Лифт

И вот, настала та синяя-синяя ночь, когда крошка Ру прибежала в третий... и теперь уж последний раз. Она пошевелила своими мраморными ушами, и они засветились. Она махнула хвостом, и поднялся ветер.   Она обняла малыша и сказала:   «Пошли! Я приглашаю тебя на луну!»   И Джонхён вдруг увидел, как на луне открываются двери, и большой металлический лифт опускается вниз — за ним.   Стало и радостно, и тоскливо. Конечно, так всё уже осточертело!..   Но:   — Я думаю: причина, по которой я жил, была ли во мне?   «Не думай! — сказала Ру. — Не думай, а просто иди! Иди!»   Джонхён, спотыкаясь, встал на крепостную стену. Он так долго не мог за неё шагнуть, а теперь, когда появился лифт с серебряными боками, оказалось, что это совсем не сложно — шагнуть.   Открылись перед ними двери. Крошка Ру запрыгнула первой, сказав:   — Ау-у!   Джонхён обернулся. Вот он: Сеул! Посмотри-ка! Он весь в мерцающих огоньках. Он — радостный! Он — спокойный!   Он может быть счастлив и без тебя!   Малыш тихо пошёл следом за крошкой Ру.   «Не бойся! Мы едем вместе!» — поддержала она.   — Я не боюсь. Я верю, что всем нам известны истории этого мира... но я так и не знаю свою.   И малыш всё шёл, оборачивался, но шёл.   Завыл где-то ветер, совсем не холодный, а говорящий: «Пока-пока!»   «А какое у тебя хобби, малыш? У меня — лаять!»   — А у меня, наверное, любить… По крайней мере, я очень надеюсь, что мои руки всегда были тёплыми.   И потом серебристые дверцы закрылись, лифт немного качнуло, прижало к земле, и они с крошкой Ру полетели вверх над Сеулом, над синим-синим Сеулом, синими горами и звёздами в синих юбках.   Они наконец-то полетели на луну.