Часть 5

Пока они шли по лесу, Канроджи и Токито обсуждали произошедшие события. Канроджи пыталась отвлечься от тревог, делясь воспоминаниями о более спокойных днях. Тем временем Генья, измождённый и истощённый, не мог больше удерживать глаза открытыми. Поэтому канроджи добродушно взяла его на руки. Пока Генья всё глубже погружался в сон, его мысли замедлялись, а тревога уходила прочь. Вдруг его сознание окутало теплее, и он оказался вновь среди семьи. Его мама, братья и сестра были там, на солнечной поляне, окружённые цветами, которые благоухали в воздухе. Генья, осознав это, подбежал к ним с радостью. "Я так по вам скучал!" — закричал он, распластав руки, чтобы обнять их. Слезы счастья катились по его щекам. Но удивление обманчиво: его семья отстранилась от него с испугом и презрением. Гэнья в недоумении замер на месте, не понимая, что происходит. "Мама? Братья.. Сестры.. Что с вами?" — его голос был полон отчаяния. "Не подходи к нам!" — закричала его сестра, её глаза полные ужаса. Почему они так реагируют? В этот момент он ощутил, как его тело изменилась — он стал демоном. Его мама встала на защиту своих детей, глядя на него с жалостью и страхом. "Не трогай их!" Генью шагнул к ним, его сердце разрывалось от боли. "Почему? Я всё ещё ваш сын!" Но вперед вышел Санеми, не скрываю‌щий своего презрения. "Ты же знаешь, что я погиб только из-за того, что ты стал демоном! Если бы ты погиб, как и остальные, я бы просто ушёл, нашёл бы себе работу и завёл семью. Я так устал оберегать тебя!" Каждое его слово словно остриё меча вонзалось в Генью, оставляя за собой лишь пустоту. Он не мог понять, как его родные, его семья, могли так его ненавидеть. В этот момент он ощутил, как тьма снова окутывает его сердце, забирая всё светлое, что ещё осталось. Словно ускользая в бездну, Гэнь-я слабо закричал в воздух: "Нет! Я не хочу быть таким!" Но звуки его молитвы терялись среди смеха и насмешек его прошлой жизни. В то время, как его сознание погружалось в тьму, в реальности, мир вокруг него начинал расплываться. Токито и Канроджи, осознавая, что Генью не может продолжать свой путь в таком состоянии. Токито и Канроджи переглянулись, полные тревоги и полной неуверенности. Они знали, что Генья сейчас переживает нечто ужасное, и их желание помочь боролось с страхом причинить ему еще больше боли, если они решатся его разбудить. Канроджи, чувствуя, что не может оставаться в стороне, аккуратно обняла Генью, прижав его к себе. Её теплота и забота должны были быть как-то связаны с настоящим, чтобы немного смягчить тёмные грёзы, которые его терзали. Токито, наблюдая за их близостью, мягко начал гладить Генью по волосам, надеясь своим добрым жестом помочь ему разогнать тьму. Внезапно стало тихо. Они оба замерли, стараясь не нарушить этот момент. Было видно, как Генья борется с чем-то невидимым, его тело дрожало, но в его лице начала проступать яркая эмоция. Прошло несколько минут, и вдруг он неожиданно заплакал, а на его щеках блеснули слёзы. Но в то же время на губах появилась улыбка — такая, какую они никогда не видели раньше. Его брат истинно обнял его и нежно гладил по голове, как когда-то в детстве. Гэнья почувствовал, как страх и ненависть, которые окружали его, растворяются. Он смотрел, как мама, братья и сестра исчезают, произнося нежные слова: «Прости нас, мы желаем тебе только лучшего». Гэнья остолбенел от такого поворота событий. Сначала его сжигал гнев и досада, а теперь он чувствовал лишь тепло и любовь. Он не мог понять, как так могло случиться — от ужаса до утешения. Почему память о его семье причиняет столько боли, только чтобы затем превратиться в что-то столь светлое? Не в силах удержаться, он разрыдался, его всхлипы накрывали всё вокруг, словно грозовые облака. Он кричал, но это были слёзы не от горечи, а от освобождения — от боли, которую он носил в сердце так долго. Канроджи крепче сжала его, а Токито продолжал гладить его волосы, как будто это были простые слова поддержки, что-то совершенно необходимое в этот момент. °°° На утро после тяжелой ночи, Генью проснулся в одной из комнат, где его оставили Канроджи и Токито. Внутри него все еще бушевали противоречивые чувства: от радости за то, что его друзья рядом, до страха, что они могут его ненавидеть. Он поднялся с кровати и выглянул в окно. Но тут же пожалел из-за этого, солнечный свет тут же обжог его. Гэнья глубоко вдохнул свежий воздух, наполняя легкие силой, и направился к двери. В коридоре он столкнулся с Токито. Тот, не произнес ни слова, просто кивнул. Их взгляды встретились, и Генья ощутил, как часть его тревог немного утихла. "Как ты себя чувствуешь?" — спросил Токито тихо, как будто стараясь не нарушить хрупкое мгновение. "Лучше," — еле как ответил Генья. На утро, когда над лесом встало солнце, охотники и хаширо начали обсуждать слухи о новом демоне. Информация разлеталась с молниеносной скоростью. Также все говорили,что Танджиро проклят, сестра была демоном, а теперь человек... А теперь ещё и брат объявился, и тоже демон. Гэнья же не обращал на это внимания. Вместо этого он проводил время с Токито, наслаждаясь тёплой атмосферой их дружбы. Иногда к ним присоединялась Незуко, и они просто сидели, обменивались взглядами и молчали, словно слова были лишними. Между ними чувствовалось понимание, которое не требовало слов. С Иноске у Гэньи отношения сложились не так уж гладко. Они слегка поразошлись в мнениях, и словесная перепалка, казалось, стала неизбежной. Однако перед Тандзиро Гэнья часто извинялся, хотя сам не мог точно объяснить, за что именно. Он терялся в собственных чувствах: то ли за то, что когда-то стал демоном, то ли за свою беспомощность в защиту своих друзей. Тандзиро, озабоченный этим поведением, только улыбался и говорил, что все в порядке и прощает его. Но что именно он прощает, оставалось для него загадкой. По сути, для Тандзиро это было даже не важно. Он просто радовался тому, что Гэнья с ними, что эта дружба спасает и дает силы. — Всё в порядке, Гэнь-я, — наконец произнёс Тандзиро. — Мы все проходим через трудности. Главное, что ты здесь и ты с нами. Гэнья вздохнул, услышав эти слова, и в его сердце вновь зажглось тепло. "Спасибо, Тандзиро. Я… я просто иногда чувствую, что не заслуживаю вашего прощения." — Неправда! — Тандзиро решительно встряхнул головой. — Мы все делаем ошибки. Но это не определяет, кто мы есть. Ты — наш друг, и это самое главное. Гэнь-я кивнул, и его сердце наполнилось облегчением. С каждым днём, проведённым с этими людьми, он всё больше понимал, что его судьба ещё не завершена. Он мог бороться, искупить свои грехи и, возможно, найти счастье снова. Тем временем в округе продолжали раздаваться слова о новом демоне. И эти слухи дошли до Санеми. Слухи о новом демоне, который по слухам был братом Тандзиро, быстро разлетелись по всему округе, вызывая удивление и тревогу. Народ переговаривался, обсуждая, многие не могли поверить в такую чудесную историю — как мог уже второй демон оказаться на стороне охотников? Некоторые начали высказывать подозрения о том, что Тандзиро как-то связан с самим королём демонов. Все его демонические родственники, казалось, были враждебными существами, которые только притворялись добрыми, чтобы подстроить засады для доблестных охотников. Санеми, узнав о всех этих слухах, не смог остаться в стороне. Он всегда был защитником, и в случае с Тандзиро это не было исключением. Он подозревал, что это может угрожать всему братству. Вечером, когда солнце начало скрываться за горизонтом, Санеми направился к поместью бабочки, полон решимости выяснить все недоразумения. Он дошёл до здания, когда небо уже окрасилось в тёмные тона — идеальный момент, который создал подходящую атмосферу для того, чтобы поставить всё на свои места. Зайдя внутрь, он смог найти Тандзиро и естественно, не задумываясь, начал выплёскивать накопленные гневные эмоции. — Как ты мог принести второго демона в это место?! — закричал он, словно мать, которая ругала ребенка за то,что тот принес в дом уличного кота. — Ты не понимаешь, насколько это опасно?! Тандзиро попытался объясниться, открыть свои чувства, но Санеми не оставлял ему шанса. Его голос звучал яростно, как буря, и он продолжал разбирать своего друга по частям: «Какие у тебя мысли?» С каждым словом гнев Санеми лишь возрастал, но Тандзиро не сдавался, пытаясь успокоить его. Однако Санеми не хотел слышать никаких оправданий, его собственные страхи и предостережения словно накрывали его волной. И тогда, когда напряжение между ними достигло своего апогея, за спиной Sanemi послышался тихий голос: «Аники...» Гэнья, потихоньку открыв дверь, шагнул в комнату, полное волнения и тревоги. Он уже осознавал всю нелепость ситуации, как Санеми продолжал кричать, и теперь его присутствие добавляло новое измерение к хаосу. В его голосе чувствовалась незащищённость, тепло, которое он надеялся найти среди этого ярого конфликта. В какой то момент Санеми успокоился,понял,что голос до боли родной и знакомый. А ещё "аники" так называл его только.. И тут Санеми резко развернулся Он остолбенел. Глядя в глаза Гэньё, он не мог поверить, что тот, кто когда-то был его маленьким братом, теперь стал высоким, сильным демоном. Воспоминания о беззаботных днях, когда они играли вместе, захлестнули его, и его сердце наполнилось горечью. Он чувствовал себя потерянным, но в то же время неизмеримо счастливым, что его брат все еще жив,ему хотелось плакать и кричать и обнимать брата вечно,но рядом был посторонний - Танджиро. Поэтому он думал,как правильно ему поступить. И пока он думал,Гэньё бросился в объятия Санеми, и в этот момент все прерванные связи, всю ту боль, что накопилась на протяжении многих лет, было как будто возможно восполнить одним мгновением. Санеми долго не мог понять, что происходит. Он стоял в объятиях брата, ощущая его тепло и давление, словно это было спасением в бурном море. Гэньё плакал, и это щемящее сообщение передавало всю ту тоску, с которой они оба сталкивались в разные времена. Слезы текли по щекам Санеми, сами собой, как будто весь накопленный стресс и страх вырвались наружу. Он не хотел показывать свою слабость, но в этот момент все его внутренние барьеры рухнули. Слезы насали течь ручьями по обеим щекам, и Санеми, наконец, позволил себе напомнить, кто он на самом деле. Он был братом, братом, который придаст значение их связи выше всего. — Я думал, что потерял тебя навсегда, — прошептал Санеми, прижимая Гэньё к себе. — Я вернулся, Аники, — ответил тот, его голос был дрожащим, полным облегчения. — Я искал тебя. Я не знаю, что делать, но я хочу быть с тобой. Санеми вздохнул, поглаживая волосы брата. Он знал, что их связь была особенной, крепкой даже несмотря на самые ужасные преграды. Он бы шел по огню ради Гэньё, даже если тот стал демоном. Они все ещё плакали и обнимались,и им было хорошо рядом друг с другом. Тем временем напряжение в комнате улеглось, как будто словно печь охладила горячее проклятие. Тандзиро, который наблюдал за этой сценой, почувствовал, как его сердце наполнилось надеждой. Два брата, казалось, нашли друг друга, но проблема заключалась в том, что остальной мир еще не был готов принять эту связь. Он понимал, что нужно действовать. — Нам нужно объяснить ребятам, что Гэньё не враг, — произнес Тандзиро, поднимаясь на ноги. — Мы не можем позволить страху управлять нами. Вместе мы можем справиться с этим. Санеми, все еще держащий Гэньё, кивнул, его решимость укреплялась. — Я не позволю, чтобы кто-то задавался вопросами о тебе, Гэнья. Я буду защищать тебя. Тебе не о чем беспокоиться. Братья обменялись взглядами, полными понимания и поддержки. Но свет, который горел в их сердцах, также наталкивался на отражение жестокой реальности — мир не примет демона, даже если он безобиден. — Мы должны поговорить с остальными охотниками, — стал на паузу Тандзиро. — Они не будут рады, узнав, что у тебя ,Санеми,брат демон. Но, если мы все будем вместе, сможем убедить их в обратном. Гэнья вздохнул, ощущая растущее волнение. Он знал, что это будет тяжелое начало — его собственные страхи и предвзятости с детства теперь стали его грузом. Но он также чувствовал, что не одинок. У него есть семья, готовая поддержать его. — Я ведь и правда не враг, — произнес он, стараясь говорить уверенно, хотя внутри его сердце продолжало колотиться от страха. — Я просто хочу быть с вами, и помочь. В содержании их разговора звучала настоящая братская любовь, глубокая и искренная, как блестящий поток в засушливом мире. Казалось, что все страдания, которые они пережили, теперь служат напоминанием о том, что они по-прежнему связаны, что любовь все еще способна переплетать их судьбы, несмотря на все преграды. Санеми почувствовал внутри себя, как грозные облака его гнева и недовольства постепенно рассеивались. Он больше не хотел бояться только того, кем стал его брат. Вместо этого он начинал понимать, что его собственные предвзятости могли стать преградой для той любви, которую они никогда не должны были терять. — Я всегда буду с тобой, — произнес он решительно, с широко открытыми глазами. — Пора забыть прошлое и вместе создать новое. Мы будем защищать друг друга, и ничто не отнимет у нас эту возможность. В этот момент для Санеми все стало ясным: они были не просто братьями, они были связаны вечной братской любовью, способной сразиться с любыми обстоятельствами. Они остались в объятиях друг друга, позволяя боли и ностальгии слиться в единой гармонии. В этой тишине, наполненной эмоциями, оба брата наконец-то почувствовали, что снова нашли дом друг у друга. Несмотря на все предстоящие трудности, они знали: вместе они справятся с любыми вызовами, которые принесет им жизнь.