Глава 3 "потеря ценного имущества"

Светлая ночь над домом Дейва казалась безмятежной, но не для всех. Под звёздным небом, укрытым от любопытных глаз, в тени деревьев стоял молодой человек, его лицо скрывал капюшон. В руках он держал маленькую стеклянную бутылочку с горючей жидкостью. Он нервно огляделся, затем медленно подошёл к дому, в который поселились Бурундуки. Внезапно его уверенность обрела форму злого намерения. Капли жидкости, стекающей из бутылочки, оставляли следы, пока он не наклонился и не зажёг длинный фитиль от куска старой бумаги. Один взмах руки — и огонь моментально вспыхнул, обвивая бутылочку снаружи, словно зловещая лента. Смысл задуманного действовал очень просто: дом, в который осторожно и заботливо устроились Бурундуки, должен был быть сожжен дотла. В ту же секунду, когда огонь начал лизать стены, в доме послышался треск разбивающегося стекла. Элвин, Теодор и Симон, которые собрались в гостиной, мгновенно обратили на это внимание. Симон поднял глаза от своего блокнота, его сердце забилось быстрее. — Что происходит? — воскликнул он, подскакивая на месте. — Это, похоже, огонь! — закричал Элвин, выскакивая к окну и бросая взгляд на улицу. Его лицо побледнело: он увидел, как пламя собиралось в один свирепый столп, разъедая дерево, а потом захватывая всё вокруг. — Бегите! — закричал Теодор, его глаза наполнились паникой. — Нам нужны одежды и… Каждый из них понимал, что нет времени на сборы. Их дом, который стал для них убежищем и источником счастья, разрушался под напором пламени. Бурундуки одним махом бросились в сторону двери, пытаясь избавиться от окутывающего их страха. — В лес! — крикнул Симон, когда они оказались на улице, на их лицах запечатлелось выражение ужаса. — Бегите в лес! Они бегали, как будто сами были ветром. Ветер свистел вокруг, когда Бурундуки мчались через светлые поля, не останавливаясь ни на секунду. Пламя все больше обостряло их стремление к спасению, в то время как каждый шаг уводил их всё дальше от дома, который охватывало пламя. Забыв о времени, они погрузились в густой лес, прячась среди деревьев. Жадный огонь начинал глотать их прошлое, а впереди простирался только тёмный путь, полный неизвестности и опасностей. Но именно здесь, среди ветвей, они надеялись найти укрытие и возможность остановиться, чтобы понять, что же произошло, и как им быть дальше. Сокровища их дружбы и смелости были под угрозой, но в этом мрачном лесу они знали: единственное, что они могут сделать, это продолжать борьбу, несмотря ни на что. Густые деревья леса обрамляли Бурундуков, словно тревожная стена, отделяющая их от пламени, поглотившего их дом. Они остановились в небольшой поляне, где сильное биение сердца Симона билось в унисон с потоком мыслей. Луна освещала их лица, и он заметил, как напряжение на их выражениях сменялось страхом и горечью. Звуки ночи начали заполнять тишину, как будто лес надеялся поглотить их горе. — Мы в безопасности, — пробормотал Симон, оглядывая своих друзей, хотя ему не было по-настоящему спокойно. Он чувствовал, как внутри него растёт странная тревога, в то время как Элвин и Теодор сидели на земле, обняв колени. Их взгляды были устремлены в пустоту, а круги печали заполняли их души. Джанет старалась утешить их, но и сама казалась разбитой; слёзы блестели в её глазах. — Наш дом… — тихо произнёс Элвин, его голос надломился. — Он был нашим укрытием. Никаких слов не хватит, чтобы объяснить, как это больно... Теодор наклонил голову, тряся её, как будто пытаясь выкинуть мысли о случившемся. Каждый из них должен был собраться вместе, но вместо этого каждый чувствовал себя одиноким в своей утрате. — Почему это произошло? — произнёс Симон, наклонившись к своим друзьям. Вопросы крутились у него в голове, словно вихрь, и он не мог избавиться от давления, которое заполнило его сердце. Элвин поднял голову, его глаза были полны слёз, а голос переполняло отчаяние. — Это просто чудовищно! Мы потеряли всё! Это наш дом, наше счастье... — Нужно понять, кто это сделал, — сказал Симон, его голос стал более уверенным, хотя он сам был полон тревоги. — Мы не можем просто сидеть здесь и горевать. Если кто-то поджёг наш дом, значит, он может нанести нам и другой вред. Мы не можем оставить это без ответа! — Но кто? — спросила Джанет, её голос дрожал от печали. — Я не могу представить, кто мог бы сделать такое. Это просто… если бы хотя бы был какой-то намёк… Симон вздохнул, чувствуя, как в нём растёт решимость. Он знал, что вернуть то, что они потеряли, невозможно, но он мог попытаться защитить своих друзей от дальнейших угроз. Его разум продолжал проясняться, когда он задал себе вопрос, который не давал покоя. — Нам нужно разобраться, — произнёс он. — Мы должны знать правду, каким бы трудным это ни было. Мы не можем позволить страху завладеть нами. Мы должны найти того, кто это сделал, и остановить его, прежде чем он причинит вред ещё кому-то. Слова Симона звучали решительно, и, несмотря на слёзы и утрату, его друзья начали ощущать искру надежды. Их слёзы всё ещё не высохли, но сейчас у них появилась цель, которая могла вывести их из тени этого тёмного момента. Не теряя ни секунды, они вытерли слёзы, готовясь к тому, что им предстоит сделать, и внутри каждого из них вновь зажёгся огонёк борьбы и смелости. Свет первых лучей солнца пробивался сквозь листву, создавая мягкую золото-зелёную палитру вокруг. Симон, шаг за шагом, углублялся в лес, всё ещё обдумывая недавние события. Он не мог не думать о том, как спасти своих друзей и найти поджигателя их дома. Вдруг его внимание привлек блеск, мерцающий среди веток и листвы. Подойдя ближе, он обнаружил диадему, украшенную узорами индейских символов и сверкающими камнями, красивые и загадочные. — Интересно, откуда она здесь? — прошептал он, аккуратно поднимая диадему. Симон вдруг вспомнил о том, как такие артефакты могли принадлежать забытым племенам, и его сердце забилось от волнения. Он взял диадему в руки и повернулся, чтобы показать её своим друзьям. — Ребята! Смотрите, что я нашёл! — воскликнул он, обращаясь к своим спутникам. На его голос сразу же откликнулась Джанет, которая, казалось, наблюдала за ним из-за куста. — Убери эту грозную диадему от моего носика! — пробормотала она, поднимаясь на ноги. — Если ты не забыл, я бурундушка, а не собака! Симон улыбнулся, но диадема не оставляла его в покое. Он думал, что она могла бы служить неким следом для поиска источника пожара или даже способом вернуть что-то утраченное. — Но, Джанет, послушай, — попытался он объяснить, — эта диадема может быть важной. Она может указать нам путь! — Была бы я собачкой, я бы так и сделала, но бурундуки так не делают! И ещё знай, что… — она не успела закончить, потому что вдруг, её нос задрожал, и она начала нюхать воздух, как будто уловила что-то. Внезапный сладкий запах наполнил лес. Джанет, изначально недовольная, как будто забыв о диадеме, резко вскочила на ноги. — Симон! Я чувствую что-то сладкое! — закричала она, её глаза загорелись восторгом. — Куда ты? — крикнул Симон, когда Джанет, не дожидаясь ответа, бросилась в сторону запаха, её маленькое тело нестепенно пронеслось мимо него. Симон не мог не улыбаться, глядя на то, как она стремительно мчится по лесу. Но в ту же секунду его любопытство возобладало, и он, решив не отставать, бросился вслед за ней. — Джанет, стой! Куда ты бежишь? — закричал он, пытаясь не потерять её из виду. Лес стал свидетелем кэжуемой метели из бурундуков: Диадема всё ещё сверкала в руках Симона, когда он мчался за своей подругой, и в душе возродилось чувство, что, возможно, именно это сладкое приключение приведёт их к разгадке страшной тайны, и они снова смогут вернуть себя к прежним дням, полным радости и беззаботности. Джанет неслась сквозь лес, сердце её стучало в унисон с ногами, когда сладкий запах становился всё более явным. Она чувствовала, как окутывает её необычное волнение — это была еда! После таких страшных событий ей нужно было хоть немного утешения. И вот, перед её глазами открылся чудесный вид: большой торт с орехами, стоящий на старом деревянном столе, окружённый цветами и зеленью. — Смотрите! Наконец-то мы нашли еду! — закричала она, вдыхая аромат и уверенно направляясь к десерту. Симон, который только что прибежал за ней, остановился в ужасе, его глаза округлились от тревоги. — Джанет, стой! Не ешь это! — крикнул он, вставая между ней и тартом. — Почему? — воскликнула она, удивлённая его реакцией. — Это так удивительно выглядит! И оно пахнет так здорово! — Вкусный сладкий ореховый торт в калифорнийском лесу, — произнёс Симон, вздыхая. — Тебе не кажется, что это немного подозрительно? Джанет посмотрела на него, раздумывая, но искушение было слишком велико. Как только она откусила кусочек, торт внезапно зашевелился, будто пробуждаясь к жизни. В этот момент сработала ловушка: решётка из лиан обвилась вокруг неё, запутав её крепче, чем Джанет могла себе представить. — Саймон! — закричала она, стараясь освободиться. Тем временем Симон в панике метнулся к ней, но было уже поздно — из-за укрытия выскочила тень, и Джанет стала заложницей капкана. Симон, Элвин и Теодор, понимая, что происходит, бросились за Джанет, закликая друг друга. — Держись, Джанет! Мы тебя спасём! — закричал Элвин, убегая в ту же сторону, где её стянули. Бегущие друг за другом Бурундуки вскоре выяснили, что их укрытие заканчивается, и лес перестаёт быть таким опознавательным. Обогнув несколько деревьев, они вышли на открытую местность и остановились, затаив дыхание. Перед ними открывался вид на огромный город, построенный из причудливых, но удивительных форм. Это место не имело ничего общего с их родным Лос-Анджелесом: высокие здания, сделанные из древесины и лиан, соединялись с огромными цветущими деревьями, как будто сама природа начала строить этот фантастический мир. Вокруг раздавались звуки, которые напоминали смех и музыку — это был город, полный жизни и загадок. — Мы должны найти Джанет, — произнёс Симон, принуждая себя смотреть на этот завораживающий пейзаж. — Она должна быть где-то здесь! — Да, но куда она могла деться? — спросил Теодор, готовый осмотреться вокруг. — Нам нужно действовать быстро, — добавил Симон, сжимая диадему в кулаке. — Этот город может держать много тайн, и мы не можем позволить им взять нашу подругу. Давайте ищем следы! Бурундуки, полные решимости спасти Джанет и выяснить, в чём дело, углубились в загадочный город, готовые разгадать его тайны. Бурундуки вошли в город, их глаза заблестели от удивления, когда они заметили, как настроение в воздухе изменилось. Вдруг к ним подошёл местный бурундук с забавной меховой шляпой на голове и искрящимися глазами. — Эй, новички, вы что, совсем новые здесь? — спросил он, прищурившись от яркого солнечного света. Элвин, всячески пытаясь скрыть волнение, с гордостью ответил: — Мы не просто новички, мы известная группа! Местный бурундук задумался, а затем широко улыбнулся. — О, судьба действительно привела музыкальных талантов сюда! Меня зовут Алекс, и я надеюсь, что вы сможете помочь нам! — Как помочь? — поинтересовался Симон, пока остальные его друзья с любопытством слушали. — Пойдёмте со мной, — пригласил Алекс, ведя их к театру творческих союзов бурундуков. — Мы пишем музыку для нашего народа. Это важно для нас! Внутри театра царила атмосфера творчества. Бурундуки работали над мелодиями, звучащими как радостные напевы природы. Алекс громко объявил: — Вот они, композиторы для народа! — Народа? — переспросил Симон с недоумением. — Да, — продолжил Алекс, — мы не только создаём музыку. Мы сражаемся за защиту леса и защиту всех бурундуков по всей Америке! Вдруг по театру пронёсся бурундучный сигнал — низкий, громкий звук, который резонировал в воздухе. Симон ошарашенно посмотрел на своих друзей. — А я не знал, что мы так можем! Симон обернулся, и его сердце замерло: он увидел Джанет, которую пытались увести в полицейском грузовике. Его голос наполнился страхом. — Это моя подруга! Местная полиция, услышав его крик, остановилась и, увидев вспыхнувшие глаза бурундука, с сочувствием отпустила Джанет. Она сбежала из машины и бросилась к Симону. Все бурундуки облегчённо вздохнули, радуясь её возвращению. На сцене театра появился Лост, президент местного сообщества бурундуков. Он был величественным и уверенным в себе, готовым делиться своей мудростью. — Я рад представить вам наших новых музыкантов народа! — сказал Алекс, указывая на Элвина и остальных. — Мы, вообще-то, известны по всему миру, — уверенно добавил Элвин, когда все внимание было приковано к ним. Но радость быстро была омрачена, когда раздался сигнал о приходе браконьеров. Страх заполнил воздух, и бурундуки начали прятаться, затаив дыхание, пока не поняли, что это уже не первая угроза. — Это уже 15-й отряд! — сказал Алекс, его голос стал серьёзным и настойчивым. Лост, глядя на своих соплеменников, добавил с решимостью: — После убийства Хоука младшего, браконьеры не должны приходить к нам. Но мы должны быть готовы к борьбе. Мы не можем позволить им навредить нашему народу и лесу! Бурундуки, объединенные общей целью, обменялись взглядами. И даже в условиях грозящей опасности они знали, что должны сплотиться и сражаться вместе, ведь у них есть не просто музыка, но и истинное братство за спинами друг друга. Бурундуки собрались у театра, когда к ним подошёл другой местный бурундук по имени Уайльд. Он был энергичным и уверенным в себе, с блестящей шляпой, покрывающей его длинные ушки. — Вам пора, мистер Сивили, отправляться в армию, — произнёс он, смотря на Симона. — Раз уж вы знаете, что пора защищать нас, нам нужны все возможные силы! Следуя его указаниям, бурундуки направились к военной базе имени Авраама Линкольна. Когда они вошли внутрь, Симон заметил, что всё вокруг было задумано так, будто это была настоящая военная операция. На холсте был нарисован портрет Линкольна, а стены украшали карты. — По любуйтесь, генерал! — воскликнул Уайльд. — Эти славные бурундуки, как сладкая нота. Они самые известные и самые мужественные, которых нам не хватало! Сам генерал оказался довольно странным бурундучьим персонажем с большими, очками и бородкой. Он внимательно посмотрел на Симона и с лёгкой усмешкой произнёс: — Эй, ты, очкарик! — Это Симон, — представил его Уайльд, указывая на друга. — Саймон. Стоит ли вам оставаться в новом месте или найти новое жильё в Лос-Анджелесе? — спросил генерал, делая шаг вперёд. Симон, посмотрев на своих друзей, ответил: — Нет, я не хочу возвращаться. Я уже потерял дом, где жил. Наш хозяин воспитал нас как родной отец. — А где твои настоящие родители? — спросил генерал, заинтересовавшись его историей. Симон вздохнул, стараясь не вспоминать о прошлом. — Они бросили меня через неделю после моего рождения, — тихо ответил он. Генерал задумался, а затем посмотрел на Теодора. — А ты, что, всегда любил кушать? — поинтересовался он с уголком губ. Теодор, немного смущённый, ответил: — Да, из-за еды я всегда веду себя как ребёнок! Генерал кивнул, усмехнувшись. — Эта страна заставит меняться, — произнёс он, и Теодор с улыбкой добавил: — Видимо, лучше взрослеть здесь, чем при Элвине! Генерал, оглядывая своих слушателей, посмотрел на всех бурундуков и спросил: — Что скажете, ребята? И без раздумий, все бурундуки хором произнесли: — ДА! В этот момент они почувствовали единство и решимость. Теперь они стали частью чего-то большего, готовые защищать свой новый дом и родных друзей. Бурундуки знали, что вместе они способны на многое, и никакие трудности не могут их остановить.