Спасибо, Мама...

Я ученик школы боевых искусств Хуашань

Зимы в эти годы выдались, довольно, суровые. Первый снег на горе упал раньше чем ожидалось. Гора Хуа переживает нелегкие годы, ученики второго поколения ещё молоды и неопытны. Часто старейшины или ученики первого поколения спускаются к подножию горы, ближе к деревне за нужными вещами. Хён Сан уже не впервые спускался с горы, для того чтобы собрать древесину или нужные материалы. Эти времена очень тяжёлые для обычных людей, старейшины Хуашани когда могли пытались помочь им материально. Проходя по сугробам, вдалеке он заметил что-то. Нет, это было не что-то. Это был человек. Нет, это ребёнок. Хён Сан уже думал, что он умер но маленькое, худое тельце пыталось выжить, оно ещё дышало. Старейшина привёз его в гору Хуа. В первые дни ребёнок не мог даже встать, его кормили и поили, чтобы тот набрался сил. Ученики второго поколения были удивлены новым человеком на горе, а старейшины и другие жители горы Хуа были сперва против, но потом, поняв ужасное состояние ребенка, они разрешили Хён Сану оставить его. --- Однажды ребенок спросил: — Почему вы не прогоняете меня? — голос его был тихим, смиренным. Сам он всё ещё выглядел маленьким для ребёнка которому чуть меньше девяти, одежда на нём была слишком большой, но щёки его приобрели свет с первой их встречи и сам он стал чувствовать себя лучше. Вопрос удивил старейшину, он не хотел прогонять ребенка, если бы ребенок сам не захотел уйти, Хён Сан не стал бы преграждать ему путь. Он нежно посмотрел на него и спросил: — Как тебя зовут? — Юн Чжон....— имя которое он давно не произносил, но которое он всегда помнил и никогда не забывал. — Юн Чжон, меня зовут Хён Сан. Я старейшина секты горы Хуа. Я никогда бы не держал тебя тут против твоей воли, в любой момент если ты захочешь, всегда можешь уйти. — помолчав старейшина продолжил, — Если хочешь остаться, я не смогу дать тебе больше чем у меня есть. Единственное что я могу тебе предложить это — Гора Хуа. Она будет твоим домом, а жители Хуашани твоей семьёй. И я приму любой твой выбор, и буду рад тебе помочь сейчас и в будущем. Юн Чжон был удивлён такими словами. Этот человек дал мне всё, спас мне жизнь. «Он мог бы потребовать всё что угодно, но он сказал что примет меня и будет помогать мне.» Эти слова затронули ребенка. С самого начала он смотрел на него только как на обычного ребенка, в этом месте он не был никому не нужным нищим, он был Юн Чжоном. — Я хочу остаться. Я хочу чтобы гора Хуа стала моим домом, а люди Хуашань моей семьёй.....— уверенные слова Юн Чжона к концу превращались всхлипы, из глаз его полились слёзы. После же он благодарил своих благодетелей, но в душе понимал, что никогда не сможет отплатить им такой огромный долг. Тогда, Юн Чжон из нищего ребёнка превратился в ученика Хуашани. Ученика разрушенной секты что дала ему всё. Секты у которой есть великое будущее. --- —Чхон Мён! Только послушай Чхон Мён! — Чхон Мён, прошу давай останемся тут, прошу тебя. Мы очень устали! — Чхон Мён, пожалей своих сахёнов! Пять мечей, великие воины известные на весь Канхо, жалобно просили своего младшего Чхон Мёна переночевать этот день тут. Ведь до этого, они расправились с разбойниками, которые терроризировали эти края. Усталые воины не хотели тащить тележку ночью до горы Хуа, которая, к тому же, сейчас совсем не близко. После долгих уговоров и криков, они решили остаться в одной из хороших гостиниц предложенной местными жителями. Все были заняты своими делами: Пэк Чхон писал письмо, о том как прошла их миссия, главе секты; Ю Исоль решила принять ванну и избавиться от грязи и запаха крови; Тан Сосо, после того как проверила состояние других членов команды, решила присоединиться к своей Саго; Чхон Мён взял откуда-то алкоголь и ушёл на крышу; Чо Голь явно усталый за день упал на кровать и не двигался, но к счастью подавал признаки жизни; и в углу сидел ничем не примечательный монах Хе Ён, который был рад за то, что его не выгнали на улицу есть траву. Юн Чжону, великому ученику третьего поколения, хотелось развеется и проветрить свои мысли, и пока все были заняты он вышел на улицу. Вдруг кто-то сзади подошёл к нему очень близко и воскликнул: — Сахён! Сахён! Куда ты идёшь? — это был Чо Голь. Юн Чжон даже не заметил как тот последовал за ним. — Чо Голь, я просто хочу прогуляться. Не волнуйся, я скоро вернусь. — Сахён, могу я пойти в месте с тобой? — Прости, но мне хочется пойти одному. Возвращайся назад, ты выглядишь усталым. — твердый голос Юн Чжона не оставил выбора для Чо Голя, и он остался смотреть на исчезающую спину своего сахёна. — Но сахён тоже устал и ранен...— тихо послышалось в конце. --- По дороге Юн Чжон дал нищим детям еды и купил в ближайшей лавке цветы. Обычные цветы которые часто растут в этих местах. Они были красные. Он помнит, что когда он уходил вдалеке он чувствовал на себе чей-то взгляд, наверное это какой-то зверь. --- И вправду все эти улицы и дома, они никак не изменились за всё это время. Ноги Юн Чжона несли его всё дальше и дальше, пока дома не стали появляться всё реже. Наконец он дошёл до одиноко стоящего дома, а точнее от того что когда-то было им. Стены разваливались, дверь была выбита, а крыша и вовсе разрушилась. Тут никто не жил уже давно. Даже лесных зверей, лис или грызунов не было видно поблизости. Юн Чжон подошёл к дому и прикоснулся к одной из стен, она выглядела так будто готова была развалится в ту же секунду. Прикосновение ничего не изменило. Это было как что-то давно забытое из прошлого. Но дом не был самым главным. Он повернул голову и посмотрел на неровность на земле, недалеко от дома. Выпуклость не вписывающаяся в картину гладкой земли на округе. Она стояла очень одиноко и на ней лежал маленький камень. Невозможно назвать такую ужасную работу могилой, но её сделал ребенок. Он сам её сделал. Могила для его матери. — Я вернулся, Мама. — впервые за долгое время он снова обращается к ней. Ему стыдно что он не помнит её лица, ему стыдно что он не помнит её имени, её нежных рук что щипали его щёки в далёком детстве. Он мало что помнит из своего детства, только обрывки. И вечно повторяющее слово "Мама". Он приблизился и опустился на колени перед этой могилой. Цветы он положил у её подножия. Руками он исправлял её неровности, очищал её. Приведя её в порядок он сел. Он не знал, что сказать. В прошлом он мог говорить с ней вечность, но сейчас он не знает что сказать, но он должен. «Она так долго меня ждала, я должен что-то сказать.» — послышалось в его голове. Ему было неловко, но он начал рассказывать. Он рассказал как его спас старейшина Хён Сан. Юн Чжон долго говорил о секте горы Хуа, о его людях. Об их доброте, о дао которому он обучился у них. Он рассказал всё что он пережил после того как из ниоткуда пришёл Чхон Мён. Иногда вырывался редкий смех, за неловкие и смешные воспоминания. Он был рад поделиться всем этим со своей матерью. И он закончил. В последний раз, он обратился к матери: — Спасибо, Мама. За всё тогда. За то что ты заботилась обо мне, за то что выслушивала меня, одни лишь мысли о тебе не дали мне сдаться когда я не находил смысла идти вперёд и жить. — он не понимал почему он говорит это, наверное он рассчитывал услышать ответ или смириться с её смертью. После того дня она никогда не отвечала ему, но он надеется, что она всё ещё присматривает за ним как тогда когда он был ещё ребенком. Ветер пронёсся рядом с ним развеяв лепестки красных цветов. Они нежно опускались вниз рядом с ним, касаясь его руки полной шрамов от сражений и тренировок. Слёзы давно иссохли, он не думает плакать снова. Ещё немного оставшись рядом с могилой, Юн Чжон не заметил как начал подниматься рассвет. Ему пришлось встать и уйти. Ему надо возвращаться к своей команде. Наверное они всё ещё спят, и ни о чём не беспокоятся, он надеется на это. В последний раз он обернулся, чтобы посмотреть на свой старый дом, на могилу. В лучах раннего солнца ему показалось, что он увидел человека. Человека что улыбался ему и плакал. Он улыбнулся ей тоже.