🌽🌽🌽

Мне было двенадцать лет, когда родители отправили меня в особняк герцога Освальда, где я стал личным слугой его младшей дочери Каролины. Мне повезло или не повезло родиться красивым, мальчик с кукольным лицом и белоснежными волосами, я не был похож ни на отца, ни на мать. В детстве я часто слышал, как он обвинял её в том, что она меня нагуляла. Наверное, поэтому он меня не любил и с радостью отослал из дома, куда подальше. Маленькая герцогиня была на год младше меня. Круглое личико, пухлые щёчки, розовые губки, которые она вечно дула в недовольстве. Ярко-рыжие локоны, отливающие красным на солнце. Капризная и взбалмошная девчонка. Я её невзлюбил с первого же дня. Каролина была до ужаса избалованной. Сама и пальцем не желала пошевелить. Всё должен был делать я или её горничная. Мне приходилось беспрекословно выполнять все приказы Каролины, в том числе, надевать одежду, которую выбирала она. Моя внешность ей понравилась и она одевала меня, как своих многочисленных кукол, спасибо, что хотя бы не в платья. В её дурацких девчачьих играх я был то принцем, то рыцарем, то волшебником. В какой-то момент я даже втянулся и начал получать удовольствие от этой ерунды. Всё же в обычной жизни я был сыном швеи и шляпника. Приятно было хотя бы на час представить себя принцем, тем более, когда на тебе дорогой бархатный камзол и настоящая бриллиантовая диадема. Да и в этих играх Каролина на время тоже забывала, что я её слуга и относилась ко мне соответствующее роли. Шло время, Каролина повзрослела. Куклы теперь пылились на полке. Я и сам и не заметил, как из противной девчонки она превратилась в противную девушку. Когда каждый день проводишь с человеком, это не так бросается в глаза. Каролина безусловно была красавицей, однако её скверный характер портил всё впечатление от её милого личика. Хотя, возможно, это только для меня, как для слуги, её характер был несносным, потому что сыновья друзей герцога считали её очаровательной особой, и в их обществе она вела себя иначе, чем со мной. Строила им глазки, улыбалась, кокетничала, а со мной не церемонилась: кричала, ругалась, бросалась подушкой, когда я приходил будить её. Герцог решил устроить роскошный бал в честь восемнадцатилетия Каролины. К тому времени у меня уже был статус дворецкого в его доме, но я всё так же был у неё побегушках. С самого утра у моей госпожи было плохое настроение. Ей не понравилось ни одно платье, каждое из которых были сшито по её заказу. - Феликс!!! - раздражённо воскликнула она, стягивая с себя очередное платье. - Помоги, я застряла. Я тут же поспешил на помощь, ухмыляясь про себя. Естественно, с такой-то огромной грудью, которая, кажется, растет не по дням, а по часам, и с любовью лопать пирожные по ночам, неудивительно, что платье, которое шили по меркам, снятым месяц назад, еле на неё налезло. - Все эти платья абсолютно ужасны! - возмущалась она. - Мне не в чем пойти на бал в честь собственного дня рождения! Каролине было всё равно, что я мужчина, а занимался тем, что стягивал с неё платье, лицезрея ее аппетитные формы в шёлковой нижней сорочке. Ох, уж это аристократическое пренебрежение к прислуге. У нас, видимо, не было пола по их мнению. - Что ты там ковыряешься, Феликс! - Я не пойму, как расстегивается этот корсаж, - честно ответил я, пытаясь стянуть его с её впечатляющей груди. - Ну, конечно, служанки, которых ты трахаешь по углам, такое не носят же, - презрительно хмыкнула Каролина, но ничем не помогла, позволяя мне и дальше возиться с этим идиотским корсажем. Честно сказать, я не понял, к чему было это замечание, но меня смутило, что она в курсе моей личной жизни. Не то, что бы я действительно трахал служанок по углам. В кладовке - да, в летней кухне пару раз было, в библиотеке, потому что туда никто из семьи герцога в принципе не ходит, в домике садовника, в гардеробной, в прачечной, в чулане, но точно ни в каком-то углу. Мы же не собаки какие-то, чтобы сношаться у всех на виду. От негодования я слишком сильно дёрнул застёжку и она оторвалась. - Просто оторви уже все, но сними это, - на удивление не разозлилась Каролина. Оторвать застёжки действительно оказалось легче, чем расстегнуть их. Корсаж упал на пол. В этот момент Каролина резко развернулась ко мне лицом, и я чуть не нырнул носом в её грудь. Она была выше меня, и её большой бюст маячил на уровне моего лица. Вообще довольно трудно было смотреть ей в глаза последние пару лет. - Я красивая? - внезапно спросила она, прожигая меня своими тёмными глазами. Я растерялся и потупил взгляд. Что я должен был ответить, чтобы не разозлить её? - Чего молчишь? Отвечай немедленно! - терпение не было её отличительной чертой. - Наверное, - неуверенно ответил я. - Наверное? - её глаза округлились от удивления. - То есть замарашка кухарка красивая, а я всего лишь наверное? Я не совсем понял, причём, здесь кухарка, но не стал спрашивать. - Разве мне дозволено оценивать красоту госпожи? Кто я такой, чтобы судить о ней. Я просто дворецкий, прислуга. Спросите об этом у людей одного с вами статуса. Каролина надула свои розовые губы, прямо как в детстве, явный признак приближающейся истерики. - Да ты, ты! - она ткнула пальцем мне в грудь. - Я спросила, значит, мне интересно. Чего ты выделываешься? То, что произошло дальше, я точно не ожидал, да даже не представлял никогда, честно говоря. Каролина в одно мгновение сняла с себя нижнюю сорочку, оставшись в коротких кружевных панталонах. Закрывать глаза было поздно, я уже во всей красе разглядел её сочную грудь с крупными розовыми сосками. Каролина покрутилась передо мной, демонстрируя свои формы. - В кухарке то кожа да кости, а я посмотри, какая. Кровь с молоком, - расхваливала она себя. - Да, что вы заладили с этой кухаркой? Она мясо ест только по праздникам, естественно, она будет тощей, а вы каждый день, - не выдержал я. Энтузиазм Каролины слегка поугас. - Значит, я не красивая, да? - Причём, тут это вообще? И, может, оденетесь уже, - я поднял с пола её сорочку, намереваясь отдать ей. - Я видела вас в библиотеке. Хорошо, что отец не знает, что вы с кухаркой делали на его дорогущем дубовом столе, - заявила она, надменно вскинув подбородок. - Подглядывали, значит? - нахмурился я. - Это мой дом и моя библиотека. Скажи, спасибо, что никому не рассказала и прерывать не стала. - Ну, спасибо, - не удержался я от иронии. - Ты называл её красивой, пока запихивал в неё свой член. Эту кочергу! - с возмущением заметила она. - Красота бывает разной. Для меня кухарка красивая, для вас кочерга. У всех свои вкусы, - хмыкнул я. Каролина выглядела озадаченной этой информацией. - Чёртовы сиськи! - вдруг воскликнула она. - Всё растут и растут, бесят. Скоро буду выглядеть, как чья-то кормилица. Повезло же кочерге! Ничего не выросло! Я чуть не рассмеялся, но подавил этот низкий порыв. - Любая грудь хороша, - пожал я плечами. Каролина подозрительно зыркнула на меня. - Хочешь сказать, что тебе нравится моя? - Если вам станет от этого легче, то да - нравится. Да почти все мужчины без ума от больших си… Ну, вы поняли. - Так я красивая? - Каролина явно была зациклена на этом вопросе. - Да, вы красивая и грудь у вас красивая, и вообще вы вся красивая, - забылся я, беззастенчиво рассматривая её с головы до ног. - Тогда сделай мне подарок на день рождения, займись со мной любовью, - огорошила меня Каролина. У меня чуть челюсть на пол не упала. Я почесал затылок в недоумении. - Я не могу. Это неправильно. Вы же госпожа, а я дворецкий. Меня на виселице вздернут. - Никто не узнает, - уверенно сказала Каролина и подошла к двери, чтобы повернуть ключ в замочной скважине. - Я тебе обещаю. - Но, почему я? Попросили бы кого-нибудь из своих ухажёров. Никто бы не отказался. - Я хочу тебя, - безапелляционно заявила она. - Ты что слепой? Я уже давно сохну по тебе. Ты всегда был слишком хорошеньким. В детстве мне хотелось закрыть тебя в своём шкафу и никому не показывать, чтобы только я могла любоваться тобой. Я нервно сглотнул. Вот это откровения пошли. - Как я должен был догадаться, что вы ко мне неровно дышите, когда вы вечно на меня орёте и ругаетесь? Феликс, то, Феликс это, Феликс, подай, Феликс, принеси, Феликс, иди сюда, Феликс, иди прочь. Я просто ваш мальчик на побегушках. - А как я должна была себя вести? Ты ведь слуга, - всплеснула она руками. - Раньше мы могли хотя бы играть, и тогда никто не обращал внимания, что я общалась с тобой как с реальным принцем или рыцарем, а сейчас так нельзя. Да и мне было стыдно, что я влюбилась в тебя, но я больше так не считаю, правда. Мне всё равно, что ты дворецкий, но окружающим нет. Понимаешь? В её словах была логика и частички правды. В детских играх она действительно поразительно хорошо ко мне относилась. - Вы влюблены в меня? - решил я сконцентрироваться я на главном в сказанном ею. - Да, я тебя люблю! Стою тут почти голая, предлагая себя. Что ещё тебе надо?! - Каролина закипала. - Просто не пожалейте потом об этом, - я толкнул её на кровать и навис сверху. - Вот ещё! Конечно, не буду, - и она сама притянула меня за шею и поцеловала. Целоваться Каролина совершенно не умела, обслюнявила мне весь рот и подбородок, но страсти ей было не занимать. - Вы меня поцеловать хотите или сожрать? - кое-как отцепив её от своих губ, поинтересовался я. - Не выкай мне, а то, кажется, будто я тебя заставляю, - облизывая губы, попросила Каролина. - И разве можно не хотеть сожрать такого милашку, как ты? И что ты вообще от меня хочешь, это мой первый поцелуй! - Ладно, ладно, - видя, что она начинает заводиться и совсем не в сексуальном смысле, успокоил её я. - Просто повторяй мои движения. Я осторожно прильнул к её рту и начал целовать неспешно, будто пробуя губы на вкус. Каролина поубавила свой пыл и действительно попыталась повторять за мной. Я постепенно углублял поцелуй, добавил язык, стал более напористым. Она решила полностью довериться мне и отвечала с неподдельным трепетом. Игнорировать её большую и мягкую грудь, на которой я буквально лежал было уже невозможно, я прервал поцелуй и опустился губами на один из сосков, полностью вобрав его рот и резко отпустив. Каролина издала хныкающий звук. - Что такое? - спросил я. - Сделай так ещё раз, сейчас же, - ей тяжело было избавиться от властной манеры в общении со мной, но она старалась, - в смысле, пожалуйста. Я ухмыльнулся, а это приятно, когда госпожа просит вежливо. Я, наверное, в первый раз услышал от неё это слово. Я обласкал другой её сосок, вызвав первый отчётливый стон, а потом начал оставлять хаотичные поцелуи по всей груди, периодически возвращаясь к соскам. Каролина постанывала, гладя меня по волосам. - Так приятно, хочется кричать от того как хорошо, но боюсь кто-нибудь услышит, - призналась она. - Я бы послушал, как ты кричишь от удовольствия, - заметил я, спускаясь поцелуями по её животу всё ниже и ниже, пока не достиг кружевной ткани нижнего белья. - Можно? - Делай всё, что хочешь. У меня, конечно, не было опыта с мужчиной, но я баловалась нефритовым фаллосом. - Я знаю про твоего нефритового друга, - усмехнулся я. - Много раз находил его под подушкой, когда заправлял постель. - Я и не пыталась спрятать его от тебя, - хитро улыбнулась Каролина. - И, когда я использовала его, то думала только о тебе. - Черт, а ты та ещё развратница, да? - я стянул с неё панталоны. - Это ты сделал меня такой. Все служанки шепчутся о твоих похождениях. Мне было завидно. - Они явно преувеличивают, - мне стало как-то неловко, я ведь, правда, не трахался со всеми подряд. С кухаркой, да с дочкой садовника только. И я ними встречался вроде как, насколько позволяло время. - То есть у тебя не большой, как баклажан? - зарделась Каролина. - Баклажаны разные бывают, - усмехнулся я, опаляя своим дыханием её промежность. - Покажи, - её глаза сверкали озорным блеском. - Позже, - твердо сказал я и провёл языком от входа к чувствительной горошине. - Ты собираешься лизать меня там? - удивилась она. - Тебе понравится, - и погрузил язык во влажные складочки. Пока я старательно ублажал Каролину губами и языком, она не переставала ёрзать бёдрами, пытаясь получить ещё больше приятных ощущений от моего рта. Я не выдержал и шлепнул её по ягодице. Она вздрогнула и, судя по обилию жидкости, оказавшей на моих губах, кончила. Я шлепнул её по другой ягодице. - Понравилось? Ты получила удовольствие? - Ты кухарке тоже так делал? - её ноги слегка подрагивали от пережитого наслаждения, а дыхание сбилось. - Ты серьёзно думаешь сейчас об этом? - возмутился я, вытирая рот тыльной стороной ладони. - Ты должен быть только моим, - капризно произнесла Каролина. Она приподнялась и набросилась на меня с жадным поцелуем. Всё-таки она хотела меня сожрать, судя по тому, как кусала мои губы и всасывала их своими. Продолжая ненасытно терзать мой рот, Каролина опрокинула меня на спину и оседлала мои бёдра. Руками она нетерпеливо шарила по моему телу, расстегивая пуговицы на жилетке и рубашке. Ни кухарка, ни дочка садовника не были такими бойкими, а Каролина как бы девственница. Я еле остановил её стремительное наступление, когда она нехотя оторвалась от моих губ и потянулась к ремню на штанах. - Эй, помедленнее, - я убрал её руки со своей ширинки. - Я никуда не убегаю. - Тебе не нравится, что я так хочу тебя? - расстроенно вздохнула Каролина. - Мне нравится, просто я не такой торопыга. Это же твой первый раз, он должен быть особенно приятным. К тому же ты сама сказала, что это подарок. - Ты, конечно, очень милый и заботливый, но покажи уже о чём там так шептались служанки. Мне интересно! - тряся меня за брюки, потребовала она. - Ладно, снимай, любуйся, - хохотнул я. Каролина избавила меня от брюк и исподнего практически мгновенно. Не успел я считать её рекцию на увиденное, как она резко опустилась и взяла в рот мой полутвердый член и, естественно, чуть не подавилась. - Ты что делаешь? - всполошился я, оттягивая её голову от своего паха. - Зачем? Каролина закашлялась, но на лице застыла глупая улыбка. - Ну, я видела в одной эротической книжке такой рисунок. Там было написано, что мужчинам это очень нравится. - Ты такая непредсказуемая, - выпалил я, вовремя заменив слово "чокнутая". - Твой член не похож на баклажан, скорее, на большой початок кукурузы, - выдала она, - а я люблю кукурузу. Я глубоко вдохнул и выдохнул, чтобы не заржать, потому что это было слишком забавно. - Ладно, кукуруза так кукуруза. Ты всё ещё хочешь продолжить или как? - Конечно! - воскликнула Каролина. - Эта кукуруза должна оказаться во мне, ясно тебе? - Не командуй, побудь хорошей девочкой хотя бы немного. - Ладно, но вообще-то мне нравится быть плохой. И я слышала, как ты называл кухарку грязной блудницей. Я прочистил горло от неловкости. - Ты там долго стояла, да? - уточнил я. - Долго, - дьявольски улыбнулась Каролина. - И я тоже так хочу! Отшлепаешь меня? Поругаешь? - Маленькая бесстыдница, - я шлепнул её по бедру. - Подглядывать очень плохо. Мне придётся тебя наказать. Ещё чуть-чуть и Каролина бы в ладоши захлопала от радости, что я выполняю её желания. - Я не просто подглядывала, я ещё и трогала себя, - довольно ухмыльнулась она. - Грешница, - я понизил голос до хриплого баса. - Вставай на четвереньки. Я буду избавлять тебя от порочных мыслей. - Ты всегда был хорош в играх, - восхищённо сказала Каролина и с воодушевлением встала раком. - Будешь ещё подсматривать за чужими плотскими утехами? - смачный шлепок по ягодице. - Нет, - театрально страдальчески простонала она и призывно покрутила попкой. - Не верю, - звонкий шлепок по другой ягодице. - Клянусь, я так больше не буду. Я шлепнул ещё несколько раз. Молочного цвета кожа приятно порозовела. - А сейчас за что? - игриво возмутилась Каролина. - За то, что трогала себя, когда смотрела. - Тогда я заслуживаю ещё наказания, ведь мне очень понравилось. Я вошёл во вкус, поэтому от души шлепнул её упругую попку ещё несколько раз. Член ощущался каменным, настолько я возбудился от происходящего. Покрасневшие ягодицы и естественно истекающая плоть безумно манили. Я пристроился ко входу и провёл головкой по мокрым от возбуждения складочкам. - Я думаю, что должен наказать тебя более суровым способом, - ухмыльнулся я. Каролина повернула голову в мою сторону. - Я это заслужила, - такой счастливой я её ещё никогда не видел. Конечно, я не собирался на самом деле быть суровым. Я проникал очень медленно и аккуратно, и замер, когда оказался полностью внутри. - Всё в порядке? - я погладил Каролину по пояснице. - Всё ещё люблю кукурузу, - шутливо ответила она и сама толкнулась бёдрами. - Понял, - улыбнулся я и начал двигаться. Каролина откровенно наслаждалась. Выгибалась и подавалась навстречу моим толчкам. Хныкала от нетерпения и протяжно стонала. Можно было подумать, что у меня не член, а волшебная палочка, творящая магию внутри неё. - Мне кажется, я могу вечно принимать тебя, и мне не надоест. Я хочу больше с каждым толчком. Я надеялся, что она серьёзно и это не часть игры, потому что хоть и был уверен в своих способностях, но до этого ни одна девушка так самозабвенно не отдавалась мне. Я неустанно двигался, каждый раз сталкиваясь пахом с её ягодицами до звонкого шлепка. Но как бы мне не нравилась эта поза, я остановился и попросил Каролину лечь на спину. Мне нужно было смотреть в глаза, чтобы убедиться, что она действительно наслаждается происходящим. - Я люблю тебя, Феликс, - нежно произнесла она, погладив меня по щеке. - Надеюсь, когда-нибудь ты сможешь ответить мне взаимностью. Это очень растрогало меня, я старался быть нежнее, переплел наши пальцы и чувственно целовал её, неспешно двигаясь. Я излился на вздымающуюся грудь Каролины. Пару капелек попали на её губы, но прежде, чем я успел потянуться к ним пальцами, чтобы стереть, она слизала их языком. - На вкус как солёная кукуруза. Я устало улыбнулся на это заявление. *** Бал прошёл великолепно. Каролина блистала в изумрудном платье, которое купила давно, но совершенно забыла про него, что было немудрено, учитывая размеры её гардеробной. Я напомнил ей о нём, и она оценила мой выбор. Она лучезарно улыбалась своим многочисленным воздыхателям и танцевала с ними. Мне бы ревновать, но я просто любовался ей. Буквально несколько часов назад мы были близки, я стал ее первым мужчиной. Это одновременно льстило и пугало. Я многие годы не позволял себе думать о Каролине в романтическом плане, потому что понимал безнадежность своих зарождающихся чувств. В какой-то момент мне удалось перестать грезить о ней, но сегодня, когда она призналась в любви и отдала себя, в моем сердце вновь ожила глупая надежда. Я как последний дурак начал лелеять мечты о невозможном.