16. Nice to meet ya

*Десять месяцев спустя*

Джунхо посмотрел на часы. Без четверти одиннадцать. А приехать на место нужно было уже десять минут назад. Он быстро схватил ключи и ненароком смахнул на пол бумажный прямоугольник. Рука потянулась к конверту. Стоило убрать его куда-то подальше. Столько времени прошло. Нет, он не будет открывать и перечитывать написанные аккуратным почерком строки. Смысла нет, он и так помнит их наизусть. «Джунхо, это я. Давно хотел сказать тебе что-то. Живи счастливой жизнью, защищай нашу маму, занимайся тем, что приносит тебе радость. Не оборачивайся на прошлое, иди дальше. Не ищи меня. Мне не нужна помощь, я выбрал свой путь. Прощай, брат.» Петляя по городским улицам, он снова проворачивал в голове воспоминания о брате. Ну вот кто так делает? Подбросил коротенькое письмо и думает теперь свободен? Этого недостаточно. Говорит, что выбрал свой путь. Когда Джунхо осознал, что тем местом руководит Инхо, то долго не мог поверить. Но и когда увидел его лицо под той маской, не осознавал всю серьёзность положения. Думал, ладно, он ввязался в это, нужно его вытащить, показать, что он был не прав. Больше как-то не хочется. Какими бы ни были причины, что Инхо попал на остров и стал Фронтменом, ему не забыть жестокого безразличия на лице брата, когда 011 истекала кровью. Таким вот значит он стал. Это до сих пор иногда преследует его в кошмарах. Он надеялся, что Инхо ничего не сделал девушке, о которой не слышал с самого побега. У отеля его встретил Усок и сразу же всучил список покупок для ремонта. Джунхо решил пройтись, благо строймаркет находился недалеко, а теплая сентябрьская погода была располагающей. Быстро управившись с покупками, он направился обратно. Странное дело, на кассе ему показалось, что один мужчина-продавец похож на Инхо. Конечно же это был не он. Не мог быть он. Просто воспоминания о брате подсунули этот образ. За последние месяцы такое с ним не впервые — иногда мерещится всякое. Поэтому и девушка на перекрестке сперва показалась нереальной. Миниатюрная ладошка замерла в воздухе в приветственном жесте. На губах слегка удивлённая улыбка. Волосы из-под бордовой бейсболки ложатся на плечи. Ее сияющее лицо с едва заметным шрамом на левой щеке. Боже. Если бы он не пропустил светофор, то с лёгкостью разминулся бы с ней. — Привет, — наконец опомнился он. Широкая улыбка сама собой расплылась на его физиономии. Прозвучало очень уж взволнованно, потому он попытался успокоиться. Кажется, снова загорелся зеленый, но никто из них не сдвинулся с места. — Не ожидал тебя увидеть. Он правда не ожидал. Белая футболка с лёгкой курточкой и черными джинсами сидели на ней идеально. Невольно в голове всплыли строчки из песни. I like the way you talk, I like the things you wear. 'Cause when the morning comes, I know you won't be there. Она изумлённо рассматривала его точно так же, как наверное и он смотрел на нее. Будто перед обоими было живое подтверждение, что произошедшее на острове было по-настоящему. Джунхо уже свыкся с мыслью, что больше ее не увидит. Минуту назад всё изменилось. Или нет? Их пути лежат в разные стороны, и больше могут никогда не пересечься. Джунхо не хотел ее отпускать, по крайней мере не так быстро. Пока она не ушла навсегда, возможно даже не поинтересовавшись как у него дела, Джунхо поспешил сказать: — Я как раз шел к Сон Кихуну. Представляешь, его имя не Сон Мундон, как я думал сначала. — Она нахмурилась. До чего же прелестно это выглядело. — Ну, с игроком 456. Я купил инструменты для ремонта, — и быстро добавил: — Можешь пойти со мной, если не спешишь. Не ремонтировать, конечно. Просто поздороваться. Он будет очень рад тебя видеть. Всё же ты спасла его. — Девушка задумалась, а Джунхо решил использовать свой последний козырь: — Посмотришь, как подросла малышка за десять месяцев, — как бы между прочим обронил он. Он хорошо помнил, с какой заботой она относилась к младенцу, и как бросала на маленький сверток печальные взгляды. Только не уходи снова. В уме опять зазвучали слова этой дурацкой песни: Every time I turn around, you disappear. 011 — а ведь он до сих пор не знал ее настоящего имени — молчала так долго, что Джунхо был уверен, что получит отказ. Тогда на острове она зачем-то спасла ребенка и игроков, но прошло столько времени. Наверное, она не хочет тащить произошедшее там в реальную жизнь. Он мог понять это. До него только дошло, что они стоят посреди улицы, а мимо снуют пешеходы. — Почему бы нет, — наконец ответила 011. Джунхо просиял. Что, правда? — У меня есть немного свободного времени. Всю дорогу он рассказывал, чем живёт последний год. Работа, новые друзья, длящийся месяцами ремонт в отеле. Иными словами, болтал, окрылённый вновь обретенной компаней своей невероятной спутницы. Как в старые времена, когда у нее не было выбора и приходилось выслушивать его бредни, доносившиеся из-под безликой черной маски. — Ты наверное не знаешь, — подходя к отелю, он перешёл к новостям о членах их маленькой команды выживших. — У игрока 246 есть дочка. Маленькая. Она недавно поправилась после тяжёлой болезни. Такое вот чудо. — Знаю. — Ее ответ удивил Джунхо. Девушка не пояснила, откуда владеет такими сведениями. — Кто-то оплатил ее лечение. — Да. Это сделал игрок 456. Девушка замерла, серьезно посмотрела на него, будто ожидая услышать, что это шутка. Но Джунхо не шутил. Он открыл ей дверь, приглашая внутрь. Остров навсегда меняет людей. Но каждый сам выбирает — убить в себе добро или остаться человеком. Игрок 456 как раз из последних. Джунхо и самого удивляло его бескорыстие и вера в людей. — Ну где тебя носит? — раздражённо крикнул Усок откуда-то из глубины здания. Джунхо не видел где именно находится друг. Наверное, батрачит, оправдываясь отсутствием инструментов для работы. — Действительно, как сквозь землю провалился, — подтвердил Кихун, не оборачиваясь со стремянки. Кажется, он измерял что-то уровнем под самым потолком. — Достал что нужно? — Я достал нечто намного превосходящее ваши ожидания, — не в силах сдержать радость проговорил Джунхо. Он зачем-то проверил, не исчезла ли 011. Та лишь сняла бейсболку и осматривалась. Волосы рассыпались по щекам. Кихун наконец повернулся и в этот момент выглядел так, будто бы увидел призрака. Его можно понять. Совершенно не смотря под ноги, он спустился по шатким ступеням и с серьезным лицом направился прямиком к девушке. Они настороженно смотрели друг на друга. Всего секунду, прежде чем Кихун заключил ее в крепкие объятия. Не имея возможности выбраться из хватки, 011 прижалась к его груди. Выглядело очень трогательно. Отстранившись, Кихун заговорил укоризненно: — А худая какая! — Кто бы говорил, — не смолчала 011. Пока Кихун не опередил его, Джунхо взял на себя ответственность достать девочку из манежа, в который она помещалась, когда Кихун работал в отеле. Для ее же безопасности, вокруг было немало опасных предметов, необходимых для ремонта. По сути эта была детская тюрьма, но Джунхо называл ее так только про себя, боясь, что Кихун может обидеться. Кихун очень старался, это было видно, а то, что он сажает ребенка в детскую тюрьму, могло быть воспринято как замечание с намёком на плохое отцовство. — Малышка Джунхи, — торжественно произнес он, передавая ребенка, совершенно изменившегося за неполный год, — познакомься с 011. — С Ноыль, — поправила девушка, когда малышка оказалась у нее на руках. В помещении было не холодно, так что к тому моменту она уже сняла куртку и осталась в лёгкой клетчатой рубашке. Рукава были закатаны, и когда Джунхо передавал ребенка, что-то мелькнуло на ее запястье. — Я дал ей имя матери, — пояснил Кихун. Девушка понимающе кивнула, прижимая к груди малышку. — Это показалось лучшим вариантом. Мы ведь никогда не узнаем, как она хотела назвать ребенка. Джунхо тоже считал это правильным поступком. Он снова вспомнил, как игрок 222 рухнула в пропасть. Как десятью минутами ранее 456 перенес младенца через скакалку. Хорошо, что он даже не пытался разыскать отца малышки. Кихун самый близкий человек для нее и больше никто ей не нужен. Джунхо испытал что-то вроде дереализации, видя их всех в сборе, как в старые времена. Не хватало лишь игрока 246. Тот не входил в их тесную компашку, но они поддерживали с ним контакт. Последний раз виделись наверное месяц назад. Как раз явился Усок. На представление его и 011 друг другу не ушло много времени — он слышал о ней примерно всё, что знал Джунхо. Друг уселся рядом и даже не собирался возвращаться у работе, хотя Джунхо и купил всё необходимое. Кажется, на сегодня ремонт окончен. По крайней мере пока она здесь. — Ты ей понравилась, — улыбнулся Кихун. А кому нет? — Она обычно не идёт на контакт с незнакомцами. — Точно, — согласился Джунхо. — Меня не сразу признала. — О, это был тяжёлый случай, — Усок решил вставить свои пять копеек. — Но не тяжелее чем отношения нашего Джунхо с грилем. Однажды он сжёг подушку. — Не обязательно вспоминать об этом, — Джунхо попытался перевести тему. — Нет, мне интересно, — возразила девушка. И почему она не проигнорировала это, как игнорировала его болтовню по дороге сюда? — Как можно сжечь подушку, делая барбекю? Положить ее на гриль вместо мяса? — Вместо мяса он положил телефон. Когда тот загорелся, отбросил на диван, а там вспыхнула подушка. Думал, следующим вспыхнет весь дом. Девушка тихо засмеялась. В который раз позор Джунхо поднял ей настроение. Приятно. Обычно неусидчивая малышка не слезала с рук новой знакомой. Ноыль — теперь было непривычно думать о ней не как об 011 — сразу же избавилась от верхнего детского комбинезона, и впредь велела Кихуну одевать ребенка так же, как одевается сам, а не кутать потеплее. Это она ещё не видела в каких кожухах малышка ходила всю зиму. Джунхо — как нормальный человек — не стал сдавать друга и раскрывать его родительскую некомпетентность. Они проговорили около часа. Ноыль больше слушала, о себе же практически ничего не рассказала кроме того, что живёт в Ссанмундоне, и что работала на острове уже последние несколько лет. Этим она шокировала всех, кроме Джунхо. Слишком уж уверенно она держалась там, будто знала работу вдоль и поперек. Не заметно было, чтоб Кихун как-то иначе стал относиться к ней после услышанного. Одарил понимающим взглядом и перевел разговор в другое русло — подальше от острова. Видно, что эти двое сразу нашли общий язык. Будто давно потерянные брат и сестра. Никто не стал упоминать Инхо, хотя оба его приятеля знали об участии брата в жизни острова. Ноыль тоже знала и тоже молчала. Как только их посиделки подошли к концу, Кихун выпросил у девушки номер телефона на случай если понадобится что-то спросить про ребенка. Не понятно правда зачем, он ведь десять месяцев как-то справлялся самостоятельно. Как бы там ни было, Ноыль согласилась. Было видно, что она с неохотой опускает малышку в детскую тюрьму. Пусть бы осталась ещё. Но она распрощалась, надела куртку с бейсболкой и собиралась уходить. Джунхо пристал как банный лист, что хочет провести ее хотя бы до угла. Естественно, большее ему не светило. — Как там твой брат? — спросила девушка, когда они уже покинули отель. Ее слова удивили Джунхо. Это буквально последнее, что он ожидал услышать от нее. — Он прострелил тебе живот. Тебе что, правда интересно? Она задумалась ненадолго, продолжая шагать и тем самым приближать их расставание, возможно до тех пор, пока их снова не сведет случай. А можно как-нибудь остановить этот момент? — Ну, да. Потому и спрашиваю тебя, как его брата. Думала, вы общаетесь. — С чего бы? — Джунхо искренне возмутился такому предположению. — Он стрелял в тебя. — Если бы мой брат стрелял в человека, убивашего людей, мне было бы плевать. — Но если это был хороший человек, — произнес он. Перед глазами всплыли старые шрамы на запястье, которые открылись, когда она протянула руки за малышкой. И отметина от рваной раны на половину спины. Да, сказал он себе, она хороший человек. — Ну стрелял и стрелял, что теперь? Даже я на этом не зацикливаюсь. — Так он и кроме того сделал множество ужасных вещей. — Но ты именно к этому прицепился, — с лёгким раздражением надавила Ноыль и заглянула ему в глаза. — Чего ты от меня ждёшь, чтоб я велела тебе ненавидеть его? Зачем мне это? На острове мне казалось ты хочешь его защитить. И это я могла понять. Была ли какая-то трагическая история, связанная с ее братом, или она просто говорит о гипотетической ситуации? Были ли у нее брат вообще? Как и всегда он не стал выспрашивать. Хоть они и вроде как говорили по душам, нарушать ее личное пространство он страшно боялся. За этим рассудительным взглядом скрывались какие-то нехорошие вещи, которые ей довелось пережить. Ему вспомнилось кое-что. — Ты ведь пощадила его тогда у лифта не потому, что он мой брат? Интересно, ответит ли она, раз уж разговор зашёл начистоту. На самом деле, если так подумать, она никогда не врала. Недоговаривала — да, но если уж бралась что-то говорить, то только правду. А ведь они даже толком не знали друг друга. — Нет. В противном случае я просто не вышла бы оттуда живой. Несколько охранников это одно, но Фронтмен, — буднично ответила девушка, будто рассказывая, какой кофе пила на прошлой неделе, — нужно совсем потерять рассудок, чтобы надеяться убить кого-то вроде него без последствий. — Ну да, — согласился Джунхо. Наверное и игрок 456 не заколол Фронтмена ножом в ту ночь из тех же соображений. Вряд ли ему позволили бы покинуть остров после совершённого, даже если на тот момент в комнате и не было никого больше. — Мне пора, — внезапно сказала Ноыль, когда они дошли до угла улицы. Как и договаривались. — Что, уже? — опомнился Джунхо. Опять он витал в облаках. — Слушай, ты оставила Кихуну свой номер. А можно, — он мысленно собрался с духом, — и я как-нибудь позвоню тебе? — Ни в коем случае. Пока она чуть нахмурившись качала головой, Джунхо пытался понять, шутит она или говорит серьезно. В любом случае ответ расстроил его. Он-то надеялся, что теперь, когда они нашли друг друга, Ноыль захочется поддерживать связь. Видимо, пока не хочется. — Ну, я просто убедиться, что у тебя всё хорошо. Понимаешь, тогда я просидел в больнице до самого утра, пока мой начальник не вызвал отчитаться о случившемся. Он приехал лично в ту глушь, чтоб поговорить, представляешь. Я не мог не поехать а отделение. Возвращаюсь, а ты уже исчезла. Вот мог бы я просто позвонить… — Не знала, что ты был там, — произнесла девушка, всмотревшись в его лицо из-под козырька бордовой бейсболки. Замешательство в голосе звучало искренне. Джунхо потер затылок и смущённо отвернулся. — Ерунда, — отозвался он, — так любой поступил бы. Не хватало ещё, чтоб она решила будто он просидел всю ночь у ее постели. Если бы! Пока он не знал куда себя деть, она не сводила с него глаз. Джунхо вдруг захотелось взять ее за руку. Просто потому что воспоминания нахлынули. — Увидела тебя со двора и сразу прибежала, — протараторила взявшаяся из ниоткуда девочка лет девяти в школьной форме и лёгкой синей курточке. — Мам, а это кто? — Джунхо кажется как-то не очень удачно вдохнул и большой комок воздуха попал в горло. Не обращая внимания на то, как он давится, девочка спросила: — И чё вы за руки держитесь? Да не держатся они! Он только потянулся чтоб взять ее за руку. И даже не мог ничего возразить из-за душащего кашля. Из глаз пошли слезы. И почему именно в этот момент? Теперь он опозорен до конца жизни. Ноыль ещё так посмотрела вниз, как будто проверяя, ничего ли там не изменилось. — Это мамин… эм-м… — произнесла она и замялась, подбирая слово. Мамин. Ничёсе! Опять это слово. Теперь до него дошло, когда первый шок отступил. Конечно это ее дочка. Внешнее сходство есть, да. И как он сразу не догадался? Откуда ещё она могла знать как завязать слинг. Щибаль. — Друг, — откашлявшись, он наконец совладал с собой. — Я Хван Джунхо. Ноыль с благодарностью взглянула на него и ничего не возразила. Возможно после всего пережитого они находились именно в этой категории. Друзья. — У мамы нет друзей, — возразила девочка с такой важностью, на которую способны только девятилетки. Это прозвучало как и кого ты тут пытаешься надурить? Джунхо вспомнилось смешное видео в сети, где ребенка учат правильно отвечать, если незнакомец притворится другом его матери, а у той никаких друзей и в помине нет. Ситуация была похожая. — Ладно, ты меня подловила, — поразмыслив, добавил Джунхо. — Я скорее бывший коллега по работе. Можно сказать, это правда. Но и такой ответ не унял детского любопытства, так что допрос продолжился. — Ты тоже работал в парке? — Нет, я полицейский. — Тогда ты не можешь быть маминым коллегой, — заключила малышка, не проявив ни капли уважения к его профессии. — Мама никогда не работала в полиции. Девчонка видит его всего десять секунд уже оспаривает каждое его слово. Тут никакой тест ДНК не нужен. Краем глаза он заметил, что Ноыль подавила смешок. Наверное, подумала о том же. А вот внешне девочка похожа на нее не так сильно, как показалось сразу. — Дорогая, у Джунхо свои дела, давай не будем его задерживать. — Не правда, никаких дел у него не было. — А тебе сегодня ещё на таэквондо, так что пойдем, — заботливо напомнила молодая мама. Девочка кивнула, ничуть не раздосадованная отсутствием свободного времени вечером. Видимо, занятия ей нравились. — Кстати, мам, на тренировке нам говорят не отвлекаться на разговоры, и мы с одной девочкой договорились приехать на полчасика раньше, поболтать. — С кем? — С моей подружкой Сэбёк. Ты знаешь Сэбёк. Она тоже приехала из Северной Кореи, а ее папа работает на бумажной фабрике. Отвезёшь меня пораньше? Да, информация про папу была конечно ну очень важной. Дети как обычно вываливают рандомные факты. — Хорошо, я отвезу тебя пораньше, — ответила Ноыль, попрощалась с Джунхо и вместе с дочерью пошла по дорожке вдоль школьного забора. Джунхо смотрел им вслед, не до конца осознавая, что это вообще было. — Прощай, Джунхо! — спохватилась девочка, повернулась и бодро помахала рукой. Джунхо ответил тем же жестом. Ноыль тоже обернулась. Всего на секунду. — Он правда полицейский? И где ты с ним работала? — не унималась малышка. — Подрабатывала в одном месте. Давно. — Когда я ещё жила в Китае? — искренне поинтересовалась девочка. Последнее слово прозвучало особенно звонко. Ноыль кивнула и что-то проговорила. Джунхо с этого расстояния и так слабо был слышен разговор, а после слова Китай ничего уже было не разобрать. Он развернулся и пошел обратно. Раздумывал об увиденном. Значит поэтому Ноыль так спешила и не могла остаться в отеле подольше. Она должна была забрать дочку из школы. Сейчас она отвезёт девочку на таэквондо, а пока наверное приготовит ужин. Такой вот была ее жизнь за пределами острова. Заберёт девочку с тренировки возможно уже отец. Какой-нибудь бухгалтер, а может работает на бумажной фабрике вместе с папой той подружки с таэквондо. И на что он вообще рассчитывал, конечно у нее есть семья. Джунхо и не заметил, как добрался в отель. Ребенок уже спал в люльке. Кихун стоял рядом, но уходить не собирался. — Вы чего тут? — спросил Джунхо. — Думал все разошлись. — Ну а работать кто будет? — вынырнул из-за угла Усок, чем неслабо напугал Джунхо. Да, точно, они ведь только начали заделывать дыру в одной из стен. — Работа подождёт, сначала я хочу послушать, как вы прогулялись, — ехидно проговорил Кихун. — Их не было всего десять минут, что могло случиться? — Усок пожал плечами. — Да совсем ничего, — буркнул Джунхо, бросая куртку на ящик. — Кроме того, что у Ноыль оказывается есть ребенок! — А, да? — отмахнулся Усок и принялся вертеть ногой. — Посмотри-ка лучше сюда. Наверное интересно сколько стоят. Всего восемьдесят тысяч, но как хороши́! — Заместо того, чтоб спросить какого пола ребенок, ты мне тут свои кроссовки показываешь. — Ну и какого же он пола? — Девочка. — М-м, круто, — он подошёл поближе и приподнял ногу. — На, потрогай качество. Может и себе такие хочешь? — А, то есть настолько безразлично. Как он может? Сам Джунхо был в таком шоке, что ни о чем другом думать просто не в состоянии. Он повернулся к Кихуну. Тот ошарашил его ещё больше. — Да, логично, как раз прошли десять месяцев, значит Ноыль недавно родила. А я знал, знал, что ты что-то не договариваешь. Ну поздравляю, — Кихун с гордой улыбкой хлопнул Джунхо по плечу. Ничёсе! Как ему в голову вообще пришел этот бред? Между ним и Ноыль ничего не было, о чём вообще речь. — Ты нормальный? Мы возле школы встретились. — Ну и что? — вид у Кихуна был самый безобидный. — Ну и что? — повторил Усок, даже не особо вникая. — Вы дадите сказать? — Ну и что? — снова повторил Усок. — Вы что, смеётесь? — Смеюсь, — сказал Усок, хоть и не смеялся. — Говорю дайте я скажу. — Да поняли мы. У нее дочь, но от другого мужчины, — наконец Кихун покончил с этим цирком. Значит тогда он просто шутил. — Можно мне пятьдесят грамм? — теперь Усок уже не отвлекался и с интересом следил за разговором. — А такое чувство, что вы уже что-то пили сегодня, — Джунхо безнадежно покачал головой. — И всё же, ты уверен, что дочка не твоя? — не унимался Кихун. — Младенцы все на одно лицо. Она тебе фото показала? — Вы вообще меня слушаете? Я ж говорю — видел ее у школы. И да, уверен, что могу отличить одномесячного ребенка от девятилетнего. Джунхо вкратце изложил подробности неожиданной встречи, а потом все трое взялись за работу, хотя уже было и поздновато начинать укладывать стену. — А чего ты такой понурый? — спросил вдруг Кихун. — Всё нормально, — буркнул Джунхо. И зачем-то добавил: — Я рад за нее. Что она не одинока. Что есть люди, которые ее любят. Которые и всегда были, Джунхо просто ничего об этом не знал. — Думаешь, если есть ребенок, то должен быть и его отец. И в этом дело? — Кихун явно хотел как лучше, но от того, что он озвучил это вслух, Джунхо почувствовал, насколько он врёт самому себе, пытаясь искренне радоваться за нее. И вообще, напридумывал там себе чего-то. Так глупо. — Вечно ты всё знаешь, — с раздражением заметил Джунхо. — Ну а как иначе, конечно есть. — Ты этого не знаешь. Джунхо не ответил. После времени, проведенного в отеле, Ноыль за две минуты общалась с ним более охотно, чем те двадцать, пока они добирались сюда. Но естественно, как и на острове, держала дистанцию. — Вот у нее и узнаем. Прежде, чем нос вешать, — успокоил Кихун. — Как интересно? — Ну она же дала свой номер. — Для экстренных случаев. — Ты серьезно? — Кихун хмыкнул и покачал головой. — Позвоню ей через день-другой, позову встретиться. Есть у нее семья или нет, я её не брошу, как и она меня когда-то. Ну да. Она наверное посмотрела, что они вот сдружились после острова. Возможно ей захочется так же, проводить время с людьми, которые ее понимают. «У мамы нет друзей», заявила ее смышлёная дочь. Он почему-то поверил девочке. Ноыль не казалась душой компании. Не правда, подумал Джунхо. Теперь у нее есть мы.