Селена. Больница

электрофозер - все было так

У меня достаточно хорошее здоровье, но рано или поздно каждый организм даёт сбой - а что уж говорить о двадцати семи летней женщине. Я тяжело вздыхала, записывая себя на анализы и сдачу крови, нервно тыкая клавиши ноутбука. Никогда не любила больницы - с самого младенчества они ассоциируются с криками детей и недовольным ворчанием врачей, которым лишь бы спровадить своих пациентов куда подальше. Для них важно выполнить работу, а уж как, это другой вопрос. Сны я перестала видеть на какое-то время. И мне это даже помогло — я перестала так сильно отвлекаться от своей работы, уделяя все время чертежам и важным бумагам, от которых, если честно, уже рябило в глазах. Но работа есть работа, и ходить на нее надо было.

***

Взяв для самой себя один отгул, я поставила своего заместителя и смылась в больницу с самого утра, пока пробки не заполнили все дороги, да так, что пробиться почти невозможно. Глаза слегка горели от невысыпания, а пальцы сжимали горячий стакан чёрного кофе со сливками. Он оказался отвратительным на вкус, и я поставила его в специальный подстаканник на двери, поежившись и потуже затянув шарф на шее. Погода ухудшалась с каждым днем, и приходилось теперь бесконечно дёргать дворники, которые едва ли справлялись с тяжёлыми каплями дождя. Я любила осень, но порой мне хотелось выть волком на злоебучие тучи, которые создают лужи и вся моя машина в грязи после них. В больнице уже с самого утра было куча народу, и мне пришлось ждать крайне долго своей очереди, хоть я пошла в платную (!) клинику с уже (!) имеющимся талоном. Но все-таки я все сдала, и с максимально уставшим видом, моя туша вывалилась из последнего кабинета, направляясь в коридор. Но дойти до него мне не было суждено. Я услышала до боли знакомый голос за спиной, и медленно, словно в замедленной съёмке, обернулась. Прямо там стоял Берт, собственной персоной, в халате и сверкая белыми зубами, о чем-то вещал миловидной женщине. У меня земля ушла из-под ног, и единственное, что я запомнила перед отключкой, так это испуганный взгляд врача.

***

я и твой кот - свидание

Меня приняли в свои объятья простыни койки Лиама, и её я узнала сразу — вся комната парня была пропитана его запахом. Ваниль и лаванда переливались в нежном вальсе, создавая незабываемый аромат. Моя туша перевернулась на спину, а зелёные глаза уперлись в потолок. Ладони сжались в замок, оказавшись на животе, и я слегка задремала, всего на чуть-чуть. Так приятнее просыпаться. На сей раз выдернуло меня из дремы лёгкое щекотание руки, и мои веки приоткрылись, натыкаясь на бледные руки Лиама, что вводили по моей ладони небольшой стебелек белого тюльпана. — Доброе утро, соня, — Солсбери улыбнулся, видимо, любуясь моим сонным лицом (хотя я не понимаю, чем там можно любоваться), и отвёл цветок в сторону. — Я успел по тебе соскучиться. И тут на меня нарвались воспоминания о реальном мире, заставляя меня помрачнеть. Я приподнялась на койке, оперевшись лопатками о спинку кровати, и, не глядя на Лиама, спросила: — Сколько меня не было? — Ты была здесь, просто спала, — Большой палец его ладони поглаживал мои костяшки, видимо, желая сбросить напряжение. — Пять дней по нашим меркам. А по твоим? — Я не считала, работа завалила, — Мои уголки губ приподнялись, но здравый рассудок заставил успокоиться и сообщить Лиаму о новостях. — Слушай, я почему тут, собственно, появилась.. Взяв его ладонь покрепче, мне пришлось уставиться на парня, чтобы он понял всю серьёзность разговора и насторожился, прислушиваясь к каждому словечку. — Я увидела Берта. В реальном мире, — Голубые глаза широко распахнулись, но тут же, впрочем, померкли. — Ходила в больницу, а там он.. в роли врача. Как голос его услышала, так отключилась. — Почему именно Берт?.. — Светлые брови нахмурились, а я подсела ближе, уложив, на сей раз, свои ладони на его острые скулы, поглаживая их. — Разве это важно? Я так предполагаю, что раз я встретила его, то могу встретить и тебя, нужно только подождать. — А если нет? — Я найду тебя в своём мире, Лиам Солсбери. Чего бы мне это не стоило. И тут я почувствовала, что меня резко выдергивают из сознания. Я даже не успела попрощаться.

***

SadSvit - силуети

Ощутив едкий запах спирта, мои пальцы сжались, а сама я подскочила, но мягкие и при этом настойчивые руки уложили меня обратно. Открыв глаза, сначала пришлось привыкать к белому свету. — Почему в больницах не сделают более приятное глазу освещение?.. — Если бы у нас были жёлтые и не такие яркие лампы, мы бы, боюсь, мало что увидели, копаясь в человеческих органах, — Родной голос выдавал такие простые предложения, впрочем, не без улыбки. — Как себя чувствуете? — Как дохлая муха. Усевшись на койку и поправив свои локоны, что сбились от желания на кушетке, я, наконец, могу рассмотреть его - короткие волосы, такие же насмешливые карие глаза и белоснежный, выглаженный халат, в кармане которого торчит визитка. — Почему именно муха? — Врач взял в руки градусник и протянул его мне, облокчиваясь о стол поясницей и складывая руки на груди. В тёмном омуте плесали черти. — Не знаю, первое, что в голову пришло, — Вставив градусник под мышку, хотя я не понимала, зачем это, пересела к самой стене, облокачивая голову о поверхность и прикрывая веки. — Я отлучусь буквально на пять минут, подождите немного, — Его ладонь похлопала меня по плечу, и от этого лёгкого касания по телу разлилось приятное тепло. Но его источник обнаружить не получилось. Я не заметила быстрого отсутствия Берта, ведь он и правда очень быстро вернулся — прошагал ко мне и вновь постучав по плечу, вытянул ладонь, глазами показывая, чтобы я достала градусник. Прибор показывал чёткое 36,7 и потому врач удовлетворённо кивнул, отложил его и присел рядом со мной, расстегивая одну пуговичку халата и уставился на меня совершенно другим взглядом - я знаю, что он означает. Готовность к полному погружение в свою специальность. — Знаете, от чего Вы упали в обморок? — Знаю. — Ну? — Если я Вам скажу истинную причину, боюсь, что Вы меня не поймёте. Ответ "не выспалась" сойдёт? Берт нахмурился, явно недовольный моими словами, но, судя по всему, смирился. — Ладно, но впредь, ложитесь пораньше и спите не меньше восьми часов в сутки, — Мужчина улыбнулся, и во всех его движениях чувствовалась скованность. Я хотела рассказать про сон, про то, что видела его в "своём мире", но молчала, понимая, что это будет звучать, как минимум, абсурдно. А как максимум, он покрутит пальцем у виска и выпишет мне справку. Он проводил меня до самого выхода, чтобы я вновь не свалилась, и взгляде его был таким осознанным, будто от этой встречи Берт тоже что-то понял для себя. Порой глаза говорят больше, чем рот. В машине меня не покидало странное чувство незаконченности, и уже на парковке своего дома я понимаю, что мне нужно уснуть и вновь встретиться с Лиамом. Слишком много вопросов, на которые мы должны найти ответы.