Часть 7: Допрос окончен, все свободны

      — Какое твоё любимое воспоминание, связанное с осенью?       Продолжая широко и не менее фальшиво улыбаться, интервьюер перевернул страницу записной книжки. Эта улыбка уже начала раздражать. Не так, как на приёмах дома или в гостях. Сильнее. На приёмах достаточно было появиться Бруту, как всё внимание уходило к нему. От женского до внимания журналистов. А вместе с ним приходил Лис, знающий кучу сказок и других историй. Лис, умудряющийся держаться одновременно на виду и в тени. Лис, умеющий перевести остатки внимания журналистов на кого-то другого. Сейчас его не хватало.       — В середине осени мы с Лисом упражнялись в лесу. Было весело прыгать по веткам, учиться прятаться. Это интересно.       — Зачем же тебя учат прятаться?       — В прятках проигрываю часто… — обиженного тона, наверное будет достаточно. Сказать настоящую причину нельзя. Командир накажет и запретит тренироваться дальше. Лис расстроится. Он же специально готовит. — Лис хочет исправить, чтобы было интересно. Мы же ничего не делаем, ты забыл?       «Выкать» тому, кто откровенно «тыкает», было бы странно. Будто бы проглотил, но это не так. Потом нужно будет узнать у командира, как обращались к нему. Если на «вы» из-за статуса, то журналюга — лицемер.       — А если серьёзно? Так чем ты занимаешься в походах?       — Ничем он не занимается, он же сказал, — словно появившись из тени, показался Лис. — Что пристал к ребёнку? Вы должны были закончить ещё пять минут назад.       — Но вопросы ещё остались.       — Вон.       — Ты не понимаешь или не хочешь понять? Это интересно массам.       — Да хоть воробьям. Вон, я сказал, — Лис бросил короткий взгляд в место, куда периодически смотрел интервьюер, и вытолкнул его за дверь, широко улыбнувшись. — Чудо, ты умница.