Глава 1. Точка отчёта

Знаете, какого это жить с чувством отстранения от нормальных людей, осознавая, что между ними у тебя просто нет места? А я знаю. У меня аллергия на прикосновения. С детства я не расстаюсь с чёрными перчатками, которые надёжно покрывают мои руки. Словно вторая кожа. Удобно ли мне в них? Я привыкла. Привыкла каждый день проводить в одиночестве, привыкла со слезами окунать руки в ледяную воду, чтобы заглушить боль от ожогов. В школе надо мной издевались не только из-за моей особенности, но и из-за тёмно рыжих волос, которые так выделялись среди черноволосых одноклассников. В итоге, меня забрали из школы и перевели на домашнее обучение. Именно так я и провела все эти годы, пока в двадцать лет всё снова не пошло под откос.

***

— Юри, осторожнее там, — отец подал мне мою сумку, обеспокоенно сжав губы. Морщины, которые образовались вокруг рта, говорили о его почтительном возрасте. — Знаю, папа, — я спокойно повесила сумку на плече. Эту фразу я слышу из года в год, когда собираюсь выйти из дома. Иногда его чрезмерная опека меня раздражает, но я понимаю его. Мама умерла когда мне было четыре года. — Я лишь схожу посмотрю на сакуры и вернусь. Мужчина тяжело вздохнул, выглянув в окно. Снаружи была прекрасная весенняя погода, но одеть футболку или платье я не могла. Боялась, вот и всё. Кивнув отцу на прощание, я открыла дверь и с лёгким волнением вышла на улицу. Каждый год я никогда не пропускала Ханами, именно в этот день чувствуя себя хоть чуть-чуть счастливее. У меня не было друзей, а уж тем более парня, чтобы сесть и вместе любоваться сакурой. Я делала это одна. Именно сегодня я снова пообещаю себе, что следующий год будет лучше, чем предыдущий. Никогда ещё моё желание не сбывалось, поэтому это скорее просто привычка, от которой одновременно и приятно, и противно. Оглянувшись, я увидела, что много людей сзади меня тоже направляются в парк, и ускорила шаг. Идти в толпе совершенно не хотелось, да и нужно было быстрее искать себе укромное местечко, пока ещё можно было. Когда я пришла, то с облегчением выдохнула. Моё место пустовало, поэтому я спокойно присела на зелёную траву, наплевав на чистоту своих штанов. Вокруг раздавались разговоры и смех других людей. Я горько усмехнулась, глядя на то, как очередная парочка переплела свои пальцы и ближе придвинулись друг к другу. Я завидовала этой возможности просто так держать чью-то руку, чувствуя тепло, а не адскую боль. Я медленно сняла перчатки, зарывшись пальцами в холодную траву. Как же приятно. — Даичи, стой смирно! — какая-то женщина нахмурила брови, глядя на мальчика, который постоянно вертел головой в разные стороны. — Нужно вести себя тихо и прилично. Я с упрёком скосила взгляд на женщину. Чего вообще его с собой брала, если такая приличная? — Мама, но ведь я впервые вижу сакуры! — мальчик раскинул руки и побежал в мою сторону. — Смотри, там деревья как розовые зонтики! — Постой! Глаза женщины с ужасом распахнулись, когда она поняла, что её сын бежит прямо к обрыву. Дело в том, что территория парка была огромна и разнообразна, как и её ландшафт, поэтому место, где они сейчас находились, было плавным возвышением, но на конце высота была около пяти метров. И этого было достаточно, чтобы человек, а тем более ребёнок, свернул себе шею. Игнорируя все крики своей мамы, мальчик уже оказался возле меня и с опозданием осознал, что впереди его ждала только пропасть. Внутри меня что-то перевернулось и забыв про всё, я в последний момент схватила ребенка за руку, потянув к себе на безопасное расстояние. — Какого чёрта ты не слушаешь, что тебе говорят? — я гневно тряхнула его и с удивлением перевела взгляд на свою ладонь, которая до сих пор сжимала тонкое запястье. Мне впервые было не больно. Я ошарашенно смотрела на свою руку, пока мальчик не издал странный звук. Я перевела на него взгляд, с ужасом глядя на его почерневшее лицо. Кожа на лице стремительно чернела, будто бы обугливалась от сильного огня. Тоже самое происходило и со всем телом, пока оно не начало рассыпаться в прах. — М-ма…ма… Губы мальчика еле шевелились, а я с ужасом отпрянула, когда от него больше ничего не осталось. Звон в ушах, человеческие крики где-то со стороны и горсть черного праха, который остался в моей ладони. Что произошло? Почему он…умер? Неужели из-за меня? — ТЫ УБИЛА МОЕГО СЫНА, ЧУДОВИЩЕ! — подбежавшая женщина со слезами на глазах, набросилась на меня. Она замахнулась рукой, но я оттолкнула её. — АААААААААА! Женщина истошно закричала и начала чесать свои руки, но кожа под её ногтями просто отходила. Я шокировано наблюдала, как с ней происходило тоже самое, что и с её сыном. Я больше не могла смотреть на это страшное зрелище и закрыла лицо руками, но продолжала слышать этот хаос, что происходил вокруг. — Вызывайте полицию! — какая-то женщина закричала, сильнее прижав своего ребёнка к груди. — Что вы стоите?! Она убила их! Что за бред! Я никого не убивала, я не хотела никого убивать, о чём они говорят?! Я подорвалась с места и побежала куда глаза глядят. А они ничего не видели, потому что их застилали слезы. Вытерев их кулаком, я пыталась игнорировать то, как люди с ужасом разбегаются от меня. Почему? Я не монстр. Я НИЧЕГО НЕ ПОНИМАЮ. У меня подкосились ноги и я упала на землю, задыхаясь от бега и рыданий, которые так и разрывали грудь. Бежала я долго и совершенно потеряла счёт времени, но вдалеке уже было слышно полицейскую сирену. — Я никого не убивала, — всхлипнув, я снова встала на ноги, обхватив себя руками за плечи, — ТОГДА КАКОГО ЧЁРТА ЭТИ ЛЮДИ СГОРЕЛИ У МЕНЯ НА ГЛАЗАХ? — Оторвав руки от плеч, я поднесла их к глазам, с ненавистью разглядывая ладони. — Всегда всё из-за вас. Сзади послышался треск веток. Я испуганно обернулась и увидела перед собой троих человек. Один, самый старший с хвостом блондинистых волос, поправил свои очки, холодно посмотрев на меня. — Так это ты убила ребёнка и его мать? С глаз снова закапали слезы и я попятилась назад, приготовившись бежать. — НЕ ПОДХОДИ! — я закричала, когда увидела, что второй парень в бежевом плаще стал сокращать дистанцию. — Пожалуйста, не подходите. Я не хочу навредить и вам. Но парень не послушался, продолжая подходить ко мне. Он был расслаблен и его карие глаза спокойно смотрели на меня, игнорируя все мои предупреждения. — Постой, мы хотим помочь… — я не стала слушать третьего парня, с пепельными волосами и пустилась бежать. Да кто они, чёрт возьми, такие? Помочь? Чем они могли мне помочь? Сумасшедшие, даже не копы ведь. Неожиданно передо мной приземлился тот младший парень, оставив от мощного удара яму в земле. Зажмурившись от поднявшейся пыли, я ошарашенно оглядела его. Заместо человеческих ног у него были тигриные белые лапы. — Ты кто… — я не успела договорить, из-за того что почувствовала четкий удар в шею, из-за которого в глазах у меня потемнело. Ноги подкосились, но от удара о твердую землю, меня уберегли чьи-то руки, которые в последний момент словили меня и прижали к себе. — Быстро она бегает, — весёлый голос и запах сигарет — это было последним, что я почувствовала, прежде чем провалиться в полную темноту. … — Имя. — Юри Хаясаки, — не поднимая пустого взгляда, я заставила свои губы произнести пару слов. Недавно я очнулась в незнакомом здании, где надо мной стояли двое человек. Тот угрюмый парень в очках и очень красивая девушка в докторском халате. Когда я пыталась задавать вопросы, они просто игнорировали меня, и в какой-то момент я осознала, что прикована к койке крепкими ремнями. Через время меня развязали и сейчас я сидела на стуле перед парнем, которого, как выяснилось, зовут Куникида. — Юри, значит… — он скрестил руки на груди, закинув ногу на ногу, — Что же сподвигло тебя к убийству? — Я никого не убивала, — я злобно процедила сквозь сжатые губы, — Не хотела. Сколько можно это талдычить? Он как будто непробивной. Как я поняла, какой-то детектив, но какого хрена я должна доверяться этим людям если они даже не полицейские? Всё это выглядит так сомнительно и непонятно, что у меня уже крыша едет. — Да? А по рассказам очевидцев, ты что-то сделала с ними, от чего они просто заживо сгорели, — я молчала, от чего в его голосе проскользнуло раздражение, — Расскажи мне, что произошло. На секунду я замялась, но сразу же отчётливо поняла — это не просьба, это требование. И если я его не выполню, то карты разложатся совсем не в мою пользу, поэтому, выдохнув, я в подробностях рассказала, что произошло с этими людьми. Куникида молча слушал и, когда на моменте с ребенком мой голос дрогнул, даже посмотрел с сочувствием, которое мне было совершенно не нужно. — Значит, это произошло когда ты дотронулась до них? — Да. — Ещё одна, которая не может контролировать способность. — Куникида устало потёр переносицу. — Эсперов становится всё больше. — Моя способность. — я протянула эту фразу, смакуя её у себя не языке. Разве способности не должны быть хорошими, чтобы помогать людям? А моя… Не пригодится больше не для чего, кроме как для убийств, — И что теперь со мной будет? — Это не мне решать. Для начала нужно доложить о тебе директору, — он встал со стула, направившись к выходу, — Не смей сбегать. Мы всё равно тебя найдем, только хуже себе сделаешь. Я напряжённо сжала пальцы, которые снова были облачены в чёрную кожу. Когда я убегала, то забыла их на земле, но, к моему удивлению, когда я проснулась, тот мальчик-тигр вернул мне их, за что я была ему очень благодарна. — Не буду, — я честно сказала это и Куникида кивнул, слегка улыбнувшись. — Неплохой человек, — я прошептала это себе, когда мужчина скрылся за дверью, — В отличии от меня. Я сомкнула губы, устало зарывшись своими пальцами в рыжие волосы. Что же теперь делать? Впринципе, если мне придётся никогда не снимать мои чёрные кандалы, то моя жизнь не особо-то и изменится. Только теперь мне придётся носить их не только ради себя, но и ради безопасности других. Как же смешно выходит. Я всегда хотела иметь возможность прикасаться к другим, и вот мне дали эту возможность, только какой ценой? Я посмотрела на свою ладонь и сняла перчатку с одной руки. Не знаю, что я хотела там найти. Обычная рука, без когтей, горящего огня и чёрной кожи. Резко сжав пальцы в кулак, я почувствовала, как полумесяцы ногтей впились в мою ладонь. Больно, но не настолько, чтобы сравнивать её с болью от прикосновений. Кажется, Куникида говорил о том, что эсперов в последнее время стало больше. Неужели, есть такие же люди, как я? Такие же растерянные и напуганные? Почему-то эта мысль немного успокоила меня. — Я не одна, — встав на ноги, я больше не могла оставаться в этой комнате, терзаемая тревожными мыслями, — Убегать не буду, но прогуляться было бы неплохо. Натянув на руку всё ту же перчатку, я подошла к двери и аккуратно выглянула в коридор. Там было на удивление пусто, но это мне как раз и на руку. Количество дверей в этом помещении немного вскружило мне голову, но, не смотря на это, я упрямо направилась вперёд. Заглядывать в каждую комнату я не решалась. Чёрт возьми, где же я оказалась? Вооруженное детективное агентство? Первый раз слышу. И почему правительство разрешает каким-то частникам влезать в их дела? Что-то здесь точно есть. Я неловко опустила взгляд в пол, когда возле меня прошла какая-то незнакомая девушка с бумагами. Она кинула на меня заинтересованный взгляд, но ничего не сказала. Я сразу же расслабилась, надеясь на то, что больше никого здесь не встречу. Ещё несколько минут ходьбы ничего не дали, пока я не осознала, что заблудилась. Мысленно выругавшись на свою рассеянность, я свернула вправо, но, наконец, услышала за дверью приглушённые голоса и подошла ближе. — …вы знали о её способностях? — Куникида говорил всё тем же деловым тоном, постукивая ручкой по столу. — Да, давно, — мои глаза разширились когда я узнала голос своего отца. — И не смотря на это, вы молчали? То, что случилось сегодня, полностью ваша вина. — Вы не понимаете. Я был в ужасе и не знал что делать. — Объясните. — Это случилось когда Юри была ещё маленькой. Она играла с матерью, но в какой-то момент, что-то случилось, — голос мужчины дрогнул и ему потребовалось несколько секунд чтобы продолжить. — Её глаза покраснели, и… Луиза просто начала рассыпаться. Боже, я не знаю, как вам объяснить! — он всхлипнул, повысив голос. — Она сгорела заживо. Я прижалась лбом к холодной стене, пытаясь унять нахлынувший жар и дрожь в теле. Значит, маму убила я? Отец всегда говорил мне, что она погибла из-за несчастного случая, но оказывается всю жизнь врал мне. Теперь я понимаю, почему он постоянно был так одержим тем, чтобы я никогда не снимала перчатки. Он всё знал и боялся, что такой случай произойдет снова. И он дождался, это произошло. — Подслушивать не хорошо… — горячее дыхание опалило моё ухо, а в воздухе разлился терпкий аромат. Я вздрогнула, с трудом подавив крик, — Что же ты здесь делаешь, м? Резко обернувшись, я увидела того самого парня в бежевом плаще, который был тогда в парке. Теперь я могла лучше его рассмотреть. У него были красивые каштановые волосы, которые немного вились и обрамляли его худое лицо. Карие глаза контрастировали с бледной кожей и смотрели на меня с прищуром, а губы сейчас растянулись в лёгкой усмешке. Он был красив. — Я заблудилась, — скрестив руки на груди, я спокойно посмотрела на парня, подавив волнение, — Буду благодарна, если Вы отведете меня обратно. Я снова вздрогнула, когда парень громко рассмеялся. Сконфуженно на него взглянув, я ждала, пока он остановится. – Я сказала что-то смешное? — Забавная, — он наклонил голову в бок, внимательно рассматривая меня, — И симпатичная. Моя бровь взлетела ещё выше. До чего нелепая ситуация. Только что я узнала, что убила свою мать, и в тот же момент ко мне прилип незнакомый парень, не стесняясь флиртовать со мной. — Ладно, пойдем, — он положил ладонь мне на спину, вынуждая идти вперёд. От такого самовольного жеста я напряглась, — Меня зовут Дазай Осаму. — Буду знать, — я отступила от него на шаг, вынуждая опустить руку. Очень странный человек. Он ведь знает, что ко мне опасно прикасаться, но всё равно это делает. Или он болван, или у него есть причины не опасаться этого. Я упрямо смотрела только вперёд, чувствуя взгляд Осаму на себе. Раздражает и напрягает. — На мне что-то написано? — я не выдержала и нахмурила брови, повернувшись к Дазаю. — Мне не нравится то, что ты на меня пялишься. Парень поднял две руки вверх, в примирительном жесте, оголяя белые бинты, которые туго обматывали его руки. — Прости-прости, ты мне напомнила моего знакомого, — в голосе парня послышались лукавые нотки, — Шляпы носишь? — Нет… — Как же хорошо! Тогда бы я точно перерезал себе горло от такого дежавю. Я неловко промолчала, не зная, как реагировать и что ответить на этот факт. — Сегодня такая погода хорошая была, не так ли? — Дазай, — я вздохнула, порядком устав он его болтовни, — Когда люди начинают обсуждать погоду, это значит, что им не о чем говорить. Я посмотрела на него, потеряв всю былую настороженность. И почему я подумала, что это какой-то важный человек? Ведёт себя слишком уж беззаботно. По сравнению с Куникидой, просто небо и земля. — Ты права, — он распахнул передо мной дверь, — Но мы уже пришли. — Что? Это ведь не та… — Директор, я привел её, — Осаму перебил меня, сразу же обратившись к мужчине в кимоно, который сидел за столом. Директор. Это же именно тот человек, который, как выразился Доппо, будет решать мою судьбу. Под серьёзным взглядом этого мужчины, я непроизвольно согнулась пополам в приветственном поклоне. От этого человека так и веет стальными принципами и дисциплиной. — Здравствуйте, — не зная, как к нему обращаться, я ограничилась одним словом, но он будто бы прочитал мои мысли. — Здравствуй, Юри. Меня зовут Фукудзава Юкичи и я директор Вооруженного Детективного агентства. Можешь задать мне вопросы, которые у тебя возникли за это время, — он перевел взгляд на Дазая. — Благодарю, можешь идти. Кивнув, Осаму вышел из комнаты, бросив на меня мимолетный взгляд. Теперь мы остались наедине. Решив не томить, я сразу же задала волнующий меня вопрос. — Что я такое? И сколько ещё таких как я? — Эспер, или, проще говоря, человек, который обладает способностью. У каждого она разная, хотя бывают и совпадения. — Фукудзава скрестил пальцы. - Точную цифру насчёт количества не скажу, но их немного. Я, Куникида, Дазай — они тоже эсперы, как и большинство в агентстве. Мои глаза загорелись. — И у каждого есть своя способность? — Естественно. — Понятно, тогда чем занимается ваша организация? — Мы занимаемся теми делами, которые полиция не в силах решить. В основном это касается других эсперов или организаций. Хотя мы берём и обычные дела, ведь мы детективы. Я кивнула. Теперь понятно. Если эта организация официальная, то мне нечего бояться. — Что же будет со мной? — я подняла на него тяжёлый взгляд. Внутри разлилась пустота и равнодушие. Хотя какая разница? Если они упекут меня в тюрьму, то это будет справедливо. — Убила двух человек, подняла переполох, которое отдел попытается уложить, — я сделала над собой огромное усилие, чтобы не отвести взгляд. Я понимаю, к чему он ведёт, — Однако, ты можешь устроиться работать на нас или пройти очень долгий и утомительный процесс расследования, а после и суд. Что? Он предлагает мне присоединиться к ним? Очевидно, из-за моей способности, но как он может быть во мне уверен? Благодаря моему отцу я могу за себя постоять и стрелять умею, но всё же. Ладно, это сейчас не то, что должно меня волновать. Хоть он и делает вид, что у меня есть выбор, но на самом деле это не так. Кто вообще согласится на второе, если тебе прямо под нос кладут решение твоих проблем? Тем более эти люди действительно помогают другим и пример этого — я. Я устало потёрла ладонью лицо. Накатившаяся тяжесть в теле только усугубляла ситуацию. Не слишком ли много произошло за сегодня? — Допустим, я согласна. Что от меня будет требоваться? — Ничего невозможного. У тебя будет достойная зарплата и мы сможем обучить тебя всему, что потребуется. — Хорошо. — Завтра у тебя будет первый рабочий день и испытательный срок, который покажет, сможешь ли ты работать у нас или нет. — Что будет, если я его не сдам? — я нахмурила брови, — Вы просто вышвырните меня и откажетесь от своих слов? Прежде чем Фукудзава успел ответить, в дверь постучали, а после вошли двое мужчин. Это был Доппо и мой отец, у которого на глазах снова заблестели слезы. — Юри… — Поговорим дома, — я холодно оборвала слова мужчины. Не то чтобы я злилась, но была раздражена его поведением. Я понимаю, почему он молчал. Ведь как можно было сказать своему ребенку, что именно он виноват в смерти своей матери, но насчёт способности… Мне было его совершенно не жаль, как бы жестоко это не звучало. Отец кивнул, вытерев слёзы рукой. Куникида смотрел на меня с упрёком, но я одарила его не менее красноречивым взглядом. Не лезь не в своё дело. — Господин Хаясаки, прошу, присаживайтесь, — Фукудзава указал на стул рядом, — С вашей дочерью мы уже всё обсудили. — Благодарю, — я встала, снова отвесив небольшой поклон, — Я пойду домой, собирать вещи. — Собирать вещи? — отец развернулся ко мне, обеспокоенно глядя на меня, — Что это значит? — Я съезжаю, — не глядя на него, я развернулась, направившись к выходу.