Глава 9

      В конце концов первой задвигалась Гермиона. Собрав одежду и пробормотав, что собирается в ванную, она так и не смогла посмотреть на Снейпа. Сев обнажённой на унитаз, она провела руками по волосам, не зная, как поступить. В глубине души ей было ясно, что лучше всего просто поговорить с ним. Самое худшее, что могло случиться, — он отвергнет её, бросив несколько коротких фраз. Он больше не был её преподавателем — слава Мерлину! — и, несмотря на предстоящие встречи Ордена, ей больше не придётся с ним общаться, если она того не захочет.       Но сама мысль о том, что она больше не будет с ним разговаривать, что он её отвергнет, больно осела в груди и комком встала в горле.       Раздался тихий стук в дверь.        — Грейнджер? Ты в порядке?       — Всё нормально! — её голос прозвучал натянуто и громче, чем она ожидала. — Сейчас выйду.       Вымыв руки, она поспешно оделась.       Снейп тоже был уже одет. На его шее красовалась небольшая красная отметина, наполовину скрытая под вырезом джемпера. Она не помнила, чтобы оставляла этот след.       — Полагаю, нам стоит начать собираться.       Снейп кивнул.        — Мне нужно в ванную.       Пока Северус ушёл, Гермиона отправила Гарри и Рону быстрое сообщение, что не вернётся на площадь Гриммо до утреннего собрания Ордена, и тут же почувствовала укол вины. Ответ пришёл почти сразу, написанный круглым почерком Рона: не беспокойся. Она была уверена, что семейные сборы Уизли отвлекут их от размышлений о том, где она сейчас находится.       Дверь ванной открылась.       — Думаю, нам стоит начать отсюда, — предложила Гермиона, заправляя волосы за уши. — Это не займёт много времени.       Снейп промолчал, и она повернулась к нему. Он прочистил горло.        — Звучит разумно.       Несмотря на то, что вещей у них было немного, казалось, они были разбросаны по всему коттеджу. Гермиона покраснела, когда Снейп вытащил из-под дивана её трусики. Она не представляла, как долго они там пролежали, и взмахом палочки отправила их наверх.       Уже стемнело, и Снейп разжёг камин, прежде чем они направились в столовую разбирать книги.       — Я буду скучать по этому месту, — призналась Гермиона, сортируя книги, которые Снейп достал из книжного шкафа, на две стопки: его и её.       — Правда? — удивился он.       — Да. — Она провела рукой по обложке книги «Квинтэссенция». — Тишина, старинная обстановка, защита от внешнего мира... Попробуй найти такое в Лондоне, не потратив целое состояние.       — Я лишу тебя звания «ботаника», если окажется, что для счастья тебе нужен лишь один книжный шкаф.       — Я не... Хотя, наверное, да. — Она пожала плечами. — Но согласись, у этого места есть свой шарм.       — Только потому, что мы здесь больше не в ловушке. — Он убрал вторую полку, и книги слетелись в аккуратную стопку на столе. — Если бы нам пришлось остаться здесь надолго, ты бы думала иначе. Книжных полок явно не хватило бы, и вскоре нам нечего было бы трансфигурировать в мебель.       — Наверное. — Гермиона повернула голову и услышала, как шея хрустнула. — А у тебя достаточно книжных шкафов?       Северус усмехнулся, подойдя сзади и положив руки ей на плечи.       — У меня их не так много, как хотелось бы. К тому же многие мои книги слишком опасны, чтобы держать их на виду. Я храню их в запертых сундуках.       Гермиона тихо охнула, когда его большие пальцы начали массировать напряжённые мышцы.        — Так значит, ты не собираешься пригласить меня посмотреть твою коллекцию?       Снейп фыркнул.        — Это так теперь дети уговаривают?        Гермиона напряглась.        — Я не ребёнок.       После небольшой паузы он продолжил массировать её шею. Вздохнув, добавил:        — Нет, не ребёнок.       Когда они закончили собирать вещи в столовой, Снейп вернул книжному шкафу его первоначальный вид — обычного стула. Комната сразу показалась опустевшей.       Пока Снейп готовил ужин, Гермиона отправилась в свою спальню собрать оставшуюся одежду. По правде говоря, она уже несколько месяцев не ночевала там, лишь заскакивая по утрам, чтобы переодеться. Её пижамная рубашка всё ещё лежала на смятом одеяле. Сбор вещей занял всего несколько минут. Последним она сняла календарь со стены, где на 8 октября был отмечен день, когда они с Северусом начали спать вместе. Меньше трёх месяцев. Могло ли быть, что её чувства к нему, как и к этому дому, оказались искажены обстоятельствами, в которые они попали? И когда они уедут, осознает ли она, что он ей вовсе не дорог?       Эта мысль ей совсем не нравилась.

***

      Наслаждение нарастало в её теле, пульсируя жаром в самом центре. Гермиона резко вдохнула, окончательно вернувшись в реальность. Комната была погружена в темноту и тишину, лишь шорох простыней и тихие стоны наполняли пространство. Его горячее дыхание ласкало её кожу. Она извивалась под напором его языка, откинув голову назад. Мерлин, как же это было приятно. Гермиона выкрикнула его имя, когда он легонько укусил её клитор, и Северус застонал в ответ. Она обожала, когда он будил её таким образом.       Грейнджер почувствовала, как намокла, когда он ввёл в неё два пальца, сгибая их, стимулируя переднюю стенку. Её живот напрягся. Северус тихо застонал, и вибрации пробежали по её коже, и это подвело её к самому краю. Больше не в силах сдерживаться, Гермиона закричала в темноту, её тело выгнулось дугой, когда волна горячего наслаждения пронзила её.       Она рухнула на влажные от пота простыни, облизывая пересохшие губы. Её кожа всё ещё горела. И только когда дрожь утихла, Северус вынул пальцы.       Он быстро накрыл её своим телом и жадно поцеловал, рукой раздвигая её бёдра. Его член скользнул по её влажным складкам.       — Да? — задыхаясь, спросил он.       — Да, пожалуйста — прошептала она, приподняв колени, давая лучший доступ.        Снейп одним движением вошёл в неё, извлекая тихий хлюпающий звук. Его движения были уверенными, он крепко держал её бёдра, подтягивая Гермиону к себе при каждом мощном толчке. Грейнджер откинула голову назад и прикусила губу, чтобы сдержать рвущиеся наружу крики. Его губы осыпали поцелуями её шею и грудь. Языком он скользнул по одному соску, а затем зубами ласково потянул другой.       Её дыхание становилось всё более прерывистым, живот вздымался в такт движениям.       Северус издавал тихие стоны при каждом толчке. От близости их лиц, его волосы касались её кожи, слегка щекотя.        — Ты так идеально сжимаешься вокруг меня, — прошептал он, прижимаясь к её груди.       Гермиона почувствовала слёзы в глазах и быстро смахнула их. Не доверяя своему голосу, она потянулась к его лицу и прильнула к его губам. Ей не хотелось, чтобы это заканчивалось, но внутри нарастало знакомое напряжение. Она замерла и гортанно застонала, когда белый свет вспыхнул за закрытыми веками, чувствуя, как тело забилось в ритмичных спазмах.       Снейп низко зарычал и затих.       Почему он остановился? Гермиона открыла глаза, но темнота скрывала его лицо. Его рука мягко коснулась её щеки.       — Ты невероятно красива.       Её сердце сжалось, и слёзы снова подступили к глазам. Чтобы отвлечься — и отвлечь его заодно, — она обхватила его руками и сама задвигала бёдрами. Северус тихо выругался и возобновил движения. Она целовала его шею, покрытую каплями пота, пока он не зарычал и снова застыл.        Гермиона почувствовала нарастающий оргазм, но проигнорировала его. Она сосредоточилась на Северусе: на его тяжёлом дыхании, звуках, которые он издавал, на том, как её ногти слегка царапали его спину, как руки крепко держали его ягодицы, побуждая проникать глубже. Он выдохнул её имя, и этого оказалось достаточно, чтобы вновь сбросить её в обрыв. Сквозь дымку и гул в ушах она едва расслышала, как он рычит, достигая разрядки, и устало застонала.       Когда реальность вновь обрела очертания, Гермиона лежала на боку, поджав подбородок. Он нежно водил пальцами по её спине круговыми движениями. Вдыхая его запах, Гермиона не могла не думать о будущем. Всё казалось неопределённым.       — Интересно, что будет дальше, — прошептала она.       — Я тоже задаюсь этим вопросом, — пробормотал он, его дыхание коснулось её кожи. — Мир без Тёмного Лорда — это то, на что мало кто осмеливался надеяться. В том числе и я. Я рад, что могу увидеть это своими глазами.       Гермиона повернула голову. Несмотря на темноту, скрывавшую его лицо, она различала контуры его губ и бровей.        — Что ты имеешь в виду?       — Я не так представлял себе конец Тёмного Лорда. Существовали планы, которые не воплотились… планы, которые я не ожидал пережить.       Боль разлилась по груди, обжигая горло и наполняя глаза слезами.        — Я рада, что этого не случилось.       Ей показалось, или его пальцы едва заметно дёрнулись на её спине?        Когда он заговорил, в его голосе прозвучали странные нотки.        — Похоже, ты сможешь начать учёбу без особых задержек.       Гермиона улыбнулась.        — Да, верно. Как считаешь, уже пора начать нервничать по этому поводу?       Он тихо усмехнулся, касаясь её щеки.        — У тебя всё получится, Грейнджер.       Когда он кончил, то назвал её Гермионой. Осознавал ли он это? И что могло это значить?        — Перестань беспокоиться, — сказал он. — Для этого еще слишком рано.       — Я не... — начала она, но осеклась, осознав, что не готова к этому разговору.       Сквозь полуприкрытые шторы пробивался свет раннего утра, но Гермиона крепко зажмурилась. Детская мысль промелькнула в голове: если она не видит свет, значит, ещё не утро, и они могут остаться в постели ещё немного.       Снейп глубоко вдохнул и крепко обнял её.

***

      Но вскоре им пришлось встать: впереди ждало собрание Ордена. Завтрак прошёл в тишине, нарушаемой лишь скрежетом ножа по тарелке и стуком ложки о кружку.       Спускаясь по лестнице с сумкой в руках, Гермиона почувствовала лёгкую тошноту. Всё было собрано, еда убрана, комнаты тщательно приведены в порядок с помощью заклинаний.       Всё готово. Ещё несколько минут — и не останется ни следа, ни намёка на то, что кто-то жил в этом доме. Но она не хотела разбираться с эмоциями, бурлящими внутри. Это не приведёт ни к чему хорошему.       Снейп стоял в прихожей, убирая уменьшённые сумки в карман пальто.        — Ты готова?        Гермиона кивнула.        — Готова.       Снег лежал так же плотно, как и две недели назад, когда они были в Абердине — неужели прошло так мало времени? Теперь они шли медленно, и дорога казалась совершенно иной. Тогда её переполняли силы, несмотря на тревогу и страх из-за войны, она радовалась переменам. Сейчас же она ощущала лишь усталость и опустошение. Утро было серым, а ветер холодным и пронизывающим.       Снейп остановился, и Гермиона закусила губу. Они были за пределами защитных чар. Она оглянулась. Коттедж уже исчез из поля зрения.        — Нам придётся аппарировать вместе. Ты согласна?       Его волосы разметались по лицу, и Гермиона подавила желание откинуть их. Это уже не её место.       — Да.       Он крепко обнял её за плечи, и она вцепилась в его пальто. Сделав глубокий вдох, закрыла глаза. Она не была готова.       — Готова? — спросил он, склонившись к её уху.       Гермиона кивнула, и они исчезли с громким хлопком.       Они появились у порога дома на площади Гриммо. Лондон был таким же серым и угрюмым, как и Шотландия, но без снега — лишь слякоть и мелкий дождь. Гермиона заставила себя отпустить пальто Снейпа. Паника нарастала внутри, угрожая вырваться наружу в виде крика или слёз. Или и того, и другого.       Он направился к двери.       — Подожди! — закричала она, схватив его за руку.       Северус замер.       — Я не хочу, чтобы мы останавливались, — прошептала она, смутившись. — Я имею в виду не только секс... хотя и это тоже. — Её щеки вспыхнули. — Я хочу тебя. Я хочу быть с тобой. Может, мы не подходим друг другу, может, это всё из-за обстоятельств и страха смерти. Но что, если это не так?       Лицо Снейпа смягчилось. Его рука медленно потянулась к её руке, он открыл рот, чтобы что-то сказать.       Входная дверь резко распахнулась.       — Я услышала шаги! — воскликнула миссис Уизли с широкой улыбкой. — Заходите, заходите. Погода ужасная. Мальчики будут рады видеть тебя, Гермиона. Позволь мне взять твои вещи, Северус. Надеюсь, вам было не слишком скучно вдали от всех остальных.       Их провели внутрь, и дверь за ними захлопнулась. Мысли Гермионы путались, сердце бешено колотилось. Что он собирался сказать?       — Гермиона!       Не успела она опомниться, как её обняли знакомые руки, и она погрузилась в привычную смесь запахов: лосьона Гарри и шампуня Рона. Она сильно старалась не выглядеть озабоченной и напряжённой. Вокруг было слишком много людей, слишком много шума. Все говорили одновременно, и ей приходилось делать глубокие вдохи, чтобы успокоиться. В панике она огляделась. Где Северус? Флер, которая была беременна, шагнула в сторону, и Гермиона заметила его фигуру у лестницы.       Их взгляды встретились, и время будто замедлилось.       Гермиона пыталась понять, что он хотел сказать ей раньше. Его лицо чуть смягчилось, губы дрогнули в слабой улыбке, от чего её сердце затрепетало.       — Прошу, все в столовую, — раздался голос Дамблдора из глубины коридора.       Затем начался организованный хаос: все двинулись к столу. Гермиона села на своё место в конце, и вскоре рядом с ней появился Снейп, выдав себя запахом трав и шелестом мантии. Когда он сел рядом, Грейнджер едва могла дышать. Казалось, они ждали кого-то ещё, так как собрание никак не начиналось.       Гермиона от испуга ударилась коленом о стол, когда Снейп взял её руку и положил ладонью вверх на своё бедро. Она замерла. Его палец мягко скользнул по её ладони, будто рисуя что-то. Букву Д? Она задержала дыхание. Это точно была Д. Её мир сузился вокруг их двоих. Мог ли кто-то в комнате слышать, как громко бьётся её сердце? Затем он написал А.        Да.       Он написал «да».       Гермиона подняла на него взгляд, и их глаза встретились. В его взгляде было что-то мягкое и столь знакомое. Ей захотелось обнять его, но вместо этого она просто улыбнулась и сжала его руку. Он ответил тем же.       Гермиона едва слышно прошептала:        — Это значит, что я смогу увидеть твою коллекцию книг?       Северус тихо усмехнулся, и этот звук пронзил её сердце.        — Да, Гермиона. Это значит именно это.