Глава первая она же последняя

Скажи-ка, папа ведь не даром, Сяньлэ, спалённая пожаром, Байю отдана? Ведь были восстания людские, Да, говорят, ещё какие Не даром помнит вся Страна Про день падения божества — Да, были Боги в наше время, Не то, что нынешний муни́ И Божества — уже не вы! Плохая им досталась доля: Не многие вернулись с поля Не будь на то небес тех воля, Не отдали б мы Страны! Мы долго молчание сохраняли Досадно было, но боя ждали И все советники ворчали: "А что же мы? В зимние дворцы? Не смеют, что-ли, генералы Чужой сломать стрелы О ме́чи и щиты свои?" И вот нашли большое поле Есть разгуляться где на воле! Вот только враги даже строем не идут... А наши построили редут Чуть утро осветило шапок блестящие макушки — И Юнаньцы тут как тут Забили барабаны вряд так туго И думал: угощу-ка друга! Постой-ка, дагэ Что толку тут хитрить, приступим к бою! Уж мы пойдём ломить стеною Уж постоим мы головую За землю то свою! И дня мы не пробыли в перестрелке Что толку в этакой разведке? Мы ждали Божества ответ. Повсюду стали слышны речи: "Пора добраться до картечи!" И вот на поле грозной сечи Се Ляня пала тень. Прилёг вздремнуть я у лафета И слышно было до рассвета, Как ликовал товарищ наш И тих был их тыл открытый Кто кивер чистил весь избитый Кто меч точил, весьма сердито, Кусая сахарный тростник И только небо засветилось, Всё шумно вдруг зашевелилось Мелькнул за строем строй Наследный принц наш рождён был хватом: Словно был отец солдатам Да жаль его: сражен ведь Баем.. Прикован принц к земле сырой И молвил он, сверкнув очами: "А меня-то кто спасёт?.."