Часть 9

- Встань в кресло на колени, — приказала госпожа. И парень, повиновался помня, что снова могут наказать. Он подчинился, чувствуя себя уязвимым и подчиненным. - Ноги шире, — продолжала командовать кукла, и он расставил их так широко, что икры упирались в подлокотники кресла. Молодой человек чувствовал, как его тело напрягается от необычной позы, но не смел сопротивляться. - Выгни спинку. Да, так. Нет, даже сильнее, — рука госпожи нажимала на его поясницу, заставляя выгнуться еще больше. Голова Михаила легла на спинку кресла, и он понял, что теперь полностью подчинен Амелии. Он был готов выполнить любой приказ, чтобы угодить и избежать наказания. Кукла с уверенностью взяла в руки ремни и закрепила фиксаторы на ногах молодого человека к подлокотникам. Она хотела, чтобы он не мог сдвинуть их. Ее движения были рассчитаны до мельчайших деталей, ведь она знала, как важно обеспечить полный контроль над своим рабом. Затем застегнула руки Михаила за спиной, лишив его возможности использовать их. Теперь парень с трудом мог сохранить равновесие, пытаясь удержаться на ногах. Но госпожа не сомневалась в своих действиях. Она улыбнулась своему творению, ведь именно так она любила видеть раба — слабым и беззащитным перед ее властью.   Подойдя к столу, кукла взяла кляп-шарик и вернулась к парню, приказав: - Открой рот. Но тот лишь сильнее сжал губы и замотал головой. Тогда госпожа размахнулась и ударила его ладонью по ягодицам с такой силой, что молодой человек закричал, не в силах сдержать боль. Она улыбнулась своей жестокости и сказала: - Ты не слушаешься меня, мой маленький раб. Но я научу тебя послушанию. Она повторила свое требование, и на этот раз парень не смог устоять перед болью и открыл рот. Амелия вставила кляп и зафиксировала его. Михаил испуганно посмотрел на куклу и понял, что не стоило ему не слушаться ее приказов. Он закрыл глаза и готовился к наказанию. Госпожа начала наносить удары, и каждый из них был сопровожден ее словами: - Это за то, что не слушался меня. Это за то, что не выполнил мой приказ.   Удары продолжали сыпаться, словно град камней, каждый из которых терзал его сознание, заставляя осознавать, что он оказался в ловушке своих собственных эмоций. Слезы катились по щекам, оставляя за собой влажные дорожки, которые напоминали о его беспомощности. Молодой человек пытался собраться с мыслями, но каждое повторное воздействие отзывалось в его теле резкой болью, горящей, словно огонь, и боль была не только физической — это была утрата контроля. Взгляд его был устремлен в пол, где пылинки танцевали в лучах света, словно искры на вечеринке, к которой он не имел права быть допущенным. Михаил никогда не сталкивался с подобным — унижением, которое проникло глубоко в его душу, заставляя сомневаться в самой сути своего существования. “Почему?” — спрашивал он себя, но ответ оставался где-то за пределами его понимания.  Очередной удар, и он стиснул зубы, чтобы подавить стоны. Это было всё равно что пытаться оспорить собственные чувства — бесполезно. - Думаю, с тебя хватит, — госпожа бросила плетку на пол и сняла фиксаторы. Она вышла из комнаты, оставив молодого человека одного. Он сполз с кресла на пол, не чувствуя ничего ниже пояса. Боль была такой сильной, что казалось, будто ног вовсе нет. Странное чувство охватило его. Михаил продолжал лежать на холодном полу, не в силах понять, сколько времени прошло с тех пор, как дверь захлопнулась за госпожой. Стены комнаты казались ему сжатыми, а воздух наполнился гнетущей тишиной. В голове мелькали обрывки мыслей, словно тяжёлые облака, давящие и неумолимые. Каждое движение напоминало о том, что он пережил, и воспоминания об ушедших мгновениях терзали ещё сильнее. Он пытался поднять руку, но она словно намертво прилипла к полу. «Почему это произошло со мной?» — раздался мысленный вопрос, который остался без ответа. Вдали послышались шаги, и его сердце забилось быстрее. Это была Амелия, она вошла в комнату, перешагнув через него, и села в кресло. Воздух наполнился напряжением, а его уши настраивались на её голос, который звучал как музыка, возбуждая каждый нерв. - Ну как? – спросила кукла. Михаил с трудом поднялся, опираясь на локти. - Тебе очень больно? - поинтересовалась она. - Да... - Я старалась, — тихо и немного злорадно сказала госпожа. - Теперь ты понял, как важно слушаться и выполнять мои приказы? Михаил кивнул, еще не открывая глаза. Он понял, что больше не будет нарушать правила и будет слушаться госпожу. Тишина, окружавшая его, словно обвивала его. Как нежный шёлк, напоминая о прошлых ошибках, которые он не хотел повторять. Каждый вздох стал осознанным, каждая мысль – настойчивой.  Молодой человек почувствовал, как сердце медленно успокаивается, словно усмиряясь под давлением неизбежной ответственности. - Я могу идти в комнату? - Идти...   Молодой человек, истощенный до предела, собрал все силы и поднялся на ноги. Но сразу же его охватила резкая боль, пронзившая каждую клеточку тела. Он не мог больше стоять и упал на колени, пытаясь справиться с невыносимой болью. Но даже на коленях он не нашел облегчения. Слезы текли по щекам, и парень не мог остановить их. Не в силах встать, он остался на четвереньках и пополз в спальню. Там, забравшись в кровать, он прижал колени к груди и начал тихо покачиваться, словно убаюкивая себя. Молодой человек пытался успокоить свой болезненный разум. Темнота окружала его, как плотное покрывало, но в ней прорывались искры прошедшей жизни — смех друзей, теплые взгляды матери, уверенность, что всегда все будет хорошо. Он знал, что утро — это лишь иллюзия, за которой прячется вечный страх и ожидание новых испытаний. В груди скручивало так, что казалось, сердце вот-вот разорвется. Михаил попытался вспомнить, когда в последний раз действительно смеялся, но эти моменты словно растворились во мгле, оставив лишь горечь и одиночество.