Глава вторая. Переговоры.
20 сентября 2023, 16:46Тик-так.
Часы в старинном стеллаже отсчитывали секунды безвозвратно уходящего времени. Говорят, они занимались этим еще с основания Ордо Фавониус Магистром Ванессой.Тик-так.
Она спасла Мондштадт от гнета Аристократии, несмотря на то, что была всего лишь рабыней. И своей храбростью смогла вернуть Архонта на родные земли, а после, и вознестись в Селестию.Тик-так.
Интересно, что бы она подумала увидь бы она ее. Не спавшую несколько дней, голодную, с мигренями. Не уж то она действительно тот человек в котором сейчас нуждается Мондштадт? Разве она, временно занимающая пост настоящего Магистра, сможет справится с непосильной ношей? Разве она, потерявшая все силы своего Глаза Бога, единственной силы, которая действительно сможет помочь в бою, сможет отбить осаду города и найти пропавший отряд рыцарей? Разве она действительно достаточно прилежна, чтобы быть хорошей заменой Варке?Тик-так.
Джинн бросила взгляд на часы. Осталось одиннадцать часов до начала собрания Фатуи. На нем она будет обязана дать полный и приемлемый отчет о том, что происходит, чего ждать дальше и что делать с провиантом. Кто же знал, что на земли, где вообще не знали понятия, что такое зима и холод, придет голод?Тик-так.
Да и как ей вообще объяснить то, о чем она сама не имеет ни малейшего понятия? Тут бы не помешало умение настоящего Магистра импровизировать, ведь Джинн не может, ее такому не учили. Зато она прекрасно знает все боевые стойки, знает как понять, что перед тобой будущий Рыцарь, а не потерявший себя Искатель Приключений. Джинн знает все правила ведения боя, знает весь этикет для важных мероприятий, знает все особенности Мондштадской культуры и природы, готова пересказать абсолютно все стихи, без единой запинки из «Легенд о Ванессе» и «Сборника традиционных Мондштадских песен, со времен падения Декарабиана и до Великого Бедствия».Тик-так.
Но что от них толку, если она даже не может объяснить временным союзникам, почему они должны рисковать жизнями ради чужой страны! Как же нелепо…Тик-так.
Стоп. Походу она немного погорячилась… Вдох-выдох. Все будет в порядке, она просто, должно быть, немного устала. Сейчас она закончит с кипой бумаг, и можно будет немного отдохнуть… Уверена, что маленький отдых поможет на предстоящих переговорах…Тик-так.
Джинн выдохнула и взяла первый документ со стопки. Их было даже не слишком много! Значит у нее точно останется пара-тройка часов на отдых. Ее мама всегда говорила: «Как время неспешно бежит за песнями Анемо Архонта, так и часы не останавливают свой ход за добросовестным выполнением работы»… Взяв первый лист, Джинн прочитала:«Отчет о состоянии элементов в регионе Мондштадт и в частности в самом городе.»
Был написан Главным Алхимиком Ордо Фавониус и Главой исследовательской группы — Рыцарем Мела Альбедо. Согласно последним исследованиям и наблюдениями за Кристальными Бабочками Анемо (сейчас и далее, подопытная группа номер один), владельцами Анемо Глаз Бога (сейчас и далее, подопытная группа номер два) и других элементов (сейчас и далее, подопытная группа номер три), было выявлено, что первая подопытная группа полностью утратила Анемо элемент и каждый из субъектов превратился в кристальное ядро. Вторая же подопытная группа полностью лишилась сил управления элементов. Анемо Глаза Бога потухли, утратив свою силу. Причины этого пока не известны, но есть вероятность, что на них могли повлиять силы Бездны. Третья подопытная группа может свободно пользоваться силами стихий (имеются ввиду только владельцы: Гео, Крио, Гидро, Пиро и Электро стихий. О состоянии владельцев Дендро Глаз Бога данные отсутствуют). Но стоит обратить внимание на то, что во время так называемых «Стихийных взрывов» владельцы Глаз Бога не могут полностью их контролировать. Это может стать проблемой в таких случаях как: …» Дверь в кабинет резко распахнулась и, ударившись о стену с громким грохотом, отлетела назад, чуть не ударя гостью зашедшую в кабинет, казалось, что от удара дверь вот-вот слетит с петель. Маргарита, владелица «Кошкиного хвоста», стояла вся красная и запыхавшаяся, было похоже, что она бежала всю дорогу, до кабинета. Покрасневшие глаза и трясущиеся зрачки, указывали на то, что женщина находится на грани истерики. — Магистр Джинн! Магистр Джинн! — давление Гуннхильдр начало бить по ушам. В голове пробежали самые страшные сценарии. Джинн схватила отставленный в сторонку меч, готовая идти на передовую, как ее окатили водой. — Принц пропал! Я не могу его найти, мне нужна помощь Ордена!Тик-так.
Рыцарь выдохнула. Этот черный негодник часто сбегал, но его всегда находили, через несколько часов, после пропажи. Должно быть, бедняга испугался чего-то и спрятался где-нибудь в укромном уголке, волноваться было не о чем. Ударивший в голову адреналин постепенно отступал, оставляя место вновь появившейся мигрени. Виски пронзило болью, а к горлу вновь подступила тошнота, словно в желудке действительно осталось что-то кроме желчи и боли. — Вы уже обращались в Гильдию Искателей Приключений? — спокойно спросила Временный Магистр, потирая пульсирующие виски, надеясь на то, что боль скоро отступит. — Нет, конечно! — раздался новый крик и звездочки замерцали перед глазами. — Сейчас в городе невероятно опасно, особенно из-за этих мерзких Фатуи и Ордена Бездны. Я беспокоюсь о том, что могло с ним случится… Что если… — Маргарита всхлипнула. Она хорошо знала, как легко потерять близких во время катастрофы. — Что если, с ним произойдет тоже, что и с Перчиком… Я… я такое не переживу…Тик-так.
В голове Джинн всплыл образ ласкового и милого рыжего кота. Он всегда садился на ее колени во время посещений «Кошкиного хвоста», еще с тех пор, как она только готовилась к Рыцарскому Экзамену. Он подходил и ластился к ногам будущего временного Магистра, а после засыпал на ней, пока та ждала свой заказ. Так продолжалось очень долго… До того пока его растерзанную тушку не нашли на одной из городских башен Мондштадта. Беднягу унесло сильным вихрем, вызванным Ужасом Бури, пока тот прятался от хозяйки неизвестно где, а после протащило через весь город, побив об каждое здание. Свой путь он закончил на острие одного из флагштоков. Можно было только догадываться, какие муки испытало бедное животное перед своей смертью. Подобное очень сильно отразилось на Джинн, нашедшей его, поэтому ее первым приказом в должности Временного Магистра стало отсутствие врагов на башнях. К сожалению, это не смогло полностью обезопасить город, и уже во время следующего нападения, там была обнаружена сестра одного из рыцарей…Тик-так.
— Тогда, почему вы не отправили просьбу в штаб? Ее бы рассмотрели в течении нескольких часов, а потом выделили бы отряд для поисков, — Джинн хотела вернуться к чтению документов, как можно скорее, чтобы выделить силы на проблемы граждан, но из-за криков кошатницы, у рыцаря перед глазами потемнело. Было почти ничего не видно, а при попытке сощурить глаза голова вновь начинала болеть.Тик-так.
Вдруг дверь в кабинет опять резко открылась, а после ударилась об стену, в этот раз уже ударяя нежданную «гостю». Рыцарь Одуванчик хотела было уже спросить не дежавю ли это, или проделки Архонта Вр… В помещение вошла девушка, спрятавшаяся за громадной кипой бумаг, из-за которой лишь немного виднелись ярко-рыжие волосы. — Да, хранит вас ветер, Магистр Джинн! — послышался высокий и уставший голос. Было слышно, что девушка только недавно встала на ночную вахту и еще не проснулась. — Вас беспокоит Хория, из второго поискового отряда. Мы подготовили полный отчет о проделанной миссии. Я доставила его вместе с отчетами из лаборатории и докладом Рыцаря Морской Пены. — Благодарю, оставь пожалуйста документы у меня на сто… — Как вы можете игнорировать меня, прямо у себя в кабинете! — раздался отчаянный голос Маргариты. Она выглядела так, словно она находится на грани пропасти, а единственный выход, который может помочь ей, блокирует ее страх.— Вот она, хваленная рыцарская честь! Как только настали сложности у народа, так вы нас бросили. И чем же вы тогда лучше Лоуренсов?Тик-так.
Поставив тяжелую стопку на стол, рыцарь развернулась с лицом полным возмущения, готовясь защищать честь своего Магистра. В фиолетовых глазах загорелся огонек злости. Голова Джинн стала еще сильнее болеть из-за накалившейся атмосферы.Тик-так.
— Если у вас возникли какие-либо проблемы, то можете написать заявление в сам Орден, где оно будет рассмотрено в течении дня, или поручить задание Гильдии… — несмотря на все попытки казаться спокойной, девушку выдавал ее холодный тон.Тик-так.
— Слова, слова, слова! — резко перебила женщина. — Сейчас с Принцем происходит невесть что, а Рыцари вместо прямых обязанностей занимаются бюрократией! Кто знает, что может с ним произойти, пока я буду заполнять заявление и ждать рассмотрения.Тик-так.
— Как вы можете говорить подобное мало того, что в штабе Ордена, так еще и прямо перед Магистром? — Пиро Глаз Бога мелькнул в волосах мечницы, показывая бушующее внутри нее пламя. — А за время, пока вы стоите здесь и учиняете скандал, с ним точно ничего не может случиться… — рыцарь скрестила руки, показывая свое недовольство. Ручень на ее руке мелькнул гербом Ордена. — Магистр Джинн и так работает не покладая рук и не отдыхая, для того чтобы рассмотреть каждую жалобу в кратчайшие сроки…Тик-так.
Спор продолжал вестись на повышенных тонах. Каждое слово будто превращалось в стрелу, пронзающую каждую нервную клетку головы и бьющую по ушам. Перед глазами было темно, их застелила темная и проклятая пелена, сотканная, казалось, самой Бездной. Горький вкус на корне языка напоминал о сильной боли в животе. Ее бы уже давно стошнило, если бы в ней осталось хоть что-то кроме желчи и усталости.Тик-так.
Эти отвратительные часы бесили все сильнее и сильнее. Казалось, что именно из-за них и начались все эти беды. Если бы не они, у нее сейчас бы не болела голова. Если бы не они, сейчас она бы не была такой уставшей. Если бы не они, то Принц бы не пропал, и Маргарита не сошла бы с ума. Если бы не они, работы было меньше. Если бы не они, Варка бы не ушел, бросив Мондштадт. Если бы не они, с городом было бы сейчас все хорошо. Если бы не они, она была бы достаточно хороша. Если бы не они, было бы тихо. Было бы тихо… Тихо… Тихо… Тихо!Тик-так.
— Тихо, — раздался еле слышный шепот из уст магистра. — Тихо. Тихо. Тихо! Тихо! ТИХО! ТИХО! Проблема не во мне, а тебе! Я уже устала… Устала! Устала! УСТАЛА! Спор немедленно прекратился, но несмотря на это рыцарь не успокоилась. Она кричала все громче и сильнее, срываясь то гортанный рык, то на крики. Она схватилась за голову и начала резко мотать ей из стороны в сторону, казалось, что она пытается оторвать ее, надеясь тем самым избавится от боли. — М-Магистр… Вам нужна помо… — Я сказала «ЗАТКНИСЬ»! — раздался еще один крик.Тик-так.
Рыцарь одуванчик метнула меч в говорящую. Острое лезвие с огромной силой разрезало воздух и со свистом полетело в Маргариту, показывая всю силу Рыцаря Львиного Клыка. — Милашка, успокойся, — послышался нежный и глубокий голос. У стола Магистра стояла Лиза, а рядом с ней лежал Меч Фавония, излюбленное оружие Джинн. Библиотекарша бросила оценивающий взгляд на ситуацию. Сломанная дверь, попытка убийства, сбрендивший от усталости Магистр Ордена и два напуганных ребенка. Правда если Рыцарь Светлячок и вправду была всего лишь ребенком, то владелица «Кошкиного Хвоста» вела себя ничуть не лучше Кли, которая сейчас отсыпалась в соседней комнате после тяжелого дня. Правда, вряд ли искорка проснулась от этого шума. Ох, уж этот детский сон. Эх, зря эта упрямица отказалась от сна и завтрака. Все-таки ведьма как никто другой знала, как плохо сказывается подобное на человеке, тем более в таком сильном стрессе. Не зря она раньше была лучшей ученицей Академии. Видимо, ей придется расхлебывать эту кашу вместо дурашки, которая и заварила ее… — Сахарок, я думаю, что Альбедо будет счастлив если ты принесешь ему пару-тройку ингредиентов для зелий. А что касается вас, — зеленые глаза мелькнули враждебностью, а улыбка была полна опасности. — Маргарита, я видела, как Оз нес кота обратно в таверну. В глазах женщины мелькнуло счастье и облегчение. Несмотря на наэлектризовавшийся воздух Маргарита свободно выдохнула и улыбнулась в знак благодарности. — Спасибо огромное… — С глаз долой. — предупредила ведьма еще раз, и дверь кабинета моментально закрылась. Оставляя женщин наедине. — Милашка, ты совсем себя не бережешь. А что если бы с тобой что-то случилось? Мне бы пришлось вставать во главу Ордена и… — Лиза остановилась, услышав всхлипы. — Архонты, ну что с тобой? Вместо внятного ответа из уст Магистра вышло только что-то нечленораздельное. Возможно, дело было в том, что она спрятала лицо у себя в руках, а может и из-за того, что говорить ей что-то было бессмысленно, все и так было уже понятно. Ее мать была права. Она недостаточно хороша для своей роли. Она не смогла справиться с банальным разговором с тяжелым жителем. Она — никто. Город под ее контролем просто погибнет. Она сорвалась. И притом на кого? Не на Орден Бездны, и даже не на Фатуи. А на людей. Своих людей. Что о ней сейчас думает Хория, после того, как она на ее глазах попыталась убить мирную жительницу? А Маргарита? У нее пропал близкий, и она была в отчаянье. Как Джинн могла так поступить с обычным человеком? А что если бы она ее все же убила? Орден бы остался без полной политической защиты. Доверие граждан к ним бы пропало почти так-же, как и семь лет назад, после вскрытия злодеяний Эроха. Тогда она сама раскрыла его, а сейчас? В кабинете осталась бы только бедная девочка, заляпанная кровью недавней собеседницы, которая только три года назад вступила в Орден и сошедший с ума Магистр. Она отвратительна, ужасна, жестока и мелочна… Ее мама была права. Она не гордость Гуннхильдр, не гордость города, не гордость народа, а лишь лучший вариант из мусора называемого «посредственностью». Всхлипы становились все тише и тише, пока не превратились в тихие вдохи и выдохи. Лев, загнанный в угол, избавился от угрозы и превратился в котенка, все еще отходящего от шока и трясущегося от страха. — Ну-ну, детка, все будет хорошо! — Лиза приобняла Джинн. — Я здесь, все хорошо… — Я отвратительна… — раздались тихие, но острые, как меч, слова. — Нет, это не так, — успокаивающе произнесла ведьма. Сейчас рыцарь была больше похожа на маленького побитого котенка, а не на Льва Юга, одного из Хранителей Четырех ветров. — Я думаю, что ты просто немного устала, давай сейчас присядем на диван, и немного отдохнем? — Но я же… Маргарита она… — но вместо четких слов, дальше раздавалось лишь неразборчивое бормотание. Но к удаче библиотекарши, Магистр решила все же не противится словам подруги и, еле перебирая ногами, отправилась к дивану. — С ней все хорошо? — Да, и, представляешь, Принц внезапно нашелся! — усадив Джинн на диван, Лиза наконец-то вздохнула с облегчением. — А тебе, милочка, пора немного отдохнуть, а то ты пропускаешь уже свой десятый перерыв. Гуннхильдр была не согласна со словами подруги, но сил не препирание уже совсем не осталось. Все же тело требовало своего, а помутневшее зрение, перенапряженных, после долгой работы, глаз совсем не помогало прийти в себя и хоть как-то проснуться. Как только голова Магистра коснулась подушки, ее уже не было там в кабинете, где были проблемы, война и голод. Она была где-то далеко, возможно, под древом Ванессы, всегда указывающей той путь и помогающий не сдаваться. В тоже время за столом Магистра вновь закипела работа. — Со времен учебы в Академии я ни дня не работала сверхурочно…«До начала собрания осталось 10 часов.»
***
«Корабли приходят и уходят, только Гавань Облачного Моря будет стоять нерушимо долго, словно камни, на которых ее и воздвиг Рекс Ляпис.» — именно так начинается множество историй и легенд, рассказываемых в порту страны Тысячи и одного камня. В них говорится, что ничто не может сравниться с красотой заходящего за горизонт солнца на морской глади Ли Юэ. Некоторые даже поговаривают, что сами Адепты покидают свои Небесные Обители для того, чтобы полюбоваться на закат светила. В Гавани Ли Юэ в принципе можно узнать много нового или даже запретного, просто ища истину у легенд и вслушиваясь в суть слухов. Так, каждый заядлый сплетник уже прекрасно знает, какие реформы проведут Миллелиты, кто станет новым партнером самой Воли Небес и зачем Цисин закупают так много цветков Цинсинь. Но нынешние слухи отличались от предыдущих. Они стали более необычными и слишком красочными, даже для родины рассказчиков и сказителей. Повествовали они о том, чего никогда не было и не могло быть, казалось бы, чистейшую ложь, но слишком правдивую, чтобы быть грязной. — А она мне говорит: «Доставь груз в назначенное место. Помнишь, как благочестиво вы отпраздновали Праздник Морских Фонарей?», — раздался громкий женский голос. — Ну, а кто знал, что все пиротехнические снаряды нужно регистрировать? — Капитан, я безусловно уважаю ваш горячий темперамент, но думаю, что вам стоит вести себя немного потише, — прозвучал нежный и спокойный голос. — Капитан имеет право вести себя так, как посчитает нужным, но… Приму к сведенью, — приостановилась Пиратка и продолжила свою историю. — А я ей: «Да, мы, с командой, скорее вплавь доберемся до Снежной, чем Алькор сдвинется с места.» Он же парусник, па-рус-ник, он не может сдвинуться если ветра нет, а в Гавани уже третий день полный штиль. Да, даже Кадзуха своим Глазом Бога не может выдавить ничего сильнее легкого бриза и то, с каждым разом у него получается все хуже. И как в таких обстоятельствах я должна выполнить поручение? Продать Алькор и накупить шлюпок? «Три чашки в порту» — известная чайная Ли Юэ, возведенная, по легендам, еще во времена Катаклизма, и, если верить словам ее владельца, в ней отмечали свою победу Миллелиты, защищавшие Разлом, делясь историями, которые до сих пор передаются из поколения в поколение. Так что увидеть здесь таких гостей, как: Нефритовое Равновесие, Секретаря павильона Лунного Моря и даже владелицу Ритуального бюро «Ваншен» — не было большой редкостью. Для подобных гостей обычная чайная всегда превращалась сказочницу, которой заведовал Тянь Железный Язык. Но в этот раз рассказчик отсутствовал по неизвестным гостям причинам, правда, некоторые поговаривали, что тот отправился в Мондштадт несколько дней назад и с тех пор от него ни весточки. Именно поэтому столик легендарной чайной сейчас превратился в место для застолья пиратов, которые довольно шумно обсуждали последние новости города. Сидящий же за соседним столом мужчина, казалось, совсем не обращал внимания на шумную компанию, только зрение бывает довольно обманчиво. Он уже несколько дней собирал информацию, вычленяя ее по крупицам из постоянного потока повторяющихся и гипертрофированных слухов. К этому его сподвигли странности в Артериях Земли, которые он заметил совсем недавно и довольно резко, и давно ходившие слухи об «ослабевших ветрах». Некоторые моряки списывали их на последствия отмены указа Сакоку, говоря что избавление от ужасных бурь, окружавших Инадзуму веками, могло повлиять также на водные течения и климат, которые изменятся в будущем вслед за ветрами. Другие же утверждали, что это дурное предзнаменование, ниспосланное Осиалом и другими побежденными Богами. Но только дракон был ближе всех к правде, пусть еще и не знал насколько. Сделав глубокий глоток из чашки, мужчина прислушался к разговору «соседей», но, поняв, что больше ловить нечего, вернулся к своим размышлениям. Все зацепки уже давно крутились вокруг Мондштадта, начиная от слабеющего Анемо, заканчивая исчезновениями купцов, отправляющихся туда. Подобную картину было не тяжело составить, имея на руках все карты, но для их нахождения нужно было потратить немало времени и сил. Правда, резкое улучшение экипировки Миллелитов говорило господину, что Воля Небес уже все прекрасно знала, как и он. Оставалась лишь одна загвоздка, на картине все еще были дыры из недостающих карт и мастей, которые не давали понять все, но ничего, он разберется с этим позже. Недавно такое уже происходило с Мондштадтом и все прошло благополучно благодаря путешественнице. Так что бросаться в морскую пучину неизвестности, которая могла оказаться всего лишь лужей, было глупо. К слову о ней, сейчас она должна будет находится в регионе ветров, так что особо беспокоиться было не нужно. Ведь она уже не раз спасала страны и билась с богами, так чего волноваться? Но посетитель чайной никак не мог успокоиться. Все же, насколько бы безалаберным не был его друг, он никогда не допускал подобного влияния на весь континент, а тем более на Глаза Бога. Кем бы не был бы Анемо Архонт, но уж точно не тем, кто может влиять на подарки Селестии, если подобное было не под силу даже Сегун Райден. Но в данном случае сравнивать Архонтов, тем более разных стихий, было бесполезно, ведь это только отвлекало от ответов на вопросы. Ситуация сложная. С одной стороны, в регионе ветров и свободы явно происходило что-то не то, и нужно было проверить, что стряслось, но, с другой стороны, оставлять гавань одну на пороге потенциальной опасности точно было нельзя. Хорошо было только то, что сама Воля Небес начала подготовку, но сил людей может не хватить для отражения нападения. Из-за этого придется идти просить помощи у старых друзей, благо, за последние несколько лет их отношение сильно изменилось касательно людей. Но беспокоиться на этот счет не стоило, все же контракт действовал до сих пор, пусть и прошлое имя было отринуто. Только как сохранились обязанности прошлого имени, так появились обязанности и нового имени. К слову о них, стоит сначала придумать достойное оправдание для Госпожи Ху, а то та вряд ли отпустит его после недавней большой покупки во «Второй жизни», записанной на счет Ритуального бюро «Ваншен». Сделав большой глоток, господин прикрыл глаза составляя список дел. Сначала нужно будет придумать правдоподобную историю, посетить заоблачный Предел, а после этого отправиться в Мондштадт…«Время проходит также быстро, как и заканчивается чашка душистого чая,
оставляя после себя терпкий вкус утраты и воспоминания…»
***
Давным-давно, когда звезды еще не знали о лжи, а небо освещали Три Небесных Мелодии и их возлюбленный Небесное Светило, из уст в уста передавалась легенда о Море. О великом, прекрасном и бесконечном Море. Никто не знал его начала и края, знали лишь, что в нем появляются и исчезают тысячи голосов. «За рождением обязательно следует смерть, в то время как за ней обязательно появится новая жизнь.» — это единственный закон, который смогли постичь люди, но который так и не могут принять. Однажды, жизнь отказалась погибать, создав свой закон. Так расцвели первые листья. Пытаясь выжить, росток выпивает все больше воды, пока дождь, не прекращая идти, заливает его. Можно ли назвать дождь эгоистом за то, что он делает? А цветок, что пьет чужие слезы для отращивания шипов? Но каким бы не был ответ, новые листья продолжали распускаться, пока Море не поняло, что начало засыхать. Будет ли жизнь считаться жизнью, победив смерть? Или станет лишь пустым отголоском существования? Кто проживет более насыщенную жизнь, светлячок-однодневка, сгоревший в лучах солнечного светила, или черепаха, вынужденная целый век прятаться в панцире? Об этом не узнает никто.Волны, ломающие корни, однажды будут ими и поглощены, став пищей для новых побегов. Те же, в свою очередь, рано или поздно погибнут, опав обратно в море, отдавая всю накопленную за жизнь влагу.
Давным-давно, когда звезды еще не знали о лжи, а небо освещали Три Небесных Мелодии и их возлюбленный Небесное Светило, Небо было едино с Землей. Королевства воздвигались одно за другим, подчиняясь лишь одному началу. В те времена люди еще не знали, что такое война, не чувствовали голода, не содрогались от холода и лишь бесконечно любили, получая любовь в ответ.Но любовь тоже форма, греха и именно она послужила началом конца.
Небеса содрогнулись, когда одна из божественных песен упала в Темное море, против которого она поклялась бороться, пока вторая сестра убивала третью. Под тяжестью тела грешницы земли разверзлись, навеки запечатав тех кого она защищала в Царстве Тьмы, от которой она их оберегала. И лишь ее дети до сих пор поют молитвы, пытаясь стереть ее грехи. Первозданный Свет погиб, как некогда и истинные дети этих земель. Но остались еще те, кто помнят благословение Времени. Именно они были теми, кто создал «вечный» и «первозданный» город, сохраняя память о благородном происхождении, они купались в грехе…«Однажды, среди небес было воздвигнуто славное королевство…»
«И отправилась из этого королевства первая коронованная наследница на поиски Жемчужины Бытия в царство Тьмы…»
«Так начала свое путешествие первая коронованная наследница, в поисках жемчужины бытия…»
«Но она была обманута, и померкнувшая память о благородном происхождении…
Навеяла ей быть королевой Царства Тьмы…»
«Но не стоит волноваться, ведь второй коронованный наследник уже отправился по тому пути, где оступился первый…»
«Это история их приключения, это их жемчужная песнь…»
***
— Нет, мы не можем оставить жителей без еды и отдать все войскам, это будет бесчеловечно! — потирая переносицу возразила Джинн. — А ставить на передовую мирных, просто из-за их Глаз Бога это человечно? — раздался глубокий голос из толпы. — Подобное нельзя сравнивать, тем более, они вызвались добровольно, и никто никого не заставлял. — не согласилась скаут. Эмбер раздраженно смотрела на весь этот цирк, во главе которого были клоуны-Фатуи. Они вели себя так, будто сейчас решалась не их судьба, а проходило дешевое театральное выступление, в котором никто не горел желанием участвовать, кроме них самих. Но главный «шут» сидел тихо, лишь наблюдая за представлением, даже не пытаясь остановить свою цирковую труппу. Так как далеко может зайти представление без сценария и какие сюжетные повороты ждут далее? — Интересно, согласились бы они участвовать, зная о том, что вы собираетесь оставить их под защитой ослабевших от голода войск? У каждого своя роль. Никто заранее не сговаривался, не читал сценарий, не обговаривал свои слова, не придумывал шутки и не репетировал сцены… Но теперь они здесь. Каждый на своем законном месте, каждый знает реплики друг друга и каждый подхватит чужую импровизацию, превращая ее в детально продуманное шоу. Сможет ли Бард обхитрить Плута своими сладкими речами, или станет жертвой запрятанной заточки? Поможет ли Жрецу его Архонт, когда весь мир находится под гнетом Бездны? «Шут» знает сценарий, но все равно наблюдает за представлением, ожидая его конца. — Ладно, это имеет смысл, — подключился к выступлению Капитан Кавалерии. На него тут же обратилось несколько удивленных взглядов, но не обращая на них внимания, он продолжил свою речь. — Ослабевшие войска не смогут хорошо защищать город, но также и обезумевшие от голода горожане не поспособствуют отражению осады. Поэтому я за справедливое распределение еды. Большая ее часть будет отправляться на нужды войск, а оставшееся в народ. — Это ужасная идея, — раздался возглас из толпы. На «сцену» вышла девушка в маске. — Значительную часть ваших сил составляют владельцы Глаз Бога из народа. Это будет несправедливо хотя бы по отношению к ним, ведь вы обрекаете их за службу на благо родины, на голодную смерть! — Их можно объединить в еще один отряд… — фиолетовая ведьма вступила в разговор, любуясь розой в руке, пока с той не упал еще один лепесток. — И у нас получится что-то из разряда «Народное сопротивление силам Бездны». — Неплохо, конечно, но под чьим командованием они будут выступать? — продолжила девушка. По залу прокатился шепот. Наконец-то представление подошло ко второму акту. Плут сыграл свою роль и, уйдя со «сцены», предоставил место для новых героев, обронив за закулисами нож, он ждал, пока кто-то его поднимет. Но за кулисы тоже своеобразная сцена, где герои подготавливают свой реквизит, так кому же достанется этот нож? Джинн осмотрела зал, кажется она начала понимать сценарий этого представления. Вопрос о командовании отряда был действительно очень важен, ведь это напрямую воздействовало на авторитеты обоих групп. Было глупо предполагать, что отряд из чистокровных Мондштадцев будет подчиняться Фатуи, которые за всю свою деятельность успели знатно насолить региону. Особенно, если учитывать, что группой с большой вероятностью будет управлять бывший член Ордена, он же «Король Мондштадта без короны», который относится к последователям целей Царицы хуже, чем к самому Ордо Фавониус. Поэтому было логичнее отдать борозды правления землякам отряда, если бы не одно «но». Отряд должен был полностью состоять из владельцев Глаз Бога, чьи силы во много раз превосходили даже обученных бойцов и отказ от отряда мог означать потерю значительного количества сил, что также подрывало авторитет Фатуи. В этой интермедии не было правильного решения или ответа, Джинн знала это с самого начала. Не стоило даже пытаться договориться или противится, оставалось только наблюдать… Стоп. Наблюдать! Магистр перевела взгляд на главнокомандующего Фатуи. Встретившись с ним глазами, Гуннхильдр осознала, что понять его мысли не так сложно, как казалось. Наблюдать за сценой стало гораздо интереснее, особенно когда знаешь сценарий… — Будет логично, если под командование их возьмет Орден, — первой осмелилась высказаться рыцарь Светлячок. — Многие из нас имеют хорошие и даже дружеские отношения с членами отряда, так что проблем с неповиновением не должно будет возникнуть. — А если вы решите напасть на нас после отражения осады? Мы останемся без защиты, — возразил парень в маске. На вид ему было не больше двадцати лет. — А с чего мы взяли, что отряд под нашим командованием станет слушаться нас, если их соотечественники восстанут против нас? — бархатистый голос приостановил речь юноши. — Будет логично, что они встанут на сторону своих друзей, а не нас, чужеземцев. Да, и к чему делить панцирь неубитого бронекраба? Отряд еще не был составлен, а его «члены» до этого работали на чистом энтузиазме и патриотизме. Работа же в организации накладывает определенные обязанности, которые могут испугать молодняк, из которого отряд, в общем, и состоит. Женщина стала голосом разума со стороны Фатуи, но тут же получила порцию негодования. Ведь как это так, чтобы своя же предлагала отказаться от власти в реалиях ограниченных сил и ресурсов? Но внимание тут же переключила на себя Хория. — Раз так, то почему бы нам не отложить этот вопрос, уже до создания самого отряда? — предложила девушка, но тут же была перебита. Представление слишком сильно отклонилось от сценария, зрители начали скучать. — Отлично, только если не забывать, что тогда нам придется посвящать их в детали дел Фатуи и Ордо Фавониус, — с иронией подметил Отто, один из стражей ордена. — Проблема в том, что если условия их не устроят они могут отказаться участвовать или даже распространить слухи, которую подпортят и так шаткую репутацию. Недовольство в народе растет… — Видите? Это живой пример того, что Ордо Фавониус не в силах контролировать свой город! — Мы не можем и не должны никого контролировать, Мондштадт — город свободы, а не диктатуры. Хотя вы, возможно даже и таких слов, как «демократия», не знаете! — Да, как ты смеешь говорить подобное, когда ваш Архонт бросил вас на произвол судьбы? — Он нас не бросил, а отправил в свободный полет… — Вот именно, с камнем привязанным к шее… — Зачем здесь вообще находиться, от меня же все равно ничего не зависит… — Согласен, пойдем, лучше, поедим?.. — Зачем мы вообще спорим про несуществующий отряд, если изначально все началось просто с деления еды? — алхимик присоединился к разговору. — Быть уверенными в том, что слухи не пойдут нельзя, ведь они могут появится даже просто из-за чьей-то болтливой жены. Так какой смысл о них беспокоится? Не проще ли сосредоточиться на главной проблеме, а не на ее ответвлениях. В пьесу вступил Мел, занимая место премьера. Он не хотел этого делать, но иначе и нельзя было поступить. Все же он изобретатель, а не жрец, и не способен вести за собой народ. Тем более в последние несколько дней с людьми стало взаимодействовать гораздо сложнее, наверное, из-за сильной усталости… Только почему она появляется даже после сна сверх меры? — Сейчас мы находимся на грани краха. Мы — две враждующие фракции, оставшиеся на произвол судьбы с куском хлеба в зубах и толпами монстров, окружающих нас со всех сторон. Наши люди впадают в кому и теряют силы элементов. Один из поисковых отрядов в скором времени будет объявлен пропавшим без вести со всеми его членами, — спокойно вел свою речь Альбедо. — Мы не можем ни у кого попросить помощи, ведь все почтовые голуби падали замертво, становясь кормом для гончих, как только покидали город. А собирать отряд для похода в Ли Юэ за помощью, оставляя город почти без защиты — самоубийство. Мы в тупике, признайте это. И единственное, что мы сейчас можем сделать — это смириться и ждать, пока пропажу торговцев из Мондштадта не заметят в Ли Юэ или пока Снежная не заметит пропажу ваших ежемесячных отчетов. Полностью безэмоциональные глаза и спокойных тихий голос усугубляли атмосферу отчаяния. Все собравшиеся здесь все это и так прекрасно понимали, но своими перепалками пытались отрицать очевидное. Выхода — нет. И, скорее всего они здесь умрут, на чужбине, от голода или когтей одной из свор Гончих Разрыва, так и не сказав своим дорогим важные слова. В чем смысл молиться Архонтам, которые все равно ничего не услышат? Барбатос покинул их, это просто надо было признать. Анемо Архонт, воплощение Анемо элемента, пропал вместе с ветрами, навечно покинув город свободы. Если свобода была навязана предками, то можно ли назвать ее «свободой»? Они не просили Барбатоса покидать их, оставляя в свободном плаванье, они не просили об идеальном для жизни климате, они не просили их баловать до безалаберности… Зато сейчас они просят о помощи и жалости со стороны божества, что бросало их в самые важные моменты. Ущелье Дадаупа все еще хранит в себе память о мечах, сломавшихся ради мирного неба, которое должен был защищать Архонт. Храм Тысячи Ветров до сих пор хранит в себе души рабов, падших в боях за честь аристократов. «Статуя Барбатоса недвижимо наблюдает за Мондштадтом» — так учили Мондштадцев в Соборе с ранних лет, но… Наблюдает ли? Ее глаза всегда были закрыты, так, может, и сам Архонт был слеп к тем, кому поклялся покровительствовать? Со стороны Снежной ситуация не лучше. Последний отчет был отправлен две недели назад, где отряд сообщал, что все в порядке и беспокоиться не о чем. В лучшем случае их начнут искать спустя месяц, только… Они отряд находящийся без прямого надзора Предвестника, к тому же, даже официально не военный, а дипломатический. Верхам будет просто наплевать на пропажу чего-то столь незначительного. Память о Разломе все еще свежа, и вероятность такого же исхода весьма высока. А Царица… Она уже давно потеряла любовь к своим людям. Многие века ее подопечным приходилось жечь другие страны и идти по головам, чтобы спастись от ее холода. Но они ей верят. Скольких бы детей они не оставили сиротами, сколько бы не погибло их близких на бесчеловечных заданиях, какого отношения они бы к себе не натерпелись, сколько бы людей не погибло из-за произвола Предвестников, они верили ей… Любили ее всем сердцем, пытаясь доказать себе и всему миру ее величественность, ее праведность, ее великодушие. Любили до фанатизма. С пены у рта оправдывали все ее действия и действия ее подчиненных, шли в пекло вулканов Натлана, чтобы достать работающих автоматонов, погибали от молний Татаригами, добывая сырье для Глаз Порчи, продолжали исследование Разлома, поедая своих товарищей… И все ради чего? Любит ли Архонт своих людей? Нет. А любила ли вообще когда-нибудь?.. Так, может, лучше религия, с «ненастоящим богом», чем знать, что все, что было сделано — зря? — Ты не прав! — раздался голос в звенящей тишине. На сцену вышел Виктор. — Единственное, что я точно знаю и чему меня научил ваш унылый город, так это то, что всегда можно найти выход, нужно только не терять надежду!.. — Хорошо, что ты предлагаешь? — Альбедо был все также холоден, в его глазах читался скепсис. Это унылое шоу с «героем» уже знатно успело ему надоесть. Хуже были только «Принцесса-кабан» и «Меланхолия Веры», которые были почему-то популярны у мондштадских детишек. — Мы можем отослать послание благодаря элементальной энергии Глаз Бога, — предложил Фатуец. — Элементальная энергия слишком нестабильна, а если начнется Стихийный взрыв, то может пострадать много людей, да и к тому же у нас нет гарантий того, что послание воспримут всерьез. — Хорошо, тогда как на счет отправления пары сильнейших воинов? — Люмин. — имя громом пронеслось по всей комнате. — Почетный рыцарь, герой Ли Юэ, Инадзумы и Сумеру, лучший искатель приключений за всю историю, человек поднявшийся на вершину Драконьего Хребта, и персона сражавшаяся с богами на равных. Уйдя несколько дней назад, она так и не вернулась. Считается пропавшей без вести, хотя и так понятно, что с ней случилось… — Альбедо, хватит… — попытался успокоить алхимика Кейа. — Нет, не хватит! — огрызнулся парень. — И так понятно, что она уже погибла! Ее разорвала какая-нибудь стая гончих, или она просто не смогла вынести силу Бездны… — Альбедо, ты реально перегибаешь… — Так куда нам? Мы просто умрем здесь, последовав ее примеру. Надежды нет… Раздался громкий шлепок. Голова Мела была повернута в сторону от сильного удара, а на щеке наливалось краской пятно, в точности повторяя контур руки. Парень моментально пришел в себя. Его словно окатили водой, будя от беспокойного сна, и до него наконец дошел смысл сказанных слов. Он в ужасе огляделся вокруг и увидел перед собой медовые глаза покрасневшие от слез. Перед ним стояла Сахароза с рукой, занесенной для следующего удара. — Как вы можете такое говорить? — обычно тихий голос сейчас звучал очень громко, будто отражаясь от стен, он эхом отдавался в голове алхимика. — Я знаю, что вам тяжело, но Люмин дорога нам всем. — Сахароза, я… — Я тоже очень сильно за нее переживаю, и я знаю, что вы очень устали, но это не дает вам права говорить такие ужасные вещи! — шмыгнула носом девушка. — Абсолютно каждый в этом зале переживает и боится ничуть не меньше вас, но мы должны хотя бы не нагнетать атмосферу еще сильнее. Мне страшно, вам страшно, всем страшно, но это не значит, что мы можем поддаваться панике. Я тоже скучаю по Люмин и Хансу, я знаю, что они также дороги и вам… Просто, будьте милосерднее, пожалуйста? В зале повисла неловкая тишина. Второй акт подошел к своей середине, никто не хотел брать на себя роль премьера на этой сцене. Но, обычно, в такие моменты… — Вы, оказывается, обсуждали меня за своей спиной? Ай-ай-ай, вот от кого, от кого, а от вас, Капитан кавалерии, я этого точно не ожидал…Появляется новый герой…
Пока нет комментариев. Авторизуйтесь, чтобы оставить свой отзыв первым!