Часть 11.

Эллисон зевнула. Она слишком долго либо читала записи Пятого, либо пыталась придумать, как решить проблему с его системой индексации, и теперь чувствовала непривычную усталость. Ей не хотелось терять время, но нужно было перекусить и, возможно, выпить кофе, пока Лютер ходил за картой и путеводителем по городу, чтобы они могли составить план. Когда Эллисон вошла на кухню, там была не только она, что неудивительно. Пятый, вероятно, готовил себе ещё одну чашку кофе. — Привет, Пятый, — начала она, но осеклась. Пятый как раз засовывал ключи от машины в карман. Он рассеянно кивнул ей. — Куда ты собираешься? — спросила она, прищурившись. — В прошлый раз, когда мы его поймали, Гарольд сбежал в хижину своей бабушки, — сказал Пятый. — Я проверю. — Один? Пятый посмотрел на неё и пожал плечами, как будто в этом не было ничего особенного. — У меня будет время отдохнуть в машине по дороге, так что к тому моменту, как я доберусь до места, мои силы будут работать практически как обычно. — Пятый, у Диего есть люди для этого, — сказала Эллисон. — Ну, никто из них не знает о Комиссии, — ответил Пятый, сдержанно улыбнувшись. — А я знаю. Я найду всё, что нужно, гораздо быстрее, чем они. — Его там не будет, — сказала она. — Пятый, всё изменилось. Комиссия не собирается прятаться в хижине бабушки каких-то парней. Пятый в досаде прикусил язык. — Ты что, не понимаешь? — спросил он. — Временная линия… согласуется. Мы всё изменили, но у меня всё равно остался глаз, а вы всё равно умерли. В хижине он получил силы Вани, чтобы освободить её. Там ты чуть не погибла, так что это должно быть важно. — Мы договорились работать вместе, — сказала Эллисон. — Что ж, я делегирую задачи, — саркастически произнёс Пятый. — Вы все можете разобраться с моим кодом, а я пойду поищу Гарольда Дженкинса, пока он не убил вас всех. Снова. — Он развернулся, чтобы уйти. — Нет, не пойдёшь, — отрезала Эллисон. — Ты больше не сбежишь от нас. Мы работаем вместе, нравится тебе это или нет. Пятый остановился как вкопанный и медленно повернулся, чтобы бросить на неё испепеляющий взгляд. — Почему бы тебе не пустить слух об этом? — сказал он. — Ведь ты явно считаешь меня ребёнком. Невысказанные слова слишком громко звучали в напряжённой тишине между ними. Эллисон была в одном неверном шаге от того, чтобы перепрыгнуть через всю комнату и дать ему пощёчину. Вместо этого она сделала большой шаг вперёд и выпрямилась во весь рост, чтобы смотреть на него сверху вниз. — Если ты втянешь в это Клэр, — предупредила она, на мгновение задумавшись, как бы дать понять Пятому, насколько она серьёзна, — то тебе лучше быть готовым к тому, что я скажу кое-что очень обидное о Долорес. Гнев и страх, отразившиеся на лице Пятого, немного ранили Эллисон в самое сердце, но если он собирался вести себя как придурок, то должен был столкнуться с последствиями. — Ты бы не посмела, — прошипел он. Она задумалась, знает ли он, что для остальных Долорес не реальна, что Эллисон хотела сказать: «Было бы гораздо проще поверить, что тебе никто не нужен, если бы ты от отчаяния не выдумал себе целого человека». — А ты попробуй, — прошипела она в ответ. Пятый поёжился под её взглядом, словно хотел убежать или отпрыгнуть в сторону, но в то же время ему хотелось сразиться с ней в одиночку из принципа. — Мы теряем время, — наконец выпалил он. — Возможно, совместная работа помогла спасти Ваню, но у нас нет времени на то, чтобы все семеро застряли, пытаясь понять мою многолетнюю работу, которую я не могу вспомнить. — От того, как он сказал «вспомнить», у Эллисон сжалось сердце. — Я могу сделать больше в одиночку. — Так вот почему, когда во время апокалипсиса тебя окружали люди, ты вернулся сюда на 31 год раньше? — спросила Эллисон. Пятый действовал быстро, но Эллисон даже не пыталась сопротивляться. Она позволила ему схватить себя за куртку и прижать к стене, чувствуя, как щиплет глаза. — Заткнись! — Ты знаешь, что я права, — тихо сказала она. Его лицо исказилось, он с трудом сдерживал рык, но в конце концов отстранился от неё и, схватившись за ближайший стул, склонил голову. Эллисон вздохнула и сползла вниз, пока не упёрлась о стойку. Она смотрела на него, ожидая, что он скажет что-то ещё, но он молчал и ровно дышал через нос, словно пытался успокоиться. — Ты в порядке? — спросила она. — Не имеет значения, - пробормотал Пятый. — Для меня это имеет значение, — сказала Эллисон. — Мы заботимся о тебе, Пятый. Ты понимаешь это, верно? Пятый вздохнул и поднял голову, чтобы посмотреть на неё с флегматичным недовольством раздражённого подростка. — Это не имеет значения, потому что ответ не изменится, пока мы не остановим это, — сказал он. — И ты тратишь то немногое время, которое у нас есть, на то, чтобы снова и снова задавать вопрос, ответ на который ты уже знаешь? — Он прищурился и раздражённо мотнул головой. — Мне это не помогает. Что ж, это было честнее, чем ожидала Эллисон. По крайней мере, это было началом. — Если мы разберёмся в твоей системе индексации, то сможем узнать, где мы все погибли, — сказала она. — Мы все были вместе, мы покинули Академию вместе, у нас был глаз, значит, там должно быть что-то ещё. Пятый отвел взгляд, тихий, с отрешённым видом. — Ты нужен нам здесь, Пятый, — сказала Эллисон. — Я знаю, что это была другая версия тебя, но ты единственный человек, который действительно знает, как ты думаешь. Ты мог бы помочь нам решить эту проблему быстро. Пятый вздохнул. Он пошевелил челюстью, обдумывая что-то. — Тебе когда-нибудь снилось, что ты получила то, чего хотела? — спросил он наконец. — Ты просыпаешься и не можешь вспомнить сон, но тебе всё равно требуется слишком много времени, чтобы напомнить себе, что реальный мир... — Он резко замолчал, как будто вовремя остановился, чтобы не сорваться. Он покачал головой. — Реальный мир так не работает. — Ты не один теперь, — пробормотала Эллисон. — Воспользуйся этим. Взгляд, которым одарил её Пятый, определённо не способствовал тому, чтобы Эллисон воспринимала его как ребёнка, но это чувство исчезло так же быстро, как и появилось. — Отлично, — пробормотал он. Он потёр переносицу. — С математической точки зрения, быстрее всего найти пропавшего человека можно, двигаясь по спирали, так что, если бы я всё ещё надеялся, что вы шестеро живы, я бы начал именно так. — Видишь? — сказала Эллисон. — Это уже начало. Пятый слабо нахмурился. — Давай. Лютер принесёт карту, мы разложим её в гостиной и сегодня же разберёмся с этим, если будем продолжать в том же духе.

_________________

— Угадайте, кто только что вздремнул? — сказал Клаус, делая вид, что кладёт ноги на колени Пятого, просто чтобы вывести его из себя. — Рад, что ты помогаешь, — сказал Пятый, отшвыривая его ноги в сторону. Клаус плюхнулся на диван и взял в руки одну из тетрадей. — Боже правый, малыш, неужели ты не мог найти бумагу? — Не называй меня так, — прошипел Пятый. Раздражение, вызванное Клаусом, придало ему немного сил, и Клаус ухмыльнулся Бену, чтобы тот заметил это. Бен ухмыльнулся в ответ. — А поиск чистой бумаги – пустая трата времени. Я знаю, какие мысли связаны между собой, даже если они перекрываются другими нитями. Клаус прищурился, глядя на уравнения, втиснутые в небрежный набросок плана второго этажа Академии. — Это просто не может быть самым простым способом делать заметки. — Он посмотрел на карту, которая больше походила на постер с записями, чем на карту. — На чём мы остановились? — Мы нашли одну больницу, один универмаг и почти уверены, что нашли ещё две больницы, но не можем точно их определить, — сказал Диего. — Хм, — пробормотал Клаус. Он толкнул Пятого ногой в бок. — Не видишь никаких закономерностей? — Как бы мы ни решали, где искать, мы действовали хаотично, — пробормотал Пятый, не поднимая глаз и что-то записывая в другом блокноте. — Я надеялся, что даты как-то связаны с районами, в которых мы были, но, похоже, мы просто каждый день выбирали совершенно случайные места для поисков. — Наверное, избегая всех зомби, — сказал Клаус, в основном для того, чтобы все закатили глаза. — В последний раз, — огрызнулся Пятый, не поднимая головы, — это не зомби, если он не мёртв! Все уставились на него, но он не сразу это заметил. — Что? — Кто не мёртв? — выпалила Ваня. Пятый моргнул. — Чёрт, — выдохнул он. — Я не… — Он резко повернул голову и пристально посмотрел на Клауса. — Скажи ещё какую-нибудь раздражающую чушь о зомби, сейчас же. Клаус открыл рот, но внезапно потерял дар речи. — Так… насчёт… этих зомби… — выдавил он. Увидев недоверчивый взгляд Пятого, он добавил: — Я не знаю, я не могу быть раздражающим по команде! — Ты раздражаешь меня буквально в любой другой ситуации, но не можешь раздражать, когда это нужно? — крикнул Пятый. — Ты бесполезен! — Прости! — заскулил Клаус, отклоняясь назад, чтобы Пятый не ударил его блокнотом по лицу, если бы решил это сделать. — Ты застал меня врасплох! Пятый ударил его по руке и прорычал, обращаясь ко всему миру: — Всё пропало. Всё, что я помнил, пропало. — Но ты хотя бы вспомнил! — сказал Клаус, осторожно выпрямляясь. — Правда? — Он посмотрел на остальных в поисках поддержки. — Я имею в виду, что мы ничего не помнили с тех пор, как оказались здесь, а ты примерно через день уже... Я имею в виду... — Я уверена, что тебе вспомнится что-нибудь ещё, — пробормотала Ваня. — Да пофиг, — прошипел Пятый, закидывая ноги на диван и откидываясь на спинку, словно в приступе ярости хотел провалиться сквозь неё. — Это тупик. — Клаус и не думал, что можно читать с таким напором, но Пятому каким-то образом это удавалось. Он перелистывал страницы, пока наконец не исчез и не появился снова перед картой, чтобы нацарапать на ней ещё один набор кодов. — Может, не стоит перенапрягаться с твоими способностями? — спросил Лютер. — Заткнись, Лютер! — рявкнул Пятый, швырнув маркер так, словно тот его лично оскорбил. — Ладно, отлично, — пробормотал Лютер. — Прости, что беспокоился, пока ты три дня пролежал в коме. — Вы все невыносимы, — пробормотал Пятый, снова открывая блокнот и хмуро глядя в него. — Пятый, — отругала его Ваня. — Мы просто пытаемся помочь. Пятый резко поднял голову, готовый что-то ей сказать, но вовремя одумался. Было почти забавно наблюдать, как в нём борется желание быть мудаком. Он снова опустил взгляд. — Этот символ обозначает средства гигиены. Мыло, шампунь, что угодно, — пробормотал он, показывая им страницу. — Так что вы можете добавить это в продуктовые магазины, супермаркеты, может быть, торговые центры. Клаус вздохнул. Было трудно удержаться от шутки про вспышки гнева, но блокнот в руках Пятого по-прежнему был смертоносным оружием, неважно, насколько сильно он вёл себя, как ребёнок, которому нужно ещё немного поспать. Клаус вернулся к своему блокноту, пытаясь найти что-нибудь полезное. То, как Пятый делал записи, приводило в замешательство, даже если он и обводил свои координаты. Он положил блокнот на стол и прижал палец к цифрам, чтобы закрыть остальную часть страницы. Что-то странное ощущалось под ним. Он наклонился ближе и несколько раз провёл по странице. На бумаге были какие-то пометки, как будто кто-то что-то написал, но, похоже, это была единственная часть страницы, на которой Пятый не стал ничего писать. Клаус пролистал страницы, придерживая свободной рукой открытый оригинал и ощупывая остальные части. — Что ты делаешь? — спросил Пятый. — Ты такой придирчивый, — пробормотал Клаус. — Дай мне свой на секундочку. — Он выхватил книгу из рук Пятого, прежде чем тот успел ответить, и протянул ему блокнот, который рассматривал. — И держи его открытым. — Он не обратил внимания на то, как Пятый забурчал, и начал листать другие страницы. — Клаус, серьёзно, что? — спросил Диего, но Бен махнул на него, внимательно наблюдая за происходящим. — Ага! — сказал Клаус, найдя ещё несколько зазубрин. Он стал искать остальные. — Э-э-э, стикер… стикер для заметок! — Бен протянул ему блокнот, и Клаус поспешил отметить страницу, прежде чем искать следующую. — Ха! — Что? — прорычал Пятый. Клаус перешагнул через их ноги, схватил маркер и подошёл к карте. — Ваня, где ты живёшь? — Э-э, — сказала Ваня, заправляя волосы за ухо. — Эм, на углу Харрис и Мэйн. — Да! — сказал Клаус. — Э-э, Диего, Вест… — Вест-авеню, 221, — напомнил ему Диего. — Да! — сказал Клаус, переписывая тот код тоже. — О чём, чёрт возьми, ты говоришь? — потребовал Пятый. — Заткнись, — сказал Клаус, слишком увлечённый происходящим, чтобы заметить недоверие на лице Пятого. — Чёрт, где я живу? — Он резко обернулся. — Диего, спроси у Юдоры, где я живу! — Ладно? — выдавил из себя Диего и убежал, несмотря на своё замешательство. — Верно, — пробормотал Клаус. — Это… Да, Эллисон и Лютер были в Лос-Анджелесе, а Бен… где-то там… — Бен устало закатил глаза, а Клаус на мгновение задумался, загибая пальцы. — Нас действительно слишком много, боже. — Объясни, Клаус, — прошипел Пятый. — Знаешь, если бы ты не был такой развалиной, я бы заставил тебя сказать «пожалуйста», — сказал Клаус, торжествующе склонившись над Пятым. — Я не развалина и не скажу «пожалуйста», — прошипел Пятый в ответ. — Объясни. — Объяснение в том, что ты подозрительный, скрытный ублюдок, который не хочет признавать, что в глубине души он большой добряк, — сказал Клаус, наслаждаясь тем, как Пятый слегка отпрянул, когда Клаус наклонился к нему. Конечно, он беспокоился за брата, но было так восхитительно наблюдать за тем, как он смущается от искреннего человеческого контакта. К тому же он действительно заслуживал того, чтобы время от времени проявлять немного смирения. На самом деле Клаус оказывал ему услугу. — Чёрт возьми, это имеет отношение к чему-либо? — Пятый процедил сквозь зубы. — Ну, — сказал Клаус, с подобающей случаю торжественностью раскрывая блокнот у него перед носом. — Это связано с тем, что всякий раз, когда ты находил одну из наших квартир, ты нацарапывал наши номера под координатами, чтобы только ты знал, где их снова найти. Пятый уставился на него, молча принимая блокнот, который протянул ему Клаус. Он не стал спорить, а просто повернулся, чтобы самому найти нужную страницу. — Аспен-роуд, 67, — сказал Диего, вернувшись в комнату. — Что? — заныл Клаус. — Не 69? Так близко и в то же время так далеко. — И он вернулся, — пробормотал Пятый, но Клаус заметил, что его рука всё ещё лежит на странице, где были нацарапаны цифры, а пальцы сжимаются, хотя он этого и не осознаёт. Клаус показал Пятому язык, независимо от того, видел тот или нет, а затем подмигнул Бену. Бен фыркнул. Он добавил код к своему адресу. — Ну, это примерно вдвое больше, чем у него было до этого, — сказала Ваня. — Это же хорошо, верно? Пятый протянул ей блокнот. — Дайте мне секунду, — пробормотал он. — Кажется, я вижу закономерность, но мне нужно время, чтобы подумать. — Круто, — сказал Клаус. — Эй, Диего, можешь подвезти меня до дома? Мне наконец-то нужна чистая одежда. — К счастью, в его комнате было несколько комплектов чистого нижнего белья, потому что он откладывал вопрос о том, где могут быть его вещи, из-за всех остальных дел. — Знаешь, если это поможет тебе избавиться от этого психоделического кошмара, я не против подвезти тебя, — сказал Диего, доставая ключи. Он оглянулся на остальных, а затем на Пятого. — Развлекайтесь.

_________________

Ваня наблюдала за тем, как Пятый что-то бормочет себе под нос. В конце концов, он не так уж сильно изменился. У него всегда была какая-то теория или напряжённые размышления, о которых он твердил. Он был не из тех, кто заводит друзей, но у него была привычка без приглашения врываться в чужие комнаты, расхаживать туда-сюда и размышлять вслух, и Ваня всегда была наименее склонна выпроваживать его. Она скучала по нему, и было странно видеть его таким маленьким, каким он был когда-то, и слышать, как он яростно разговаривает сам с собой, как раньше. Ему пришлось придвинуть табурет к карте, чтобы дотянуться до верха, и это было милее, чем она осмеливалась бы признать ему в лицо. Она давно перестала пытаться что-то добавить к разговору и теперь просто наслаждалась ностальгией, сидя молча и позволяя ему думать. Эллисон вздохнула и придвинулась ближе, явно делая то же самое. — Эй, ребята! — крикнул Клаус, входя в комнату в струящейся блузке и брюках, которые были бы просто чёрными, если бы не блестки. На плече у него висела спортивная сумка. — Угадайте, у кого два больших пальца и спальня, в которой не спрячется ни один мертвец! — Он указал на себя. — У этого парня. Как только мы спасём мир, я буду спать в настоящей кровати, а не в одиночной камере моего отца! — Он хлопнул в ладоши и потёр их друг о друга. — Я не могу ждать. — Заткнись, я кое-что придумал, — огрызнулся Пятый. — О, я принёс тебе особенный подарок, — сказал Клаус. — Не то чтобы ты его заслуживал, подлый маленький ублюдок. Пятый постучал маркером по губе и не обратил на него внимания. Клаус шутливо показал ему язык и полез в принесённую с собой сумку. Он достал красный кусок ткани и, пока ждал, обнимал его и смотрел на Пятого подозрительно невинным взглядом. Он перевёл взгляд на Бена, и тот вздохнул, качая головой. Клаус молча кивнул ему, и Бен пожал плечами. В конце концов Пятый обвёл на карте большой круг. — Не очень точно, — пробормотал он. — Но я нашёл вас всех где-то внутри этого круга. — Он скрестил руки на груди. — Глупо с моей стороны, что я не записал точные координаты. — Что ж, мне нравится думать, что ты был слегка потрясён, обнаружив трупы всей своей семьи, которым было уже несколько недель, — сказал Клаус. — Личинки действительно... — Он сделал неопределённый жест, который, как подумала Ваня, означал разлагающуюся плоть, отслаивающуюся от чьего-то лица. Пятый удивлённо посмотрел на него, озадаченно нахмурившись. — О чём ты говоришь? — Что, я? — спросил Клаус. — Ни о чём. Но я принёс тебе это. — Он протянул Пятому ткань. Пятый в замешательстве взял её, но продолжал вопросительно смотреть на Клауса. — Это тот свитер, в котором ты появился, — сказал Клаус, мило и озорно улыбаясь. — Он мой! Разве это не мило? Я решил, что раз моя копия всё ещё мягкая и пушистая, ты можешь забрать её сейчас, а не после моей смерти. На лице Пятого отразилась неописуемая смесь недоверия, оскорблённого гнева, скрытого тоскливого потрясения и раздражения. — Это потому, что взрослыми мы одного роста, идиот, — сказал он наконец. — Что объясняет, почему ты не взял одежду в универмаге… как именно? — заметил Бен. Клаус показал ему большой палец. Пятый переводил взгляд с Бена на Клауса, не зная, на кого из них смотреть. — Это не… заткнитесь! Эллисон прикрыла рот рукой, чтобы скрыть смех, а Ваня закусила губу, чтобы не рассмеяться. — Ладно, ладно, — сказала Эллисон, и из её груди вырвался смешок. — Клаус, Бен, не мучайте его, вы же знаете, что эмоциональный интеллект – не его сильная сторона. Пятый обернулся и уставился на неё. — Я ошибаюсь? — спросила она, уперев руку в бедро. — В любом случае, если у нас есть примерная зона, нам нужно её обыскать и посмотреть, что там можно найти. Ваня кивнула, тихо отметив, что Пятый по-прежнему сжимает свитер у груди побелевшими от напряжения пальцами. Она решила не поднимать эту тему, но кивнула в сторону Эллисон, которая в ответ украдкой улыбнулась. — Думаю, нам стоит держаться вместе, — сказала Ваня. — Все семеро, ищущие в одном и том же месте – это... — О, дай угадаю, пустая трата времени? — сказал Клаус и получил маркером в лицо за свои старания. Он смирился со своей участью и посмотрел на Пятого с усталым презрением. — Я не имел в виду всех нас, — сказала Ваня. — Мы можем разделить эту зону на участки и обыскивать их парами. — Серьёзно, Ваня, система напарников? — спросил Диего. — Не ты, — вмешался Лютер. — Тебе нужно пойти в полицейский участок и найти какие-нибудь отели или заброшенные здания в этом районе, чтобы у нас было хоть что-то, если мы ничего не найдём. Диего удивлённо хмыкнул в знак согласия. — Принимается. Я также могу получить записи о любой подозрительной активности в этом районе и сообщить ребятам, кого искать. Лютер кивнул. — В остальном Ваня права. Если кто-то из нас попадёт в беду в одиночку, мы можем даже не узнать об этом, пока не станет слишком поздно, а последнее, что нам нужно, – это потерять друг друга из виду. — Я принесу что-нибудь, чтобы тянуть жребий, — сказала Эллисон. — Так мы не будем спорить, кто с кем будет в паре. Пятый вздохнул. — Я бы справился быстрее в одиночку. — Если только ты не упадёшь в обморок от усталости, — сказал Бен. — Я не собираюсь падать в обморок от усталости, — огрызнулся Пятый. Как будто только сейчас заметив, как крепко он сжимает свитер, он неловко пошевелился и опустил руки. Он закатил глаза. — Но если для вас это так важно, ладно. Мне не нужно, чтобы вы снова всё испортили спором. — Эй, мы все хорошо себя вели с тех пор, как вернулись! — возразил Клаус. — Поздравляю, вы уже целых четыре дня как взрослые. — Хорошо, — сказала Эллисон, вернувшись с пакетом. — Я положила сюда стикеры трёх цветов. Каждый остаётся с тем, кому достался такой же цвет. — Она протянула пакет, и каждый взял по стикеру. Бен толкнул Ваню локтем, чтобы показать, что у него такой же цвет, и мягко улыбнулся ей. Она улыбнулась в ответ. — Боже правый, — сказал Пятый. — Клаус? Клаус торжествующе поднял свой стикер и маниакально рассмеялся. Бен наклонился и прошептал ей на ухо. — Они умрут.