- х -

— О, ты не шутила, — Сампо не совсем уверен в том, что чувствует, пока смотрит на Ханаби. Она абсолютно голая. Сидит с хитрым прищуром на бильярдном столе, широко раздвинув ноги. Покусывает губу и довольная собой ловит реакцию. — Неужели я похожа на клоуна, мой дорогой друг? — хмыкнув, она опирается на руки позади себя, приподнимает одну ногу и легко принимается катать кончиками пальцев бильярдный шарик. — Да, — кивает Сампо, подходя ближе и упираясь в бортик стола обеими руками. Старается не отрывать взгляд от прищуренных алых глаз. — Таких заказывают, когда ненавидят своих детей. — Перед детьми я бы вела себя скромнее. Чуточку, — ничто её не берёт. Ханаби хихикает звонко, а Сампо случайно роняет взгляд на её грудь. Маленькая, аккуратная. Соски напряжены. Он шумно сглатывает и смотрит ещё ниже. На плоский живот и серёжку в пупке, на абсолютно гладкий лобок и влажные половые губы. Из-за того, как широко Ханаби раздвигает ноги, Сампо прекрасно видно сжимающееся из-за смеха влагалище. Чёрт. В штанах резко становится тесно. Он сжимает пальцами бортик стола крепче, шумно выдыхает через нос и поднимает взгляд обратно на хитрое лицо Ханаби. — Поиграешь со мной немного? — она приподнимается и усаживается на колени, подаётся к Сампо ближе и широко ведёт языком по его губам. Ладони мягко гладят по его плечам, пальцы сжимают руки, забираясь под рукава и скользя по голой коже. — Хочешь, чтобы я трахнул тебя прямо здесь? Сампо на самом деле человек простой в этом плане. Ханаби же гораздо сложнее. Хитрее. Любит заводить и играться, превращать всё в извращённое шоу, сводя с ума и раз за разом раздвигая рамки. Сампо никогда не догадывается, что его ждёт. — Нет, — Ханаби воркует, хихикает, а он в ответ чуть хмурится, пока возбуждение тянет внизу всё ощутимее. — Я же сказала — поиграть. Она снова мокро лижет его губы, одной рукой гладя по шее и груди вниз-вниз-вниз. Сампо задерживает дыхание, но прикосновения к паху так и не ощущает. Непонимающе моргает и немного отодвигается. Ханаби с улыбкой демонстрирует ему один из бильярдных шаров. Их переглядки длятся несколько мгновений. Сампо всё ещё не уверен, что понимает. Либо боится этого. — Ты?.. — Хочу, чтобы ты засунул в меня вот это, — язык Ханаби скользит по шару, а Сампо резко выдыхает весь воздух. Она реакцией довольна, снова смеётся. Второй рукой из-за спины достаёт большой тюбик смазки. — Шаров много… У Сампо, кажется, кружится голова — вся кровь сейчас явно в другом месте. Ханаби возвращается на место. Садится, разводя ноги, опирается на локти за спиной, снова кусает нижнюю губу. — Ты сумасшедшая, — делится откровением Сампо, склоняясь над Ханаби и легко облизывая сосок. Он вжимается стояком в бортик стола, руками подхватывая смазку. — Кто из нас будет платить за испорченный стол? — он выливает не жалея. — Чур не я! — Ханаби со смехом прижимает указательный палец к кончику носа. Сампо не успевает удивиться — просто вставляет в неё сразу три скользких пальца. Входят легко, и Ханаби совсем едва слышно стонет. — Ещё… Сампо вздыхает, опуская взгляд и смотря, как в неё входят уже четыре его пальца по самые костяшки. Яйца неприятно начинает тянуть, и он потирается о бортик стола — всё равно играть придётся по правилам Ханаби, и кончит он, лишь когда она позволит. Если позволит. Она сладко выдыхает, запрокидывая голову, и Сампо прикусывает сосок. Знает, что стоит начать быстрее — Ханаби возни не любит. Но всё равно хочет немного разогреть и растянуть её. Пальцы двигаются неспешно, мокро хлюпая смазкой. Сампо погружает их всё глубже. — Фистинга в планах сегодня не было, — бормочет Ханаби сквозь стон со смешком, поглядывая вниз на Сампо. Она сжимается вокруг так тесно, что ему и самому сложно сдерживать вздохи. — Давай уже. Сампо достаёт мокрые пальцы и задумчиво смотрит на бильярдный шарик. Всё же вздыхает. — Ты уверена? — Либо в меня, либо в твою глотку, — милое выражение лица Ханаби не меняется абсолютно. Она лишь пошире раздвигает ноги, отчего внизу слышится влажное хлюпанье. Действительно, зачем он вообще спрашивает. Сампо добавляет на шарик смазки. Держит на руке какое-то время, согревая и оценивая вес. Тяжёлый… — Так боишься, будто в мать родную пихать заставляю, — Ханаби смеётся, ложась полностью на спину. Сампо морщится и кивает сам себе: любовь зла, полюбишь и больную на голову Недотёпу. — Тогда потом не ной, что всё болит, — он хмуро склоняется над ней, прижимая шарик к влагалищу. Кажется, что тот физически не сможет вместиться. Ханаби обнимает его за шею, целует глубоко и мокро, пытаясь расслабиться. Сампо давит пальцами, ощущая, как шарик постепенно очень туго проходит дальше. — Блять, — Ханаби отрывается от его губ со сдавленным матом. Жмурится и дышит через нос, а живот сильно напряжён. Сампо замирает, смотрит на неё внимательно: лицо раскрасневшееся, ресницы мокрые. — Больно всё же, — он немного убирает пальцы и тут же ощущает, как шарик выталкивается. Ханаби напрягается и надрывно стонет, быстро мотая головой. — Не смей останавливаться! Убью, — скулит и для веса кусает за плечо. Сампо шипит и резко давит пальцем, выбивая из Ханаби вскрик. Шарик полностью оказывается внутри. — Ёб-баный Аха… — Ханаби вся дрожит и заикается, но на губах растёт широкая зубастая улыбка. Они оба с интересом смотрят вниз, где визуально абсолютно ничего не говорит о том, что внутри Ханаби чёртов бильярдный шар. — А ты говорил, я плохой клоун. Смотри-ка, фокус с исчезновением! — и лишь из-за смеха в самом низу живота виднеется небольшая выпуклость. — А ты… а как доставать? — Сампо искренне растерян. Ханаби чмокает его в кончик носа, а после прикусывает губу, напрягаясь. Её влагалище медленно расширяется, и оттуда показывается гладкая поверхность. Она пыхтит и стонет, и шарик выходит всё сильнее. Палец Сампо останавливает его на самой широкой части. — И как тебе? — он чуть давит, но не позволяет шарику полноценно сдвинуться ни в одну из сторон. — Нравится? — в его глазах тоже, наконец, проскакивает искра возбуждённого интереса. Ханаби отвечает поплывшим взглядом. Сампо чуть улыбается и проталкивает шарик обратно внутрь, вынуждая Ханаби подавиться воздухом и протяжно застонать. Сампо тут же ловит её губы для поцелуя, скользкими пальцами поднимаясь к клитору и принимаясь его гладить с нажимом. — Ещё, — она капризно хнычет, прикусывая его губу. — Я не хочу кончить так быстро. Второй шарик даётся Сампо морально проще. Ханаби — нет. Она кусается, извивается и скулит, пока тот медленно проникает в неё, расширяя влагалище. Кажется, всё ещё болезненно. Попав внутрь, шарик глухо стукается о первый, а Сампо с интересом немного давит на низ живота, ощущая наполненность. — Чёртчёртчёрт, — Ханаби вся взмокшая, чёлка липнет к лицу и на шее виднеются капли пота. Сампо с удовольствием слизывает их и целует ключицу. Опускается к груди, покусывает соски и дразнит их кончиком языка. — Можно я уже отлижу тебе? — он жмётся носом к её подрагивающему животу. Ханаби быстро-быстро мотает головой. — Нет, — её голос дрожит, да и сама она выглядит в разы менее уверенно. — Ещё хотя бы один. — В тебя не влезет, — Сампо хмыкает и почти успевает без разрешения опуститься ниже, но Ханаби вцепляется в его волосы и тянет обратно на себя. — Понял, понял. Ещё так ещё. Он выцеловывает её лицо, щедро выливая смазку на ещё один шарик. Не верится, но и он оказывается внутри. Ханаби крупно колотит, она часто и громко стонет, сжимаясь внизу и ощущая дикую наполненность. — С ума сойду сейчас, — шепчет, почти задыхаясь. Сампо кажется, что она кончит сейчас сама по себе. Но у неё ещё есть силы, чтобы посмотреть ему в глаза и улыбнуться, хоть и слабо. — А теперь трахни меня в задницу кием. — Чего?.. Сампо немножечко в ахуе. Смотрит в горящие бешенным возбуждением алые глаза, держит крепко дрожащую Ханаби и, к сожалению, не сомневается — она серьёзно. Одна её рука скользит по телу вниз, и Ханаби накрывает промежность ладонью, проталкивая в себя палец, чтобы шарики оказались ещё глубже. С сиплым стоном она кивает в сторону, и Сампо видит лежащий на бортике стола кий. Длинный, гладкий, с привлекательно утолщённым концом. Что же, выбора у него всё ещё нет. — То есть мой член сегодня так, наблюдатель? — Сампо приподнимается, чтобы нанести смазку на кий и распределить её. — Отсосу тебе так, что с Эонами увидишься. Но всё после, — Ханаби перекатывается на бок и с глухим стоном сводит ноги. Сампо кажется, что он слышит трение шаров друг о друга. Ханаби заводит руку назад и оттягивает ягодицу, открывая вид на привлекательную сжавшуюся дырочку, залитую смазкой. Сампо прикусывает её за бедро и прижимает кий к анусу, начиная медленно вводить внутрь. Ханаби не контролирует громкость своих стонов, цепляется за ягодицу до алых лунок от ногтей. Но, кажется, ей всё более, чем нравится. Поэтому Сампо продолжает. Медленными толчками погружает кий всё глубже, а после ускоряется. Ощущает, как внутри туго — двигаться сложно. Несколько раз прямо перед глазами сокращается влагалище и виднеется край шарика. Сампо услужливо подталкивает тот обратно внутрь. Поверхность стола напрочь испорчена смазкой и потом, но это вообще последнее, о чём они оба сейчас думают. Сампо сжимает челюсть и мысленно извиняется перед собственным стояком — уверен, что Ханаби после такого и глаза толком открыть не сможет, что уж говорить о сексе. — Быстрее, — она скулит, сжимая ноги всё сильнее. Сампо послушно ускоряется, хотя рука уже успевает устать. Двигает кием, окончательно вводя палец во влагалище и давя на крайний шарик. Ханаби такая разгорячённая и мокрая — на бедре остаётся ещё один несдержанный укус. Она крупно вздрагивает, издавая долгий высокий писк, вся трясётся, сильно сжимаясь. Сампо ещё раз толкает кий поглубже и резко достаёт и его, и палец, выпрямляясь. Ханаби метает на месте от сильного оргазма, она кусает свои руки, всхлипывая и давясь стонами. Наружу показывается один из шариков. Выскакивает, мокро шлёпаясь о стол под вскрик. Ханаби дышит тяжело и, кажется, даже плачет от переизбытка ощущений. Сампо шумно сглатывает, опираясь задом о соседний стол и наблюдая, как Ханаби напрягается, чтобы вытолкнуть второй шарик. Ноги её сильно трясутся, а анус очаровательно сжимается. Когда уже третий шар показывается из влагалища, Сампо всё же плюёт на запрет, резко подаётся вперёд, разводя ноги Ханаби в стороны. Она непонимающе всхлипывает и вздрагивает, когда он прижимается к промежности стояком через одежду. Трётся несколько раз грубой тканью, а после быстро приспускает штаны с бельём и одним движением входит. Головка члена упирается в гладкую поверхность шара, проталкивает его обратно вглубь. Ощущает свободнее, чем обычно, но в следующую секунду стенки влагалища услужливо сжимают его. — Какого хера? — она еле дышит. Глаза закатываются, а в руках совсем нет сил. — Мне вытащить? — Сампо задирает и сжимает её ноги. Смотрит сверху вниз внимательно. Ханаби фокусирует взгляд на нём едва-едва. — Только попробуй, — хрипло сипит, и звук этот перетекает во вскрик, когда Сампо тут же принимается быстро в ней двигаться. Он просто неимоверно возбуждён. Уверен, что надолго не хватит. Сампо сжимает челюсть, глухо выстанывая от быстро накатывающего оргазма. Он не останавливается, лишь вздрагивает и кончает с последними глубокими фрикциями. Член Сампо достаёт медленно и восторженно наблюдает за вытекающей спермой. Столу уже не помочь. Самому Сампо тоже, потому он опускается и обхватывает губами клитор Ханаби. Она вздрагивает, издавая уже совершенно невнятные звуки. Сампо напрягает язык и быстро двигает самым кончиком, смотря вверх. Глаза Ханаби закрыты, она шкребёт ногтями по столу и красиво выгибается в спине. Третий шарик мажет смазкой по подбородку Сампо, и Ханаби уже вслух плачет от нового сильного оргазма. Губы в кровь искусаны, а всё тело трясётся так сильно. Сампо понимает, что сама она отсюда не уйдёт. Не хватит сил. Ханаби буквально отрубается, как только оргазм её отпускает. Сампо снимает куртку и укутывает её, после заботливо поднимая на руки. Смотрит пару секунд на потное и красное, но безмятежное лицо. — Сумасшедшая, — фыркает, целуя её в лоб, и быстро покидает помещение. Никто из них не заплатит за испорченный стол.