Глава 3

— Какова была ваша первая встреча? Рингтон. Лёгким движением руки я отодвинула смартфон от головы, смиренно лежавшей на такой мягкой подушке. Странные образы продолжали мелькать, но уже более размыто. Речи этих фигур, находившихся в каком-то лесу, не слышно, только надоедливую мелодию... звонка? Боже, сколько до меня уже пытаются дозвониться?! Остатки сна тут же растворились. Резко схватив телефон, что уже валялся у меня под ногами, я подняла трубку, даже не посмотрев кто это. – Фэйт Эллингтон, верно? – Мягкий женский голос, будто звонящей лет пятнадцать. – Да… – растерянно донеслось до неизвестной в ответ – Я Элис...Элис Прайс, – мимолётное молчание, в котором чётко читалась неуверенность, – нашли труп, предположительно, по нашему делу. Снег преспокойно падал огромными хлопьями, а беспощадный ветер сгибал деревья в сторону злосчастного двухэтажного домика. Гниющая тёмная древесина, разбитые заляпанные стёкла, крылечко со сломанными ступеньками. Он будто из мультфильма «Дом-монстр». У входа стоят два копа, один из них нервно тянет сигарету, пока второй безразлично глядит на меня. После звонка я мгновенно потеряла всю сонливость, кое-как оделась и помчалась на место. Но сейчас, четыре часа сна (не стоило так долго засиживаться вчера) дают о себе знать: глаза жутко слипались, а о концентрации на чём-либо и речи быть не могло. От мыслей меня отвлёк шум позади. Повернувшись, я увидела выходящего из полицейского автомобиля «Форд»* недовольного мужчину, лет сорока, в сером пальто с небольшим чёрным кейсом в руках, за ним следовала девушка в нежно-голубом пуховике. — Я только собирался позавтракать, — удручённо, будто самому себе, сказал он. Выглядел обычно: карие глаза, чуть смуглая кожа, аккуратный нос с небольшой горбинкой, причёска полубокс каштанового цвета, под носом и на подбородке красовалась щетина. Ростом явно выше меня, где-то на сантиметров десять. — Приятно познакомиться, та самая Элис, что разбудила тебя, — протянула руку невысокая азиатка. "Довольная милая" — подумалось мне. Курносая шатенка, прямые волосы до плеч, чёлка до бровей, розовые от холода щеки, пухлые губы, поверх которых тёмно-красная помада. — Фэйт Эллингтон, — после формального рукопожатия я перевела взгляд на неизвестного компаньона. — Майк Холл, криминалист. — Я же — твой помощник, правая рука, — затрепетала Прайс, — скажи, а тебя недолюбливают или боятся? — В смысле? — Когда Гарсия на собрании спрашивал о добровольном желании работать под твоим началом, то никто не поднял руку. Я видела тебя пару раз, ты мне показалась вполне хорошей, так что вызвалась сотрудничать с тобой! — Кажется, мне нелегко придётся в коллективе. — Давайте оставим разговоры, дамы. Меня ждёт "весёлое" времяпрепровождение, — устало вставил Майк. Почему-то мне совсем не хотелось заходить туда. Трупов не боюсь, скорее тяготило то, что я едва успела взяться за "Вечный сон", как у меня на руках очередная жертва. Они прошли в дом, я же, потупив пару секунд в сугроб, направилась к одному из тех "сторожил". — Кто обнаружил тело? — Дворник. Сказал, что прячет от жены под каким-то комодом заначку. Перед работой пришёл, увидел эту картину маслом и позвонил, — заначку в заброшенном доме? Подозрительно как-то. — И где этот заначник сейчас? — В участке, — безразлично отвечал тот. Получив нужную информацию, я последовала к своим коллегам. Первое, что встретило меня в коридоре — граффити "А.C.A.B"* поверх зажелтевших (в прошлом, идеально белых) обоев. Классика жанра. На рваном зелёном ковре валялись бутылки, фантики и разного рода мусор. Пройдя в предполагаемую гостиную, в нос сразу ударил сладко-приторный запах, от которого моментально тянет блевать. Его ни с чем не перепутать — так пахнет недавно умерший человек. Пока Майк фотографировал гвоздь сегодняшней программы, а Элис, косо посматривая на всё происходящее, надевала перчатки, мой взгляд приковала написанная кровью надпись "Зря" на окне, находившимся напротив входа в гостиную, в метрах десяти. А в этот раз его работа "подписана" иначе. Подражатель? Или, быть может, обращение к нам? Перед окошком стоял, видимо, тот самый квадратный темно-коричневый комодик, под которым дворник прятал деньги. Опустив, наконец, голову на пол, я тут же пожалела, что увидела это воочию: закоченевшая от холода, молодая стройная девушка бездыханно лежала на полу. Из одежды на ней были лишь кружевные красные трусы, заляпанные засохшей кровью, ровно как и чёрная водолазка с высоким горлом, которая, в области сердца, была изодрана в клочья. В горле встал ком. Из этих дыр виднелись многочисленные ранения, по всей видимости, ножевые, что вполне присущи жертвам нашего маньяка. Худые руки, широко расправленные, были сжаты в кулаки. Её поза напоминала распятого Христа. Более жуткая картина была на лице бедной девочки: чёлка от блондинистых растрёпанных волос (насколько я поняла, это была отросшая причёска "пикси") накрыла один глаз, второй же, у которого отсутствовало верхнее веко, напуганно смотрел в потолок. Под опухшим синим носом также коричневые пятна, а вот рот... — Блять, — успела прохрипеть я, выбегая из этого ужасного места. Немного мутило. Присев на ступеньки порога, я не могла представить, какой ублюдок способен на такое? Разрезать рот вдоль щёк, а после запихать туда осколки стекла... Ужасно. К великому счастью, я не успела позавтракать, иначе всё содержимое желудка уже бы вышло на волю. Сейчас я понимаю, что раскрытие этого дела не просто дело чести, а жизненная цель. Спор уже не имеет значения, этот аморальный урод будет найден любой ценой. Просидев так где-то пять минут, я, всё же взяв себя в руки, вернулась в эту преисподнюю. Майк, занимавшийся осмотром тела, выдал мне перчатки и, чисто из вежливости спросил, всё ли в порядке. Для него это привычное дело, как ни смотри. Интересно, сильно ли на жизнь влияет эта профдеформация? Способен ли такой человек искренне сожалеть о чьей-то утрате? — Фэ-эйт, подойди-ка сюда! — Крикнула из соседней комнаты Прайс. Кремовые кухонные тумбочки чем-то исцарапаны и залиты, захламлены окурками, банками и пакетами с неизвестным содержимым, напротив старинного холодильника, что был мне до груди по длине, вполоборота стояла моя напарница. Лицо её выражало явное непонимание, а в руках она держала какую-то газетёнку. — Что? — Гарсия — продажный пёс, — грубо выпалила Элис, после чего вырвала страницу и протянула мне. Наверху страницы название "Кровавый Трентон", ниже: «Второе дыхание. Недавно стало известно, что за дело "Вечный сон" с уверенность берётся Фэйт Эллингтон, дочь, в бывшем, начальника национальной безопасности, Джейкоба Эллингтона. Молодая девушка совсем недавно начала свою карьеру, а уже идёт по стопам отца! Прекратятся ли зверские убийства в Трентоне?» Фотография, которая, по всей видимости прилагалась к данному заголовку, вырвана. Осталась только часть погонов. Моё фото с удостоверения, черти, взяли?! Где-то с полминуты я стояла молча, выкатив глаза чуть-ли не на лоб. Блядский старик слил меня прессе? Пусть газеты сейчас и читают, в основном, пенсионеры, но он буквально раскрыл мою личность всему городу! — Та-ак, — тяжело начала я, сдерживаясь от нецензурщины, — обойди ближайшие здания, где есть камеры и попроси записи, также мне нужен отчёт Майка по поводу той красавицы, лежащей в гостиной. В соседних домах поспраший жильцов. Разговор с Гарсией довёл меня до ручки: "Дорогая, эта прекрасная газета оповещает людей об опасности. Мы любезно делимся с ними информацией уже очень давно. Всё во имя бе-зо-пас-нос-ти граждан! Поверь, никто не посмеет перейти тебе дорогу после этой статьи," — твердил, а точнее, нагло врал прямо в моё недовольное лицо тот. Уж я-то прекрасно понимаю, что всё делается не за "спасибо". Дар Убеждения — на уровне третьеклассника. Теперь любой недоумок может спокойно пырнуть меня на улице. Даже если я заявлю на нарушение конфиденциальности, вряд ли моя ничтожная правда пробьётся сквозь "китайскую стену" лжи и коррупции. Так или иначе, больше меня напрягала не сама газета, а совокупность обстоятельств: достаточно долго я пыталась найти взаимосвязь, пока меня не осенило, что вырванное фото, надпись «Зря» может значить сигнал… Мне? Мне, мать твою! «Фэйт Эллингтон, зря ты взялась за это дело!» – Кричит мне убийца. Зря?! Чокнутый псих, ты меня на понт решил взять?! Агрессия во мне кипела не хуже, чем в адском котле. Я самолично запихаю в твой поганый рот громадный кусок стекла. Девять вечера. Погода ничуть не улучшилась, даже наоборот: ветер буквально сбивал с ног, а бурный снегопад будто пытался с головой завалить меня и автобусную остановку... Рабочий день закончился. Дворника по итогу отпустили, так как соседи и жена подтвердили, что ночью, как раз в момент убийства, он находился дома. Вот только этот идиот, как говорил мне коп, не сразу вызвал полицию, нет. Увидев труп, он пробежался по месту преступления, забрал заначку и только потом удосужился позвонить. Наследил он знатно, отчего искать следы именно убийцы стало сложнее. Все события выбили меня из колеи (минут двадцать, вместо работы, я просто сидела, проклиная всех и каждого), так что сил на просмотр отчётов и остального просто не хватило. Придётся возиться с этим завтра. Также, допрос Эрр тоже пришлось отложить. Я сидела на скамье остановки, вытянув ноги. Морозный воздух "бил" по носу от каждого вздоха. Напротив стояла какая-то кофейня с кучей посетителей. Милое крылечко, уставленное бочками с искусственными цветами, перила обвешены гирляндой. На двери красовалась табличка "Coffe mania". Мания... Кто-то с серьёзным видом сидел за столиком, попивая, насколько я могла видеть, кофе, а кто-то, сидя большой компанией, бурно что-то обсуждали. Люди блаженно проходили мимо, парочки радовались снегу, улыбаясь друг-другу. Не понимаю их: для меня зима — остановка времени. Всё такое удушающе медленное и протяжное. Земля будто уснула, оставив всё на произвол судьбы. Сотни машин и ни одного автобуса... Что ж за нап- — Холодно сейчас, не правда-ли? – Низкий, но притягательный мужской голос выдернул из размышлений. Я повернула голову, чтобы посмотреть на него, однако тот стоял почти спиной ко мне. Незнакомец был достаточно высокий, метра два точно. Одет он был в джинсы, какие-то замызганные кроссовки, чёрную парку и белую толстовку, капюшон которой еле виднелся, а уж из-под него смольные густые волосы. — Выглядишь изнуренно, – снова сказал он, даже не обернувшись на меня. Что это за диалог такой, со спины? — Работа… Любимая работа, – вяло пробормотала я, стараясь отвечать максимально односложно. Чёрт его знает, чего это тип от меня хочет. — Автобуса еще долго не будет, – продолжил он, наконец-то развернувшись ко мне лицом. Волосы длинные, на лице плотно сидела медицинская одноразовая маска, надетая почти до ярко-голубых глаз. Единственное, что меня смутило — светлый, почти белый оттенок кожи. Однако я решила списать это на свет. — Думаю, ты не хочешь проводить где-то сорок минут в тишине с незнакомым человеком, не так ли? Тем более, разговор уже был начат, будет неловко обрывать его вот так, – по уголкам глаз было видно, что он улыбнулся. Возможно, мистер икс прав, но я также не горю желанием о чем-то беседовать. В любом случае, я и не помню, когда последний раз так непринуждённо общалась. — Да, ты прав, – постаралась сказать это максимально доброжелательно, но не думаю, что вышло, в силу моей усталости. — Чудно, – незнакомец присел на скамью, однако не рядом со мной, а чуть дальше, — какая же у Вас работа, миледи, что Вы такая утомленная? – я отметила, что у него очень глубокий, но в то же время бархатный и мягкий голос. В книгах его называют чарующим, вроде бы. — Секрет, – серьёзно прозвучало в ответ. Мне и газеты хватило, знаешь ли. — Секрет? Вот как, – хмыкнул парень, смотря куда-то в сторону. Мы провели несколько минут в абсолютной тишине, пока не приехал, наконец, долгожданный автобус. Пройдя в салон, я обернулась; "сосед по скамейке" не последовал внутрь, лишь сверлил меня взглядом, даже не думая шевелиться. — Странная. *«A.C.A.B» — All Cops Are Bastards (Все Копы — Ублюдки) *Ford Crown Victoria