит на другой факультет, родители ее разлюбят. Ну или как минимум будут сильно разочарованы. Но, видимо, она переживала очень зря.       — Ваш папенька просил передать, что они, конечно, удивлены, но рады, что все прошло хорошо. И вам не нужно нагружать себя лишними переживаниями, — явно прочитав ее мысли, сказал Долохов, — они свяжутся с вами позже. А пока наслаждайтесь праздничным обедом и будьте осторожны, — услышала она его и постаралась незаметно выдохнуть, — но вот ваши братья… признаться, они восприняли это… несколько эмоционально.       — Так и знала, — пробурчала Рози про себя, стараясь не обращать внимания на буравящие ее взгляды, — Сейчас попрутся выяснять отношения, — опасения Рози были не беспочвенные. Братья однажды уже устроили набег на ее класс, когда она впервые пошла в школу. И тогда досталось всем, в том числе и ей.       — Не могу отрицать, что они не хотят, но… после обсуждения, они пришли к выводу, что не стоит портить первое впечатление о вас, — неожиданно сказал Антонин, а Рози окончательно успокоилась.       Тем временем, распределение завершилось и профессор Макгонагалл, довольно пожилая женщина, правда, не растерявшая крепости духа, встала со своего места.       — Дорогие первокурсники. Я рада приветствовать вас здесь, в Хогвартсе. Отныне Хогвартс — ваш новый дом. Ближайшие семь лет вам предстоит узнать очень много нового. Приобрести новых друзей и получить опыт. Я рада, что сегодня мы все оказались здесь в этом зале, — сказала директор и, сделав вдох, объявила, — да начнется пир, — после чего на столах появились праздничные блюда.       — Итак мисс Поттер, судя по вашим манерам, вы получили весьма неплохое воспитание, — спросил ее тот самый старшекурсник со значком префекта, который ответил на ее приветствие.       — Моя мать была достаточно дотошна в вопросах традиций и этикета волшебного мира, — сказала Рози, посмотрев на него, — однако, я не знаю вашего имени.       — О, простите мои манеры. Привык, знаете ли, что в нашем маленьком мире все всех, знают. Теренс Шаффик, префект школы, — кивнул он и осмотрел стол, явно на что-то намекая окружающим.       — Рада познакомиться, — кивнула она префекту и приступила к ужину. В течении вечера никто больше с ней не заговорил, хотя нет-нет, да кидали взгляды. Она их не осуждала. Сама бы насторожилась, случись нечто столь необычное. Видимо, все расспросы «змеи» решили оставить на после. Хотя с другими поступившими разговоры завязались сразу же.       — Да. Скорее всего так и есть, — ответил на ее мысленный вопрос Долохов, а Рози продолжила есть. Благо, магический ИИ бдил и травить Рози пока еще не собирались. Так что она успешно пережила ужин и направилась вместе со своими новыми сокурсниками в подземелье, стараясь внимательнее прислушиваться к объяснениям Амадея Яксли и Вильгельмины Берк, старосты пятого курса.       — Вот мы и пришли. Запомните пароль, чтобы не спрашивать его по двадцать раз на дню, — прикрикнул Амадей и, развернувшись, сказал, — вперед, к высотам! — после чего тупиковая стена, у которой встала их группа, открылась, явив им темный коридор. Постепенно, вся группа прошла туда и, после небольшого спуска, вошла в большую и просторную гостиную.       — Что же, мы на месте, — Амадей остановился и, дав первачкам осмотреться, начал говорить, — поздравляю вас с поступлением на Слизерин. Кто не запомнил, повторю. Я — Амадей Яксли. Это — Вильгельмина Берк. Мы — старосты пятого курса. По всем вопросам обращаться к нам и не докучать другим старшим. Подъём — в семь утра. С восьми до девяти часов — завтрак. Первую неделю мы будем вас провожать, пока вы не научитесь ориентироваться в замке, так что старайтесь не опаздывать. Никто вас ждать не будет…       — Какой он суровый. Я вся трепещу, — вдруг Рози услышала еле слышимое бормотание и чуть повернула голову. За ней стояла девочка, чуть выше нее, с вьющимися черными волосами, темно-карими, почти черными глазами и с лицом, которое выражало все ее, мягко говоря, отрицательное отношение к выступающему оратору.       — Если у вас нет вопросов, прошу не расходиться. Декан Слизнорт хотел сказать вам пару слов. О, а вот и он, — сказав это, Амадей посмотрел на вход и оттуда вошел высокий мужчина в возрасте, с внушительным брюшком. Правда, Рози сразу же про себя отметила, что знаменитые моржовые усы, о которых ей рассказывали родители, отсутствовали. За ним вошёл префект Шаффик и вид у него был весьма и весьма задумчивым.       — Приветствую вас, студенты. Я — Гораций Слизнорт ваш декан и профессор Хогвартса по зельеварению. Рад видеть вас именно на моем факультет. Факультете великих алхимиков, зельеваров и могущественных чародеев, — Слизнорт говорил и говорил, а Рози про себя заметила, что он не выглядит на свой возраст. Ведь насколько она знала, профессор преподавал еще Тому Реддлу. Да и дедушка Джеймс с бабушкой Лили тоже у него обучались. Как так?       — Один из плюсов бытия зельеваром, — раздался в ее голове ответ на не заданный вопрос.       — В смысле?       — В смысле то, что зельевары, особенно такие, как старина Гораций, знают с десяток зелий, способных сохранить молодость или продлить жизнь. Не как Философский камень, конечно. Все они дают кратковременный эффект, но если умело совмещать, то… Директор Диппет так и дожил до 355 лет. — пояснил ей Долохов.       — … И я горжусь тем, что вижу вас здесь, — закончил свою речь Слизнорт, — итак, все свободны. Мисс Поттер, — вдруг декан обратился к ней.       — Да, профессор? — спросила она, сделав несколько шагов в его сторону, краем глаза заметив, что остальные хоть и разбрелись по гостиной, но в комнаты подниматься не спешили.       — Мерлинова борода! Вы действительно маленькая копия мисс Грейнджер! — излишне возбужденно сказал он, — кроме глаз. Они вам, скорее всего, достались от вашей талантливой бабушки Лили, — Слизнорт прямо лучился от довольства, — Надеюсь, что вы унаследовали талант и трудолюбие своей прекрасной родительницы, особенно в менталистике. Ее статья о лечении ряда душевных недугов посредством легилименции воистину прорывная. А как поживает мистер Поттер? Слышал он недавно представил новый артефакт дальней связи?       — Спасибо, профессор. Думаю, с ними все хорошо. И да, отец действительно презентовал новый артефакт.       — Чудно-чудно. Передайте ему мои искренние поздравления. А так же большой привет ему и вашей достопочтимой матушке.       — Думаю, они будут очень рады услышать его от меня, — ответила Рози, заметив, что студенты стали расходиться.       — Что же, мисс Поттер, желаю вам спокойной ночи. Теренс, прошу в мой кабинет. Нам есть, что обсудить, — сказал Слизнорт и пошел на выход. Префект Шаффик же, осмотрев комнату в поисках кого-то, пошел за деканом.       — Поттер! Комната номер четыре! Твоя соседка уже там! — услышала она голос старосты Берк и пошла в сторону спален, провожаемая заинтересованными взглядами.       — Ну-с, юная леди. Поздравляю, — подал голос Антонин, — руководство школы явно показало, что трогать вас — себе дороже. Так что если не будете влезать в истории, то проведете вполне неплохие семь лет, — сказал Долохов, а Рози… ничего не ответила. Она дошла до двери и, толкнув ее, вошла в большую и уютную комнату с зеленой отделкой. По разные стороны от центра стояли две кровати, рядом с которыми стояли все еще не распакованные сундуки.       — Так и знала, что нас поселят вместе! — из раздумий ее вывел ехидный и веселый голос той самой черноволосой девчонки. Она стояла оперевшись о дверной проем туалета, — давай знакомиться! Франческа Забини. К вашим услугам, — сказала она, сделав «типо» книксен.       — Розалия Поттер. К вашим услугам, — немного настороженно ответила ей Рози, удивленная столь… «открытым» поведением, — а почему ты думала, что нас поселят вместе?       — Все просто. Мы обе тут чужачки, — сказав это, Франческа бесцеремонно плюхнулась на кровать, — кааайф. Я так устала, — простонала она, уставившись в потолок.       — Чужачки? — переспросила ее Рози, тоже сев уже на свою кровать.       — Ага, — Франческа вскочила с постели и подошла к своим вещам, — мой дорогой papà свинтил в Италию сразу после магической войны. А твои papà и mamà укатили в Штаты. Вот и выходит, что мы с тобой — два одиночества, обреченные на дружбу, — то ли с излишним трагизмом, то ли с чрезмерным оптимизмом сказала она.       — Ясно, — сказала Рози, продолжая следить за новой соседкой, — а ты… чистокровная?       — Только не говори, что для тебя это имеет значение, — усмехнулась Франческа, — но вообще, да. Моя nonnita не дала бы моему papà совершить мезальянс. Впрочем, моим предкам повезло. Il loro amore è sopravvissuto agli anni, — картонно прижав руки к груди, Франческа изобразила романтичную дуру. Вот только Рози сама любила так подурачиться и прекрасно понимала, что все это понарошку       — Ты как-то слишком жизнерадостная для слизеринки, — заметила Рози и услышала отчетливый хмык.       — А ты мастью не вышла для этого факультета. Но volens-nolens, причудливы пути судьбы, — пожала она плечами и, достав палочку, сделал несколько пассов. Школьный сундук раскрылся и из него буквально выплыла переноска. А затем она приземлилась у ножки кровати и открылась, — Герберт, на выход, — сказала она и из переноски, очень лениво оглядываясь, вышел чернющий кот, после чего недовольно посмотрел на хозяйку, — и не смотри на меня так! Я не собираюсь отдавать своего фамильяра местным эльфам! Так что лучше порадуйся моей заботе о тебе, — сказала она и… если бы Рози не наблюдала за точно таким же Живоглотом, сильно удивилась бы тому, что этот котяра вздохнул так, словно был человеком, а не котом.       — Необычная кличка для кота, — заметила Рози, наблюдая за тем, как кошак лениво перебирает лапами, исследуя свою новую территорию.       — Назван в честь Герберта Аврилакского, одного из величайших волшебников высокого средневековья. Хотя, может это он и есть, — как бы невзначай бросила она в пустоту.       — А? — Рози показалось, что ей послышалось.       — Ничего-ничего, забудь. Это я так, неудачно пошутила, — немного нервно замяла она тему, — а у тебя никого нет? — Франческа обратилась к ней с явным интересом.       — Нет. Ни собаки, ни кошки. Вернее, мамин фамильяр наш общий любимец, но что касается моего собственного… как-то не сложилось, — пожала она плечами.       — И правильно, — кивнула Франческа, с помощью магии раскладывая свои вещи по шкафчикам, — nonnita говорит, что фамильяр — как муж. Найдется, когда понадобится. Не знаю, что она имела ввиду, — сказала она, более не отвлекаясь. Рози так же достала уже свою палочку с волосом единорога, купленную по всем правилам у Олливандера и начала использовать сортировочное заклинание, одно из тех, которым ее научила мама. Асгардский же кинжал, который она решила носить в сделанном отцом потайном кармане, который ни одно поисковое заклинание не могло засечь, продолжал лежать в ее вещах, ожидая нужного момента. Не то, чтобы она боялась нападения, но ее поступление на Слизерин было той еще неожиданностью, так что она теперь готовилась ко всему.       — Я все, — сказала Рози, спрятав палочку в кобуру.       — Фух. Я тоже. Колдовать бытовые чары такая морока, — Франческа потерла глаза кулачком и потянулась, — пора баинки. Я первая! — закричала она и понеслась в ванную, оставив Рози осознавать свою медлительность. Впрочем, провозилась она недолго, так что уже через двадцать минут обе девочки лежали в постели и постепенно засыпали.       Так и закончился первый день Рози в Хогвартсе.

***

      А тем временем, в кабинете декана Слизерина происходил совсем иной разговор.       — Ох, чувствую, нас ждет веселенький год, — пробурчал Слизнорт, — если уж он начинается с головомойки от Минервы по поводу Поттеров, жди беды, — сказав это, он посмотрел на идущего за ним Шаффика, — Теренс, скажи мне, что ты знаешь о Поттерах? — спросил префекта Слизнорт, когда они вошли в кабинет.       — Это… старая магическая семья. Хранители Стинчкомбского, а с недавних пор, и Нью-Йоркского источника. Маги-универсалы, давшие нашему миру как умелых боевиков, целителей, так и замечательных ремесленников. Глава семьи: Гарольд Джеймс Поттер. Мастер-артефактор. Женат на маглорожденной ведьме Гермионе Джин Поттер, в девичестве Грейнджер, — оттараторил Теренс Шаффик известную ему информацию, думая о том, что директор Макгонагал не зря устроила внеочередную летучку кадров, среди которых оказались и два префекта школы. Все-таки третий Поттер поступил в Хогвартс. Да как поступил?! С помпой! Прямо на Слизерин!       — Отлично, Теренс. И в связи с озвученной информацией у меня к тебе следующий вопрос. Ты же понимаешь, мой юный друг, что не дай Мерлин с мисс Поттер что-нибудь случится, и по нашу душу явится сам мистер Поттер? — с тоном человека, испытывающего великое сожаление, спросил декан.       — Я знал что вы это скажете, — усмехнулся Теренс, — поэтому уже накрутил хвосты всем нашим.       — Ох, Теренс, — закряхтел Слизнорт, — что я без тебя делать буду, когда ты выпустишься? — запричитал Слизнорт, наливая себе огневиски.       — Но у меня вопрос, сэр.       — Да-да?       — Неужели он настолько страшен? Насколько я знаю, Поттер в школьные годы был… не то чтобы безобиден, но и не так уж и крут, — спросил Терренс, который был завсегдатаем Клуба Слизней и пользовался заслуженным доверием декана, так что мог себе позволить парочку лишних вопросов.       — По поводу того, страшен ли мистер Поттер… О нет, Гарри Поттер совсем не страшен. Это милейший молодой человек, с которым весьма просто найти общий язык, если подумать. Но… не стоит обольщаться его внешним благодушием, — сказал Слизнорт, усаживаясь в свое кресло, — после того, как с мистером Джеймсом Поттером случился тот досадный инцидент, директору понадобилось очень много усилий, чтобы успокоить мистер Поттера-старшего, — Слизнорт сделал глоток, — я был свидетелем того скандала и поверь, если бы Джеймс погиб, нам всем бы было очень тухло, — сказав это, Слизнорт передернул плечами, словно хотел согреться.       — Понимаю, — кивнул Теренс, — что же, в таком случае, я буду тщательнее следить за нашими сокурсниками, чтобы они не натворили непоправимого.       — Будь любезен, Теренс. Я буду тебе очень признателен, если благодаря твоей бдительности мы избежим лишних проблем. Но, мне кажется, что данная особа уже очень скоро принесет нашему факультету немало пользы. И сама будет иметь немаленький такой авторитет, — отсалютовав стаканом Теренсу, Слизнорт сделал глоток, давая ему понять, что аудиенция окончена.       — Я вас понял, профессор. Позвольте удалиться?       — Да, Теренс. Иди спать. Доброй ночи.       — Доброй ночи, — Теренс Шаффик покинул кабинет декана и направился к входу в общежитие, как вдруг его окрикнули.       — Шаффик. На пару слов, — голос был ему знаком. Тедди Люпин. Новый староста пятого курса. Парень весьма непростой и, по слухам, имеющий какое-то отношение к Блэкам. Непонятно, правда, какое, но сам этот слух заставляла многих быть настороже.       — Пришел по поводу мисс Поттер, Люпин? — сразу же понял он, почему крестник Гарри Поттера пришел к нему.       — Да, — просто ответил Тедди, — угрожать, правда, не имеет смысла. Если что, сами понимаете, проблем не оберетесь.       — Да. Можешь быть спокоен. Если сама не будет нарываться, ее никто не тронет, — сказал Теренс и усмехнулся, — слушай, Люпин. А тебя и ее братьев разве не бесит то, что она угодила к нам? — спросил он, на что Люпин сам хмыкнул.       — Представь, но нет. Скорее, я испытываю чувство жалости к факультету великого Салазара Слизерина и ко всем вам, — усмехнувшись, Тедди пошел на выход из подземелий, оставив Теренса переваривать услышанное.       — Если она в половину такая же проблемная как и ее братья, то… — Теренс прикусил язык и, выдохнув, пошел в сторону общежития, предвкушая грядущие проблемы, не заметив, как с одной из стен в сторону входа в подземелье, полетел золотого цвета жучок.

***

      24 декабря 2013 года. Хогвартс-экспресс.       — Эй, Розалия! Чего сидим, грустим? — из размышлений Рози вырвал как всегда жизнерадостный голос Франчески. Как не удивительно, Франческа или, как сама Рози ее называла, Фрэнки, оказалась права. Они действительно были обречены на дружбу. Не то, чтобы она была в изоляции, но и особо общаться с ней пока еще не стремились. Привет, пока, передай соль… и другие выражения в таком же духе были максимумом. А вот Фрэнки… почему-то с самого первого дня эта доставучая итальянка никак не хотела от нее отлипнуть. И если в первое время она раздражала вплоть до кипения, то потом Рози просто сдалась. И как только она это сделала, поняла, что Фрэнки действительно хорошая подруга.       — Да вот, думаю, как бы мама меня не убила, — сказала Рози, рассматривая снежные пейзажи за окном.       — Ой, ты опять?! Сколько раз мне тебе говорить, если она тебя не убила в начале года, то теперь точно ничего не будет. Сколько раз ты уже говорила с ней по телефону? — спросила она, для выразительности, пощелкав ноготком по своему. Блейз Забини, в отличии от многих чистокровных, не брезговал маггловскими достижениями и был одним из, как оказалось, клиентов Поттера-старшего. Так что наличие у Фрэнки маготелефона не вызывало вопросов.       — Я знаю, но все равно боюсь, — Рози отлипла от окна и печально посмотрела на Френки, — она же…       — Да-да-да, ты говорила, в школе ее гнобили слизеринцы. И что? Ты ее дочь! Судя по тому, что с тобою ничего не происходило, а вообще-то, должно было, твоя семья славно постарались, чтобы тебя обезопасить, — в уже сотый раз Френки объясняла Рози прописные истины, но Рози почему-то вбила себе в голову, что мать может скрывать свою обиду на нее. Почему так? Просто когда отец прибыл в Хогвартс, чтобы в очередной раз разобраться с очередными художествами старших братьев, мамы с ним не было. А ведь до отправки в Хогвартс она обещала навестить ее, но так ни разу и не пришла. Да и по телефону говорили они не так часто, как ей хотелось бы и Рози боялась, что своим поступлением обидела маму.       — А твои мама и папа тебя будут встречать? — чтобы отвлечься от темы, спросила она.       — Нет. Все будет еще лучше. Меня будет встречать nonnita! — заявила ей Франческа с видом победителя по жизни.       — Мадам Элеонора Забини? Думаешь, это хорошая идея?       — А что такого? Бабуля еще в самом расцвете сил и у нее нет отбоя от парней. Почему бы ей не забрать меня с вокзала?       — Ну да, ну да. Что тут такого? — закивала Рози и улыбнулась, — спасибо, что возишься со мной. Знаю, я иногда паникую, но… я рада, что ты это терпишь, — сказав это, Рози смущенно улыбнулась.       — Эй, я же твоя grandа amiса, забыла? — улыбнулась Френки.       — Не зазнавайся, ты слишком мелкая для слова grandа, — решила «куснуть» ее Рози.       — Ей! Между прочим, нам по двенадцать! Так что все еще впереди! — гордо заметила Френки, а Рози улыбалась.       Что же, первый семестр был довольно интересным. Она узнала много нового, познакомилась с большим количеством интересных людей и нелюдей. Обзавелась подругой… да много всего произошло, всего и не перечислишь!       — Внимание! Поезд прибывает на платформу 9 и ¾. Повторяю, поезд прибывает на платформу 9 и ¾! — вдруг услышали они голос из динамика.       — Ого, мы уже прибыли? А до школы добирались целый день, — удивилась Френки.       — Папа рассказывал, что это сделано специально. Какие-то игры с пространственной магией, — сказала Рози и, достав палочку, опустила свой чемодан на пол, — кстати, изобретение одного из Поттеров.       — То, что твои предки порядком так наследили, я и так в курсе, — пробурчала Френки, опуская свой чемодан с верхней полки.       — Рози, тебе помощь не нужна? — вдруг в двери появился парень в гриффиндорской мантии.       — Нет, Френк, я сама все сделаю. Но спасибо, — улыбнулась она Френку Долгопупсу, с которым неплохо общалась в прошедший семестр. Вообще, извечный конфликт Слизерина и других факультетов словно обошел ее стороной. Она спокойно общалась со своими братьями и Тедди Люпином, имела много знакомых с других факультетов, да и вообще не лезла в разборки. Увы, но в Хогвартсе ей пришлось вести себя несколько иначе, чем дома и цапаться с другими студентами было банально опасно. Благо, с Франческой не соскучишься и совместные пикировки позволяли ей сбросить пар ничуть не хуже, чем скандальчики с Джоном.       А еще к ней очень хорошо отнеслись преподаватели. Профессор Долгопупс даже пару раз приглашал на чай, где она, собственно, и сблизилась с Фрэнки.       — Выходим из поезда! Выходим из поезда! — в коридоре раздался голос проводника и дети увидели, что поезд прибыл.       — Рози, идем! Мама с папой там! — услышала она голос Джона из коридора и, вздохнув, пошла на выход. Дождавшись, пока из поезда выскочат братья, она медленно покинула вагон и направилась к родителями, с которыми во всю уже обнимались старшие братья. Вот только подойти к ним Рози не смогла. Так и стояла, наблюдая за своей семьей.       — Ну, леди джентльмены, — с улыбкой до ушей поприветствовал их Гарри, пока те обнимали его с Гермионой, — с возвращением! Как прошла поездка?       — Как всегда, пап, — сказал Джеймс, поправив сбившуюся шляпу, — даже ни одной навозной бомбы не взорвали.       — Но-но! Рождество на носу, но за хулиганство буду карать! — погрозил он сыновьям пальцем и посмотрел на стоящую чуть поодаль Рози, — что случилось, юная леди? — весело спросил он. Гермиона же, задержав взгляд на дочери, отпустила Джона. А затем… Рози не поняла как, но мама моментально оказалась рядом с ней и прижала ее к себе.       — Глупенькая ты моя. Я так и знала, что ты будешь себя накручивать, — сказала она, а Рози… Рози наконец-то расслабилась.       — Мама, — промяукала она, прижавшись к ней.       — Эй, цветочек, а как же я? — весело спросил Гарри и Рози перекочевала от матери к отцу.       — Привет, папа. Я так скучала!       — И мы скучали. А еще нам жутко любопытно, каково учиться на Слизерине? Долохов, конечно, многое поведал, но мне не терпится послушать тебя, — сказал Гарри, прижимая к себе дочку.       — Ну! Я же тебе говорила! А то все мозги мне выела своим нытьем! — неожиданно, сзади раздался ехидный голос Френки.       — А ты, значит, Франческа Забини? — обратилась к ней Гермиона, — рада с тобой познакомиться. Рози много рассказывала о тебе.       — Надеюсь, хорошего? — спросила Френки с милой улыбочкой, — И я рада, миссис Поттер.       — Франческа!       — Nonnita! — услышав бархатный голос со стороны, Френки резко обернулась и побежала в сторону высокой и статной дамы, которая была красива той самой красотой, которая раскрывалась в женщинах за сорок. Совершенно без стеснения, Фрэнки влетела в мадам Элеонору Забини и затараторила на итальянском, видимо, стремясь как можно скорее поделиться с любимой бабулей всеми своими впечатлениями. Впрочем та не отставала, время от времени прерывая Фрэнки, при этом крепко обнимая ее. В конце концов, она оторвалась от внучки и они вместе подошли к Поттерам.       — Мастер Поттер, рада снова вас видеть, — прекрасная мадам Элеонора всегда умела пользоваться своим обворожительным голосом. А в купе с эффектной внешностью, это делало ее весьма и весьма привлекательной женщиной, — Гермиона, — кивнула она миссис Поттер.       — Взаимно, мадам Забини, — поприветствовал Гарри свою постоянную клиентку, для которой сделал несколько артефактных украшений.       — Франческа сказала мне, что девочки договорились погостить друг у друга.       — Да, Рози упомянула об этом, — бросив взгляд на дочь, что никак не могла оторваться от матери, ответил Гарри.       — Предлагаю поступить так. Пускай Розалия посетит нас после Рождества в Неаполе. А затем, уже после Нового года, Франческа посетит вас в Нью-Йорке. Как вам? Тем более, что трансконтинентальные порталы вашего авторства здорово облегчают жизнь.       — Думаю, это хороший план, — кивнул Гарри, отчетливо ощущая, как нагрелся его амулет от легиллименции. Увы, это стало уже своеобразной традицией. Мадам Забини пыталась его охмурить, а он продолжал ее игнорировать.       — Прекрасно. В таком случае, вот наш адрес и номер телефона, — сказала она, достав из сумочки визитку и передав ее Поттер. Вот только Гарри почти сразу почувствовал, как нагрелось кольцо на его пальце. Видимо, визитка обработана любовным зельем.       — Вам не надоело? — с усмешкой спросил Поттер,       — Никогда не перестану пытаться, — улыбнулась она, а Гарри, вздохнув, взял визитку. Благо, специальное защитное поле не давало зелью соприкоснуться с его кожей, так что последствий точно не будет, — Франческа, нам пора. Была рада вновь повидаться, мастер Поттер, Гермиона, — кивнула она семейству Поттеров.       — Взаимно, мадам Элеонора, — кивнул Гарри, — до свидание.       — Рози, пока! Жду тебя в гости! — помахала ей Фрэнки.       — Пока, Фрэнки! — наконец-то оторвавшись от матери, Рози помахала рукой подруге.       — Аrrivederci! — подвела итог всем прощаниям мадам Забини и, подхватив внучку под ручку… исчезла.       — Она не исправима, — прокомментировала Гермиона произошедшее.       — Ты не обиделась? — не то, чтобы Гарри беспокоился, но не мог не задать этого вопроса.       — Нет, я слишком счастлива, чтобы обращать на такое внимание, — с ухмылкой сказала она, — к тому же, я в тебе уверена, — сказал она, а Гарри, чуть смутившись от, казалось бы, таких простых, но важных слов Гермионы, усмехнулся и просто сжег визитку.       — Номер и адрес запомнил Антонин, — пояснил Гарри свои действия и посмотрел на сыновей, — ну что же… Собирайте вещи! Портал заряжен, — после чего парни споро достали из багажного отделения свои сундуки и они все вместе перенеслись в Нью-Йорк, где их уже ждал праздничный ужин.       Наступил сочельник!