Часть 17

глава 17                    Горы неожиданно оказались ближе, чем ожидалось. Степь, пустая и холодная, ненадолго сменилась смешанными лесами, которые, в свою очередь, уступили место горным кряжам. Горные массивы на Гайе, в основном, были высокие, остроконечные, поросшие редкой растительностью и украшенные снеговыми шапками. Контраст с тёплым побережьем был разительным.        На последней остановке Аэрис и Сефирот облачились в тёплые шинровские комбинезоны и ботинки. Сеф, смеясь, сильно затянул её пояс, которым можно было обмотать девушку пару раз.       — Ты в нём, как бабочка в коконе. — он снова усмехнулся, разглядывая Аэрис крутившуюся вокруг своей оси, демонстрируя новое облачение, прибавляющее ей пару размеров.       — Я- бегемот.-заключила девушка, отдуваясь.       -Зато тепло. В горах сейчас минусовая температура, особенно по ночам.- он поправил подогнувшийся воротник и намотал ей на шею солджерский шарф.- Перекусим? Мы уже много часов в дороге.       — С удовольствием. — Аэрис открыла заднюю дверь машины.- Ого, сколько еды! пожалуй, на неделю хватит!       — Доставай пайки, а я возьму воду из багажника.       Они расстелили спальник под большим деревом и уселись на него, раскрывая упаковки солдатских продуктов.       — Надеюсь, ты не против вутайской еды?- Сефирот вскрыл пакет с лапшой, и, добавив туда соус, поставил на саморазогрев.       -Если не очень острая.- откликнулась Аэрис, внимательно наблюдавшая за процессом.       -Поверь мне, эта и рядом не стояла с той, что едят вутайцы. Я всегда поражался, что их стряпня не прожигает дыры в их собственных желудках.       -Тебе нравилось в Вутае? — она раскрыла свой, уже нагревшийся, пакет и потянула носом разливающийся в воздухе аромат.       -Да. Там всё другое.- он попробовал свою порцию и удовлетворённо кивнул.- очень похоже на то, что готовят в их забегаловках, только гораздо меньше специй.       — А что там по-другому? — не унималась Аэрис, с удовольствием поглощая горячую еду.       — Люди, климат, образ жизни. Там всё нацелено на жизнь в гармонии с природой. Дома и храмы отапливаются при помощи горячих источников, им не нужно мако, чтобы жить. Шинра считает их отсталыми в области технического прогресса, но я считаю теперь, что они не наносят вред Планете, в отличии от нас.       — Может, нужно у них поучиться, как нам жить без энергии Лафстрима? Не перерабатывать души умерших в топливо? Это просто ужасно. Я не могу перестать об этом думать.       -Это будет сложно. В Вутае нет мегаполисов, таких, как Мидгар. Мы не можем резко остановить реакторы, как того хотят наши экотеррористы. Это, мягко говоря, недальновидно. Не станет электричества и отопления, остановятся заводы и фабрики, возникнут перебои с водой и едой, люди взбунтуются. Это приведёт к хаосу и человеческим жертвам. Нужно действовать постепенно, не рубить с плеча.- он посмотрел в вечереющее небо, стремительно приобретающее сиреневый оттенок.- Для начала нужно поговорить с Руфусом, но это самое простое.       — Это кажется тебе простым? — удивлённо вскинула глаза Аэрис.       -Я сделаю ему предложение, от которого он не сможет отказаться, иначе потеряет всё.- глаза его недобро блеснули в сгущающемся мраке.- Твоя мама отдала мне «флешку». Я ему её покажу. Не всё, конечно. Твою запись обо мне мы оставим себе. Он умён и гибок, не то, что его отец. Потом нужно сколотить команду из проверенных людей. У меня есть кое-кто на примете. И помаленьку переходить на альтернативные источники энергии. На это потребуются годы. Надеюсь, Гайя простит нам эту проволочку. Иначе нам конец, как тому миру…       -Я уверена, что у нас получится. Мы обладаем знаниями, которых не было у них.- Аэрис чмокнула его в щёку, попутно утащив из-под носа вутайское пирожное.- жаль, я не могу говорить с планетой, как та Аэрис. Это бы нам помогло.       -Ого, отвлекающий манёвр! — хохотнул он, потирая след от поцелуя.- их это не спасло.       — Не теряй бдительность.- назидательно изрекла Аэрис, вонзая зубы в украденное.- обожаю эти кругляши с начинкой из фруктового джема. И у них был злой Сефирот.- как бы невзначай добавила она.       -Да. Очень злой.- он грустно улыбнулся, глядя, как она ест с видимым удовольствием и приятное тепло от чего-то разлилось в его груди.-Ешь, я не люблю сладкое.       — Прекрасно.-прокомментировала его спутница с набитым ртом, жмурясь от наслаждения.       — Как здесь тихо.- заметил Сефирот погодя, когда ужин был закончен и они сидели на капоте джипа, опираясь о лобовое стекло и смотрели в усыпанное крупными звёздами небо. -Словно весь остальной мир не существует. Мне не хочется, чтобы эта дорога заканчивалась.       -Потому, что ты опасаешься того, что найдешь в конце пути? — она уютно примостилась на его груди, прикрытая крылом.       -Нет.- он посмотрел в её глаза долгим взглядом и погладил по прохладной щеке.- Мне нравится ехать с тобой, говорить о разных вещах, и просто быть самим собой. У меня никогда и ни с кем не было такой роскоши. Боюсь, что вернувшись в Мидгар я получу свою безумно-показную жизнь обратно.       -Мне тоже нравится быть с тобой рядом.- Аэрис на секунду смутилась.- И меня тоже пугает будущее. Ведь если мы хотим всё изменить, то придётся принимать решения, которые могут понравится не всем, мы можем натолкнуться на стену непонимания, ведь верхушке Шинры и так хорошо. К чему им меняться? Почему они вдруг начнут думать о судьбе планеты, которую нещадно эксплуатировали?       — Они узнают о том, что планета вполне может за себя постоять и что это обернётся катастрофой и что будет лучше для всех, не доводить её до состояния, когда она включит свой боевой режим и уничтожит человечество.       — Я надеюсь, у нас всё получится.- она погладила гладкие чёрные перья.- Какой удобный девайс! Так и представляю долгие зимние вечера в Мидгаре, когда дует промозглый ветер, а Шинра экономит на отоплении квартир, сидеть, укрывшись им до самых пяток с кружкой какао и смотреть нудный неспешный сериал, пока не настанет пора ложиться спать.       — Можем попробовать, если ты не против.- тут же откликнулся Сефирот.- Зима наступит быстро, но можно начать с долгих осенних вечеров, они тоже промозглые в столице.       -Ты сейчас серьёзно или под влиянием момента? — она приподнялась, недоверчиво хмуря брови. –Или я не правильно поняла?       — Всё ты правильно поняла.- он смотрел совершенно спокойно, сильнее прижимая крыло к её телу, словно давая почувствовать непоколебимость его намерений.       -Оу.-Аэрис отвела взгляд, смутившись, — давай немного разгребём весь этот кавардак, а потом посмотрим.       — Хорошо. — Сефирот обнял её, стараясь при этом ничего не сломать.- Идём в машину, нужно поспать несколько часов. ***       Массив гор Нибель возвышался над горизонтом, словно гигантский хребет древнего существа. Их склоны были покрыты густым лесом, который издалека казался чёрной непроглядной массой, а при ближайшем рассмотрении оказывался запутанным лабиринтом кривых деревьев. Ветер свистел среди острых, как клинки, скал, порой поднимая облака мелкой пыли и снега.       Тёмные угрюмые вершины, покрытые вечными облаками, выглядели неприступным и суровыми. Там, где деревья становились редкими, обнажалась грубая серая порода, изрезанная трещинами и поросшая лишайниками. Среди скал виднелись следы старых шахт и туннелей, оставленные шахтёрами города Нибельхейм. Воздух в этих горах был холодным и тяжёлым, наполненным запахом прелой хвои и влажного камня. Иногда можно было услышать далёкие звуки сместившейся и рухнувшей породы или стон ветра, будто сама гора предупреждала о своей опасности. По тропам, петляющим между ущельями и отвесными утёсами, редко ходили люди. На закате вид гор становился особенно зловещим. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь тучи, окрашивал их вершины в красно-оранжевые оттенки, а длинные тени, спускавшиеся на нижние склоны, словно пытались спрятать что-то от посторонних глаз.       Даже местные жители старались обходить эту местность стороной, зная о зловещей репутации горы Нибель, о которой ходили слухи, что в её пещерах скрываются не только дикие звери, но и странные существа, происхождение которых невозможно объяснить ни наукой, ни здравым смыслом.       Ночью, же, когда луна появлялась над горизонтом, серо-синий цвет делал этот пейзаж совершенно потусторонним, усиливая ощущение, что здесь скрыто что-то древнее, неизведанное и опасное.       И всё же, не смотря на суровость, в этих горах присутствовала своя, неповторимая красота. Когда ветер ненадолго стихал, можно было услышать журчание горных ручьев, сливающихся в небольшие речушки с кристально- чистой и ледяной водой. Горы Нибель ревностно хранили свои тайны, заманивая тех, кто был достаточно смел и безрассуден, чтобы попытаться их разгадать.       Джип медленно карабкался по узкой горной дороге, петляющей среди острых утёсов и отвесных скал. Колёса с хрустом прокатывались по гравию, цепляли мелкие камешки, которые срывались вниз и исчезали где-то в глубине ущелья.       Аэрис не отрываясь смотрела на суровый и величественный пейзаж: острые пики гор поднимались к небу, их вершины прятались в рваных облаках, а склоны были покрыты полосами хвойного леса, словно зелёными шрамами на теле земли. На последнем привале они наспех перекусили, ёжась от порывов свежего ветра, который шумел в ветвях старых деревьев, словно пытаясь рассказать путникам свою историю.       Забравшись в машину несколько минут они молча сидели, снедаемые одним чувством безысходности и одиночества, к которому они невольно прикоснулись, ступив на эту землю. Их путешествие подходило к концу, а гора продолжала наблюдать за посягнувшими на её неприкосновенность тёмными провалами глаз-пещер.       Дорога, хоть и выглядела надёжной, петляла среди обрывов так резко, что на каждом повороте ощущалась неустойчивость тяжёлой машины, как будто сами горы проверяли их решимость продолжать свой путь.       Сефирот, крепко держа руль, не сводил взгляда с дороги. Он чувствовал, что каждая секунда на этом пути требовала от него предельной сосредоточенности. Он чувствовал, как напряжение заполняет и натягивает каждый его мускул. Всякий крутой поворот казался испытанием, и в этом напряжении он находил странное успокоение, словно скалы испытывали его на прочность и требовали той сосредоточенности, которую он давно привык держать в бою. Ты- идеальное оружие, мой мальчик… Тебе всегда будет не хватать горячки боя. Мирная жизнь не для тебя. Скрипучий голос вдруг зазвучал в мозгу. Сефироту захотелось потрясти головой, но он сдержался, боясь отвлечься от дороги. Он боялся даже представить, что допустит, чтобы ей угрожала опасность.       — Здесь так красиво, но …почему-то страшно.- тихо заметила Аэрис, нарушая молчание, которое показалось ей зловещим.- Словно все дороги ведут сюда и нет возможности избежать этого.       — Возможно, так и есть.- кивнул Сефирот, не поворачивая головы.- в последнее время это название просто лезет в глаза и уши.       — Тишина здесь странная, — продолжила свою мысль Аэрис, поёжившись, хотя в джипе было тепло.- как будто ждёт чего-то. Он на мгновение всё же перевёл взгляд на неё.       — Тишина здесь не означает покой, -тихо ответил Сефирот.- В горах редко бывает безопасно. Они не прощают беспечности. Никогда нельзя слишком рано расслабляться. — Иногда я думаю, что ты видишь мир совсем по- другому.- её голос стал мягче.- Ты всегда настороже, всегда готов к худшему. Это…не утомляет?             Он чуть помедлил, прежде чем ответить.       — Быть готовым к худшему- это единственный способ избежать его.       Её глаза слегка прищурились.       — Главное, в этом ожидании не пропустить что-то хорошее.       Его пальцы, в обрезанных перчатках, слегка дрогнули на кожаной оплётке рулевого колеса. Он посмотрел на неё краем глаза, но быстро вернул взгляд на дорогу.       — Хорошее, к сожалению, редко длится долго. Так просто потерять его. Нужно быть настороже, чтобы сохранить, то, что важно.       — Нужно просто быть.- почти шёпотом произнесла Аэрис.- Здесь и сейчас.       Она положила ладонь на его предлечье и сжала пальцы.       — Я постараюсь этому научиться.- он обезоруживающе улыбнулся, чувствуя тепло её руки. –но мне сложнее, но в то же время легче и приятней-я хочу оберегать тебя. Просто от всего на свете. Я впервые боюсь за другого человека. Это нормально?       — Оу. Наверное это одно из самых нормальных человеческих чувств.       Джип поднялся на очередной поворот и перед ними открылся вид на долину.       — Вот он.- Сефирот кивнул, показывая на возникший впереди город.       Они вышли из машины и замерли, чувствуя одно- узнавание: нереальное, невозможное, но явное, от которого никуда не деться. Нибельхейм на закате выглядел, словно забытая временем иллюстрация из старинной книги. Тёмные черепичные крыши домов отражали последние лучи солнца, которые пробивались сквозь низкие облака, заливая город мягким золотистым светом. Узкие улочки, вымощенные серым камнем, казались ещё более тесными, а тени в проулках удлинялись, словно пытаясь укрыть весь город под своим покровом. Воздух и здесь был насыщен запахом сырости и древесины, исходившим от домов, которые долгое время стояли под неласковым горным климатом. Ветра здесь почти не было- горы защищали долину от всяческих посягательств нарушить её покой. В центре города высился массивный, угрожающе-тёмный силуэт старой водонапорной башни. Её потемневшее от времени и дождей деревянное основание казалось чужеродной попыткой привнести что-то новое в этот древний и угрюмый мир. Горы Нибель, которые окружали городок со всех сторон, отбрасывали длинные тени, придавая пейзажу почти сюрреалистический вид. Закатные краски медленно сменялись на глубокие оттенки синего : скоро ночь, холодная и тихая, поглотит всё вокруг.       — Куда теперь? — Аэрис снова поёжилась, страстно желая вернуться внутрь машины.       — Туда.- Сефирот протянул руку.- Здесь. Не далеко.       Особняк Шинра возвышался на окраине Нибельхейма, словно страж, наблюдавший за мрачным, полным тайн городом. Его массивный силуэт выделялся на фоне гор, а старые стены, покрытые мхом и трещинами, казались немыми свидетелями произошедших внутри него таинственных событий.       В лучах закатного солнца строение выглядело особенно потусторонне. Его окна, словно пустые глазницы, отражали слабый свет, но не излучали никакой жизни. Чёрные ставни на них скрипели под слабыми порывами ветра, который, казалось, дул именно с этой целью. Они наполняли воздух протяжными, гулкими звуками, которые усиливали ощущение запустения и одиночества. Крыша из всё той-же потемневшей черепицы обветшала, на некоторых её участках зияли дыры, словно дом переживал долгую войну со временем, в которой неумолимо проигрывал.       Входная дверь, массивная и тяжёлая, с металлическими украшениями, выглядела так, будто могла защитить обитателей от чего угодно.       — И здесь кто-то живёт? — с сомнением в голосе произнесла Аэрис, ковыряя носком солджерского ботинка сухую траву на бывшей клумбе перед входом.- что-то не похоже.       — Идём внутрь.- Сефирот толкнул створку дверей, которая открылась совершенно бесшумно.- Кто-то её смазал. Он оглянулся на замершую Аэрис и прошептал: -Держись за моей спиной и смотри в оба. — потом задумался на секунду и предложил, без всякой надежды на согласие.- Может, посидишь в машине? Аэрис протестующе замахала руками и широко распахнула испуганные глаза. — Богиня! На что я только надеялся! — он призвал Масамунэ и пошёл внутрь.