Часть 1

- Рей! - Риннара, бесцеремонно распахнув дверь, влетела в спальню. Шаманка, сидевшая у камина с книгой, подняла голову. - Реиро, с Изумрудным Сном что-то не так! - В каком смысле? - Реиро нахмурилась, и, положив книгу на стул, поднялась с мягкой шкуры. - Можешь сказать подробнее? - Я не уверена, но кажется, случилось что-то плохое с Древом Жизни, я чувствовала кровь и гарь. - С древом жизни? Тельдрассил? - Наверное, я... Реиро, прости, я знаю, ты не хотела ввязываться в новую войну, но Орда осаждает Темные Берега, вчера я и мой отряд едва выжили. Если бы я не была столь сильным друидом Когтя... - Волчица вцепилась когтями в гриву. - Рей, я не знаю что делать! Я использовала вчера слишком много сил и не смогу перемещатся по Изумрудному Сну еще несколько суток. Но я Верховный Друид, на меня рассчитывают, а я сижу здесь и ничего не могу сделать! Реиро чувствовала ее отчаяние, и понимала ее, как никто. Ответственность, чертова ответственность за свой народ, за друзей, за их жизни, о которой ее никто и не просил, но которую она не могла не взять на свои плечи, давила тяжко. Но она все ещё выдерживала ее вес. - Я могу попробовать переместить нас через Круговерть Пустоты. Это не телепортация магов и не путешествие через Сон, будь осторожна. Что заставило её сказать это? Ответственность за подругу? Совесть перед той, кто исправляла последствия, а не пряталась? Предчувствие катастрофы? Что заставило Реиро вылезти из своего уютного логова? Она не знала. И не очень-то горела желанием узнавать. Когда девушки вновь оказались в материальном мире, первым, что почувствовала Реиро, был ударивший в нос дым и хруст угля под копытами. Первая мысль - не туда переместились. Вторая - Тельдрассил горит! Буквально в сантиметрах от нее рухнула горящая ветка, словно стая точку в осознании этого. Тельдрассил. Горит. Слева послышался приглушенный вскрик Риннары. Где-то раздался громкий треск. Как молнией прошило осознание: это город-дерево. И оно горит. Единственное здание из камня - Храм Элуны, и там же был портал. Она должна спасти столько ночных эльфов, сколько сможет. - Рина, быстро в Храм Элуны, поможешь жрицам! - А ты? - А я в огонь... Мгновение на оборот в облик волка, и вот Реиро уже несется по черной земле. Призвать на помощь стихию, выбить дверь мощным потоком воды, туша заодно пожар. Прохилить почти задохнувшихся эльфов в доме цепным исцелением, и, не слушая хриплых сбивчивых благодарностей, кричать, что бы шли к Храму Элуны. Снова оборот, снова бег. Лавка, жилой дом, снова лавка. Над придавленной горящим деревом мертвой матерью рыдает маленькая девочка-ворген. Реиро не выходя из облика, увеличивается, хватает ее зубами за шкирку, и тащит к Храму. Некогда ей нежности разводить. Тушит еще один дом, сует девочку в руки эльфийке, держащей за руку измазанного пеплом мальчишку. Мать рыдает, и благодарит сквозь слезы, но Реиро некогда. Она должна успеть. Она пытается обратится к духам огня, что собрались здесь в огромном количестве, но духов много, они сильные, и они не хотят слушать ее. И огонь разгорается лишь сильнее. В очередном доме она находит только бездыханные тела. Второй этаж казарм стражей проваливается внутрь дома прямо перед ее глазами. Безнадежные крики ввинчиваются в мозг, дым и смог мешают дышать, пламя обжигает подушечки лап. Она пытается экономить силы, но слышит детский вопль, и тут же мчится на него, забывая обо всем. Уничтожает завалы, тушит горящие дома, кричит и кричит, уже сорванным голосом, что бы бежали к Храму Элуны, что там помогут. Перед глазами то и дело появляются круги. Тряся за плечи незнакомого эльфа, Реиро как-то отстраненно замечает, что продержится она недолго. Толкнув кал'дорая в спину, она снова оборачивается, и снова бежит. Голова кружится, сознание на краю обморока. Реиро тушит лавку семьи ткачей, выжимая из себя последние крохи Духа пополам со Светом. Она еще успевает указать им путь, прежде чем напуганное лицо эльфийки проваливается в черноту. Приходит в себя она в больнице Штормграда. Множество обширных ожогов первой-второй степени, магическое истощение, и, кажется, новый вид кошмаров... Все это отметается в сторону, и в голове всего одна цель: Сильвана заплатит.