Обречённость

…Кажется, я опять не сумела скрыть в своём взгляде то, что ни в коем случае не должна была показывать – никому и никогда. - Я не хочу, чтобы ты так смотрела, – вдруг говорит Альстед. - Как так? – машинально бормочу я, опуская глаза – только его сочувствия мне сейчас не хватало! - С такой горечью… когда ты думаешь, что тебя никто не видит… так обречённо! - Тебе показалось. Принца трудно сбить с толку: - Не ври. - Больше заняться нечем, как только мои взгляды изучать? – хмуро интересуюсь я. - Я просто подумал: есть ли что-то, способное по-настоящему тебя обрадовать? - Есть, спи. Альстед, однако, решает меня окончательно достать: - Например? – требовательно спрашивает он, так, словно ждёт какого-то невероятного откровения свыше. Мне становится смешно: - Когда всех демонов Потусторонья мимо меня в гробах пронесут – вот тогда я обрадуюсь, можешь не сомневаться! - А… - Отставить разговоры! – безжалостно командую я. – Иначе я немедленно отправлю тебя спать в дортуар! - Не отправишь, – убеждённо возражает Альстед, однако, внимательно взглянув на меня, понимает, что далее судьбу искушать не стоит, демонстративно мученически вздыхает, сопит, возится, и вскоре – затихает… Из дневника Альстеда: «…Я не хочу видеть антрацитовую черноту и кровавые отблески в её зрачках. Я не хочу видеть её погасший взгляд. Потому что мне нравится белый свет, струящийся из её глаз, такой ласкающе-нежный, когда она смотрит на меня, и, осязаемо-жёсткий – с другими…»