Часть 1

Ира зашла в отделение и быстрым шагом прошла к посту. Часы пробили ровно восемь утра как раз в тот момент, когда Павлова взяла в руки ручку, чтобы расписаться в журнале. - Доброе утро, Ирина Алексеевна. – тепло поприветствовала женщину Нина. Ира улыбнулась и размашисто расписалась в графе посещения. - И вам доброе утро, Ниночка. – ответила бывшая заведующая и прошла в ординаторскую. Переодевшись, Ира заварила себе кофе. После расставания с Алениковым женщину стали мучать бессонницы и кофе стал просто незаменим в её, и без того горькой, жизни. Погрузившись в свои мысли, Павлова стала медленно пить терпкий напиток, стараясь окончательно прогнать надоедливую сонливость. Неожиданно она вспомнила Гену. Вспомнила, как он приносил ей кофе в постель по утрам, говорил приятные вещи и любил целовать её в белокурую макушку. Сколько времени прошло с их расставания? Сколько событий сменилось, унося с собой все самые хрупкие надежды на возврат отношений? Гена стал заведующим вместо неё. Это предательство ударило Иру ниже пояса, заставляя окончательно принять факт того, что прошлое назад уже не вернётся. В погоне хоть за какой-то справедливостью, Павлова умудрилась потерять всё. И именно осознание своего ничтожества заставляло Иру каждую ночь бесконечно ворочаться в кровати и корить себя за то, что когда-то снова разрешила поверить сердцу в несуществующую любовь… От тяжёлых мыслей женщину оторвала Нина, пулей вбежавшая в ординаторскую: - Ирина Алексеевна! Там парня молодого привезли, нужен сосудистый! - Да-да, конечно. Кто со мной? - Геннадий Ильич… - чуть помедлив, ответила медсестра. Ира скривилась, представляя, что в течение нескольких часов будет делить помещение с человеком, который был ей до ужаса противен. Но Павлова напомнила себе, что на работу личные отношения вляить никоим образом не должны и поэтому, стиснув зубы, нервно кивнула: - Хорошо. Какая операционная. - Пятая. – ответила Нина и тут же вернулась обратно на пост. Спустя пять минут Ира зашла в операционную и стала быстро мыть руки под тёплой водой. Мысли упорно не желали собираться в кучу и это очень сильно напрягало. В какой-то момент Павлова вообще захотела отказаться от операции, но мысленно дала себе хорошего пинка. Ничего, во время операции сознание точно проясниться. Зайдя в операционную, Ира стала сразу же разглядывать фронт предстоящей работы. Нужно было пришить руку и зашить несколько ран на животе. Лицо парня было тоже изуродовано, но это точно был фронт работы Геннадия Ильича. В этот момент он как раз и зашёл в операционную. - Доброе утро, Ирина Алексеевна. - Доброе утро, Геннадий Ильич. Последние слова оставили на языке мерзкое послевкусие. Когда-то Ира называла его Геночкой, а на худой конец просто Геной. Казалось, это было много-много лет назад… Ещё до того, как они окончательно стали чужими людьми. - Так, я буду оперировать, а вы мне ассистируете. - Хорошо. Начнём? - Да, начинаем. Операция длилась в полном молчании. Уже через несколько часов Ира поняла, что находится рядом с Геной становится всё труднее и труднее. В Кривицком бесило абсолютно всё, начиная с его манеры общения с Ханиной и заканчивая тем, как он дышит. Мысленно бывшая заведующая перебрала все проклятья в его адрес и совершенно не заметила, как подбирая эпитет к слову «гад», она случайно дёрнула рукой… - ИРИНА АЛЕКСЕЕВНА! ВЫ В СВОЁМ УМЕ?! Павлова дёрнулась от крика Гены и подняла испуганные тёмно-зелёные глаза. У больного началось кровотечение и Кривицкий, бросив зашивать лицо, стал судорожно останавливать кровь. Спустя несколько томительных минут кровотечение было остановлено, а на место повреждения был наложен крепкий жгут. - Вон из операционной. – тихо сказал заведующий. - Я… - ВОН ИЗ ОПЕРАЦИОННОЙ ПОКА ЕЩЁ РАЗ ЕГО НЕ ПОКАЛЕЧИЛИ! И СЕГОДНЯ ЧТОБЫ Я ВАС БОЛЬШЕ НА ОПЕРАЦИЯХ НЕ ВИДЕЛ! Ира почувствовала как в душе что-то оборвалось. Крик от Гены слышать было просто невыносимо, и женщина не нашла ничего лучше, как быстро сбежать из операционной, еле сдерживая подступающие слёзы. - Позовите мне Брагина. – спокойно сказал Кривицкий медсестре. - Как скажете… - ответила Таня и пошла к телефону. *** Остаток дня Ира провела в отвратительном расположении духа. Ей было одновременно стыдно и одновременно обидно до невозможности. Как будто Гена сам ни разу в жизни не делал ошибок на операции! Но с другой стороны, Павлова понимала, что не имела права отвлекаться на посторонние мысли во время работы и это заставило её ещё несколько раз дать себе мысленно хорошего леща. Выйдя из Склифа, Ира закурила сигарету и медленно пошла в сторону выхода. Мысли всё ещё вертелись вокруг утреннего происшествия, заставляя женщину винить себя всё больше и больше. Остановившись около автобусной остановки, Павлова посмотрела на здание через дорогу и увидела вывеску популярного алкомаркета «Красное&Белое». Неожиданно захотелось напиться и напиться настолько, чтобы утром ничего не вспомнить. Недолго думая, Ира пошла к пешеходному переходу. Зайдя в магазин, женщина тут же взяла корзинку и сразу же прошла к стеллажам. Пять бутылок пива, три шампанского, две вина и одна коньяка. Оглядев выбранный арсенал, бывшая заведующая криво усмехнулась и мысленно назвала себя алкашом. Ну а как ещё назвать того человека, который собрался выпить это всё в одиночку? Рядом с алкоголем легла бутылка минералки и большая пачка Лейс со вкусом сметаны и зелени. На кассе всё это было пополнено двумя пачками сигарет и одной пачкой жвачки. Последняя была здесь явно лишняя, но Павлова взяла её чисто по инерции. Спустя полчаса Ира зашла в свою пустую квартиру и тяжело села на пуфик в коридоре. Одиночество внезапно сдавило душу с новой силой, заставляя женщину выпустить несколько скупых слёз. Всё неожиданно потеряло какой-либо смысл, а выпить захотелось в несколько раз сильнее. Уже после четвёртой бутылки пива Ира открыла чипсы и стала медленно их есть, снова думая о Гене. За что он так с ней поступил? Поматросил и бросил, другой аллегории попросту не было. Любил ли он её когда-то? Павлова не знала ответа на этот вопрос и, если честно, очень сильно боялась его узнать. После вина Ира ударила кулаком по столу и крикнула в пустоту кухни: - Гад! Козёл! Урод! Слова повисли где-то в воздухе и заставили Павлову передёрнуться. Неожиданно женщина встала и пнула лежащую на полу бутылку из под шампанского. В глазах Иры внезапно заблестела отчаянная решимость и уже через несколько минут она ехала в такси на, до боли знакомый, адрес. Позвонив в дверь первый раз, Павлова на какую-то долю секунды решила, что делать это вообще не стоит. Но алкоголь в голове решил абсолютно по-другому. - Открывай! Я знаю что ты дома!! Открой!! Гена открыл дверь через несколько минут и обалдело уставился на пьяную Иру, которая облокотилась об дверной проём. - Егорова? – удивлённо спросил мужчина и снял свои очки для чтения. - Прикинь, я! Посмотри на меня, видишь, до чего ты меня довёл?! – Ира икнула. - Господи, Ира, иди проспись, ради бога! От тебя шмонит алкоголем за километр! - Это от тебя шмонит! Твоей желчью! Как ты посмел забрать мою должность, кобелина?! – она схватила его дрожащими руками за ворот майки и неожиданно разревелась. – Я ж тебя, падла, любила… Сердце тебе искала… А ты, гандон, забрал у меня всё блять! Всё! – Павлова стала дубасить его в грудь. Кривицкий только вздохнул и мягко отстранил от себя женщину. В его понимающих глазах не было и тени гнева или обиды. Он просто посадил рыдающую Иру на пуфик и присел напротив. - Ну тише. Ты зачем напилась то, дурочка? – ласково спросил хирург. - Как ты смеешь так со мной разговаривать?! Я для тебя теперь Ирина Алексеевна, ясно?! Гандон! Идиот! Бабник! Негодяй!!! - Не советую вам меня оскорблять, Ирина Алексеевна. – холодно ответил Кривицкий, - Я в конце концов всё ещё ваш начальник. - Ах начальник… - прошипела Павлова, глядя ему прямо в глаза. – Ты скотина! Вот ты кто! - Всё, мне уже это надоело. – ответил Гена и неожиданно втянул Иру в страстный поцелуй… *** Ира открыла глаза и первое, что увидела - это Гену, спокойно дрыхнущего рядом. Голова болела немилосердно, а мозг ни в какую не хотел восстанавливать в памяти события прошлой ночи. Оглянувшись по сторонам, Павлова поняла, что лежит под одеялом полностью голая, а её одежда разбросана в самом хаотичном порядке где-то по углам. Гена открыл один глаз и стал наблюдать за Ирой, которая изо всех сил пыталась понять, что же вчера произошло. - Доброе утро. – наконец сказал мужчина и медленно сел, глядя на женщину влюблёнными глазами. - Доброе… Что у нас вчера с тобой было? - Нууу… Можно так сказать, что у нас был примирительный секс. Ира замолчала на несколько минут и беспомощно захлопала длинными ресницами. Потом она медленно провела рукой по волосам и сказала, немного сердитым голосом: - Ну и что, помирились? - Представь себе, помирились. Я ведь люблю тебя, Егорова. Она резко подняла голову и посмотрела Гене прямо в глаза. Ответ из её уст пришёл далеко не сразу, но спустя пять минут она наконец ответила: - Дурак ты, Кривицкий… Я ведь тоже тебя очень сильно люблю…