Званый ужин 6/9 "Рутина загадок"

В детскую комнату открывается дверь и на мозаичный пол ступают латные сапоги Повелителя зла. А сразу за этим, в комнату влетает маленькая фенечка, и на своих детских сверхскоростях разгоняется, принимаясь носиться туда-сюда, улавливая зрением всех присутствующих. Палма, Праэдор, Кадус, Тенор Ужаса и тень Зеда, почти незаметная в одной из темных частей комнаты. - Мама! - с радостным ажиотажем выпалил Кадус, но встал на месте, пытаясь уследить за этими стремительными наворотами по комнате. Подле несущейся фенечки взлетел малыш пикси и закружился вокруг пушистой торпеды. Между ними началась какая-то игровая баталия, шуточная, но эффектная в маленьких габаритах. В воздухе блестели крылышки, прыгучая кремовая шкурка, вспыхивали маленькие магические искры, пыльца пикси в совсем скромных облачках, и скромные намеки на священную магию, которую порой источала фенечка. В ней так заструилась дикая магия, что она уже почти бегала по стенам, хотя скорее отскакивала от них и слегка зависала в воздухе, выдавая какие-то пируэты в шуточных выпадах. Праэдор, наблюдавшая за этим маленьким безумием блестящими глазами, расхохоталась и поспешила присоединиться, от чего воцарялась еще большая хаотичность. Палма сидела за детским каменным столиком, на котором раскинулись настольные игры, раскраски, и закуски. Ее заинтересовало нечто другое, нежели безудержные баталии. Тень Зеда, узрившая и услышавшая нечто новое и неожиданное, а точнее осознание того, что маленькое пушистое создание и есть Леди, впала в свой личный внутренний катарсис. А менестрель, стоявший на страже детской комнаты, был заворожен блестящим зрелищем невиданной шустрости и спецэффектами. Уже через несколько минут, фенечка отделилась от активных игр, от созданной ею заварушки из Принца Пионов, Праэдор и Кадусом, которые прониклись лишь видом битвы, но не воссоздавали ее в серьез. Играли, как и положено детям. На фоне этой детской радости, маленькая кремовая пушистость просеменила к каменному столику и слегка завалилась на спину, облокачиваясь о порожек. Немного притомилась, но очень довольна. Она заметила уже побледневшую тень Зеда, под влиянием поглощения Палмы, которая сидела за столом даже не смотря на то, что для человеческого роста это было очень низко. Почти на корточках, а руки держались за голову. Палма слегка повернулась сидя на стульчике, к маме, и мысленно пропела ей: "Никогда не думала, что жизнь бывает так жестока, что расчесав шелка, ты можешь заработать, и сыпь растянется по кожному покрову" Фенечка, не переставая улыбаться, поняла что ее девочка нашла те ужасы что ей "подарила" ее собственная мать, но не видела смысла беспокоиться. "О, мой зайчик, угроза существует повсеместно. Но если бояться каждую из них, можно забыть что такое счастье. Для решения проблем есть все мы" довольно помыслила она дочери "Зная опасность, мы к ней косвенно готовы" будто с подачи Вейгара скорректировала она мысль. Повелитель зла расположился на диване в гордом одиночестве, будто царствуя над этим авралом и всем что тут существует. "Как царь" полюбовалась супругом фенечка с некоторым упоением. Но внезапно ее подхватила на руки Палма и прижала к себе в объятиях. На детском личике расплывалось влюбленное блаженство и счастье. - Палмочка-девочка. - с ласковым умилением пропищала фенечка и издала еще несколько тонких звуков, которые должны были быть словами, но были настолько умилительными, что было не разобрать. К столу подступил Вейгар, любуясь золотоносным моментом. И Палма будто по немой команде отпустила маму-фенечку, которая слегка насторожилась и уделила несколько секунд на то, чтобы убедиться что все в порядке и ее ангелочек не расстраивается от пассивной отцовской строгости. Этого волнения было достаточно, чтобы Палма была счастлива, как ни странно. Мама беспокоится даже за это, и это трогательная забота не оставляет потомка равнодушным. Теперь фенечка сидела на диване с Вейгаром и восторженно виляла стелящимся хвостиком. Повелитель зла не смотрел на нее, продолжая занимать достойную позу, но глаза выражали упоение этой искренней любовью. "Ты наперед истрачиваешь энергию. Стоит быть более сдержанной" мягко доносил Вейгар мысль до супруги. "Знаю-знаю" будто каялась она в умилении "Сейчас-сейчас" и напряглась на месте, на пару секунд запрокинув голову, тормозя собственный неудержимый восторг. Хвостик неохотно и судорожно качнулся, успокоился и фенечка чуть звучно выдохнула, опуская голову обратно. Немного расслабилась. "Какое счастье, о ужас" слегка ошарашенно подумала она о своих настроениях. Ей нравилось, она упивалась, но это действительно ощущалось особо энергозатратным. Она же вырабатывала энергию, а Вейгар, сидящий рядом, буквально впитывал эту щедрую благодать. Упоительно конечно, но стоит поберечь супругу. К дивану подступил Тенор Ужаса с улыбчиво-трагичным выражением лица. - Что же низвергло благородный облик во вновь скромные объемы? Печаль ли, трагедия? - несколько обеспокоенно поинтересовался менестрель. Фенечка приподняла голову и внимательно уставилась в лицо Тенора Ужаса, чуть сощурив глаза. - Творческий дуэт с избыточным впечатлением. - слегка небрежно качнула фенечка головой, на секунду опустив снисходительный взгляд куда-то в сторону. А потом взглянула вновь в лицо менестреля. Перед ее взором предстал рассеянный взгляд, немного нервный, но все еще привычно улыбчивый. Тенор Ужаса как-то тонко усмехнулся и поправил шерсть у лица. - Ох, знаете, в жизни каждого творческого подателя, случается кризис. - слегка забегали желтые глаза менестреля, Самке даже показалось, что они у него немного покраснели, будто сосудики лопнули от подскочившего давления - Но, как говорили великие сочинители, не бывает результата без усилий. - уже мелькала тонкая нотка взволнованности в его голосе, хотя менестрель явно старался переключиться мыслями на поэтические размышления. Лично Самка улавливала от него какие-то испарения в духе потливости. Слова его, быть может, и подходили по смыслу, но вот в голове было что-то совсем другое. - Прошу меня простить, мои переживания за ваше благополучие требуют поправить собственное самочувствие. - будто на жизнерадостном выдохе произнес Тенор, и придерживая одной ладонью шерсть у лица, просеменил к выходу. Фенечка многозначительно обернулась к Вейгару и посмотрела на него почти исподлобья. Вейгар проводил спокойным взглядом приспешника, а как только он скрылся из виду, заговорил с супругой. - Выставил виновной в личных истязаниях, чтобы заслужить расположение. Отвратительно, но благовидно. - негромко процедил он - Но проливает свет на существующее противостояние. - удивленно дополнял Вейгар, и уже почти ядовито озвучивал - Второпях грезил как отмеряет подходящее отверстие и страстно того желает... Лицо Вейгара поддалось на секундное отвращение и успокоилось обратно. - Я была в шоке, когда узнала. - почти шепотом призналась фенечка, но тут-же отвлеклась. Подтянулась носом к краешку мантии Вейгара и с почти шаловливым упоением вдохнула запах. Но Вейгар только слегка придвинулся в супруге, а внутри будто насупился от возникающего желания. "Подобная вечность делает меня счастливым" помыслил Вейгар супруге, подразумевая их совместную жизнь в таком формате отношений. Замок наполненный своими делами, у всех приспешников свои роли, потомки развиваются и растут, а они с супругой поддерживают порядок и процветают как в общей картине, так и в любовной, супружеской. "И пусть она никогда не кончается" соглашалась мысленно Самка. Вейгар сидел, фенечка лежала, их скрытый мысленный диалог слегка закручивался в долгую и осторожную дискуссию. Он ее хочет, но после похотливых намерений менестреля, испытывает новое отвращение. Не к супруге, а к влечению относительно маленьких существ. Супруга-фенечка же выглядит как дитя или даже зверь... Его решения колебались и порой даже прыгали от "о, да, можно удалиться в спальню и покрыть происходящее мраком" до "Нет! От этого зависит будущее обилие плодородия" от чего внутри Вейгар становился острым и твердым как камень. Кажется, будто при мысли, что он лишит их с супругой этой возможности, ему хотелось взять самого себя за воротник и встряхнуть. Она несколько раз деликатно касалась лапкой, будто пыталась успокоить и поддержать его, чтобы Вейгар не впадал в одну из крайностей, и в конце концов процедил свое главное умозаключение, на тему неопределенностей собственного выбора. "Я заботлив, но высокомерен" с неохотой признался Вейгар. А фенечка слегка довольно улыбнулась в ответ. "И это всё еще звучит хорошо. Наверное стоит отвлечь вас чем-то другим, но тоже приятным" "Прекрасная идея. Даю свое согласие на восхваление моего величия" слегка просиял Вейгар. "Ох" как-то снисходительно прозвучала ее мысль "Из восхваления, пока что, в моей голове только ваш запах. Запах любимого мужчины, супруга" несколько мечтательно и легонько покачала она головой "Владыки, Повелителя, Лорда" "Какая страсть" благозвучно прокомментировал Вейгар. Это не означало, что супруги больше не сблизятся в интимном плане, просто нужно понимать риски и контролировать свои необузданные желания, на благо здоровья и будущего. ___________________________________________________ Зед, находясь в замке Болхейм, избирал для себя попечение и изучение потомков Лорда и Леди. Дети как они есть, но чрезвычайно талантливые. И вот... В детскую комнату, вслед за темным колдуном Вейгаром, влетает маленькое кремовое нечто. "Один из прихвостней" тут-же без сомнений предполагает Мастер теней. - Мама! - звучит голос юного ученика Кадуса. "... Мама?" опешил Зед и стал следить за происходящим через тень более внимательно. Светлый пушистый детеныш, так похожий на маленького ушастого лисенка, метался по комнате. Потом носился по ней с малышом пикси. А еще немного позднее к ним присоединилась смеющаяся Праэдор. Они играли и веселились. Без слов. Только смех, кряхтения, пыхтения, восклицания в духе "ха!" и шум шустрых лапок по полу... по стенам. И чтобы он там себе прежде не фантазировал о Леди... Теперь у него в голове творился настоящий переворот. Размеры, форма, поведение, да даже некогда игривые настроения Леди во время событий с очищающим кристаллом, теперь все находило свои оправдания. Она не беззаботна или безалаберна, как когда-то подумал он. Что-то вроде "в душе Леди - дитя". Так это сформулировал для себя Мастер теней. Хладнокровие Зеда растаяло за этим зрелищем... А малышка Палма сидела и смотрела на это постепенное мление темного силуэта, которое начинало так вкусно пахнуть.

***

Маленькие лапки шустро семенят по полу, преодолевая вход в библиотеку. Фенечка просто идет прямо, выцепляя взглядом свободное местечко второй по высоте книжной полки, проходит мимо Чернокнижника, который стоял за центральным столом и затихал при виде маленькой пушистой фенечки. А слева от Самочки, на лавочках расселись Изготовитель и Номер 3. Фенечка молча запрыгнула на полочку и развалилась там как у себя в кровати, лапками кверху, от чего на пол упала одна из ненадежно стоящих книг, а кутюрье скривил лицо в отвращении за проявленную бесцеремонность и невоспитанность. - На сегодня закончим. - внезапно с полу-ухмылкой вернулся к сопартийцам Чернокнижник. Номер 3 встал и молча направился к выходу. А кутюрье, вставая со скамьи, обернулся на маленькую Леди все с той же гримасой отвращения и цыкнул. - Ах эти манеры и вид. - иронично закатил кутюрье - Безумная любовь блестящих небес и детская беззаботность. Фенечка тут-же предположила, что они тут проводили время в каких-то поучительных беседах на тему любви и не переворачиваясь, заухмылялась своей пасточкой, глядя на Изготовителя. - Я всегда знала, что вам нравится дикие зверушки. - с немного ядовитенькой издевочкой захихикала фенечка. И в ответ она увидела настоящий вызов в глазах кутюрье, будто он передумал уходить и улыбка его стала как оттянутая пальцем струна. - Вы навлекаете на себя знатное внимание военного резерва, буквально проходя мимо. - довольно хмыкнул Изготовитель и слегка гордо выпрямился. - Стремлюсь хоть мимолетно убедиться, что военный резерв здравствует и не отравляет самого себя. - с какой-то вальяжной ноткой заботы произнесла фенечка и слегка изогнулась бочком, пытаясь нащупать более удобную позу, упирая задние лапы в стоящую рядом книгу. Изготовитель откровенно закатил глаза, будто теряя самообладание и разворачиваясь к выходу. - Дружинникам, видимо, не дозволено присутствовать когда жрица вступает в свою скрытую игру! - всплеснул он руками в стороны, вышагивая к выходу. Самка только и успела подумать, что она бы всем уделила внимание, если бы у нее хватало терпения и концентрации, как внезапно поняла... - Я аж забыла зачем пришла...! - пискляво возмутилась фенечка и дрыгнула лапами, случайно подтолкнув стоящую рядом книгу, которая тут-же завалилась на нее - бл! - прозвучало слегка придавленное книгой ругательство и послышались копошения сопротивления. - Некогда ранее вы оставались в библиотеке чтобы найти немного миролюбивого покоя. - послышался улыбчивый, но слегка усталый голос Чернокнижника - Договориться ли на этот раз или что-то узнать, обдумать? - предположил он. Фенечка, наконец, успешно поправила завалившуюся на нее книжку и пару раз легонько поправила ее положение лапкой. - Всего по чуть-чуть. - задумчиво выдала она негромким голосом - Вас я, быть может, избавила от дальнейшей мороки, а по голосу, вам то требовалось. - вдумчиво продолжала она - Утомление мешает здраво мыслить. Чернокнижник поправил какие-то записи за столом и, спустившись с невысокого постамента для зачитывания, приблизился к полке на которой лежала маленькая Леди. Казалось он принципиально поднял упавшую книгу, которую она сбросила. Не потому что это было его первоначальной целью, а потому что порядок того требовал. Но взгляд его устремился к ней, будто оценивая очередность поставленных задач. Договориться, узнать, обдумать. - Для начала я расскажу вам небольшую увлекательную историю. - чуть нахмурилась фенечка в задумчивости и переглянулась на приспешника, в поиске какого-то отклика в его глазах. И за пеленой непроницаемого терпения заплясали огоньки искренней любви к историям, будто бодрящие его усталое состояние. - Жили смертные сироты в бедности, но под заботой. Тяжелое время голода и скверный нрав толкнул их на преступление, съесть свою настоятельницу, что заботилась о них. Она жалела их и пожертвовала собой. Поступок осквернил их души и сделал зависимыми от пожирания, а от голода они гнили и страдали до безумия, покуда вновь не наедались живой плоти. Для общества стали они неприкаянными и проклятыми. Жрица священного пламени выступила против напасти и выжгла из них проклятие, освобождая детские души и погружая в вечный сон. Но их дух подхватывает ветер одной из самой загадочной магии, магия бандлы, и осознают они себя в зеркалах. Отражают смотрящего на них, но имеют свой разум и волю, ограниченную, однако с талантом. Каждый из них смотрит на смотрящего и развивает свою версию недалекого будущего, на свой лад, на свой вкус. Нет в этих идеях чистой истины, но есть доля правды. Кто они теперь? Чернокнижник, выслушав эту историю, или даже загадку, задумчиво засеменил по библиотеке взад-вперед. - Ветер... Призрак... Мертвец... - кратко излагал он свое размышление и продолжал ходить из стороны в сторону. - Ни о чем не жалеют, свое место имеют, общим делом, под вновь обретенным руководством, владеют. - задумчиво продолжала фенечка. И ее посещали мысли, догадки, идеи... - Друг! - внезапно раздался звонкий голос Повелителя зла, вошедшего в тихую библиотеку как внезапный фейрверк. Он устремил свой взгляд на маленькую супругу на полке, с блестящим расположением приблизился к ней, водружая на руки и... чмокнул ее в мордочку. Фенечка только тихо и ошарашенно ахнула, внезапно обомлев в латных перчатках от неожиданного внимания. - Вздыхаешь так, будто покоряешь нечто важное. Носишься туда-сюда. - с мягкостью изрек Вейгар и немного прошелся по библиотеке вместе с супругой на руках, будто хотел учувствовать в этом движении вместе с ней. - Да! - с каким-то неожиданным для самой себя придыханием откликнулась фенечка - Пазлы. - она слегка подрыгала лапками в задумчивости, подталкивая совсем недавно зародившуюся мысль - Когда я только появилась в замке, не было у меня никаких пророческих сновидений! Только путешествия, кошмары, да короткие видения. А позже начало сыпать. Сегодня, в зеркальном зале, я ощутила этот контраст и сдулась под потоком видений. Много, все разные, из крайности в крайность, а потом зеркала заговорили, но не вслух, а опять видениями. Историю свою рассказали. Дар речи потеряла. - слегка ошарашенно делилась она. - Я бы рассчитывал на плату за хлопоты, Лорд Вейгар. Очень грубо с вашей стороны столь смело прелюбодействовать. - с достоинством мужался уставший Чернокнижник. На входе в библиотеку, почти в дверях, стоял Изготовитель, судя по всему тот кто и был провокатором скорого прибытия Владыки в книжные залы. Повелитель зла развернулся к Чернокнижнику, не выпуская из рук фенечку и оценивающе оглядел приспешника. - Мое радушие с супругой повсеместно. А происхождение упадка аргументируется полусонным состоянием. В возлиянии тьмы отказываю. - с некоторой пылкостью ответил Вейгар, пресекая попытки возыметь выгоду. Чернокнижник будто соглашался с этими аргументами и тихо, со смирением хмыкнул, чуть опустив взгляд. Фенечка зависала на вытянутых руках Вейгара и слегка покачивала хвостиком, пытаясь бороться с очарованием супруга и не упустить мысль о зеркалах Трикси. - Были как демоны до очищения, обрели что потеряли после своеобразного перерождения, по началу смеялись на до мной, будто я сумасшедшая, а потом увидели во мне бьющий источник живой энергии и изменили свое мнение. Стали помогать, но у каждого свое виденье, и для одной головы этого слишком много. Руки высекают солнечный огонь, но неумело. Трудно поддается воплощению, значит ли это что нужен катализатор или проводник магии? - почти тараторила фенечка в усердной задумчивости, подрагивая лапкой. Самка мысленно, в картинках, приводила в пример сами зеркала как проводники способностей Трикси, которая не в мыслях держит образы ближайшего будущего, а видит их в каждом зеркале не перегружая собственное сознание. И она представила себе... например, волшебную палочку, через которую можно было бы высекать священное пламя, как проводник неподатливой магии. В теории и для воплощения водной стихии подобное подспорье имело бы свою пользу, хотя она никогда не определяла для себя конкретное оружие или артефакт. Ей только когда-то понравилось бить тростью шипастую лозу, в ночь ее нападения, но это было скорее проявлением грубой силы под влиянием тьмы, а теперь она имела некоторые сомнения, что может кого-то всерьез ударить. Это рассуждение маленькой Леди, Чернокнижник и Изготовитель слушали уже с почти сияющим почтением, не смотря на то, что она говорила о зеркалах, суть речи была очень схожа с их ситуацией в целом. Да и вообще, этот поток бодрых размышлений, воодушевлял и грел их темные души. Как они считали Леди сумасшедшей, действительно смеялись над ней, но постепенно лицезря проявление животворящего блага меняли свое мнение, а после очищения через кристальный артефакт успели попробовать себя в роли беззаботных и жизнерадостных личностей, вновь обретая свое истинное я, не противоречащее одновременному владению тьмой. Все что было нужно, это осознание ценности и уважения по отношению к источнику благ и бережливому целомудрию. И градус эмоционального давления, от которого страдала Самка, постепенно сходил на нет, позволяя ей расцветать без губительного влияния под гнетом негативной энергии. Она моргнула и посмотрела на свои свисающие лапки. "Ну... о каких палочках речь, когда у меня лапки..." - Сообразно с вашими желаниями, требуется выдача оружия для укрепления равенства? - озвучил свою догадку Чернокнижник. - Н-нет, не сейчас. - с некоторой неловкостью отрицательно мотнула головой фенечка - В нынешнем положении это бесполезно. - и она демонстративно приподняла лапки в воздух - Но в последствии нужно провести пробу опыта. Может даже собственноручно создать... Фенечка помяла лапками в воздухе, начиная чувствовать себя несколько уязвимо, будто исчерпала свою идею и не знала куда деваться. Вейгар прибрал ее поближе к груди, продолжая молча оценивать состояние маленькой супруги. А Самка уперлась взглядом в грудь Вейгара, приложив к нему лапки и будто втихаря принюхивалась к нему, с какой-то осторожностью. - ... Перевернуть? - внезапно улыбчиво спросил у нее Вейгар с промелькнувшей ноткой переживания. Фенечка беззвучно задержала дыхание, будто окоченев на пару секунд и расслабилась. - Нет. - тихонько и спокойно ответила она. "Не поможет" помыслила она, понимая что просто хочет закопаться куда-то Вейгару за пазуху под мантию. Казалось, будто из-за этого она теряла какую-то самостоятельность и хотела чтобы Вейгар нес ее куда хочет. Ей бы только еще, вот так вот, понежиться... Сама не заметила что уже просто утыкается носом ему в грудь, дышит, а задние лапки не прекращают мять воздух. Думала что будет стыдно, но ничего уже не волновало, в том числе посторонние взгляды. Вейгар захихикал. - Какое расположение! - польщенно пощурился он. Что-то казалось фенечке странным, но когда Вейгар захихикал, от влюбленности ей казалось, что где-то от Вейгара начинается ее центр вселенной, вокруг которого и в котором хочется крутиться и находиться. Или ей хотелось уснуть у него на руках? Накатывала какая-то сонная нега. Фенечку рубило в сон, но она несколько раз слегка пробуждалась обратно. Вейгар куда-то нес ее и от него постоянно веяло чем-то прекрасным, от чего опять хотелось просто быть. Сначала он ее гладил. Она уловила обрывок его мнения: "терпение уже не выносит влечения" Мысли ее слегка брыкались в духе "я же старалась", "я же пыталась", но тут же проигрывала буквально его запаху с тихим обожанием. Ей казалось она постоянно на грани засыпания. Она слышит голоса приспешников сквозь полу-дремлющее состояние. Одно предположение, второе, третье. Про благословенную воду, про тьму, про видения и много чего еще, но от такого количества информации ничего не откладывалось в голове. Казалось, будто он упомянул о том, что она ему нравится и такой маленькой. Как кто-то считает неправильным, что у Леди в замке всё есть. Ей начинают сниться очень коротенькие сны, будто в промежутках между окружающим обсуждением и дремой. Может даже видения. Белый паучок с красивой блестящей паутиной, прочной как звездная нить. Спелый виноград на деревьях, некоторые из которых впали в спячку и пока не плодоносят. Волшебная палочка красиво и удобно лежит в руке. Как Марис ищет помощи, не зная что делать. И вот, Самка купает малыша пикси. - Вам больше делать нечего? - послышался голос кутюрье наполненный возмущением - Нянчиться с чужим ребенком! Внутри Самки всколыхнулось ответное возмущение "Больно надо! Могла бы забить на это дело, но ПРИХОДИТСЯ делать эту работу за родителей!" И сон углубляется. Она лежала над малышом, укрывая его нагрудным воротничком и нашептывала об осторожности, но он выкручивался, не желая смирно лежать и слушать. Вывернулся из под пушистого покрова и чуть не свалился на пол, Самка ухватила его за ножку в последний момент и мягко опустила. Он расплакался. Марис хотела успокоить его, но Принц Пионов только вскочил и ушмыгнул в коридоры. Плакал и искал папу, в слезах просил его набрать ему ванную, чтобы искупаться. Самка подошла к одной из комнат и как взъерошенная насупилась. Перед ней была дверь, а за стеклом окошка в ней, увидела Изготовителя. Он сидел, пил что-то темное из бокала, воздух был пропитан чем-то удушливым и ароматным, будто там жгли ароматную сигару. Она постучалась в дверь и изложила суть одной волной выдоха. - Папа? - возник позади Самки малыш пикси, будто обыкновенный ребенок. - Папа??? - слегка пьяным, но абсолютно ошарашенным голосом переспросил кутюрье. От этого слова он сгорбился, будто его ударили в грудь. - Ты наберешь мне водичку и мы будем купаца? - КупаЦа? - переспросил он с легкой ноткой возмущения - ... КупаЦа... - как-то ошарашенно повторил он, а потом ещё несколько раз, уже более смиренно - КупаЦа... КупаЦа... - доносился его голос из банного зала и зазвучал шум воды. Малыш пикси запищал от восторга и забегал по коридору, будто летал. Некоторое время спустя, уже чистый и одетый Принц Пионов пробежал по коридору к Изготовителю, который сидел за вышиванием какой-то... игрушки. - А что это такое?... - послышался голос малыша пикси. - Придет мой племянник и вы будете играть! - с какой-то решительной радостью прозвучал его голос. Казалось, Самка от него подобного настроя никогда не слышала. Это прозвучало так, будто он либо выиграл в какой-то важной и великолепной игре, либо решил, будто роль отца для него, это самая сокрушительная идея, наивысшей сложности. И он принимает ее как вызов! Она видит строгое любопытство Кадуса в дверях, будто в ожидании. Звучит ошарашенный детский вздох. - Папа... ТЫ ЛУЧШИЙ!!! - счастливо выпалил Принц Пионов и вновь заметался по коридору. Самка аж чуть приревновала, да обиделась, что при всём ее старании она оказалась не "ты лучшая", но прекрасно понимала что это не ее роль, играть чужого родителя. Фенечка вытянула лапы, пытаясь нащупать Вейгара вслепую, но не ощутила его рядом с собой и почувствовала внутреннее возмущение. Она поджала лапы так, будто хотела скрестить руки на груди как-можно плотнее и сонливо, недовольно пожмурилась, приоткрывая глаза. Библиотека. Ее носик фыркнул, а пасть зевнула. Чувствовала себя крайне недовольной, почти злой. - Выглядишь так, будто вызываешь кого-то на бой. - послышался оценивающий голос Вейгара - Кого-то позвать? Глаза фенечки обшарили обозримую доступность в поиске того, кто ее сейчас бесил больше всего, но не нашла свою цель. Внутри пушистого тела послышались бурчащие и злые порыкивания, будто им некуда было деться. И она просто представила себе в красках, как разлаялась бы на кутюрье, в какой-то неудержимой ярости, пригрозила бы что откусит ему пол жопы, назовет хером собачьим и погонит искать Марис с ее сыном, со словами "Мне глубоко насрать что ты там думаешь, ПОШЕЛ! Ты теперь отец И ЭТО ТВОЯ РОЛЬ!!!". Ей казалось что она была готова кусать его за пятки, лишь бы кутюрье ВЫПОЛНИЛ то, что от него требуется. Злость понемногу отпускала, но лапки она сжимала прочно у нагрудного воротничка. Вейгар завис, молча слушая что творится в голове у супруги. Фенечка с некоторым усилием заставила себя потянуться, чтобы как-то расслабиться, но продолжала откровенно дуться и хмуриться. - Р-ребенок плачет. Ищет папу. Роль подобает, - фенечка выдала какой-то возмущенный и краткий клич, будто вместо ругательства и расслабилась обратно - Злит. Меня... - выдохнула она и откинула голову. "Собраться..." устало помыслила Самка, неудовлетворенная собственными настроениями и изложением на почве импульсивности. Вейгар усмехнулся. - Прежде чем всех прогнать, происходило исследование обязательств. Возник бунт во время дискуссии и длился он до тех пор, пока один из приспешников не принял на себя упоительную роль. - непринужденно описал Вейгар ситуацию своей маленькой супруге. Фенечка слегка извернулась лежа на диванчике, проморгавшись и выискивая Вейгара взглядом. Он сидел на скамье в отдалении. Она буркнула не раскрывая пасточку и улеглась поудобнее, приподняв голову. - Наслушалась, напривиделось... - слегка недовольно пробурчала фенечка и клюнула носом воздух, вновь недовольно фыркнув в попытке отогнать сонливую усталость.