Глава 4. Ино. Канкуро.

+++

Ино, июль, 24 гпрН

+++

Ино с детства была бойкой, справедливой и любила своих подруг одинаково. Ну, Лобастую чуть больше, хотя долгое время их отношения строились скорее на соперничестве, а не на обоюдной поддержке. Тем не менее, о Сакуре она всегда заботилась — если не в открытую, то тайно, и была очень счастлива за неё, в порыве чувств урыдавшись на свадьбе, которую сама же и организовала. Ну не Лобастой же с Наруто было доверять церемонию? Ещё Ино было жаль Хинату, но она не представляла, как можно поддержать самую тихую и скромную подругу. Вряд ли цветочный горшок в подарок мог заставить Хьюга забыть о неразделённых чувствах и подтолкнуть к новым взрослым отношениям, как вышло у самой Ино. К слову, Сакуру следовало было поблагодарить и за то, что после войны и Муген Тсукуёми у Ино как будто мозги на место встали. Ну вот почему ей тогда привиделись Саске и Сай, борющиеся за её внимание? Сай же в то время уже вращался в орбите Накику, а Саске… Ино здраво сомневалась, что ему вообще интересна романтика и простые человеческие слабости. Только вот долгое время она не хотела этого признавать. В общем, себе Ино нашла партию постарше, поопытнее, покрасивее… и пока она не растеклась лужей на рабочем месте, вспоминая Генму, стоило, пожалуй, всё-таки придумать, как отвлечь Хинату. Можно было, например, собрать девичник: со дня на день должна была прибыть делегация из Суны, так что ещё и Темари с Акеми и Мацури будут! Каруи, пожалуй, лучше не приглашать, хотя Облако уже здесь — она всё равно не нравилась половине деревни из-за грубости и хамоватости. Песчаники, конечно, тоже через одного такими были, но словно бы по-другому. До обеда Ино честно отстояла за стойкой цветочного магазина клана Яманака, попутно прокручивая идеи куда бы сходить. А на перерыве, выискивая передвижной лоток, где продавали её любимые такояки, наткнулась на Саске. Заводить с ним разговор она и не думала, но, к её удивлению, Учиха подошёл сам. Его выражение лица, большую часть времени напоминающее кирпич, и сейчас не изменяло традиции, но в чёрном глазу Ино почудилась неуверенность. Сама она вытаращилась на парня, едва он открыл рот. — Я могу угостить тебя обедом? — Меня? Обедом? — переспросила Ино, на всякий случай делая шаг назад. — Это типа ты меня на свидание приглашаешь? Прости, но я занята. — Не на свидание, — довольно терпеливо для Учиха уточнил Саске. — Разве у тебя не обеденный перерыв? — Я в общем занята, — переформулировала Ино. — Не сейчас, а человеком. Она вроде бы никогда не страдала косноязычием, но из-за нетипичного поведения Саске никак не могла собрать мысли в кучу и правильно их высказать вслух. — Я рад за тебя, — тем же невыразительным тоном сообщил Саске, отчего Ино чуть не уронила челюсть на землю. Кто, во имя Ками-сама, похитил Учиха и заменил его почти доброжелательным клоном? — Мне нужна твоя помощь. С меня еда. Что ж, если ей не придётся тратить деньги, она могла по крайней мере выслушать его. И порцию взять побольше, раз такое дело. Не самая здоровая для фигуры пища, но Ино редко себя баловала, а такояки из передвижного лотка были вкусные даже холодными, можно было вечером занести Чоджи порцию, он точно обрадуется. Эх, если бы сердечные дела можно было лечить вкусной едой! Ино бы и Хинате захватила. Ну, кстати, почему бы и нет? Саске покорно оплатил тройную порцию, никак не выказав удивления, а для себя заказал только жасминовый чай. Хината, кстати, тоже любила именно такой, с щепоткой мяты и долькой лимона. — Ты можешь поговорить с Сакурой и Тсунаде-сама насчёт протеза? Для меня, — добавил Саске так, словно Ино была дурой и не сообразила бы сама о ком шла речь. — Мы с ней… — Я знаю. — Конечно, она знала. После последней встречи команды семь старого состава Сакура ей два часа жаловалась на их бедового сокомандника. В том числе как раз на тему протеза. — Ты передумал? — Я подумал, — поправил Саске. — Но не хочу её злить больше необходимого. У тебя лучше получится переговорить с Сакурой. Ино потрясённо замерла, не донеся пирожок до рта. Это он ей сейчас чисто человеческий комплимент сделал? Они снова в Муген Тсукуёми? Что происходит? Открытия, впрочем, на этом не закончились. Саске вытащил из штанов карманные часики и задумчиво продолжил: — А ещё мне нужен букет. Ты ведь через двадцать минут снова откроешь магазин? Теперь Ино и вовсе показалось, что у неё слуховые галлюцинации. Она с трудом прожевала кусок, проглотила, едва не подавившись, и очень внимательно уставилась на Саске. Его лицо не изменилось, да и ожидать, что он вдруг снизошёл бы до шутки было глупо. Если бы он и начал шутить, то точно не с ней, а с тем же Наруто, с которым у него… хоть какие-то близкие отношения. Друзья, братья, связанные судьбой и вся эта глупость, которую Сакура пересказывала Ино, смешно изображая обоих своих сокомандников. Ино наконец отвела взгляд от Саске и откинула голову назад, чтобы посмотреть на небо. Даже отошла на пару шагов, чтобы крыши соседних зданий не загораживали обзор. — Что ты делаешь? — не выдержал Саске, раздражённо окликнув её по имени. — Жду падающих с неба енотов, — совершенно серьёзным тоном отозвалась Ино, возвращаясь. — Удивительный день, должно случиться что-то ещё невероятное. — Прекрати паясничать. — Я не паясничаю, а действительно этого жду. Еноты — почему, кстати, еноты, а не дождь из красивых мужиков? — с неба, к счастью или к сожалению, не начали падать, и Ино вернула всё своё внимание к Саске. Вот теперь у него было никакое не равнодушное лицо, а смущённое и крайне недовольное. Ей даже почудилось, что у него покраснели скулы. Она придвинулась ближе и бесцеремонно ткнула его пальцем в щеку. — Прекрати! — огрызнулся Саске, отмахнувшись от её руки. — Ты совсем вырос. Я бы умилилась, будь ты моим мальчиком, но увы. — Вот Шикамару она умилялась, когда тот наконец созрел сделать предложение Темари. Тогда она была в искреннем восторге и радовалась так бурно, как будто это её позвали замуж. — Так для кого букет, любовничек? — Я никакой не… Саске сделал глубокий вдох. Очень глубокий вдох, настолько глубокий, что Ино поразилась тому, сколько кислорода уместилось в его легких и как у него не закружилась голова. Может, Орочимару как-то улучшил его органы? Но тогда Лобастая точно бы ей рассказала. Она же осмотрела Саске вдоль и поперёк, заставила сдать все возможные и невозможные анализы, так что не пропустила бы нечто подобное. Тогда это могло быть только следствием каких-то тренировок, но эта тема интересовала Ино уже меньше. — Для Хинаты, — очень тихо сказал Саске. Ино даже пришлось прислушаться. — Я её обидел, поэтому хочу подарить букет. — Что ты с ней сделал? — от стальных ноток, прорезавшихся в голосе Ино, Саске резко поднял глаза. Она смотрела на него уже совсем недружелюбно. Если этот придурок посмел хотя бы пальцем тронуть её подругу, Ино собиралась выцарапать ему глаза прямо сейчас и прямо здесь, и никакие великие техники клана Учиха её не остановили бы. Она ведь терпеть не могла тех, кто обижал маленьких и слабых, издевался над людьми и самоутверждался за чужой счёт. Так что если Саске посмел подумать, что имеет хоть какое-то право причинять кому-то вред — тем паче её близким подругам! — то она была готова объяснить ему, как устроена эта жизнь. — Я поймал её, когда она упала со стремянки. Что ещё я мог, по-твоему, сделать? — Это в его голосе прозвучала обида, или ей послышалось? Ино прищурилась и поборола соблазн залезть к нему в голову, чтобы узнать как всё произошло в деталях. — Да откуда мне знать, на что ты способен? — скривилась Ино. — У тебя семь пятниц на неделе, и попробуй сказать, что это не так. — Я её поймал, правда. — И она обиделась? — И она обиделась. Сказала, что не нуждалась в помощи и могла сама приземлиться. Что ж… Хината вполне могла на такое обидеться. Она ведь устала быть от всех зависимой и гордилась своими заслугами. Сама Ино вот считала нечто подобное романтичным и, пока бегала за Генмой, не чуралась ни притворных обмороков, ни вывихнутых лодыжек, но Хината была совсем другой. — Ладно, — сменив гнев на милость, вздохнула Ино. — Ты не виноват, что хотел помочь. Пошли, расскажешь мне, где и как вы столкнулись, что ты успел погеройствовать. В магазине Ино убрала еду в холодильник, надела фартук и принялась творить, слушая скупой на детали рассказ Саске. Удивительно, что они с Хинатой поладили. Но с другой стороны, почему бы и нет? Они оба достаточно спокойные, чтобы им было комфортно друг с другом, а это неплохая база не только для дружбы, но и для отношений. Неужели Саске понравилась Хината? Ино окинула его задумчивым взглядом и вдруг улыбнулась. — Букет готов. Тебе скидка за первое посещение. — Повязав букет ленточкой, Ино протянула его Саске. Все самые любимые цветы Хинаты, собранные в изящную и нежную композицию, а, самое главное, не сильно вычурную и пышную. — И если хочешь, чтобы Хината точно не сердилась, купи ей сок с кокосовыми кусочками. — Что?.. — Рядом с дворцом Хокаге, напротив булочной, есть магазин. Там продается виноградный сок, куда можно добавить кусочки кокоса. Купи его Хинате, она будет в восторге. Саске кивнул и, расплатившись, неловко взял в руку букет. Ино хотела было окликнуть его уже на выходе из магазина, чтобы пригрозить расправой, если он будет вести себя с Хинатой плохо, но передумала. Скорее всего Саске и так все во всём подозревали; присоединяться к кругу тех, кто ждал от него чего-то плохого — хоть и заслуженно — она не хотела. — Вот Лобастая удивится, когда я ей расскажу! — вслух проговорила Ино и подпёрла голову рукой, облокотившись на стойку. Удивительные дела творились в Конохе, просто удивительные!

+++

Канкуро, июль, 24 гпрН

+++

Коноха всегда казалась Канкуро поразительным местом. Эдаким зоопарком, в котором обитали самые невероятные виды животных. Там был и вымирающий вид Учиха, и Зелёный с Синим — кажется, синим, но он не уверен — звери, олени, которые на самом деле лоси, и ещё непонятно кто. Ему этот балаган напоминал ещё и цирк, с представлениями каждый второй день. Канкуро хватало ума не делиться этим с Акеми, потому что она непременно бы обиделась, но мнение о деревне Листа у него не менялось. Она союзная, он хорошо относился к её жителям, просто это не отменяло всех их странностей. Впрочем, ему жаловаться было не на что: Канкуро находил всё это крайне занимательным! — Ты уже представляешь, какие сплетни почерпнёшь когда мы доберёмся до Конохи, да? — поинтересовалась у него Акеми во время короткого привала. — Я просто очень общительный. — Ты сплетник. — Я общительный! — Сплетник, — припечатала Темари, вклинившись в их разговор. — Причём, редкостный. Гаара ничего не сказал, но Канкуро по его лицу понял, что младший брат был согласен с данным утверждением. Какие же они все скучные! Будто бы в том, что он любил немного перемолоть кому-то кости, было что-то плохое. Ничего, в Конохе, к счастью, были те, кто мог разделить его увлечение. Котетсу с Изумо ведь наверняка его ждали, да и Киба тоже, и уж с ними-то Канкуро собирался наговориться всласть. Поэтому он только зубасто улыбнулся жене и брату с сестрой. Тратить силы на бессмысленный спор у него в планах не было, лучше сохранить их на будущее. Коноха встретила их привычной суетой. Накику и младший брат Акеми, Яхико, уже ждали их. По дороге в поместье Икимоно они разошлись: Темари и Гаара свернули в сторону башни Хокаге — вообще-то, Казекаге должны были встретить ещё у ворот, но Гаара сам отказался, заявив, что прекрасно знает дорогу в резиденцию. Канкуро, заметив Кибу, пообещал Акеми явиться позже, чмокнул жену в щёку, растрепал волосы недовольной Накику и вручил протестующему Яхико свой рюкзак. — Я не носильщик! — возмутился младший Икимоно. — Ничего, не сломаешься, — ухмыльнулся Канкуро и махнул им рукой. Ему не терпелось узнать, что произошло в Конохе за то время, что его здесь не было. Киба звучно хлопнул его по плечу, Акамару радостно завилял хвостом и даже позволил себя погладить. Поразительно, а ведь раньше они были врагами. Прошло десять с небольшим лет, в их жизнях произошли самые невероятные изменения, и вот они уже друзья. Но самое невероятное Канкуро увидел почти сразу же, как подумал о союзе деревень: Учиха, который, как ни в чём не бывало, шёл по улице с букетом. Канкуро с Кибой замерли, изумлённо уставившись на эту картину, а потом синхронно ущипнули друг друга за руки. — Больно, — пробормотал Киба. — Больно, — согласился Канкуро. — Это ж Предатель? — Мы его так больше не называем, — поправил Киба. — Наруто обижается. — А, точно. Так это он? — Да вроде он самый… — Впрочем, в голосе Кибы слышалась неуверенность. Инузука даже принюхался, чтобы понять, обманывали его глаза или нет. Будь у Канкуро такое чутьё, он бы тоже не постеснялся проверить себя. — Если мы попробуем проследить, он нас заметит? — Ну, можем просто пойти в ту же сторону. До тех пор, пока он не скачет по крышам, то вряд ли решит, что в этом есть что-то странное. И правда, странным было то, что Саске куда-то направлялся с цветами. Это ж какие чудеса случились в Конохе, пока Канкуро здесь не было? Не девушку же Учиха завёл, правда? Представить кого-то с Саске было крайне сложно, и даже не из-за того, что у него была очень богатая биография, а потому что Саске почти ни с кем не общался. — Не Сакуру же он у Наруто решил увести?! — Киба, услышав предположение, аж споткнулся, уставившись на Канкуро, как на ненормального. — Ну, а что? — Знаешь, я бы скорее предположил наоборот, — справившись с потрясением, нервно хохотнул Киба. — Ну, ты же помнишь всю эту мистическую связь между Саске и Наруто… Теперь оба, не стесняясь, загоготали в голос, но почти сразу заткнулись: привлекать внимание Саске раньше времени грозило тем, что он бы просто растворился и оставил их без новой сплетни. Тот, впрочем, шагал всё так же размеренно, уставившись себе под ноги, и слежки вроде бы не ощущал. К большому сожалению горе-шпионов, он оказался хитрее, и едва Кибу с Канкуро отвлекла Ханаби, появившаяся перед ними словно из ниоткуда, сам Саске так же пропал в никуда прямо на подступах к кварталу Хьюга. — А что это ты не с девушкой? — ехидно поинтересовалась сестра Хинаты, всё же вежливо кивая Канкуро, хоть и смотря на него с каким-то… не с неприязнью, нет, но словно оценивая. Канкуро аж вздрогнул, но тут до него дошло сказанное. — С девушкой? — он повернулся к Кибе, который только развёл руками и криво улыбнулся, показав клык. — Какого хера ты сразу-то не сказал, что у тебя девушка завелась? — Не ругайся возле нашего квартала, — надменно попросила Ханаби, хотя это скорее прозвучало как приказ. — Что вы тут вообще забыли? — Да так, прогуливались, а что, у вас теперь вход запрещён для посторонних? — тут же нашёлся Киба. — Вон, Саске разгуливает, словно у себя дома. — Учиха? — Ханаби нахмурилась. — Он, скорее всего, мимо проходил. Рядом зал для приёма Каге, сейчас заканчивают последние приготовления, в том числе по части безопасности. Канкуро здраво сомневался, что цветочки Учиха нёс для украшения саммита, но решил с мелкой информацией не делиться. Ханаби точно не выглядела как человек, который слушает сплетни и с готовностью их обсудит. Вместо этого он утянул Кибу в ближайшую кафешку и всласть насмеялся, выпытывая подробности про отношения самого собачника. Только теперь он обратил внимание на то, что Акамару словно стал потолще и попушистей, и с сарказмом посоветовал другу следить, чтобы он сам щёки не отъел. А ещё подивился, что в Щимо, оказывается, есть такие приятные — ну, со слов Кибы — персоны. У самого Канкуро, который там бывал на паре миссий с Саем, никаких тёплых воспоминаний ни о стране Мороза, ни о её жителях не осталось вообще. После того, как они с Кибой расстались, Канкуро решил было проверить жену, но вовремя вспомнил, что она с пигалицей, так что до вечера можно было не надеяться отвлечь обеих от Террариума, где они наверняка снова чахли над своими кладками. Легендарные ящерицы Икимоно, мутированные с помощью хенка Накику уже стали притчей во языцах не только Конохи, но и Суны. Таким образом, зоопарк Листа частично обосновался в Песке как раз благодаря Канкуро, но об этом он Акеми тоже не говорил. За своих ящериц она, пожалуй, тряслась даже поболее, чем за родную деревню. Впрочем, раз девушки были заняты, можно было найти Сая. Он не был сплетником в прямом смысле этого слова, но Канкуро прекрасно знал, как вытащить из него самую нелепую и при этом правдивую информацию, ещё и в совершенно невероятной подаче. Сай нашёлся — какой сюрприз — в мастерской, и, что потрясло Канкуро, тоже с цветами, даже не с одним букетом, а с целыми горшками, которые он методично расставлял по углам главного зала. Возле одного из мольбертов лежал подарочный свёрток; Канкуро, проходя мимо, ткнул в него пальцем — внутри явно лежало что-то мягкое. — У пигалицы же день рождения в августе. — Это для другого, — заметил Сай, не отрываясь от своего дела. — Пожалуйста, не порти подарок, чтобы он не помялся. Хината-сан старалась. — Хината? — приподнял брови Канкуро. — Не знал, что вы теперь так дружите. — Я попросил её об услуге, и мы смотрим фильмы. — Как были связаны эти два факта хрен его знает, но Канкуро уже привык к странностям Сая. — О какой такой услуге ты её попросил? — прищурился Канкуро. — А пигалица в курсе? Накику никогда не была ревнивой, скорее это Сай крутился вокруг неё как мотылёк вокруг лампы, и всё же, как её названый брат, Канкуро не мог не уточнить. — Она сказала, что я должен больше времени проводить с друзьями, — несколько печально отозвался Сай, наконец, отвлекаясь от своего дела и вспоминая, что гостю следует предложить кофе. — А Хината-сан увлекается вязанием, а ещё литературой вместе с Предателем. — Я сам приготовлю кофе, — отмахнулся Канкуро, похихикав про себя. Может, остальные и перестали использовать этот термин для Саске, но Сай был Саем. Наверняка даже в компании Наруто он удачно забывал о том, что Учиха теперь одинокий странник с индульгенцией. — Это типа они фан-клуб любителей чтения открыли? Ты точно ничего не перепутал? Может, они просто столкнулись в библиотеке? Канкуро живо представил, как Саске с Хинатой обсуждают какие-нибудь любовно-эротические романчики по типу тех, что писал Чиву, сенсей Накику, и захихикал уже вслух. Сай только невыразительно пожал плечами: его явно не особо интересовали чужие отношения. — Ладно, я понял. — Канкуро ничего не понял, но представлять, что Саске тащил букет для Хинаты было ещё более дико, чем если бы он нёс его паре Узумаки-Харуно. Кстати, возможно, это было своеобразное извинение за то, что он не посетил свадьбу сокомандников. — А что у вас с пигалицей? Если ты понимаешь, о чём я? Канкуро даже театрально поиграл бровями, обернувшись через плечо, пока размалывал зёрна. Их отношения длились уже столько лет, неужели чудик так и не созрел до того, чтобы позвать её замуж? Или это только Наруто и Ли из всех людей в Конохе не были тормозами? Нара Канкуро в счёт не брал: там скорее Темари подсуетилась, пообещав выскочить за какого-нибудь племянника даймё Ветра, если Шикамару не соизволит поднять свою ленивую жопу и сделать предложение. — Я слежу за её здоровьем, — совершенно серьёзно заявил Сай, вытаскивая блокнот. — Поэтому она больше не пьёт кофе, не ходит на миссии, свитер связан на два размера больше, чтобы был удобным, а ещё я убрал ядовитые растения из нашей комнаты и заменил на те, что посоветовала Красавица-сан для успокоения нервов. Как ты думаешь, может, всё-таки купить телевизор и магнитофон? Куренай-сенсей сказала, что документальные фильмы про роды ей в своё время могли пригодиться… — Стоп, — Канкуро выронил из рук ложку, которой собрался размешать перемолотый кофе. — Ты о чём вообще? Сай моргнул, отрываясь от списка. И вдруг его лицо вытянулось в таком обречённом выражении, что Канкуро едва удержался от того, чтобы не разораться чайкой прямо на кухне и не запустить в друга чем-нибудь потяжелее. — Она же сказала, что сообщит семье, — пробормотал Сай под нос, пятясь к выходу, словно это могло теперь спасти его от допроса. — Ну уж нет, дорогой, блять, товарищ, — ухмыльнулся Канкуро, жестом предлагая Саю присесть за стол и дождаться кофе. — Сейчас ты мне всё подробненько расскажешь. И про Хинату с Саске. Да ты, наверное, и ещё что-то где-то заметил, да? Ты же у нас глазастый. Вот уж хохма! Можно было даже к Котетсу с Изумо сегодня не заглядывать!