Глава 4. Слава Инженерии!

Табаски и Глори торопились. Они не переоделись, хотя их одежда была изрядно потрёпана, не отмылись, хотя были довольно грязные. - *Может это к лучшему. Они увидят что мы пережили, по внешнему виду.* - Подумал Табаски. Оба решили что времени на составление речи - нету, и нужно будет импровизировать на месте. Они решили установить лишь пару задумок, идей, смысловых нагрузок на речь, чтобы оба понимали о чем хотят говорить. Глори еле-еле отговорила Табаски от использования мата в речи, ведь мат - *лексикон, жаргон инженера*... Тупая затея, хорошо что она это сделала. Уверенные слова Табаски, и спокойные Глори, объединяло одно - воодушевление. Количество души что они вложили в слова было просто невероятно велико. Все вышли к замку. Возвращение знати, и их речевка, сейчас решала буквально жизнь всей страны. - Приветствую вас, граждане Штатной Инженерии! - Табаски, в унисон. - Приветствую вас, граждане Советской Инженерии! - Глори, в унисон. - После недавних событий, ввиде потонувшего Тита, и сгорящего особняка Сильверстоунов, мы спешим вас огорчить по поводу Гира Копперфильда, и С-Сайлент Копперфильды. - Табаски в очередной раз запнулся на своей матери. - Я своими глазами видел, как Гира убило куском корабля, и все что от того осталось, это его корона. С-Сайлент умерл-ла у меня на руках... - Так же, в тот же день, погибли и главная знать Советской Инженерии. - Заявила Глори - Моя мать умерла, будучи убитой потолком горящего дома, а отец сгорел, умерев у меня на руках... - Это ужасающее совпадение, несчастный случай, очень затронет обе Инженерии во всех ее проявлениях. Нам очень жаль. Мы хотим вам сообщить что никто ничего не подстраивал, и все случившееся, не более чем случай. - Нагло врал Табаски, ведь то, что все было подстроено властью, было им известно уже давно. - Мы надеемся что вы не станете нападать на друг друга, и сможете сохранить нейтралитет, даже учитывая все что происходит. Мы можем пообещать вам, что постараемся стать лучшими правителями для страны. - Глори для этой речи подходила, как нельзя лучше. - Отменению подвергнутся многие идеи моего отца, в лице, детей в шахтах, полного запрета на электроннику, и другие изжившие себя задумки. - Высказал Табаски, чем вызвал переглядывание у инженеров. - Так же отменению подвергнется столь высокая важность религии в моей стране. - Очевидно, говорить о том что будет в Советской Инженерии, прямо из дома высших Штатов, это звучит как то... Странно. Но она это говорила для того, чтобы эта новость дошла до Советской Инженерии. - По поводу экономики, мы ничего не можем говорить, возможно все что угодно. - Возможно социализм сменит капитализм, в связи с этими экономическими тружностями. - Инженерия должна стать великой, коей была до этого! Инженерия станет, Инженерия сможет что угодно! - Табаски вытащил молоток со своего ремня, подняв его к небесам. - Мы инженеры, мы должны быть сплоченны, а не порозень! - Глори вытащила гаечный ключ с ремня Табаски, пока никто не увидел, и подняла его так же к небесам. Табаски понял ее речь, но кажется, не ожидал. - Инженерия что Штатная, что Советская, она вся Инженерия! Не имеет значение откуда ты, наша сила - кроется в металле, в уме... - В союзе! В бумаге, исчирканной чернилами, наша сила кроется в ХОРОШЕМ_ТЕКСТЕ! - Контекст вам все еще не ясен, я знаю, я обещал. Терпение, Читатель, терпение. После чего оба аккуратно положили инструменты на стол перед собой, вместе с громкоговорителями, и сделали поклон для них. Подобный жест, практиковался королями так давно, что большинство стариков улыбнулись, вспоминая старые времена, когда меди было больше, и Инженерия была проще, а более младшая группа, лицезрели в этом жесте, чистое уважание к науке, со стороны высшей власти, кою не видели впомине до этого. После чего оба взяли их, прислонив к груди, и начал звучать гимн сначала Штатов, а после Советов. Оба простояли без движения. Было видно как оба подпевают гимну, но голоса не слышно. После они поблагодарили граждан за их внимание и устремились назад в здание. Это произвело большой фурор. В основном положительный. Вся страна горела этими словами. Другие страны почуствовали некое спокойствие. *** Наконец, спокойствие. Оба просто уселись на диван, в комнате отдыха, и какое то время, пялились на потолок, потухший камин... - ... - ... Так тихо. - Удивленно сказал Табаски. - да. я не слышу христианского хора... - Я не слышу своего ебать какого громкого отца. Я чуствую... Такое расслабление. Нам обоим нужно отмытся, ха? - Нужно. Дай мне времени. Хочу насладится этой тишиной. - Я тоже. Оба расслабленно смотрели в никуда. - Как ты думаешь, Табаски... - Спросила Глори - Все будет хорошо? - Отличное выступление. Там уже дальше, нужно просто подкармливать народ, подобным, и разумеется, делать свою работу. - ... хорошо... - Она успокоилась. Наконец, после столь замечательного отдыха, оба поднялись, и по очереди приняли душ, поменяли одежду. У Глори не было одежды, кроме старой, что кажется, несколько подгорела, отчего все что ей оставалось, напялить то что было у Табаски. Удивительно, но ей шло, пусть и казалось немного однотонным. Чуть позже ей сошьют ее старую одежду, а пока что, ей придется потерпеть. Впрочем, она не выглядит как та, что пожаловалась бы. Табаски сидел в кабинете, работая над бумагами. Чуть позже, ему нужно будет расспросить своих помощников, депутатов, большевиков, по поводу экономических, научных вопросов, и разумеется, вопросы связанные с законами, ибо запрет на электричество его выбешивал, а дети в шахтах уже и подавно. Глори не могла найти себе места. Она пыталась помочь Табаски, но поняв, что он разгребает беды своей страны, и там ничего сложного нет, не могла найти себе места. С бумагами она давно разобралась, удивительно быстро. Хорошая королева, умная. Она пыталась помочь слуге, но кажется, они справлялись и сами. Она наворачивала круги, снова садилась за бумаги, думая что можно сделать, и понимала, что работает в разы быстрее, чем эти бумаги смогут хоть чуть чуть быть реализованы. Глори буквально не знала иногда, если смысл в том что она делала. Самое важное уже решено, а больше работы и нет. Все бумаги данные для Сильверстоунов, решены ею и ее матерью, и сохранены, ведь были в негорящем подвале... Их нужно только достать, над чем уже начали работать. Заходя в кабинет Табаски, она засматривается на него, переспрашивая: - Тебе точно не с чем помочь? - ... Неа, Глорь, иди отдыхай. - Д-да ладно, мне не сложно, хаха! - Наши страны, это наши страны. Инженерия может и едина, но союза между нами еще мы не обсуждали... Посмотри на экономическую ситуацию! Она в дерьме! Мы в дерьме! Соединись, мы даже, все станет еще хуже! - Да, Табаски, я понимаю, просто... Мне нечего делать... - ... Так пойди отдохни, в чем дело? У нас есть подвал, с инструментами, у нас есть библиотека. У нас есть кухня, и у нас есть спальня. Тебе взаправду нечем занятся? - ... Инженерить, без электричества не хочу... Да и не могу... Библиотека? ...я посмотрела, я все это много раз читала... Кухня? Ну... Служанки меня выгнали, *мы сами, мы сами*... Спальня? Спать, сейчас, это как то ну... Глупо? - ... Хорошо. Принеси стул, и сядь рядом. Будешь мне подсказывать, хорошо? У тебя вроде, опыта больше... - Ох, да-да, хаха, спасибо, я сейчас же! Глори подолгу помогала Табаски. Кажется, их эффективность, увеличилась. Табаски, может, даже что-то понял. Наконец, когда работа была частично окончена, они улеглись спать. Табаски ушел спать в подвал, Глори спала в его комнате. Табаски буквально развалился в большом ящике с инструментами. Там ему было довольно удобно, хоть и тесновато. Металлические инструменты, были на нем, под его одеждой. Кажется, с металлом рядом ему роднее, спокойнее, тише. Удивительно теплым был подвал. По сути, тепло поднимается выше, а холод ниже. Похоже, здесь какая то замудренная система отопления... Кого я обманываю, Табаски просто очень хотел попробовать поспать в ящике, но ему запрещала мать. Рядом стоял стол. Глори пугает Табаски, отчего он бьется головой об стол, рядом. - Табаски? - дАЙ! Глори? Шшшш... - Он немного шипел от боли. - Ой, я тебя напугала? - Она легко подошла ближе, пытаясь понять, насколько тот сильно стукнулся. - На пятерку, из десяти. - Ответил он, трогая место удара. - Ты всегда так тихо ходишь? Ах ну да... У тебя же кожанные сапоги. - всегда хотела держать свои ноги в металле... - Тихо сказала она. - Так ладно... По делу, зачем ты здесь? Ты не знаешь где туалет? - Саркастично спросил последний. - Первый этаж, по коридору налево... Вообще то, мне немного... Страшно спать одной, хаха... - ... Ты просто хочешь поспать в ящике инструментов как я, хаха? - Он просто рофлил над ней, не понимая чего она хочет. - ...ну если в этом же ящике, с тобой... то да. - Тихо ответила она. - ... *Чего блять?* - Подумал Табаски плохо понимая. - Я тебе что, инструмент? - Переспросил последний. - А ну нетнетнет, почему, я не то имела ввиду и... - Только за. Почему бы двум инженерам, не спать в одном ящике? Это ли не *союз*, о котором ты говорила? Да и мы ли не инструменты друг для друга? Это мне даже льстит. - Попытался он оправдаться. - да, да. ты ... инструмент... мой инструмент. - Сколь пошло, сколь пошло! Впрочем Табаски ничего не видит. Он умный инженер, но тупой как пробка, когда заходит речь о девушках. Оно и не мудрено, опыта с ними у него... Немного. Точнее его не было. Совершенно. - Хех, ну, чем больше инструментов есть, тем легче, не так ли? - Он говорил с иронией. - так. - Она аккуратно залезла в ящик, к королю. - Оу. Я не думал что ты на серьезке сюда залезешь... - Его удивлению не было предела. Она взаправду сейчас будет спать с ним в одном ящике? - Ты не хочешь? Я могу пойти спать назад, в твою комнату... - Не, не, хехе, в-все нормально! - Удивленно продолжал тот. - *Она прямо таки "хочет", в мой ящик? Забавно. Не вижу минусов.* Она улеглась рядом, лампочка мазолила им глаза. - Выключить тебе свет? - Спросила последняя. - Я сам. - Он поднял инструмент, и кинул в выключатель. Он попал, и свет потух. - *Нихуя, с первого раза? До этого я на это тратил инструментов 10...* - Круто. - Похвалила его последняя. - Спокойной ночи. - Тебе тоже. - Он почуствовал, как она опустила свою голову, ему на грудь. - Все в порядке? - ... мне так комфортно давно не было. - Голос темноты, такой серьезный, такой спокойный... - правда? - ... можно мы будем так спать каждый день? - наверное. - ... я... мне так хорошо, хаха. - ... - если ты хочешь, табаски, я могу что угодно сделать, для тебя... - Не, не, Глори, все хорошо. - ну что ты! ... ты так многое для меня сделал. тебе правда ничего не нужно? - Спи спокойно, Глори. - Хорошо... Они уснули. Глори вскочила. Табаски тоже медленно проснулся. Посреди ночи. - Глори. Глори, эй! Что с тобой? Глори? - Все- хорошо-! - Она выглядела нехорошо. Звучала тоже. Дрожь что в теле, что в словах. - Ты плачешь? Эй, ну ну, Глори, все хорошо. Что случилось? Глори? - Нет, Нет! ВСЕ ХОРОШО. - Она выдавливала слова из себя. - ... Успокойся, прошу тебя! Все будет в порядке! Ну ну, иди сюда... - Он аккуратно приобнял ее. - Что случилось? - ... - Она тяжело дышала, но приняла лесть от Табаски. - Хорошо, хорошо, тише тише. Я здесь, Глори. - Он гладил ее спину. Она вся продрагивала от каждого прикосновения. Он продолжал ее утешать, без понятия, что на нее нашло. В конце концов она уснула, и Табаски просто заснул с ней вместе.