Глава 24. Парализующий яд

      Весь октябрь Малфой ожидал наказания, серьезного расследования того, как в руки Кэти Белл попал проклятый артефакт. Но ничего не произошло. Дело замяли, а профессор Снейп снова и снова настаивал на своей помощи.       Драко это бесило. Он просто хотел сделать все правильно, так, чтобы нога этого безносого ублюдка никогда не ступала в его дом. Ему уже было все равно на маглов и волшебников, плевать на весь мир – лишь бы его семью оставили, наконец-то, в покое.       А Джейн, она долгое время была его единственным мостиком к нормальной жизни. Напоминанием, что когда-то все было иначе. Он соврал ей, хотя видел, что она все понимала.       Джейн всегда все слишком хорошо понимала. Еще с самого начала, когда он стеснялся знакомить ее со своими друзьями, которым всегда говорил, что никогда не будет дружить с грязнокровками. Да и после, когда они скрывали свое общение ото всех – ни слова против не сорвалось с ее губ. И даже, когда он стал Пожирателем, Джейн приняла это, хотя Драко отчетливо увидел ненависть и отвращение в первые секунды. Он был готов, что она возненавидит его и оттолкнет в страхе. Отчасти, Драко этого хотел.       Она справилась. Она не побоялась. Она сохранила его тайну.       А он так не смог. И сможет ли когда-нибудь пойти против всех ради нее? Драко не знал на этот вопрос ответа. Голова болела, Малфой давно не спал. Их отношения зашли в тупик.       

***

      Ноябрь. Вечером Джейн возвращалась со стадиона вместе с Роном и Гарри – парни отрабатывали перед завтрашним соревнованием навыки вратаря, а девушка пробегала несколько длинных кругов, чтобы немного забыться. Парни были очень довольны собой, глупо шутили и сами же громко смеялись с этих шуток.       И вдруг Рон изменился в лице: в коридоре башни Гриффиндора Джинни целовалась с Дином Томасом. Он накинулся на парочку с криками, а Джейн и Гарри не успели его остановить – Рон никого не слушал.       Дин поспешно ретировался, а вот Джинни забежала в гостиную. Но брат и тут нагнал ее. – Рон, ты ненормальный? Что случилось? – А то. Ты моя сестра. Целоваться в коридоре, это просто возмутительно! – Ты так говоришь, потому что сам никогда не целовался. Мерлин, да все уже успокоились на этот счет. – Что значит все? Кто все? – опешил Рон, с недоумением посмотрев на нее. – Гермиона с Виктором, Гарри с Чжоу, Джейн с Джорджем, – Джинни перехватила удивленный взгляд подруги и закусила губу, – ты просто не понимаешь этого. – Стоп. В каком смысле Гермиона целовалась с Крамом? – Рон застыл с таким видом, будто ему сейчас рассказали ужасную новость. – А ты не заметил, что они встречались? – удивился Гарри, что еще больше обескуражило друга.       Джейн прикрыла лицо рукой: Джинни проболталась. Она убежала в спальню, бросив на брата презрительный взгляд. В гостиную зашла ничего не подозревающая Гермиона, он приблизилась к Рону, который все еще смотрел перед собой ничего не выражающим взглядом. – Привет, как тренировка? – весело спросила она, но он не ответил, просто развернулся и ушел. – Не обращай внимания, – Джейн попыталась утешить подругу. – По обижается и успокоится. У них это семейное – патологическая ревность. Он накричал на Джинни из-за Дина, а мы попались под горячую руку. – Что это значит? – Гермиона посмотрела на Гарри, но тот пожал плечами. – Она проболталась?       Джейн кивнула, а лицо Гермионы приняло виноватое выражение: она покрутилась, вытирая ладони о складки мантии, а потом быстро пошла в спальню. Джейн и Гарри остались вдвоём. – Тебе ведь нравится Джинни, – вдруг сказала она другу. – И чего ты ждешь? Когда вы состаритесь? – В каком смысле? – Гарри растерялся от такой откровенности. – Рон меня задушит, если я даже попытаюсь. – То есть дело только в нем?       Гарри едва заметно кивнул. – Жаль, она была бы только рада.       Парень вдруг смутился и, быстро попрощавшись, отправился спать: завтра у него важный день – первый матч в качестве капитана команды по квиддичу.       Джейн отправилась бродить по замку в одиночестве. Это стало ее развлечением. И каждый раз испытывала свою удачу на прочность: поймают или нет? Она добрела до внутреннего дворика с фонтаном, который сейчас не работал: на дне его гнили старые листья.       Девушка покрепче завернулась в мантию и села за колонной, на одну из лавочек. Достала дрожащими пальцами сигарету – дым обжег горло. Ее запасы неумолимо кончались, но только так она могла успокоиться: не давала покоя мысль, что сейчас по замку бродит неудачник-убийца и пытается придумать, как прикончить директора Хогвартса.       Скрипнула дверь. Стук каблуков в морозном воздухе слышался очень четко. Джейн поспешно затушила сигарету и бросила ее под лавку. Выглянула из-за колонны: профессор Дамблдор шагал прямиком к ней. Она заметалась, не зная, куда деваться. – Не надо так переживать, мисс Барлоу, – мягкий голос директора заставил ее замереть на месте. – Я вас не ругать пришел. Хотя курение на территории школы запрещено. – Я знаю. Прошу прощения, сэр, – Джейн опустила голову. Профессор сел рядом и выдохнул: облачко пара сорвалось с его губ. – Вы что-то хотели? – Мне сообщили о том, что вы знаете, кто совершил покушение на меня. У мальчика есть фантазия, но, к сожалению, это доставляет неприятности окружающим. – Неприятности? Кэти могла умереть, – Джейн уставилась на слишком спокойного профессора. – Почему вы не остановите его? – Вы же умеете хранить секреты, Джейн? Как сфинксу, вам доверяют все самое сокровенное, а вы молча наблюдаете. И сами полны загадок?       Под пристальным взглядом директора девушка сжалась: он словно видел ее насквозь. Ей подумалось, что он знает и про ее анимагию, и про ее отношения с Драко, и вообще всю ее жизнь. – Я все еще не понимаю, почему вы позволяете это? – она невежливо проигнорировала вопрос Дамблдора. – Мальчик хочет спасти семью больше, чем навредить мне. Он делает все из любви. Мы за ним наблюдаем и стараемся оградить от настоящих преступлений. – Вы уже один раз не справились, – Джейн не замечала своей грубости, говоря больше самой себе. – Он трус. Страшный трус, на самом деле. Можно ли из любви врать в глаза? – Бывает и так. Но и вы из любви не сказали ни слова, когда могли бы донести на него и отправить с Азкабан, – Джейн нечего было ответить, она сжала губы. – Вы не поддерживаете его выбор убить меня, – профессор улыбнулся и помахал своей черной изувеченной рукой, – но я уже умираю. И мы сделаем все, чтобы спасти душу мальчика. Вот еще одна тайна, которую я прошу вас сохранить. – Мне жаль, – Джейн растерялась, не зная, что сказать старику, а Дамблдор всегда был им: очень старым и больным. – Что же мне делать? – Вы можете убедить его остаться на стороне добра, хотя бы попытаться. Или же принять его выбор, – Дамблдор поднялся. – Но это только его выбор. И вы здесь ничего не решите, мисс Барлоу.       Джейн почувствовала, что по щекам текут слезы: она поспешно смахнула их пальцем, пытаясь собраться с мыслями. – Не жалейте мертвых, жалейте живых. Вам следует пожалеть Драко, он попал в очень серьезный переплет. Доброй ночи.       Профессор ушел в замок, напевая себе что-то под нос. А Джейн еще долго сидела и искала в своем сердце ответы. Как правильно поступить? Но оно безжалостно молчало.

***

      Утром Джейн наблюдала за надутым, как индюк, Роном. Обижался на Гермиону – с какой это стати? – и при этом переживал за грядущий матч. Лицо парня позеленело, и он сидел с пустой тарелкой. – Рон, тебе нужно подкрепиться, – напоминала ему Гермиона. – Иначе с метлы слетишь от усталости.       Джинни тоже уговаривала брата поесть. Но Гарри улыбнулся, как бы невзначай дернул рукой над стаканом тыквенного сока, а затем сверкнул флаконом Феликс Фелициса перед их глазами. – Ты что-то подлил в стакан? – зашипела Гермиона, оглядываясь. – Это запрещено! – Я ничего не подливал, – Гарри хитро улыбался и посмотрел на друга.       Рон схватил стакан и выпил его залпом, прежде чем Гермиона смогла его остановить. Он сразу же заулыбался, почувствовав себя намного лучше. Джейн наклонилась к Гарри и тихонечко спросила: – Ты же ничего не делал? – Угу, – парень подмигнул и встал из-за стола.       Вдруг Лаванда Браун подошла к Рону и со вздохом восхищения пожелала ему хорошей игры. Тут парень окончательно поверил, что зелье работает – явно воодушевленный тем, что госпожа Удача на его стороне.       На стадионе трибуны уже заполнялись народом. Друзья нашли себе неплохие места, и тут Гермиона, до этого долго молчавшая, вдруг взорвалась: – Нет, ты видела, что она себе позволяет?! Пожелала ему удачи. Это что такое? – Да, меня чуть не стошнило, – кивнула Джейн, пытаясь поддержать подругу. – По крайней мере, Лаванда не в его вкусе. – А кто в его вкусе? – Гермиона впилась глазами в подругу. – Я не знаю, но точно не такие, как она, – Джейн развела руками, испугавшись ее реакции. «Может быть, ты» – подумалось ей, но не стала говорить это вслух. И, как оказалось, не зря.       Матч Слизерина против Гриффиндора прошел великолепно. Для Рона это был поистине легендарный момент – он виртуозно отбивал все мячи один за одним. Джейн срывала горло в поддержку команды. Гриффиндор победил.       Их факультет шумно отмечал, особенно выделяя заслуги Рона. Гарри стоял в стороне и с улыбкой наблюдал за тем, как его друг купается в лучах славы. – Нельзя было так делать, – шепнула ему Гермиона.       Гарри достал из кармана полностью запечатанный флакончик зелья удачи, и девушка сразу расплылась в смущенной улыбке – значит Рон сделал все сам. И тут Джейн отчетливо увидела, как бледнеет лицо подруги.       Лаванда Браун с самым решительным видом поцеловала Рона на глазах у всего факультета, и тот не стал сопротивляться. Когда Джейн очнулась от шока, Гермионы уже не было рядом.       Она нашла ее у подножия башни. Девушка сидела на ступеньках и рыдала, над головой ее кружились маленькие птички и заливисто свистели. Джей села рядом, взяв подругу за руку. – Какая же я дура, да? – глухо спрашивала ее Гермиона, уткнувшись в колени. – Нет, ты не дура. Он просто мстит. – За что? Что я ему сделала? – Он, наверное, и сам сейчас не скажет причину.       Их разговор прервали шаги – это был Гарри. Он подбежал к Гермионе, и Джейн оставила их вдвоем. Когда она возвращалась в башню, мимо пробежали счастливые Лаванда и Рон.       Джинни сидела с ногами на диване и раскачивалась на месте, на ее лице застыло виноватое выражение. Подруги переглянулись. – Рон еще пожалеет, вот увидишь, – пыталась подбодрить ее Джейн. – А если нет? И мне в родню попадет Лаванда? Это будет черный день для моей семьи. Хватит нам Флер, если честно. – Флер хорошая, не преувеличивай. Мне она нравится. – Ты мне тоже нравишься, но все еще не кандидатка в мои родственники. – Что ж, у тебя еще много братьев, – Джейн с важным видом рассматривала свои ногти. – Перси или Чарли еще свободны?       Джинни захохотала. Джейн постаралась перевести тему, лишь бы не начать случайно разговор о Джордже.       Гермиона вернулась в гостиную с таким лицом, словно у нее кто-то умер. Она пожелала этой парочке гореть ярким пламенем, и больше Рона не существовало для нее.       Рождественские каникулы в доме Уизли оказались под угрозой.

***

      В декабре на занятиях по зельям проходила интереснейшая тема ядов. Студентам позволили сварить всего одно зелье на выбор. Джейн с большим воодушевлением взялась за дело: достала ингредиенты, исправила инструкцию в учебнике – теперь ее книга выглядела как одна большая записная книжка.       Драко вдруг подошел к ее столу и зажег огонь под котлом. Джейн удивилась: они уже три месяца не общались. И не почувствовала ничего, кроме раздражения рядом с ним. – Привет, – сказал он. – Ага, и тебе, – девушка открыла книгу и положила перед собой. Он вдруг прочитал вслух. – Парализующий яд? – Да, весьма опасная штука, такое интересное приготовление, – увлеченно начала Джейн, но тут же пожалела о своих словах. – В общем-то, ничего особенного. Не смертельно. – Хорошо.       Драко пожал плечами. Сам он выбрал простейший рецепт яда, вызывающего расстройство желудка – Джейн готовила его еще на четвертом курсе вместе с близнецами для Блевательных батончиков.       Она снова увлеклась, не замечая ничего вокруг. Гораций Слизнорт высоко оценил ее старания: яд получился безупречным, и когда профессор хотел уничтожить его, чтобы избавиться от такой опасной работы, вмешался Драко. – Сэр, оставьте одну пробирку в качестве примера? Вдруг забудете поставить оценку. – Хорошая мысль, юноша, – профессор рассеянно почесал подбородок. – Я ведь действительно могу забыть. – Нет, сэр. Не надо, – вмешалась Джейн. – Я вам напомню, не нужно ничего оставлять.       А Драко уже протягивал пробирку с ядом Горацию. Тот принял его с улыбкой, махнув студентке рукой: – Что вы, мисс Барлоу. Это образцовая работа, можно и оставить немножко в качестве примера.       Джейн строго оглядела Малфоя, молясь про себя, чтобы этот его жест доброй воли был всего лишь заботой об ее оценках. Она лично уничтожила свое зелье, убедившись, что в котле не осталось и капли. – Он же такой рассеянный, сама знаешь, – Драко впервые за долгое время ей улыбнулся. И улыбка эта показалась Джейн неживой. – Посидим сегодня в библиотеке? – Ты серьезно? Так просто? – Да, сегодня вечером. После ужина. Я буду ждать.       Джейн не знала, что и думать. Но ноги сами понесли ее вечером в назначенное место: она надеялась поговорить с ним начистоту, назвать все своими словами и попробовать убедить его не делать глупостей. Но в этот вечер он не пришел.       Джейн прождала его до самого закрытия библиотеки.       Они встретились в коридоре случайно, спустя несколько недель. Девушка хотела его обойти, но он вдруг перекрыл ей дорогу. Джейн подняла на него тяжелый взгляд. – Отвали, – тихо сказала она. – Нет, прости, – Драко не давал ей прохода. – Нам нужно поговорить. – Мы уже поговорили, спасибо, – Джейн нырнула под его руку и поспешила прочь. – И так все понятно.       Драко вдруг схватил ее и повел за собой в один из тайных проходов замка: в узком темном коридоре он вдруг прижал ее к стенке. В полумраке девушка едва различала его силуэт. – Я не согласен расставаться, – сквозь зубы процедил он. – Но мы уже расстались, – Джейн безвольно терпела его напор. – И все уже решено. – Нет. – Да. Это было решено еще два года назад. Мы просто оба не поняли этого, – девушка ощущала спиной холодную пыльную стену. Бежать было некуда. Драко взял ее лицо в свои руки и поцеловал. Она не шевелилась. Внутри она не чувствовала ничего, кроме горечи. – Прости меня. Да, я трус. Но я не хотел, чтобы так получилось, – его голос был очень убедительным. – Но я так скучаю по тебе, по тем дням, когда все было иначе. Я так хочу провести с тобой оставшееся время… – Отойди от меня, – Джейн ткнула свою волшебную палочку ему в кадык. – Твое предложение просто немыслимо. Ты соврал мне, и едва не убил человека. Я знаю, чем ты занимаешься, зачем бродишь по замку, как тень, – девушка отошла от него на пару шагов. Драко не шевелился. – Я не вижу никакой заслуги в том, что ты трус. По-твоему, таких, как я, будут убивать, а ты останешься в сторонке белым и пушистым? Про такое «оставшееся время» ты мне сейчас говоришь? – Я просто не хотел впутывать тебя в это, – голос парня был глухим и разбитым. – Но и ты ничего не сделала против меня. Ты теперь соучастница. – Да, я не могу, – голос Джейн дрогнул, – предать тебя. Но и помогать тебе не стану. – Тогда ты такая же убийца, как и я.       Слова Драко резанули Джейн по уху. Она сделала еще несколько шагов, а затем побежала по коридору. Девушка ждала, что он кинет ей в спину какое-нибудь заклинание. Но ничего не произошло.       «Я не соучастница, я не убийца», – твердила она себе: «Просто я не могу его предать».       Девушка ужасалась тому, как ловко Драко управлял ею: он совсем не боялся разоблачения, знал, что она никогда не пойдет против него.       Джейн пришла в башню взвинченная, руки ее тряслись, а от желания признаться во всем ее отделял всего шаг. Поэтому она пробежала мимо своих друзей прямиком в спальню, чтобы не сделать того, о чем обязательно пожалеет.       На своей постели она обнаружила конверт, где лежало приглашение на рождественскую вечеринку от профессора Слизнорта. На двоих. – Этого еще не хватало, – простонала Джейн, стирая горячие слезы с прохладных щек.