Эхо церемонии 7/7 "Первый поцелуй и вкус тьмы"

- Что это? - шокированно вопросил Зед. Мастер теней наблюдал перед собой обширный зал, практически пустой. Но посреди него раскинулся мятный подвесной полог, скрывающий чье-то тело на столе, из которого протянулась кремовая ладонь Леди, в которой лежало нечто со смыслом "подарок". - Принесенный дар для тенёты тьмы. - спокойно изрёк Вейгар и извлек из ладони супруги "подарок". - Не мо... Не во... - попытался возразить Зед, но тело окоченело. Он хотел сказать "не может быть", а потом "не возможно", но не смог. Остолбенел. Зед оказался там по предчувствию. Ничего конкретного для его осознанного понимания, будто всего лишь странное совпадение. Шок и отрицание быстро сменилось пониманием и смирением, под мистическим контролем. Он наблюдал скрытое, но спокойное и безмолвное взаимное согласие с процедурой, где Лорд Вейгар одним четким и спокойным ответом давал понять - он знает что делает. Вейгар не ожидал увидеть Мастера теней. Но что удивляло его еще больше, насколько эффективно проявляло себя пророчество супруги. Зед не испытал страха, но остолбенел и не смог двинуться. Даже договорить собственные слова. Звучат хлысты лозы тьмы, которую выпускает Вейгар, будто фиксируя некое положение на одном месте, цепляясь шипастыми лозами за окружающие недвижимые предметы в незримом пространстве. Вокруг него постепенно разрастается тенёта тьмы, что блестит подобно сетям паука из звездной нити. На его лице тихое умиротворение и абсолютное спокойствие истинного Мастера. Он знает что делает и ни капли в этом не сомневается, превращая свои действия в деликатный концерт. И зрителю пока не понятно - какой.

***

Самка лежала с полотенцем на лице. Надо было подержать... Спустя время, она очень аккуратненько приподнимает уголки ткани, и щурясь, смотрит в окошко. Всё кажется ей в розовых тонах. Странно, но в какой-то степени красиво и внушает чувство спокойствия. Все прошло хорошо. Бас Бремени, замечая пришедшую в себя Леди, ухмыляется. Перед ним сидит Изготовитель, который, судя по всему, что-то обсуждал с авангардистом. - Вы вынудили нас заплатить штраф дважды. Можете так больше не делать? - почти добродушно пожаловался с улыбкой Бас. - Но вы же сами пошли! - слегка возмутилась Самка. - А как же иначе? - удивился он, раскинув руки в стороны - Мы вообще то вас защищаем! - поставил он ее перед фактом и усмехнулся. - А... - как-то рассеяно озвучила она и немного задумчиво прислонила палец к щеке. С трудом начинала признавать свою ошибку. Всякий раз, как Леди отдалялась от формации в мире духов или сбегала от Повелителя зла, некоторые приспешники, ощущая колебания благой ауры, срывались с места в собственных снах. Привязанность и преданность подсознательно подталкивала их к действию. Вернуть. Но темных магов, в мире духов, не очень жалуют, а насилие стремятся покарать или взымают плату. Как штраф. У тех, кто обладает темной магией, своя прослойка мира духов. Тьма и кошмары.

***

Самка смотрит на то, как кутюрье играет с Кармианом, которого он положил на колени. Он по отцовски мягко и заботливо играл с ним, изображая легкую тряску и что-то забавно приговаривал, в какой-то момент слегка раздвигая колени, от чего малыш заваливался в тесноту и ошарашенно округлял глаза. Пытался выбраться, но "папа" не давал ему это сделать, слегка покачивая головой. - О, какое бессилие. - мягко иронизировал кутюрье с заботливой ноткой - Попробуем еще раз? Это тот самый чувствительный удар, который заставляет меня смеяться. - мягко и почти трогательно похмыкал он, еле сдерживая улыбку от забавы. И Кармиан рассмеялся, протягивая к нему ручки, пока "папа" вновь водружал его на колени, повторяя игру. Самка наблюдала за ними, будто незримый духовный монумент. Они усадили Кармиана между собой и Марис о чем-то разглагольствовала, болтала с ноткой напыщенности, пока не запела какую-то песню, от чего Кармиан встрепенулся и стал шустро подхватывать мелодию. Они пели песню, которую Самка не могла расслышать, но продолжала спокойно наблюдать. А Изготовитель слушал и ошарашенно округлял глаза, следя за синхронностью исполнения этого дуэта и вслушиваясь в смысл песни.

***

Вейгар мысленно окликнул супругу, вынуждая ее очнуться в детской комнате, где она восседала на диване в медитативной дреме. Самка наблюдает как Праэдор торопливо усаживалась за каменный столик и смущенно хваталась ладошками за край, по детски прячась за ним. Из-за угла, в дверном проёме, на неё смотрел Амуму. Он стесняется и с опаской отстраняется, тоже прячась от девочки. Самка чувствовала что они оба смущены и растеряны, как дети, которые впервые поцеловались. - Оп-пачки! - не сумела сдержаться Самка, стараясь прозвучать как можно тише. Она невесомо подскочила к своей девочке и с оживленной улыбкой стёрла темные следы на губах своей дочери, проведя по ним теплым пальцем и мягко хихикнув. Праэдор смущенно склонила голову, уложив ее на согнутую в локте руку и посмотрела на маму искрящимися глазами в счастливой улыбке. - А кто-то не хотел красить губы. - тихонько пошутила Самка, обращаясь к дочери Амуму несет в себе проклятие, но проклятые духи, которых очистила Леди, ослабили его действие. Ко всему прочему, потомки Лорда и Леди имели высокое сопротивление подобным недугам. Девочка сопротивлялась негативному воздействию, которое не успело нанести ей никакого вреда. Самка не может не очаровываться этой детской влюбленностью. Пока все дома, все можно проконтролировать и исправить. А Вейгар, спокойно наблюдавший за происходящим из своего угла тьмы, смотрит вокруг и осознаёт - в лабиринте каменного духа они стали проводить почти всё свободное время, а в замке... Кто-то другой занял их место в центре внимания. ______________________________________ Амуму наблюдал из-за угла, как его новый друг по имени Праэдор, пряталась от него подле той, что окружающие здесь называют Леди. Они сдружились. Девочка, что по росту была ему будто ровесницей, с живым ажиотажем болтала с ним короткими фразами, пока ее не захлестывало непривычное смущение. Амуму мялся. Он знает, что проклят, знает что нельзя трогать, боится сделать больно или плохо, но девочка была... осторожна? Она не трогала его, держала какую-то дистанцию, что вполне разумно. И в какой-то момент, оказалось... что бинты мумии не наносят ей никакого вреда. Они начали играть, хотя Амуму абсолютно постоянно съеживался от посторонних взглядов. Но к его удивлению его тут не боялись. А он сам боялся только Леди. Если все приспешники постоянно ходили и хоть как-то общались, взаимодействовали между собой, то высокий светлый лик просто сидел подобно монументу, изредка покидая его в неизвестном направлении. Праэдор была вне себя от восторга, но стеснительность и смущение сковывали ее время от времени. Для нее это новые чувства, яркие, сочные, сильные и впечатляющие. Если ей было совсем тяжко - она убегала поближе к маме. Даже когда они стали играть, где Амуму распускал бинт, как змейку, Праэдор стискивала кулачки от странного восторга. У нее и в мыслях не было рвать их, в отличии от сна, где малышка рассекла бинты, чтобы обнажить облик мумии. И вот, девочка внезапно чмокнула его... убежала сразу же, к Леди. В Амуму смешалось тихое смущение и страх. Он стоял и прятался за углом входа в детскую комнату, растерянный, смущенный и напуганный. Смотрел на Праэдор, которая смотрела на него. Будто они прятались друг от друга. Он мельком видел как ее губы слегка почернели и мысленно сковывал себя привычным отчаянием. Что с ним будет? Что будет с ней? Монументальная фигура, сидящая на диване оживилась. - Оп-пачки! - на удивление легко и жизнерадостно послышался ее голос. Она улыбалась и почти подлетела к Праэдор в один или два шага. Наклонилась над ней, что-то сделала... И губы девочки больше не были почерневшими. Глаза Амуму остолбенело округлились. А Леди хихикнула и что-то ей сказала, погладив по голове. Ни что не предвещало для него угрозы или наказания, а Праэдор смущенно завалила голову на бок, глядя на высокую кремовую фигуру. __________________________________ "Это так мило, наблюдать первую влюбленность" мирно умилялась Самка вернувшись на диван детской комнаты и любуясь воцарившейся скромностью и добропорядочностью Праэдор, которая продолжала сидеть за столиком. "Смертельно опасно, не смотря на мои наставления" сухо отозвался Вейгар где-то из темноты за спиной супруги. "Мы можем с этим справиться. Святая магия эффективно справляется с проклятиями" мягко подбадривала она Вейгара. "Благо, что так" со скупым и строгим смирением умозаключал Вейгар. "Как-будто вы не поддавались на влюбленность по отношению ко мне" продолжала она с улыбкой. "Имело место быть, но все мои действия были строго рассчитаны!" слегка возмутился Вейгар, но повременив добавил "Практически все" "Но это же так мило! Первый поцелуй, первая влюбленность! Ах" внутренне очаровывалась Самка. "Распутство!" буркнул Вейгар. "Нет" внезапно прохладно отрицала она "Познание новых чувств. Влюбленность и распутство это две разные вещи" "Хочешь сосватать нашу дочь?" занудно процедил он супруге с вибрирующей ноткой раздражения в мысли. "Нет конечно. Это было бы сумасшествием. Но давайте простим им это. Они ведь даже не знают, что это такое..." с тихой и мягкой снисходительностью думала Самка. Вейгар выдержал молчаливую паузу, обдумывая мысли супруги. "Довод разумный, склонен согласиться" спокойно умозаключил он. Самка сидела и медленно подбиралась к мыслям об определенных утратах. Духа воды, с которым она просуществовала тысячелетия - больше нет. "Разве так было можно?" задавалась она вопросом к Вейгару. "Ты самолично согласилась и пошла на это" будто напомнил он ей. "Я не об этом... Никто больше не проводит церемонии слияния с духом? Почему?" "Противоречия. Две души, конфликтуют в возникающем разногласии, от чего страдает разум и магическая сила" объяснял Вейгар. "Мне всегда казалось, что это нормально... Я думала все связывают себя с духами стихии... Как же они тогда колдуют?" Вейгар слегка снисходительно улыбнулся из тьмы. "Обучаются. Прилагают усилия" "... Мне надо будет научиться исцелению. Это очень весомое подспорье" вспоминала Самка о ценности магии исцеления. Это единственная потеря, которая казалась ей ощутимой. Она хочет быть способна излечивать раны. Чтобы никто не стал жертвой примитивных порезов и переломов. Она задумчиво рассматривала свою ладонь. И из любопытства, попробовала воспроизвести магию исцеления по памяти, с конкретным настроем и пониманием процессов заживления теоретического пореза. Но ничего не получилось. Абсолютно. "... Господи, надеюсь я не тупая" вбросила она в собственных мыслях, прекрасно помня о том, как плохо она училась в академии. Вейгар еле сдерживал внутренний смех. Повелитель зла помнил. Супруга, когда-то давно, уже являлась темным магом, когда еще существовал бог Серый человек. В ручном зеркальце не было никакого лунного камня, супруга видела его в отражении собственного глаза. Он был у нее всегда. И в нем содержался дух воды, который зачастую искажал ее виденье мира. Вечер состоял из забавного диалога о еде. Мысленного. "Я бы поела курочку во фритюре. Но не филе, а голени или ножки, чтобы по мясистее" Вейгар, вроде бы, мимолетно умилялся, но быстро обретал спокойствие. "Жирно и калорийно. Предпочтительнее салат с куриным филе, обжаренном в панировке" Самка слегка недовольно насупилась. "Я хочу мясо..." прокатилось у нее в мыслях, но она немного сменила траекторию "А если не филе, в салат?" Вейгар ухмыльнулся. "Ищешь компромисс" хмыкнул он. "Если там будут вкусные помидорки, я согласна" причмокнула она с аппетитом и слегка улыбнулась. "Забавно" подумал про себя Вейгар.

***

Во тьме. Менестрель поёт о своём восхищении. Как Леди та, кто вселяет тепло и надежду, от чего Самка лежит и мирно слушает смысл... Пока внезапно, его строчки песни не оборачивается "алчным желанием отведать кусочек", от чего она буквально ощутила кратковременную вытяжку сил, пугающую и неприятную, от которой ее зубы оскалились. Вейгар резко оттолкнул супругу, будто перемещая ее подальше от возникшей ситуации. - Что произошло?! - послышался панический испуг Тенора Ужаса откуда-то из сада - Как... Как такое могло случиться?! - будто постепенно приходил он к пониманию, что поглотил частицу силы Леди - Как?! ЗАЧЕМ?! ПОЧЕМУ?! - почти истерично срывалось с его губ. - Успокойся. - убедительно прозвучал спокойный голос Вейгара. Самка приподняла голову с подушки и вгляделась в проход, ведущий в коридор. Тьма весьма интересная вещь. Все что она скрывает, является косвенным проходом от места к месту. Но если смотреть в нее слишком долго, она вселяет страх. "Лучше туда не смотреть" вернула она голову на подушку и повернулась к окну, высматривая развевающуюся штору при свете факелов за окном. Она слышала как в саду, Вейгар и Тенор общались уже тише, но все еще улавливала это на слух, не разбирая слов. Только голоса. Ей очень весомо казалось, будто она попала во тьму по одной причине - попыталась выйти в мире духов за пределы формации и попала в сети. Она оказалась в саду, посреди почти кромешной тьмы. Сидела за столом, на котором горел огонь и ярко освещал его поверхность. Рядом сидел Чернокнижник и что-то записывал. Он повернулся к Леди и первым делом произнес: - Мир есть тьма. С этой подачи Самке становилось ясно, для нее заготавливают какие-то подобия уроков. В ее мыслях колыхается что-то постороннее и искаженное, мол "здесь хорошо кормят", но сидя за этим столом, предчувствие говорило, что они не собираются есть. Она тайком запустила пальцы в свой нагрудный воротничок, когда Чернокнижник вернулся к записям, и что-то нащупывает в своём кристалле, пряча его свет в густой шерсти. Настраивает. Чернокнижник вновь отвлекается от записей. - Вы приняли решение заплатить за хлопоты в угоду вкуса руками миньона. - констатировал Чернокнижник не глядя на Леди, продолжая свои записи. На секунду ей, этот факт, показался даже милым. Она никогда раньше не управляла миньонами, но сейчас это получилось почти спонтанно. И ничего не почувствовала. Чернокнижник не мог понять что делает Леди, но мог понять какой приказ получал миньон, так как и сам владел управлением конструктов. - У меня есть для вас задача. - начал библиотекарь с ухмылкой, откладывая ручку в сторону - Сточный слив. Можете ли вы сладить с каверзной проблемой, где скверна регулярно пачкает мрамор? Может подвязать, зафиксировать? - образно выражался он. Самка слушала его и в ее мыслях буквально вырисовывался... туалет. Его слова были полны унижения, склонения к грязной работе. Это было настолько нагло и ядовито, по ее предчувствиям, что она лишь удивлялась. Леди слегка задумчиво подняла взгляд зрачков вверх, будто заглядывая в свой арсенал инструментов, которым обычно пользовалась для мистических чудачеств мире духов и разуме, и видит там необходимый предмет. - ... Да, так можно. У меня как раз имеется при себе веревка. - вернула она взгляд к Чернокнижнику, с легким спокойствием. - Да? И где же ты ее достала? - оживился библиотекарь с каким-то алчным воодушевлением, тут же переключаясь на ядовитую и злобную усмешку - Или ты думаешь, что обманешь меня? Полезешь в мусор... - Она у меня всегда с собой. - перебила его Самка с какой-то пассивной угрозой, что веревкой можно и придушить. И Чернокнижник внезапно широченно заулыбался. Из своего восприятия, Самка видела это ярко и четко... Лицемерная улыбка, почти хищная, но не исключала искренней радости. Улыбка, которая при натяжении могла лопнуть как струна и нанести отдачу. Осторожность... Он протянул ей руку, чтобы пожать. Она пожала. Почти ничего не изменилось, за исключением чуть более отчетливой радости Чернокнижника, которая смешивалась с каким-то восхищенным потрясением. Она сидела терпела голод, это было не сложно. Просто неприятно. Место Чернокнижника занял Вейгар, от которого почти ничего не ощущалось кроме родного спокойствия. Как вдруг миньон принес еду... Куриные ножки во фритюре! И картофельное пюре, которое ей было совершенно не интересно, на фоне ароматного угощения... Запах мяса со специями из кипящего масла просто наполнял легкие, от чего хотелось просто вдыхать этот аромат, буквально чувствуя его во рту, не кусая. Самка только надкусила хрустящую панировку и тут же тряхнула головой от этого яркого вкуса. Это было просто сногсшибательно! С промелькнувшей дикой хищностью, она хотела откусить кусочек, но пасть сорвала мясо со всей кости, которое податливо попало в рот. Начала пережевывать. По крайней мере, слюна не потекла наружу... "Если это так вкусно, я готова сама свернуть шею курице, которую съем" без сомнений подумала Самка. Вейгар не стеснялся разделить с супругой пищу, практически столь же жадно, хватая несколько кусков сразу. Но к ним подходит Чернокнижник, сочащийся тьмой... и Самка слегка опешив, глотает кусок, не пережевывая, чтобы не отобрали. Ей казалось, что он мог это сделать. - Что это у нас тут такое? - прикоснулась его рука к маленькой красной чаше, из которой Самка что-то выпила с минуту назад - Судя по цвету осадка, какое-то едкое вино? Даже не смотря на красную эмаль маленькой чаши, похожей больше на скромную соусницу, в ней действительно был отчетливо виден быстро засохший осадок, красный как от крепкого красного вина, со следом от однократного испития. Будто для церемониального акта. - Нет. Даю тебе четыре попытки угадать что это было на самом деле. - спокойно ответила она, поворачиваясь к приспешнику. Самка выставила перед лицом свою ладонь, растопырив все свои четыре пальца, тыльной стороной к нему. - ... Не уж то вы занимаетесь такой брехней? - ехидно спросил Чернокнижник, слегка вопросительно наклоняя голову в бок и ухмыляясь. И она молча согнула большой палец, давая понять, что каждый его ответ будет считаться затраченным вариантом. - ... Только не надо врать, что ты из тех, кто записывает результаты самогоноварения в блокнот. - недовольно съязвил он, задумчиво потерев подбородок. Самка загибает мизинец, помогая себе второй рукой и отрицательно качнула головой. Уже два пальца из четырех. "... Ещё один такой ответ и будет фак" с небольшим удивлением подумала Самка. - ... Сдаюсь. - спокойной смирился он, небрежно всплеснув пальцами в воздухе, но на этот раз искренне. Самка опустила ладонь. - Зачем ты вообще, вместо вариантов ответа, нёс эту постороннюю чепуху? Ты бы мог угадать... - по простому, почти по дружески поделилась Самка. Она считала что было бы весело как услышать от него верный вариант, так и фак ему показать. И то, и другое комично. А Вейгар считал, что вполне себе хорошо, что Чернокнижник признал поражение и сдался.

***

Она вновь открыла глаза. В окне, на фоне тьмы небес, из-за горизонта поднималось восхитительное черное солнце, будто затмение что обрамлялось почти неоновыми фиолетовыми контурами. "Это так... Красиво!" восхитилась Самка и подскочила к окну, прицениваясь к пейзажу. Хотелось успеть запечатлеть в памяти. В момент, который показался ей наилучшим, всё резко оборвалось! Кто-то упал с крыши прямо перед ее окном, близко, резко, неожиданно, громко. Испуг. Она видит перед собой тело, которое впечаталось в машину. Как пострадавший в муках пытается выбраться. Ей стало жаль. Потом она разглядела другое... В машине находилась чья-то семья. Кого-то разорвало пополам, все были оглушены. Один мужчина приходит в себя и страдальчески зовет того, кого порвало на части. Тишина в ответ. Женщина на заднем сиденье выплевывает из своего защитного кокона маленького ребёнка, который шокировано лупит глаза наружу. Он цел, а она с усталостью морщится и пытается размяться, чтобы выбраться. На их лицах сплошные муки. Кто-то будто стучится к ней в дверь со стороны улицы, им нужен был свидетель и помощь. Самка зовёт... кого-нибудь. Трикси смотрит в окно, но не видит ничего. - Зачем ты пыталась это запечатлеть? - задался вопросом Чернокнижник, услышав сбивчивую версию Леди. - Я хотела запечатлеть ранний рассвет... - тихо сокрушалась Самка в оправдание, сидя на диване библиотеки и слегка хватаясь за голову. Она чувствует, что плакала, но момент провалился в памяти. Тьма вокруг них рассеивалась, Чернокнижник сел на диван в дальний угол от Леди и попытался успокоить ее примитивным "тише-тише". Трикси обеспокоенно приблизилась к Леди на расстояние в метр-два, слегка тревожно сжимая ладонь в ладони. Самка пыталась вспомнить момент. Пусть он и был в памяти, но в качестве картинки его будто не существовало... Она же не сходит с ума?... В ее восприятии что-то косвенно перекошено, будто ее попытка вспомнить момент показывает смутное наслоение. Бас Бремени, без лишних слов, выйдет разведать обстановку и столкнется с пострадавшим, который попросит помощи. - Прекратите меня успокаивать! - рявкнула Самка, обрывая наслоение картинки, и тише добавила - Это только злит... Трикси и Чернокнижник утихли, со спокойным сочувствием, только библиотекарь совсем слабо ухмыльнулся. - ... Вейгар! - внезапно вырвалось у Самки. - Что случилось? - послышался его чистый и простой голос. Она хотела спросить, не успел ли он подтереть момент, но не могла себе позволить обвинить его хоть в чем-то. Он прибежал через несколько секунд и был... будто кристально ясным, понятным и таким красивым. Самка стискивает зубы и от легкого отчаяния опускает голову. Её колотит! Колотит от страха, от волнения, от злости. Всё расплывается глядя на супруга, принося некоторое облегчение и возможность... проснуться. Вынырнуть из тьмы. Её слегка колотило изнутри. Она перебарывала тревогу и приятно поражалась... какой Вейгар прекрасный. Леди описала ситуацию как "прямо перед окном", но уже становилось ясно - это ее хищный взгляд. Она увидела произошедшее вдалеке и это было не в настоящем времени, а в будущем.