Покидающие вагоны

В мгновение осознав происходящее, я поняла, что стою в вагоне поезда.

Стоп, что?!

      Я осмотрелась. Вокруг полы, обитые грубой древесиной, которая, по-видимому, давно уже изношена. Старая обивка сидений, потёртая вдребезги, в некоторых местах была запачкана какими-то липкими пятнами. Сильный запах сырости и плесени проникает в ноздри, добавляя нотку жути к общему взору. Каждая деталь здесь выглядит в ужасном состоянии: позолоченные уставы на стенах, потускневшие от времени лампы, кованные ручки дверей. Вдоль коридора лежат обломки металла, а на стенах висят плакаты из вырванных старых журналов, пожелтевших от времени. На них рассказывают о поездках, полных надежд и ожиданий. Пропавшие маршруты, забытые имена – всё это кажется лишь набором слов.       И всё бы ничего, я могла бы посчитать этот поезд вполне нормальным, если бы не полупрозрачная зелёная слизь, которая обвивала весь вагон с ног до головы. В некоторых местах также были заметны старые пятна крови, которые, казалось, навсегда впитались в сиденья и изношенный пол. В этом вагоне пахло каким-то гноем и тухлым мясом. Живот сразу скрутило, а глаза округлились до такого состояния, словно сами с удовольствием готовы были выпасть из орбит. Упав на колени, – в эту мерзкую жижу – по глазам потекли солёные слёзы.       Я была настолько поглощена своими мыслями, что совершенно не замечала присутствия других.        — Неужели это конец? Что со мной случилось? Как я здесь очутилась? – прошептала я, не отрывая взгляда от заляпанного пола, наблюдая, как мои слезы падают вниз и разбиваются о горькую реальность.       — Неужто новенькую поставили! Кхм... Не плачь… Мы обретем покой, когда наши души осознают свои прегрешения, и придет час расплаты за них, – произнес кто-то недалеко от меня.       Я подняла взгляд, надеясь увидеть утешение. Но передо мной возникла фигура, вызывающая лишь дрожь. Это был высокий парень, достаточно крепкого телосложения. Его руки и лицо были покрыты шрамами, на запястьях и костяшках виднелись окровавленные бинты, поверх которых были надеты черные перчатки. Рваная и потрепанная одежда, грязные и вытертые джинсы… доверия к его словам не было ни на грош. Длинные рыжие волосы достигали плеч, а глаза были скрыты за темными очками, закрывавшими половину лица.       Сердце бешено заколотилось, а в горле пересохло. Я не могла понять, кем является этот человек, склонившийся передо мной. Его голос, несмотря на мрачность, звучал успокаивающе, но внешний вид внушал лишь страх и отвращение.       — Ты хоть сам себя слышишь? О каких прегрешениях ты говоришь? Как я сюда попала? Почему тут все такое странное? Почему я в этом вагоне?! – меня охватила паника, я закрыла руками лицо, словно это как-то помогло бы мне избавиться от страха.       — Боже упаси! Может, вид у меня и не ангельский, но по одежке не судят, знаешь ли. Важно то, что у тебя внутри, в душе. Понимаю, тебе сейчас крайне тяжело, но это не повод унывать. И если уж твоя душа сюда попала, значит, не просто так. Нужно срочно искупить твои грехи. Меня зовут Бастер.       Парень склонился надо мной с серьёзным лицом, но в конце, назвав свое имя, чуть усмехнулся и протянул руку, предлагая помощь.        — Спасибо, но нет, начнем с другого. Сначала скажи, где я нахожусь? Разве я не должна была умереть?

Все это было таким… неправильным. Голова раскалывалась от мыслей и ужаса. Я должна была умереть, но вместо смерти я в каком-то вагоне, вся в зелёной слизи, по совместительству с этим человеком, который затирает мне что-то про души и религию. Верить ему? Да это же полный бред! Верить первому встречному – это верх идиотизма. Но что, если это правда? Как я могла описать последние события?

— Я тебе всё расскажу, не переживай, самое главное сейчас – искупить душу от грехов, иначе тьма тебя поглотит, – Бастер произнёс это достаточно убедительно, что аж мурашки по коже побежали.       — Даже если так… допустим… Что мне для этого надо? – задумчиво произнесла я, принимая его руку и поднимаясь с пола. И тут же почувствовала себя виноватой за свою грубость. Может, он и правда хочет помочь?       Парень плюхнулся на сиденье напротив и жестом позвал меня подойти. В полном недоумении, я неуверенно подошла к нему. Может это и впрямь просто подстроенный розыгрыш? Я не хочу верить в реальность.       Неожиданно схватив меня за запястье, он притянул меня к себе, тем самым наклонив максимально близко к его лицу.       — Отсоси мне... – все так же улыбаясь, произнёс он. Моя свободная рука инстинктивно ударила его в живот.       Его слова мне казались ещё с самого начала странными. Как знала, что этому ублюдку нельзя верить.

Глупая, глупая! Просто выставила себя посмешищем.

Парень тут же согнулся от боли, держась за живот, видимо, не ожидая, что я ударю его. Однако, несмотря на боль, он громко рассмеялся.       — Неужели ты взаправду поверила в этот религиозный бред?! – все так же хохоча и держась одной рукой за живот, произнёс Бастер, – но, отдаю должное, бьешь ты нехило... Хрипло произнес рыжеволосый.       — Ты это всё придумал, чтобы просто постебаться надо мной, да?! Взбешённо я отошла от него, сложив руки крестообразно.

Чувствую себя нелепо.

      — Давно тебе втащить нужно было, Бастер... Хоть кто-то это сделал. Честно, заебал уже всех.       Произнёс какой-то странный парень, одетый как клоун. Он сидел неподалеку и, видимо, был свидетелем всего произошедшего. Неровный и растёкшийся грим красовался на его дико раздражённом и недовольным лице. На костюме блевотно ярких оттенков находился небольшой бейджик с потёртой надписью: «Эдгар». Так же я только сейчас заметила поблизости роботов: металлические создания все похожи друг на друга, будто были произведены с одной фабрики. Как и Эдгар, они внимательно наблюдали за происходящим единственным глазом, который светился тускло-алым светом.       — Что сказал, клоун?! Я вообще-то для всех вас как светлый лучик солнца, а вы все бессознательно гниёте в своих мыслях. Почему множество писателей заканчивают свою жизнь самоубийством? Они много думают и не справляются со своим разумом. Поэтому, чтобы этого не произошло, надо чем-то себя занять. А мне уже позабавиться нельзя... — сказал Бастер, сложив руки на груди, — ты на этих глянь! Какого чёрта в вагоне роботы?! Кое-кто говорил, что самый адекватный и возьмёт на себя ответственность следить за порядком вагона, а сейчас всё снова в этой жиже из-за      кондукторши!       — Эм... С жижей я потом разберусь. Ну а ты? Разыграл тут сценку, блять... Интересно даже узнать, где ты услышал слово «Господь», уверен, что ты ничего не знаешь о религии. А роботы... Да что ты к ним пристал? Не мешают? Вот и сиди смирно.       — Вряд ли помыслы мои когда-нибудь будут чисты, но если дадут мне шанс и скажут: «Выбирай», то выберу край небесный. Да я прям завтра уйду в монастырь и буду жить лишь по Божьим законам. И тогда моя душа очистится от крови и гнили этих миров... — скрестив свои пальцы между собой и прикрыв глаза, смиренно и одновременно саркастично произнёс Бастер, – ну че? Хорошо вжился в роль, а?        — Прекрасно, актёр. Такой неадекват, как ты, способен создать хаос даже в райском саду. Не видать тебе рая, “святой”, – с явным раздражением произнёс Эдгар.        — Еще и обзывается! А ну-ка... – Бастер подошел ко мне со спины и положил руки на плечи, – Женщины более эмоциональны, вот скажи, как ты считаешь, были ли слова Эдгара – он же тупорылый клоун – грубыми? — Что? При чем тут я? Я даже... – не успела я договорить, как Бастер закинул мне рот рукой, а после откинул в сторону.       — Вот видишь! Женщина сказала, что ты уебок. Хоть я и не придерживаюсь мнения данного пола, но тут я с ней полностью согласен. — Я не настолько стара, чтобы меня назвали строй... – тихо пробубнила я, вставая с пола, куда меня безрассудно отбросили.       Может, просто уйти? Они, по ощущениям, скоро дойдут до драки, а быть наблюдателем такого мне явно не хотелось. Но мне нужны ответы, я хотела знать, где нахожусь и что тут вообще происходит. Да, просто буду ждать, когда они доспорят, а если что, влезу в разговор, чтобы предотвратить драку.       Я аккуратно уселась на заляпанное кресло, однако правая рука влипла в мерзкую слизь: зеленую жижу, которую я приметила еще до этого. Скривив лицо от отвращения, я стала очищать конечность от грязи и попутно слушать диалог парней. — У вас всех – сучар, мысли тленны. Беспомощные… Рано или поздно, вы все тут попадёте в зону забвения. И эти стрёмные роботы в том числе... – Бастер с легким презрением взглянул на металлических созданий.       — Ну-ну, кто первый попадёт в небытие, так это точно ты. В первых рядах вылетишь из поезда во мглу. — Сейчас ведь допиздишься... – парень начал закатывать рукава, а Эдгар же насторожился от такого действия.       — А... о чём вы говорите? И почему я сейчас нахожусь в этом поезде? Мне казалось, что меня насмерть придавило вагонами, но сейчас я оказалась тут. Вместо того, чтобы спорить о каких-то непонятных вещах, лучше бы объяснили мне, что здесь происходит.       Слегка неловко улыбаясь, я влезла в их разговор, ведь даже неуловимым взглядом можно было понять, что дело вот-вот дойдет до драки.       Тут же парни подняли на меня взгляд с каким-то удивлением. Однако Эдгару, как мне показалось, в мгновение стало всё равно на эту ситуацию. Он съёжился и, уткнувшись лицом в разноцветный шарф, продолжал размышлять о чём-то своём. А вот Бастер, напротив, с радостью был готов продолжить беседу.       — Бедняжка, ты умерла и совсем скоро твоя душа истлеет. Частично, я не шутил, когда затирал тебе про религию. Минут через десять, может, тебя уже не станет: не останется ни воспоминаний, ни тела, ни души...       — Ты серьёзно? Я умру?! – меня снова охватила паника, а дыхание участилось. Ноги в мгновение стали ватными и перед глазами всё поплыло – я начала терять сознание.

***

Через некоторое время я пришла в себя от ощущения, будто кто-то бьёт меня по щекам. — Я мертва? — прохрипела я, пытаясь понять, что происходит, но мой взгляд был затуманен и с трудом фокусировался.       — Ты дура, а не мертва! Кто так реагирует на шутки? – раздражённо произнёс Бастер, и теперь я могла видеть всё, что происходило: я лежала на полу, – вся в этой мерзкой зеленой слизи – а по лицу меня бил мой «новый знакомый».        — Ты шутил? – я неуверенно отвела взгляд, понимая, что снова попалась на очередную уловку этого противного парня. — Конечно, шутил, тупая.        — Ты всех обзываешь? – с раздражением уже произнесла я, – ничего мне не объяснил, а сейчас возмущается, что это я тупая и шутки не понимаю! Это ты ненормальный, почему в такой ситуации, ты издеваешься надо мной?! Я оттолкнула его, и Бастер упал в вязкую жижу рядом со мной.       — Из-за тебя я теперь весь в этой жиже! — Я так-то тоже, если ты не заметил!       — А ну иди сюда, я твоё личико быстро исправлю. — Парень пополз ко мне, а я на локтях стала отступать назад, боясь за сохранность своего здоровья. Привстав, Бастер хотел меня ударить, но неожиданно его руку обхватил разноцветный шарф – это был Эдгар, который все так же мимолётно продолжал наблюдать за нашими взаимодействиями.       — Совсем тронулся? На девушек уже руку поднимаешь. – пробубнил клоун, недовольно жмуря глаза. — Да ей бы даже не больно было. Че пристал? Не лезь. Я просто мило общаюсь с дамой. – недовольно усмехнулся Бастер, оттолкнув шарф со своей руки.       Если бы Эдгар не влез в нашу разборку, то он бы меня бездумно ударил? Пожалел бы он об этом? Что-то мне подсказывает, что нет. Я быстро привстала и отползла в угол вагона, – спрятавшись за креслами – посчитав, что пока Бастер разговаривал с Эдгаром, то не заметит меня.

Я больше не хотела находиться рядом с этим ужасным человеком.

— А куда девушка пропала? – парень в недоумении осмотрелся, на что Эдгар лишь пожал плечами, – вот сука, встречу – голову отрублю.       Бастер поднялся на ноги, отряхнулся от зелёной слизи и, схватив бензопилу, которая всё это время лежала на одном из кресел, завёл её и направился к следующему вагону.       Я в ужасе наблюдала за происходящим, а после и вовсе мой глаз начал нервно дергаться.

Почему я оказалась здесь? Почему меня хотят убить? Что я сделала в этой жизни не так, чтобы оказаться в неизвестном месте рядом с человеком, который настойчиво пытается меня уничтожить?

В этом вагоне я находилась наедине с Эдгаром и ещё несколькими роботами, которые с восхищением смотрели в окно. Однако за стеклом не было ничего примечательного — лишь бесконечная темнота, до которой, казалось, можно было бы дотронуться, если бы не стекло.       Может, мне стоит спросить у Эдгара, что тут происходит? Кажется, он был самым адекватным тут, но, судя по его разговору с Бастером, можно было предположить, что парень довольно ленивый, основываясь на ситуацию с зеленой жижей.        Как только я хотела задать вопрос, то тут же передумала, вжавшись сильнее в кресло рядом со мной. В вагон зашел уже знакомый мне парень, он быстрым движением руки выключил бензопилу и недовольно уселся недалеко от того места, где сидела я. Страх полностью сковал мое тело, я прикрыла глаза, не желая видеть то, что могло произойти дальше.        — Ты так и будешь тут сидеть, вжавшись как ребёнок, которого отец пришел пиздить ремнём? – спокойный голос Бастера раздался недалёко от моего уха, отчего я с ужасом раскрыла глаза и увидела, как он небрежно развалился на кресле, смотря на меня. — Неужели я тебя так запугал? А ну-ка выползай, мне уже скучно стало, пока я тебя по другим вагонам искал, – парень приподнял меня за капюшон толстовки, поставив на ноги, – хочешь, расскажу тебе об этом месте?        — Мне так нормально никто ничего не объяснил, так что… не против, наверное? – слегка неверно произнесла я, а после Бастер потянул меня за руку, усаживая недалеко от себя.       Я предполагала, что ничего нормального от человека, который недавно бегал по поезду с бензопилой в поисках моей смерти, не услышу, но всё же, он сам предложил. Может, он одумался и наконец решил мне все рассказать?       — Ну, слушай, на самом деле всё очень просто, как дважды два, – с лёгкостью произнёс парень, начиная объяснять – ты просто очень удачно попала под особый тип излучения. На той станции, где тебя сбил поезд произошел редчайший случай. Во время радиоактивного излучения столкнулись электромагнитные поля и эфирные вихри в момент максимальной лунной фазы. Страшный случай, под него мало кто попадает, но, как видишь, все эти люди в вагонах чистое исключение. Короче, очень сложно объяснить. Но ты теперь, одним словом, как антенна. Улавливаешь волны потустороннего мира. А этот поезд – это просто телепортация в другое измерение, где ты можешь познать себя через страх и боль! Поняла? – взявшись за мои предплечья, воодушевленно произес Бастер, – А я тут, чтобы твою антенну немножко... направлять. Чтобы сигнал не пропадал. Ну и чтобы ты в розетку не засунула ничего, а то мало ли что. – он задумчиво улыбнулся и, хоть глаз его я и не видела из-за солнцезащитных очков, но точно знала, что в этот момент он закатил глаза. — Просто электромагнитные волны, такие стычки иногда происходят. К сожалению, отсюда уже не выбраться…        — Что?! Что за бред ты мне только что рассказал, приплетая сюда слова из физики за девятый класс?! – на мои слова парень лишь разочарованно вздохнул.        — Бедняжка, а я думал ты и в это поверишь, чтобы переклеить тебе на лоб звание самого тупого человека в мире. Давай не заводись, а то скоро пар из ушей пойдёт. Кто знает, вдруг ты опять перенервничаешь и в обморок упадёшь, а? – издательски проговорил мужчина, улыбнувшись, потрепав меня по волосам.       — Руки убери! – я оттолкнула его от себя. Я не понимала, что испытывала к этому человеку: то ли ненависть и отвращение, то ли полное разочарование, что подобные личности вообще существуют.        — Бе-бе-бе, – недовольно ответил парень, явно неудовлетворённый моей реакцией.        Мне было безумно противно от этого парня, и я прекрасно осознавала, что по силе он превосходил меня в несколько раз, так что попытаться со злости ударить его – безрассудное решение. Как же он меня бесит! — Да знаешь что?!       — Что? – парень мерзко исковеркал мой голос. — Да пошёл ты! Ненормальный! – к глазам моим тут же поступили слезы.

Всему есть предел, и мои нервы тоже не бесконечны.

На его лице всё это время была издевательская улыбка, которая давила на меня еще сильнее. Я быстро развернулась и со слезами на глазах побежала, лишь бы его не видеть.       — Доволен собой? Доказал своему внутреннему миру, что превосходишь бедную девушку? Иди, блять, извиняйся, выблядок, – тихо проговорил Эдгар себе в шарф, наблюдая за этой ситуацией.        — Тебе-то какое дело? – Бастер уставился куда-то в окно, словно там было что-то интересное.       — Мне? Никакого. А вот тебе стоило бы задуматься. Себя вспомни, когда на этом поезде оказался. Кроме того, девушка просто спросила, как здесь оказалась. Она вся на нервах, но даже так попыталась предотвратить конфликт между нами, а ты ей так нагрубил. Так тебе еще ума хватило бред начать нести? Молодец, что еще сказать.       Парень тяжело вздохнул после слов Эдгара и, закатив глаза, взял бензопилу, которую он до этого положил на седенье. Быстрым движением он завёл её. По коже пробежался бунт мурашек, когда я услышала позади себя скрежет металла.       — Неадекватный... – быстро пробубнила я, бежав в сторону двери, которая ведёт в соседний вагон. Я быстро забежала туда, закрыв дверь за собой. Кажется, у меня есть пару секунд, чтобы спрятаться, ведь мне удалось ненадолго оторваться от него.

Но разве это поможет мне, если я спрячусь? Он уже однажды нашёл меня, так что, вероятно, с лёгкостью найдёт и во второй раз.

Все же я решилась для начала быстро осмотреться. Этот вагон был такой же грязный, но, по крайней мере, тут было не так много зеленой слизи. Здесь также было больше роботов, чем в прошлом помещении, они в основном просто прибывали на сидениях и смотрели в пространство. Охровые стены в некоторых местах выглядели так, будто вот-вот обвалятся. Ничего не успев сделать, ко мне подбежала какая-то странная женщина. Она была в голубом костюме контроллера. Кожа у нее была странного синеватого цвета, зрачков не было, лишь жёлтые скляры проедали меня одним глазом, ведь другой был закрыт длинной чёлкой. Так же, рядышком с женщиной летали какие-то маленькие приведения.        Я, поражанная ужасом, посмотрела на неё и тех существ, которые парили в воздухе, неподалёку от ее лица. Я сделала несколько шагов назад, пугаясь внешнего вида незнакомки.

Сначала какой-то сумасшедший и безэмоциональный клоун, а теперь монстр в виде женщины. Куда я попала?!

— Заплатите за билет, – мерзким и назойливым голосом протараторила девушка, поправляя свои синие волосы, забранные в хвост, состоящий из нескольких пучков.       Вступать в конфронтацию с ней не входило в мои планы, да и перспектива столкнуться с последствиями ее недовольства за неоплаченный проезд, меня не сильно то устраивала. Поэтому, не теряя времени, я достала из кармана несколько купюр. Едва деньги оказались в ее руках, лицо девушки расплылось в широченной улыбке, обнажив зубы, своей остротой напоминавшие акульи. Поражённая ужасом, я не могла отвести взгляд, как вдруг из миниатюрной шляпки на ее голове возник еще один рот, усеянный острыми зубами, идентичными ее хозяйке. Шляпка выплюнула билет, покрытый слоем зеленой слизи, точь-в-точь как в предыдущем вагоне.        Вот про что говорили парни... Ну и мерзость. Сморщившись от брезгливости, я взяла билет. Однако отвращение мгновенно уступило место страху. В дверном проеме, который, как я думала, был заперт, показалось лезвие бензопилы, а затем и рука. Рука Бастера, которая уже нащупывала ручку, чтобы открыть дверь.       — О, боже... – пробормотала я, пятясь назад. Дверь с грохотом распахнулась от удара ноги, и оглушительный зов бензопилы наполнил весь вагон.       — Блять, куда ты убегаешь? Стой! — О, Бастер, какая приятная встреча! С прошлого раза ты не заплатил, с учётом процентов и налога, добавляется плюсом ремонт двери, в целом, ты должен мне... Не успев дать договорить контролёрше, парень перебил её.       — Да пошла на хуй, ебнутая, – толкнув девушку, мужчина устремился в мою сторону. Я быстро отрыла следующую дверь, и так же молниеносно закрыла ее.

       Необходимо было чем-то подпереть ее.

К счастью, под рукой оказалась небольшая досочка, которую я использовала для блокировки прохода. Этот вагон сильно отличался от остальных: повсюду виднелись останки роботов, их металлические корпуса были деформированы, будто их сжимали с неистовой силой. Некоторые из них, похоже, еще функционировали, так как их глаза мерцали красным светом.        Окна вагона были выбиты и наспех заколочены досками, но это не сильно то помогло: большая часть деревянных заслонов была сломана, а щепки и прочая грязь валялась на сиденьях. Вдобавок ко всему, освещение здесь было значительно слабее, чем в других частях поезда.

Почему тут все в таком ужасном состоянии? Что тут произошло?

Однако мои мысли тут же перебил рев бензопилы, которая почти разобралась с моим небольшим препятствием, в виде деревянной перекладины.

Нужно срочно бежать дальше.

Сзади послышался звук трескания древесины – он выломал дверь.       Подбегая к следующей двери, я чуть ли не запинаюсь об металлическую руку робота, но ловко удерживаю равновесие и раскрываю проход в другой вагон, однако, чувствуя полный ужас, я мгновенно ухватилась за дверной проём. Дальше была темнота, лишь очертания рельс виднелись снизу.

Это был конечный вагон...

Рев бензопилы стих, сменившись противным скрежетом металла. Бастер, тяжело дыша, выломал остатки двери и теперь, опершись на свою пилу, смотрел на меня. Его лицо выдавало ни капли сожаления, только… скуку? — Ну и куда ты пыталась убежать? — его голос звучал так, будто мы играли в салки, а не балансировали на грани жизни и смерти. — Не думал, что ты окажешься такой шустрой. Признаюсь, немного даже повеселила.       Я вцепилась в дверной проем, чувствуя, как холодный ветер пытается вырвать меня из поезда. Позади – бездна. Одино неверное движение и… — Знаешь, сидеть тут одному такая тоска… Никто даже не пожалеет… – с наигранной досадой произнес он, приближаясь все ближе, –А тут появляешься ты. Ну как не развлечься над такой ранимой девушкой?        — Развлечься?! Ты пытался меня убить! — прохрипела я, стараясь не смотреть вниз. Он пожал плечами, словно это была самая обыденная вещь на свете.        — Ну, не то чтобы убить… Скорее, слегка подтолкнуть к новым впечатлениям. Ты же не думала, что я всерьез? — Он задумчиво наклонил голову, разглядывая меня. — Хотя, знаешь, идея сбросить тебя отсюда становится все более привлекательной. Представь себе – полет, свист ветра в ушах… Романтика!        — Ты больной! — вскрикнула я, чувствуя, как пальцы немеют от напряжения. Я хотела уйти отсюда куда подальше, но пробежать мимо него у меня не получится, а сзади – конец вагона.

Тут нет выхода.

— Больной? Мне кажется, это достаточно грубое высказывание.       Резкий рывок. Бастер вцепился в мою кофту и с силой толкнул к краю вагона. Воздух вмиг выбило из легких, и я повисла над бездной, держась из последних сил за его руку. Капюшон натянулся так сильно, что казалось, вот-вот лопнет.       Внизу безмятежно проносились ржавые рельсы, словно ожидавшие, что кто-то ненароком оступится. Сердце бешено стучало, наполняя тело паническим страхом.       — Верни меня обратно! — прокричала я, вцепившись в его руку, словно в спасательный круг. Бастер же просто наклонил голову, притворяясь, что не расслышал.       — Что говоришь? Тут сквозняк, я не слышу, — проговорил он нарочито громко, перекрикивая ветер. Он прекрасно слышал меня, каждое мое слово, каждый мой испуганный вздох. Ему просто нравилось мое отчаянное положение. Это было видно по его самодовольной ухмылке, по тому, как медленно сжимались его пальцы на моей кофте.       Мне нужно было выбираться, но он бы просто так меня не отпустил. Я попыталась достать ногами до твердой поверхности, но все было тщетно – я не дотягивалась.       Не найдя лучшего решения, я решила попытаться достать ногами до стены вагона, чтобы оттолкнуться и залезть обратно. Эта идея, на удивление, сработала, и я с грохотом рухнула на парня. Он же, совершенно не ожидая такого резкого действия с моей стороны, успел только громко выругаться, прежде чем мы оба упали на жесткий и грязный пол вагона, заваленный железками. Внезапно вагон содрогнулся, словно кто-то снаружи нанес мощный удар по поезду. Казалось, это было что-то нечеловеческое, ведь удар был слишком массивный.       Помещение затряслось в сильной вибрации, отбросив меня от Бастера к началу вагона. Я прокатилась кубарем по металлическим обломкам, а затем ударилась головой о стену. Пытаясь прийти в себя, я сразу же услышала рядом мерзкий и слизкий звук, который вызывал отвращение. Приоткрыв глаза, я увидела множество щупалец, проникающих через разбитые окна и проламывающих хлипкие доски, прибитые к оконным проемам. В шоке и полуобмороке я наблюдала, как Бастера обвили огромные щупальца, похожие на осьминожьи. Он не мог говорить, так как его рот был зажат большим отростком. Свободной рукой он указал на бензопилу, отчаянно пытаясь освободиться.

Я могла просто уйти, оставив его здесь. Но тогда он умрет? Да что же это такое!

Больше не раздумывая ни секунды, я поднялась с обломков роботов и быстро подбежала к бензопиле. Схватив ее, я попыталась завести. Вагон наполнился неровными звуками моих безуспешных попыток. Но через несколько мгновений мне удалось запустить инструмент. Как только я занесла пилу, чтобы ударить по щупальцу, появилось еще одно: оно схватило меня за ногу и отбросило в сторону, отчего я сильно ударилась головой.       Быстро придя в себя, я увидела, как парня стало утаскивать из вагона. Я воспользовалась ремнём от бензопилы, чтобы перебросить его через плечо, и поспешила на помощь Бастеру. Схватив его за руку, я пыталась хоть что-то предпринять, но ничего не выходило. Мне не хватало сил. Вскоре и меня стало утаскивать вместе с ним, я пыталась противостоять этому, опершись ногами в дверной проем.        И честно, в моем рационе было время спастись самой, но что-то внутри заставило меня продолжать упорно не разжимать пальцы любой ценой.        Нас не сразу выбросило из поезда, а сначала подкинуло на более интересное место — крышу вагона. Бензопила тут же отлетела от меня, но её почти мгновенно подобрал Бастер, который смог удержался на ногах после падения, в отличие от меня... Я покатилась по скользкой крыше вниз, но чудом успела ухватиться за край. Тем не менее, мои ноги свисали вниз, а поезд стремительно мчался вперёд. Радовало лишь то, что мы проезжали по достаточно открытому туннелю, что позволяло вставать в полный рост, не боясь удариться об низкий свод. Я прищурилась, пытаясь различить в полумраке очертания громадного осьминога, который каким-то неописуемым образом оказался на крыше поезда. Но это не было животное, нет. Это была бесформенная, пульсирующая груда мяса, с огромной дырой в виде рта посередине. Глаз у сущности не имелось, только мерзкие, щупальцевидные отростки, торчащие из груды отвратительного, мясистого тела существа. Ладошки рук быстро стали потеть от липкого страха, из-за чего я стала потихоньку съезжать вниз. Бастер, не теряя времени, завел бензопилу, но в тот же миг щупальце обрушилось на вагон с такой силой, что металл задрожал, и по нему раздались сильные колебания. Крыша от такого удара прогнулась, образовав вмятину. Парень вовремя успел отпрыгнуть, избежав неминуемой смерти, а меня тряхнуло так, что я почувствовала, как моя хватка ослабевает. Еще немного, и я соскользну вниз, навстречу гибели быть раздавленной между несущимся поездом и кирпичной стенкой туннеля.       — Бастер! — в отчаянии воскликнула я, но он лишь равнодушно взглянул на меня.        Неужели он не поможет? На что я, дура, надеялась? Он с самого начала издевался надо мной, а сейчас я, как последняя идиотка, прошу у него помощи! Нужно было думать о себе, спасать свою шкуру, а не переживать за этого ненормального. Вот она, цена доброты: помогаешь другим, а в ответ получаешь лишь нож в спину.        Я закрыла глаза, ожидая неминуемого. Последняя опора исчезла, и я полетела в бездну.

***

Внезапный, резкий рывок вернул меня в реальность. Чья-то хватка вцепилась в мою руку, обжигая кожу. Боль пронзила предплечье, кажется, мне растянули мышцы.        — Дура, ты куда покатилась-то? – запыхавшись, недовольно произнес Бастер, помогая мне забраться обратно.        К сожалению, когда парень решил мне помочь, огромная тварь, не теряя времени, схватила Бастера и сбросила его с крыши вагона. Не успела я и глазом моргнуть, как сильная хватка чего-то склизкого и липкого сомкнулась на моей ноге. Меня потащили в бездну, и я, потеряв равновесие, вновь ударилась. В мутном состоянии, сквозь сплетение мерзких щупалец, виднелся лишь один образ – бензопила. Видимо, парень, когда спасал меня, обронил свое оружие. Я отчаянно тянулась к ней, но тщетно. Внезапный рывок отбросил меня на несколько метров назад. Сначала на рельсы рухнул Бастер, а следом и моё тело покатилось кубарем по холодному металлу. Боль пронзила каждую клетку, проходясь холодной дрожью.        — А моя бензопила?! – отчаянно крикнул Бастер, глядя, как поезд уносится прочь. И словно в насмешку, секунду спустя, желанная бензопила обрушилась на него, отчего он потерял сознание.

***

— Эй, ты как? Живой? – я легонько хлопала его по щекам, пытаясь привести в чувство.       Наконец, Бастер очнулся и мгновенно вскочил на ноги, будто и не валялся только что без сознания. — Ну и пиздец! Зато кондукторше теперь долг отдавать не нужно, – пробормотал парень, явно подавленный произошедшим.        — Не люблю фенимативы, – проронила я, наблюдая, как поезд исчезает за горизонтом.

***

      — Это все из-за тебя, дура. Ты виновата, — произнес Бастер, злобно зыркнув на меня. — Из-за меня?! С чего вдруг? Я тебя спасти пыталась, а ты только выпендривался! — возмутилась я.       — Это ты у меня сейчас довыпендриваешься! — съязвил он. — Я... Бля. И что делать? Шанс того, что мы угодим в Зону Забвения многогранно вырос. Хуже уже не придумаешь. – Бастер задумчиво опустил голову, словно взвешивая все варианты.        — Что за Зона Забвения? Где мы вообще находимся? Почему тут все выглядит так, будто меня затянуло в какой-то третьесортный фильм ужасов? Я же вроде умерла, когда этот поезд сбил, но… почему я тут?       — Эх, пошли, по дороге расскажу, — Бастер отряхнулся, подхватил бензопилу и двинулся вперед.        — В этот раз ты мне хоть не соврешь? — с подозрением спросила я. Он скривился, явно недовольный сложившейся ситуацией. — Ну, если хочешь, могу придумать что-нибудь индивидуально для тебя. Эксклюзивную ложь, специально для твоих ушей, — съязвил он.        — Нет… Пожалуй, хватит с меня твоей брехни. А куда мы идем? — К ближайшей остановке.       — А почему именно туда? – вопросы роились в голове, пока я старалась не отставать от Бастера. — Других вариантов не вижу. На каждой остановке – отдельное измерение. Там есть огромная платформа, а за ней – пропасть, — объяснил он, не сбавляя шага.        — Куда ведет эта пропасть? — Что ты такая любопытная? Любопытство тут до добра не доводит. Не перебивай. Пропасть – это прямой портал в другой мир. Прыгаешь туда, и оказываешься в другом месте, — пояснил он, — поезд, с которого нас только что вышвырнули, иногда останавливается, но это крайне опасно. Говорят, можно попасть в свою реальность, если выйти на правильной остановке, но шанс ничтожно мал. Тут миллиарды измерений. Поэтому я иногда проверяю остановки, надеясь вернуться домой, но чаще всего попадаю в какие-то жуткие места, кишащие странными тварями.        — Всё это звучит как безумие, — пробормотала я, — если бы я не увидела того огромного осьминога или же кондуктора своими глазами, ни за что бы не поверила.        — Это ещё не самое страшное, — ухмыльнулся Бастер, — когда мы доберёмся до остановки и спустимся с платформы в другое измерение, ты точно будешь в восторге.        — Эй, не пугай меня раньше времени! Тут и так темно… Я еле вижу твой силуэт, — возмутилась я, ускоряя шаг, чтобы не отстать. Бастер шел слишком быстро. — Я не пугаю, а предупреждаю. Хм… Насчет темноты согласен, это проблема. Нужно что-то придумать, иначе на нас могут легко напасть. – он усмехнулся, глядя в темноту туннеля.        — А тут кто-то может напасть? — испуганно спросила я. Неужели в туннеле тоже есть кто-то, кроме нас? Разве эти твари не обитают только на станциях? — Да, тут бродят такие же, как мы. Подкрадываются со спины, а потом…        — Стой! Не говори, я поняла, — перебила я его. — Но… почему они это делают? Зачем, если они тоже люди?       — Они теряют разум, – Бастер слегка задумался, обдумывая, как бы объяснить, — понимаешь, разум слабеет, когда покидаешь поезд. Именно поэтому я не особо-то рад тому, что сошел с призрачного поезда. Конечно, некоторые люди выпадают с вагонов случайно, но у некоторых разум туманят негативные мысли и, в надежде на самоубийство, они спрыгивают с поезда. Только вместо долгожданной смерти, взамен получают безумие. Ходить по этим измерениям тяжело для тех, у кого слабая душа. После нескольких вылазок в другие вселенные их мозг просто не выдерживает, не может переварить увиденное. И тогда они бесцельно бродят по туннелю, забыв о всякой надежде на возвращение. Сама мысль о том, что придется увидеть что-то еще более кошмарное в других измерениях, приводит их в панику. В итоге, всякая надежда умирает, и… они сходят с ума. Начинают жрать себе подобных, убивать просто так, потому что в их гнилых мозгах живет только страх и паранойя. Это уже не лечится, никакая психотерапия не поможет. Надеюсь, мы не познаем вкус этого безумия… я, по крайней мере, точно. Насчет тебя – не уверен.        — В смысле? С чего ты вообще это взял? — мне стало тошно от его слов, и с чего это он меня сюда приплетает? — Ну, смотри: ты трусливая, эмоциональная, все близко к сердцу принимаешь… Но отпор дать еще можешь, пока не все потеряно, не переживай. Но! Если добавить ко всем вышесказанным качествам немного отчаяния, то вот тогда, я более чем уверен, ты кукухой поедешь, – он посмеялся, видимо, данный расклад его забавляет.        — Да пошел ты! — я глубоко вздохнула, закрывая глаза, — Ты так и не ответил толком на мои вопросы. — Да чего тебе еще рассказать? А… Точно, я же самое главное забыл. Это место – аномальная зона. Попав сюда однажды, пути назад нет. По крайней мере, никто еще обратно не возвращался, хотя точно знать не могу. Всё устроено здесь очень странной цепью. В отличии от обычной смерти, когда тело остаётся на земле, а душа попадает в загробный мир, тут всё гораздо сложнее.. Переносятся в это место не только наши души, но и тело. Что усложняет нашу смерть. Потому что на уровне души мы уже мертвы, а на уровне тела — живы, достаточно сложно должное объяснить. Это означает, что если мы умрём в этом мире, то это уже будет конечной станцией, от нас не останется ничего и дорога будет лишь одна — в зону забвения. Лучше, конечно, умереть телом, так как душа уже будет прикована к загробному миру, а там, даже если ты умрёшь, то тебя просто перенесёт в другое измерение. Все люди, побывавшие на призрачном поезде, столкнулись с одной и той же историей: откуда ни возьмись появился неизвестный поезд, придавивший человека насмерть. Я, к примеру, был волонтёром, помогая при строительстве одного метро. И, блуждая по туннелю, проверяя рельсы, я даже не заметил, как сзади ехал поезд, который, принципиально, нельзя было даже завести, ведь он на тот момент еще не прошел тестирование. Но, приглядевшись, я осознал, что это не тот поезд, который должны были запустить. Таких старых моделей, блять, у нас даже не было. Но осознал я это, когда уже оказался в чертовых вагонах.       — Чтоб ты и волонтёр... Как-то не особо верится. Хотя, подожди, а ты случайно не на станции «Star» строил метро? — Именно. Ты тоже там была?       — Да. Теперь понятно, почему эту станцию закрыли. Ну, по крайней мере, я узнала, почему её закрыли, правда, какой ценой? — Я тяжело вздохнула, смотря под ноги. — Но почему этот поезд назвали призрачным? И почему тут люди такие странные, либо они в непонятных костюмах, либо какие-то твари? К примеру, те щупальца. Откуда они взялись?       — Воу, полегче с вопросами, а то голова закипит. Щупальца на вагоне поезда уже давно там живут. Их просто никто не может согнать с крыши. Может, им понравилось путешествовать? В любом случае, они, скорее всего, выползли из какого-нибудь измерения, не могу сказать точно, — он зевнул, словно ему наскучил этот разговор, — а призрачным поезд назвали потому, что он пересекается с реальностью. Ну, ты уже на своей шкуре это ощутила. Как бы сказать… В наш мир, где мы раньше жили, из других измерений можно найти лазейки, чтобы пробраться туда. Они формируются, когда две вселенные начинают сливаться. Это как сбой, которого быть не должно. Бля, как бы тебе доходчиво объяснить… Ну вот смотри, — Бастер присел на корточки, поднял с земли какую-то железку и нарисовал на пыльном полу два круга, стоящих друг напротив друга. — Это два разных измерения. Он задумался и перерисовал рисунок, так что круги стали пересекаться. — Вот это пересечение посередине – это и есть слияние двух миров. Когда это происходит, в один мир переходит часть вселенной вместе со всеми ее обитателями. Короче говоря – это и есть те самые лазейки, но найти их очень сложно. Чаще всего пересекаются наша реальность и мир мертвых. Они энергетически связаны и находятся очень близко друг к другу. А сейчас покажу, что происходит, когда появляется призрачный поезд.        Бастер нарисовал линию, проходящую ровно по пересечению двух кругов.       — Что это? — спросила я, разглядывая его каракули. — Это поезд, который проходит через измерения. У него нет одного маршрута, нет конечной остановки. Это просто вечно движущиеся вагоны, — объяснил он. — Видишь, здесь, в месте пересечения, находятся остановки. Он останавливается либо в каком-то конкретном измерении, либо в месте их слияния. А этот поезд постоянно натыкается на эти самые лазейки. Поэтому люди иногда видят в реальности всякую чертовщину. Бастер встал и пошел дальше, а я быстро подбежала к нему.        — А где тогда находится Зона Забвения? — Нигде. Это даже не измерение. Это что-то за гранью всего живого и мертвого – такое интересное место, куда попадают выжатые души, — Бастер задумчиво погладил свою бензопилу, отчего я в невольном недоумении посмотрела на него.       — Выжатые? — Да. Прозвали так, из-за того, что они теряют все свои свойства. Мы погружаемся во тьму, и пути назад нет. Вот это уже действительно страшно, потому что даже смерть кажется не такой ужасной, как возможность оказаться в зоне забвения.       — Какой кошмар… Как меня вообще угораздило тут оказаться? — задав вопрос в пустоту, мой голос выдавал лёгкий ужас перед тем, что еще могло случиться в этом проклятом месте. — Да брось ты, не все так плохо, как кажется на первый взгляд. Ко всему можно привыкнуть, — Бастер пожал плечами с какой-то небрежностью, словно мы обсуждали погоду, а не перспективу вечного заточения в потустороннем мире.        Я пару минут молча переваривала его слова, пытаясь ухватиться за хоть какую-то надежду. Может, он и прав? Может, со временем я смогу смириться с этой абсурдной реальностью? Тяжело вздохнув, я подняла взгляд на Бастера. Он был довольно высоким, поэтому мне приходилось немного задирать голову.        — Кстати, раз уж заговорили, то сколько лет ты здесь скитаешься? — Когда я сюда попал, мне было двадцать два. Так… Сколько лет прошло с тех пор, как эту проклятую станцию закрыли?        — Пять лет, а что? — Ну, значит, уже пять лет я тут прозябаю. Ничего себе, получается, мне сейчас двадцать семь. Спасибо, что напомнила, — усмехнулся он, и в этой усмешке сквозила черта легкой иронии, — Хотя, конечно, телом мы тут не стареем и ни в чем не нуждаемся. Так что формально мне все еще двадцать два, в самом расцвете сил.       — Ебать ты старый! — съязвила я, слегка прищурив глаза. — Эй, женщина, поосторожнее на поворотах, — тихо усмехнувшись, Бастер закатил глаза.

***

Мы брели по кромешной тьме туннеля, словно две потерянные души, обреченные скитаться в вечности. Хотя, в каком-то смысле, это и являлось таковым. Куда приведет следующая остановка, в какое измерение мы попадём на следующий оставке – оставалось лишь гадать.       Темнота сгущалась с каждым шагом и, несмотря на то, что зрение постепенно адаптировалось к полумраку, ощущение, что тьма сжимается вокруг, не покидало. — Тут, кажется, стало еще темнее, — пробормотала я, потирая озябшую руку. По коже пробежали неприятные мурашки.       — Ага, здесь всегда так. Главное, как только появится шанс, в каком-нибудь измерении раздобыть источник света, и… — А легально попросить нельзя? — Я перебила его и вопросительно взглянула.       — Никто тебе за красивые глазки ничего не даст, — произнес Бастер. — Разве что, может, за твою натуру, — добавил он с лёгкой усмешкой, бросив на меня оценивающий взгляд. — Так, а не пошел бы ты куда подальше? — огрызнулась я, чувствуя, как щеки начинают краснеть, то ли от смущения, то ли от злости.       — Ладно-ладно, шучу. Ну, на самом деле, все не так уж и плохо. Я, например, нашел себе нового собеседника, над которым можно вдоволь поиздеваться! Хоть какое-то развлечение в этом забытом богом месте.       — Мне кажется, это уже перебор, — пробурчала я, отводя взгляд в сторону, чтобы скрыть свое недовольство. Бастер, наблюдая за моей реакцией, лишь довольно цокнул языком, покачивая головой.       Туннель будто не кончался, мы с Бастером разговаривали на разные темы, конечно, в большинстве случаев он надо мной всячески издевался и шутил, что меня раздражало, но в какой-то момент я уже как-то перестала обращать на это внимание, поняв, что эта плохая черта в нем уже давно зародилась.       — Слушай, помнишь, ты говорил, что иногда выходишь на остановках. Как ты обратно возвращаешься на поезд? Резко заговорила я, спустя пары минут молчания.       — Тут всё работает по еще одной интересной схеме. Перенос на призрачный поезд осуществляется с помощью портала, а возвращение с помощью одного артефакта — кристалла.       — А конкретнее? — Кристалл, он же фиолетовое звено, – не я давал название, просто где-то слышал – нужно доставить в определённый отсек, он может быть хоть где. Примером тому: отверстие в стене, в вещах, в земле и даже в живой плоти. А после остаётся только вставать артефакт в нужный проём и тебя перенесёт обратно на поезд. Правда, сейчас мы находимся не в поезде, а на станциях. Хотя, кто знает, может нас перенесёт обратно на поезд? Будем на это надеяться, но, как я уже говорил, другие не возвращаются обратно, так что, маловероятно. Кстати, мы уже почти подошли.       — Серьёзно? Я думала нам еще далеко. Я была немного поражена этим, но всё же, может, из-за того, что мы разговаривали, время шло чуть быстрее.       — Угу, видишь там свет вдалеке? Там наша остановка. Спокойно, с лёгкой ноткой радости проговорил парень, показывая пальцем вперёд. Посмотрев, я приметила тусклое мерцание. И впрямь, видимо, мы почти пришли. Мое тело имело странную усталость, почему-то я не могла сравнить этот с обычным ощущением утомлённости, каждое движение давалось все тяжелее. Инстинктивно я подходила ближе, видя свет как что-то успокаивающее.       Вскоре и показалась достаточно грязная платформа, окутанная густым мраком, где воздух был тяжёлым и влажным, а место казалось замерзшим во времени. — Нам... Просто нужно залезть на платформу?       — Нет, блять, еще сальтуху крутани. – усмехнулся Бастер, а после он быстрым движением запрыгнул на бетонную поверхность. А я, к сожалению, не могла сделать это так же ловко. Рост не позволял...       — Че ты там застряла? Пошли, – раздраженно произнес парень, даже не смотря в мою сторону. — Да не могу я залезть! Помоги.       — Жирная, что ли? – приподняв бровь и поворачиваясь в мою сторону, спросил он. — Сам ты жирный! – я бездумно ответила ему тем же.       — Ну, не хочешь, чтобы я тебе помог, что ж, тогда ладно. С наигранной досадой в голосе произнес Бастер, начиная уходить дальше – в темноту платформы.       — Нет-нет, вернись. Эм... Пожалуйста? После моих слов послышался тяжёлый вздох из темноты и показался силуэт уже моего знакомого по несчастью.        Он протянул мне руку и буквально чуть ли не подхватил меня, тем самым помог забраться на платформу. Но я тут же свалилась, рана на ноге начала кровоточить. Точно... Когда я пыталась спастись от надвигающего поезда, я запнулась и порезала ногу об железку. Как я могла не заметить эту рану? Оказывается всё это время, пока я шла, нога кровоточила. Может из-за этого в теле ощущалась неизвестная усталась?        — Что с тобой? – поинтересовался бастер, сложив руки в карманы. — Рана кровоточит, я порезалась еще в реальности. Он посмотрел на мою ногу.       — Да ну, не придумывай, это как царапинка от кошки. — Но рана глубокая, я чувствую слабость.       На мои слова он лишь положил свою ладонь на лоб, задумчиво обдумывая, что со мной делать.       — Ладно, давай сюда свою ногу. Словно нехотя, он решил соизволить помочь мне. Без лишних слов я протянула ему свою больную ногу. Он резко схватил меня за лодыжку и притянул к себе. Затем парень достал фляжку, которая была прикреплена к ремню на его поясе, и быстро открыл её. Я увидела, что он собирается вылить неизвестное для меня содержимое фляжки на мою рану. Однако я резко остановила его.       — Подожди! Что находится в фляге? — Водка. Не бойся, не палёная.       — Зачем ты носишь ее с собой? — Как зачем? – Бастер пожал плечами и сделал глоток. — Чтобы пить, ну, и иногда раны обрабатывать.       Его хватка на моей ноге стала сильнее и, со жгучим ощущением, он вилил спирт мне в рану. Из горла вырвался хрип, от боли я случайно пнула Бастера в живот, из-за чего тот лишь недовольно цокнул. Он достал бинты из кармана, кажется, там лежало что-то еще... Но я не могла разглядеть. Небрежно он перебинтовал мою ногу и крепко завязал, да так, что кожа начала синеть из-за недостатка кровообращения в конечности.       — Ты слишком туго завязал. — Блять, сама и завязывай тогда, раз не нравится. – Он тут же отпустил мою ногу и встал, наблюдая, как я вожусь с бинтами. После того, как я всё по-нормальному перевязала, я аккуратно встала и только сейчас осмотрела платформу. Это буквально была огромная бетонная плитка, которая уходила в темноту, видимо, там находился портал в другое измерение. Больше, собственно, ничего примечательного я тут не обнаружила. Бастер прошел чуть дальше и остановился на краю платформы. Я подошла к нему. В мой взор попадала лишь кромешная тьма, свет туда не проходил, он будто растворялся.       — Ну, че? Кто первый прыгнет? — Мне как-то страшно, если честно. Может... – не успела я договорить, как вдруг почувствовала, что меня толкнули в спину. Я полетела с платформы вниз. Бастер лишь тихо посмеялся, наблюдая, как я с криком лечу в бездну, а после и он вскоре спрыгнул туда.        На мгновение мне показалось, что мой разум погрузился в сон. И рано или поздно мне всё равно пришлось бы проснуться...