Зенна II

Подобное отношение я замечала не раз. Он терял контроль и делал мне больно: сжимал руки, ноги, шею, оставляя синяки. Анжелика не раз спрашивала: «Откуда у тебя эти побои, Зенна?» И каждый раз меня бросало в противную дрожь, которая выдавала меня. Она показывала, кто я есть на самом деле. Я — слабачка, которая всё это терпит. Я влюбилась в него, когда была ещё совсем молода. После наших двух встреч у пекарни Йо он пришёл в дом моего отца и предложил мне руку и сердце. Мне тогда было 17. Отец сразу же согласился, тогда как я немного сомневалась. Но он всегда казался добрым джентльменом. Мы делали всё вместе, разделяли обязанности, много говорили у камина, попивая наш любимый чай. Обсуждали будущее: сколько хотим детей и заведём ли питомца. И всё же было нечто, чего я не могла объяснить — эти резкие перепады настроения. Его вечная слежка за мной, нежелание отпустить ни на шаг. Куда бы я ни посмотрела — он всегда рядом. Это пугало. Мне становилось страшно, когда я оставалась в спальне и слышала, как его шаг останавливается у моей двери. Мои книги он постоянно перебирал, всё контролировал. — Что на тебя нашло? — спросила я, сжимая руки в кулаки и мысленно умоляя слёзы покинуть меня, не выдать, не опозорить. Он стоял рядом и всё так же раздражённо смотрел на меня. — Я ожидал другого, Зенна, — сказал он, повернувшись ко мне спиной и двигаясь к кухонному столу. Я сделала пару шагов за ним, на секунду подумав, что он хочет показать мне что-то. — Что?.. — Зак резко обернулся, и в его руках, прежде пустых, уже оказался нож. Мои глаза метались в непонимании и шоке, я неосознанно отступила. Сердце забилось сильнее, меня охватила паника. — Ты будешь смотреть? — он пристально вглядывался в мои глаза, выискивая что-то кроме паники. Конечно же, разочаровался. Тяжело вздохнув, он отвёл взгляд. — Моя жена хорошо знает, что я готов сделать всё ради того, чтобы она была счастлива. Не так ли? — его голос звучал отрывисто, с едва заметной ухмылкой. Молчание он воспринял мгновенно. — Стоит спросить ещё раз? — на этот раз он подошёл ближе и безразлично поднял нож повыше. Свет лампы отразился от лезвия и ослепил его самого. В ярости он швырнул нож об стену — тот чудом попал в нашу совместную картину. — Зак, конечно, я очень люблю тебя за это… — выдавила я сквозь панику и уже через несколько секунд, охваченная страхом, бросилась на второй этаж нашего коттеджа. … Двумя часами позднее я уже лежала на своей кровати, в запертой комнате. Иногда доносились шаги из кухни, из гостиной. Каждый их звук заставлял меня замирать, затаивать дыхание и молиться о том, чтобы он не пришёл, чтобы оставил меня. Но с каждой секундой тишина становилась ещё страшнее, чем эти шаги. Иногда мне хочется уйти. Просто встать, уйти и сесть на ближайший корабль до Мествоса. Спрятаться в какой-нибудь деревне, среди зелёных гор и кристальных озёр. Жить там, дышать свободно и больше никогда не чувствовать этого тяжёлого взгляда за спиной. Но я не могу. Я не могу бросить работу, друзей, привычный круг. Не могу отказаться от разговоров «ни о чём», от уютных посиделок, от этих мелочей, которые казались основой моей жизни. Сколько достижений ещё впереди, сколько планов, идей, проектов ждёт меня. Всё это слишком дорого, слишком много времени и сил вложено. И всё же, разве всё это имеет значение, если я каждую ночь живу в страхе? Если каждое утро просыпаюсь и думаю, не разозлит ли его мой взгляд, моя фраза, моя тишина? Я как будто сама себе в клетке, и ключ — в его руках. И вот я спрашиваю себя: из-за какого-то мужчины уйти? Но он ведь не какой-то. Он — тот, кто держит меня. Он — тот, кто пугает меня. И он — тот, кого я люблю. Я просто не могу. Не могу. Я не знаю. Я не знаю, чего я хочу. Неужели я всё так просто брошу? Или мне стоит попытаться изменить то, что уже давно меня изменило? И вот так я заснула. К моему удивлению, сны были совсем не страшными. Я видела реки, горы, леса — но не людей. Я не ощущала ни взглядов, ни присутствия человеческой жизни. Не слышала детского смеха, разговоров. Только мои шаги и звуки животных рядом. Как красиво пели птицы, и какой чудесной на ощупь казалась трава — яркая, нежная, почти пушистая. … Утром я проснулась одна. Двери всё ещё были заперты, а одеяло приятно холодило кожу. После прошлой ночи сегодняшний день казался почти подарком. Даже не знаю почему. Наверное, я надеялась на это — или и правда день обещал быть удачнее. Пасмурная погода — моя любимая. За окном я видела людей, занятых своими делами: кто-то развешивал бельё, кто-то катил бочки, кто-то вёл детей в школу. Я наклонила голову, радуясь, что сегодня снова пойду на любимую работу. Наверняка Сири и Лузари уже ждут меня. Мне лучше, значит, я снова встану в строй. Я открыла дверь своей комнаты, чтобы пройти в ванную и привести себя в порядок, и… о господи. Под дверью лежал Зак. Она не смогла распахнуться настежь, и мне пришлось буквально перешагнуть через его немаленькое, спящее тело. Злость и страх боролись во мне. Я всё ещё боялась говорить с ним хоть о чём-то, но смелости разбудить его тоже не хватало. Вместо этого я вернулась в комнату, снова перешагнув через него, взяла подушку и аккуратно подложила её ему под голову. Лишь после этого, бесшумно оказавшись в ванной, я закрыла за собой дверь и занялась своими делами. Утро началось странно. Интересно. Но, что удивительно, — без криков и без ядовитых реплик. Тёплая вода приятно стекала по коже, смывая остатки ночного напряжения. Комната постепенно наполнялась мягким ароматом шалфея, и он будто растворял тревожные мысли, оставляя после себя тихое, хрупкое спокойствие. Лицо слегка покраснело от жара, но румянец быстро сошёл, уступив место ровному тону кожи. Сегодня я выбрала строгий коричневый костюм — грубая ткань обнимала тело, напоминая броню. Маленький пушистый шерстяной воротник добавлял каплю уюта, будто защищал от холода не только физического, но и внутреннего. На ногах — тёмные ботинки с серебряными застёжками. В отражении зеркала я выглядела собранной, готовой к новому дню. Но внутри… я всё ещё пыталась убедить себя, что этот день действительно будет другим. Дойдя до здания, я вошла внутрь и сразу встретила кучу коллег, собравшихся за чашками чая и кофе. Все мирно разговаривали, кто-то оживлённо спорил, и иногда на них оборачивались другие. Я уловила лишь обрывок фразы: — В городе ужас... стало в два раза.... Этого было достаточно, чтобы понять: работы сегодня будет невпроворот. Я часто беру на себя вопросы безопасности вместо некоторых сотрудников, хоть это вовсе и не входит в мои обязанности. Ходили слухи, что в последние дни к нам прибавилось больше людей, и я надеялась, что они окажутся толковыми, с ясным умом. Я с нетерпением ждала новых работников, которые будут следить за порядком на улицах королевства и качественно выполнять свою работу. Потому что обычно на подкрепление выезжали только двое — Сири и Жан-Бат. Проблема в том, что у нас в штабе людей и так немного. В последнее время многие сами писали заявления на увольнение и исчезали, Бог знает куда. Оказавшись в общем кабинете, я поприветствовала Лузари, с которой делю обязанности, и мы вместе сели разбирать документы новеньких. — Где ты так долго пропадала? Говорят, ты на больничном была, — она отхлебнула кофе, бегло просматривая лист. — Да… заболела. Но сейчас уже здорова, — улыбнулась я и попросила юного помощника сделать мне чай. Он выполнял в основном «принеси-подай», но держалось на нём, как ни странно, многое. В строгом чёрном костюме он коротко кивнул и направился в служебную комнату. — Очень хорошо, — отрезала Лузари. — Как знаешь, работы накопилось — я одна бы с этим не справилась. — Кстати, что у нас там произошло? Кражи, пропажи людей, даже убийства? — А что ты хотела, дорогуша? Не только же король умер. — Что ты имеешь в виду? — я недоумённо взглянула на неё. Она, впрочем, спокойно допила чашку. — Много лордов пропало. Иные погибли. Всё это — в течение недели, по нашим данным. Ну, а их враги теперь активно заказывают грабежи имений. — Она произнесла это так буднично, что я непроизвольно нахмурилась и отвела взгляд от бумаг. — И тебе не кажется это странным? — Что именно? — Смерть стольких лордов за такой короткий срок? — Ну-с… в истории уже случалось подобное, — она развела руками. — Но не в таких количествах! — Да, ты права, — нехотя согласилась Лузари. — Только, Зенна, мы ведь ничего не изменим. Лордов не вернуть. Нам остаётся лишь выяснить, кто за этим стоит. Она нахмурилась и начала что-то помечать в документах. — Может, это Новийцы что-то задумали? Разве они раньше не пытались несколько раз отравить короля? — предположила я. — Может быть. Но их кораблей в наших фортах не видели уже с прошлого года. Да и их граждане давно покинули материк. За этим следят строго. Я нервно вздохнула и снова уткнулась в работу, стараясь сосредоточиться.