Глава 1. Жидкость и Плазма.

- *Тону!* Сколько было боли в этой мысли. Наш главный герой только что видел, как его отца убило куском корабля. Что же с его матерью? Окинув взгляд, он увидел солнце и свои ноги. Он был вверх ногами, если, конечно, смотреть относительно земли. - *Свет!* Словно свет в конце туннеля, осознание, само спасение явилось к нему. Не думающий ни о чём более, он ринулся к солнцу, круглому, но расплывчатому из-за воды. Чем выше он стремился, тем меньше воздуха у него оставалось. Тем сильнее желание выжить било по его голове, говоря: "У тебя получится!" Наконец, он высунул голову из воды. Тихие волны, и этот сладкий запах кислорода... Словно паровой двигатель, его легкие затрещали. Он делал вдох и выдох. Вдох и выдох. Раз за разом. Наконец, разум очистился кислородом, и он снова стал мыслить разумно, а не как животное. Тут вдруг до него дошло. - *МАМА!* Спохватившись, он снова нырнул в бездну, судорожно ища глазами знакомую фигуру. Вот она. Красная шуба, серебрянные ботинки, рыжие волосы. Но ее состояние оставляло желать лучшего. Кажется, она утонула. Сейчас, не столько желание выжить, сколько страх не спасти родного человека, завыл в нем. Схватив за талию, он быстрыми движениями старался поднятся наверх. Чем быстрее тем лучше. Наконец, они оказались наверху. Ища за что зацепиться, ему на глаза попадает спасательный круг. Он кидает родную мать на него, и к счастью, она выглядит живой. Ему все еще нужно отплыть к берегу. Адреналин никогда так не бил по нему, отчего он не задумываясь начал оттаскивать мать к берегу. - *Нет, она не может умереть так просто верно? Нет... Нет-нет-нет, я...* - Он осознавал, что если бы не обворожительный свет, он мог бы ее спасти. Так ведь? Может она еще не умерла? Насколько быстро он мог приплыть к берегу, настолько быстро он это и сделал. Уронив родную тушу на землю, он начал пытатся спасти ее. Сердце не билось. Она не дышала. Еще минут 15 он безуспешно пытался оживить труп. Увы, чуда не случилось. - Пожалуйста. Не уходи. - Попытка. Безуспешно. - Умоляю. - Еще попытка. - Прошу тебя. - Еще попытка. Подростковый голос никак не стихал, умоляя не то свою мать, не то бога, о милосердии над ее терпеливой душой. Теперь все кончено. Сайлент Копперфильда утонула. У нее не было последних мыслей. А его отец? Гир Копперфильд был разорван напополам. Последними его мыслями было: *Это конец.* Ее сын, Табаски Копперфильд, лишь горевал над ее мертвым телом. Ничего более не осталось ему. Остановимся на его описании? Спасибо. *** Он - нэкомими, по определению - человек, с кошачьими принадлежностями, в виде ушей и хвоста, хотя именно у него хвост отсутствует. Телосложение? Более женственное чем ему самому хотелось бы, но, впрочем, руки вполне сильные, после долгой работы с металлом. Белый цвет кожи, короткие и кудрявые оранжевые волосы, черные, важно, не - карие, а именно черные глаза. Багровая мантия, с серебрянными металическими вставками на плечах, и застежки, такие же металические перчатки. Тонкий серебрянный моноколь, с красной линзой на правом глазу, остроконечные рыжие уши, а между ними, серебрянная корона, с квадратными зубьями, и алыми рубинами. Под мантией, серого цвета кофта, сплошная и пустая. Широкие брюки, такие же серые как и кофта, на них серебрянный ремень, и закрепленные молоток с плоскогубцами, что говорит о его инженерских особенностях. Так же как и с перчатками, у него высокие серебрянные сапоги. Под кофтой, небольшое золотое перо, по видимости, реликвия. На спине висит большой медный трезубец, с красным рубином внутри. У него наконечники как у стрелы, т.е боковые лезвия. Средний длинный, остальные два, поменьше. На нем видно солнце с молотком, символ инженерии и света. На удивление, это барахло не весит так много как могло бы показатся, на первый взгляд. Король Штатов Инженерии. Средневекововая страна, что полна инженерии до отвалу. Был принцем, полчаса назад, но король скончался, его отец, что буквально раздавило металическим куском корабля. Все что от него осталась, это лишь его корона, и послание: *Стань великим королём, сын мой.* *** Поняв, что ее слезами не возродишь, он медленно поднялся с ее тела. Он недолго сопел, минут пять. Впереди его ждал, горящий, деревянный особняк. Вскочив, он почуствовал это. Его тело ныло. Сил - почти нет. Он плыл десяток метров без остановки, чуть не погиб и потерял свою мать. Его состояние, было если не мертвым снаружи, то уж точно мертвым внутри... Впрочем, он перелез через каменный забор, упав на траву, его легкие заполонило дымом, а по телу ударило жарой. То что надо, как раз после той холодной водички. Но о том, что ты можешь заболеть Табаски, тебе стоит беспокоится в последнюю очередь. Быстро перебирая ногами, он обходил деревянное здание, что, кажется, вот-вот рухнет. Внутри затесались двое, девушка возраста примерно Табаски, и как кажется ее отец, в инвалидной коляске. Эта девушка, очень многое значила для Табаски, ибо это принцесса Советской Инженерии, Глори Сильверстоун. *** Она - такая же нэкомими, как и первый. Серые более затупленные уши, и длинный хвост, с белым концом. Телосложение - слабое, тонкие ручки и ножки, словно истощенные живот и грудь. Белый цвет кожи, длинные и прямые серые волосы, которые висят как попало, и такие же черные глаза. Кобальтового цвета шуба, с медными вставками на плечах и застежке, с оранжевыми, кожанными перчатками. Медные, стим-панк очки, с синими линзами, на лбу. Под шубой - золотой крестик. Широкие оранжевые штаны, на медном ремне. Небольшие оранжевые кожанные сапоги, с медными вставками. У нее две рапиры на поясе, серебрянного цвета. Пусть вас не удивляет их некоторая схожесть, в какой то мере их народы, соединены проводами... Точнее не то чтобы проводами, скорее трубами... Об этом попозже, хорошо? Принцесса Советской Инженерии. Средневековая страна полная инженерии, где правит социализм. *** Под отцом Глори, Лазарусом Сильверстоуном, провалился пол. Он буквально застрял в коляске, и не мог выбратся. Кажется он задыхался все сильнее и сильнее, выглядел словно мертвый. Глори пыталась вытащить его, но к сожалению, он застрял конкретно. Табаски подоспел, и пытался помочь Глори как мог. Они еще минут 5 безуспешно старались вытащить его, будучи опаленными бушующим пламенем. Наконец, его вытащили. Ноги его изодраны в хлам, но он в любом случае их не чуствует. Очень конкретные ожоги, прям до черноты. Достаточно было им троим покинуть здание, как оно буквально развалилось. - А, Ева? - Невольно спросил последний. - Господь покарал ее, убив потолком. - Ответила последняя. - Она оставила мне лишь корону. А ... Сайлент и Гир? - ... Гира разрезало пополам и осталась лишь корона.... М-мама у...у...у...уто...нула. - Слышно как тот не признавал эти слова, словно пытаясь приподать их как ложь, но мы то все прекрасно знаем. Лазарь кажется, потерял сознание. Глори попыталась разбудить его... Но у него не было пульса. Он не дышал. - ... Ты не можешь... Господь дарует тебе вторую жизнь, верно? П-пожауйста. - Что с матерью Табаски, он не просыпался. Даже когда она его доставала, Табаски заметил что тот уже был похож на труп. - Глори. У него на шее шрам от веревки. - Что... - ... Он повесился. - Но, но, но мать говорила что с ним все хорошо, он не... Я видела его, он выглядил в порядке, просто... Спал... Я... - Глори. Я не думаю что твоя мать, это тот человек которому можно верить. Мне очень жаль... - ... - ... Они оба были в трауре. Лазарь Сильверстоун повесился. Его последними мыслями было: *почему она заставляет меня это делать? дотянись я до ружья, и кончил бы с этой психопаткой. прости меня господь, что не сражался до последнего. прости за богохольство, прости что не защитил дочь свою, прости за все, что сделал за короткую жизнь свою. я заслужил бытье инвалидом, за все свои грехи, и жизни не заслуживаю тоже. Судья ада, Отступник ненависти, покарай меня за все, но не серчай на дочь мою. Аминь.* Ева Сильверстоуна была придавлена потолком, насмерть. Ее последними мыслями было: *Этот кретин больше не помешает мне. Господь, скажи мне, права ли была я? Конечно была! ...Что это за звук? Твою мать!* Рядом, лежала остроконечная синяя лопата. Табаски поднял ее, медленно начиная рыть яму. - Что ты делаешь? - Я думаю твои... Наши родители должны быть похоронены. - Так богохульно? Без гроба? - ... А лучше чтобы они гнили здесь недели, а то и месяцы? Они не кому не нужны сейчас, кроме как нам. Хорошо если наши граждане не пойдут друг на друга войной. - ... И то верно. Но давай хоть соберем для них хоть какой-то гроб. Так их закапывать... Слишком. - Тогда рой яму, я пойду соберу то что осталось от дома. - Табаски. Мне забрать труп Сайлент? - ... д.а. - ... Хорошо. Около часа они закапывали их. Вы возразите что собрать два гроба за час - фантастично? Согласен, но когда почти все традиции и натурально жизнь завязана на том чтобы жить металическими инструментами, почти все хороши как плотники и инженеры. А Табаски, как будующий король этих инженеров, обязан разбиратся в этом, по крайней мере на каком то уровне. - Я бы высек кресты... - Табаски все еще видел это крайне дерьмовым. Да, гробы вышли ничего, но это все таки королевская знать. Такую в золотом хоронят, а не в ящиках для морепродуктов. Впрочем, сверху они прибрались как могли, и оформили как сумели. - У нас нет на это времени. Нам нужно спешить, подписывать приказ о том, что королевская знать на месте. Нас бы не заменили за это недолгое время, а то потом нас могут и повесить. А тебя тем более, учитывая где ты сейчас, и в каком мы положении. - И то верно. Тогда не будем терять ни минуты. - Глори помолилась за отца, и они пошли в сторону Штатов Инженерии. До туда дня три, пешком.